Глава 1289: Условия Для Суррогатной Беременности

Отец Цзин Шаоцзэ почувствовал облегчение, когда увидел, что его сын наконец-то пришёл в себя.

На протяжении этого периода отец Цзин Шаоцзэ очень много работал. Ему приходилось не только беспокоиться о стабилизации компании, но ему также приходилось беспокоиться о своей семье и о том, не испортит ли своё тело его сын. Он также беспокоился, что у семьи Цзин не будет наследников и что их родословная вымрет.

Поэтому он теперь сожалел о том, что не ходил на сторону, пока был молодым. Иначе сейчас у него могли бы быть какие-нибудь незаконные дети, и ему не пришлось бы беспокоиться о том, что в семье Цзин нет наследников.

В то время он считал, что одного сына будет достаточно. Он думал, что будет лучше воспитывать и тренировать одного ребёнка, чем иметь постоянные внутренние ссоры. Домашние конфликты только впустую тратили бы ресурсы семьи Цзин.

Ему никогда не приходило в голову, что Цзин Шаоцзэ, его единственный сын, окажется бесплодным.

И когда он увидел, что вопрос с Цзин Шаоцзэ разрешился, он начал фокусироваться на вопросе суррогатной беременности.

Когда отец Цзин Шаоцзэ предложил суррогатную беременность, хоть мать Цзин Шаоцзэ и не была согласна, она не посмела снова устраивать сцену и просто высказала свои требования.

— Я должна присутствовать при операции по оплодотворению в пробирке, и ребёнок должен быть нашим.

Она ни за что не собиралась воспитывать ребёнка от другой женщины.

— Конечно, — сказал отец Цзин Шаоцзэ.

— У меня есть ещё одно условие, — мать Цзин Шаоцзэ указала на Е Си. – Я не хочу, чтобы она была суррогатной матерью.

Цвет лица Цзин Шаоцзэ стал немного неприятным, когда он посмотрел на Е Си.

— Я тоже не согласен, чтобы она была суррогатной матерью. Она должна была быть суррогатной матерью для меня и Цзинцзин, но теперь она будет суррогатной матерью для моих родителей? Это полнейший бардак.

Нин Шу сказала:

— А почему вы не хотите использовать мисс Е? Она молодая и красивая, и у неё хорошее здоровье. К тому же, матушка, разве вы уже не выдали ей половину депозита? Мы просто одалживаем её тело, чтобы выносить ребёнка. И не должно иметь значение, чьего ребёнка она вынашивает.

Когда Цзин Шаоцзэ услышал слова Нин Шу, в его взгляде промелькнул след гнева. Е Си была его женщиной, как он мог позволить ей стать суррогатной матерью для кого-то ещё? Да ещё и для своих родителей?

— Цзинцзин, она мне не нравится, так что пусть мама и папа найдут себе другую суррогатную мать, — тихо сказал Цзин Шаоцзэ, когда взял Нин Шу за руку.

Нин Шу улыбнулась и больше ничего не сказала.

Отец Цзин Шаоцзэ прямо заявил:

— Я начну поиски другой суррогатной матери. Нам больше не нужна мисс Е.

Лицо Е Си тут же стало бледным, и она поспешно встала на колени перед матерью Цзин Шаоцзэ и взмолилась:

— Мадам, прошу! Позвольте мне быть для вас суррогатной матерью! Я готова!

Мать Цзин Шаоцзэ чуть не взорвалась от гнева.

— Ах ты, бессовестная сучка! Да я ни за что не позволю тебе быть для меня суррогатной матерью! Убирайся из моего дома сию же секунду!

Как ни крути, но мать Цзин Шаоцзэ теперь видела в Е Си только стерву. Эта стерва соблазнила её сына, а теперь пытается соблазнить её мужа!

Е Си в панике покачала головой.

— Мадам, прошу! Позвольте мне быть для вас суррогатной матерью.

Если она не сможет стать суррогатной матерью, тогда что случится с компанией её отца? Е Си знала, что если она не будет суррогатной матерью, то мать Цзин Шаоцзэ ни за что не даст ей обещанных денег просто так.

Когда Цзин Шаоцзэ увидел Е Си такой, он разозлился и встал, собираясь преподать этой женщине урок. Однако, в итоге, он сдержал себя.

Нин Шу посмотрела на это с поднятой бровью.

Прежде Е Си так неохотно шла на это, но теперь её единственным выбором была успешная суррогатная беременность. Семья Цзин была единственной стороной, которая могла заплатить такую высокую цену за суррогатную беременность.

Мать Цзин Шаоцзэ злобно влепила пощёчину по лицу Е Си.

— Как ты можешь быть такой бесстыдной?

Е Си прикрыла лицо, но продолжила упрямо стоять на коленях.

Когда Цзин Шаоцзэ увидел, что Е Си ударили, в его взгляде промелькнула душевная боль за неё. После всех этих событий Цзин Шаоцзэ наконец-то осознал, что Е Си, эта женщина, глубоко вошла в его сердце.

Но в то же самое время, он не мог заставить себя расстаться с Ни Цзин.

Всё же, Ни Цзин была женой, ради женитьбы на которой он прошёл через такое больше сопротивление со стороны семьи.

Глава 1290: Не Была Злонамеренной Помехой

Нин Шу не издевалась над Е Си, как это делала изначальный хост, и не была "злонамеренной", поэтому сердце Цзин Шаоцзэ не было полностью на стороне Е Си.

Но он всё равно влюбился в Е Си. И с Нин Шу, которая не вела себя как злонамеренная помеха, Цзин Шаоцзэ невольно конфликтовал в душе по этому вопросу.

— Мам, тебе не нужно о ней беспокоиться, — холодно сказал Цзин Шаоцзэ. – Я бы хотел посмотреть, насколько она толстокожая. Будет ли она достаточно бесстыдной, чтобы остаться в этом доме?

Когда Е Си услышала слова Цзин Шаоцзэ, она закусила губы, словно тихо зарыдала. Её взгляд наполнился обидой, когда она посмотрела на Цзин Шаоцзэ.

Отец Цзин Шаоцзэ никогда и не планировал позволять Е СИ быть их с женой суррогатной матерью. Использовать женщину своего сына в качестве суррогатной матери? Это будет вообще полнейший бардак.

Однако Е Си была решительно настроена на то, чтобы остаться в этом доме. Отец Цзин Шаоцзэ принял во внимание Цзин Шаоцзэ и не стал выгонять Е Си.

Но мать Цзин Шаоцзэ не хотела видеть Е Си даже на секунду дольше и настаивала на том, чтобы прогнать Е Си, несмотря ни на что.

Отец Цзин Шаоцзэ закричал:

— На улице уже слишком поздно. Даже если она и должна уйти, она должна будет уйти завтра утром. Просто пусть останется на ночь.

Мать Цзин Шаоцзэ стала выглядеть ещё более подозрительной, и она почувствовала уверенность в том, что эта женщина соблазнила её мужа.

Время было уже позднее, поэтому семейное собрание закончилось. Нин Шу и Цзин Шаоцзэ отправились в свою спальню отдыхать.

Как только они пришли в спальню, Цзин Шаоцзэ взял Нин Шу за руки и эмоционально сказал:

— Цзинцзин, ты была на моей стороне, несмотря на всё произошедшее. Спасибо.

Нин Шу нежно улыбнулась. А в её сердце были большие "Ха. Ха. Ха…"

Блин. Ей действительно хотелось влепить ему пощёчину.

Сейчас он говорил такие страстные слова, но посреди ночи этот сукин сын снова исчез.

Нин Шу: →_→

Она достала ноутбук и открыла его. Она ничуть не удивилась, когда увидела, что Цзин Шаоцзэ вернулся в комнату Е Си.

Они оба лежали на постели, Цзин Шаоцзэ с силой сжимал запястья Е Си и говорил:

— Ты так сильно хочешь быть суррогатной матерью для моего отца? Ты же знаешь, что ты – моя женщина?!

Е Си лишь тихо рыдала, поэтому Цзин Шаоцзэ начал терять терпение.

— Скажи уже что-нибудь!

— В тот момент, как только я вошла в этот дом, у меня уже не осталось дороги к отступлению. Я должна быть суррогатной матерью для вашей семьи, чтобы я могла спасти компанию моего отца. Ради денег, ради компании моего отца, я готова пойти на всё!

— Ты… — Цзин Шаоцзэ был раздражён. – Почему ты такая упрямая? Если тебе дать деньги на то, чтобы разрешить кризис, с которым столкнулась компания твоего отца, ты перестанешь пытаться быть суррогатной матерью?

Е Си затихла на некоторое время, а потом, всё же, ответила:

— Да.

— Если тебе нужны деньги, то я дам их тебе. Но посмеешь ли ты их взять?

Выражение лица Цзин Шаоцзэ было расчётливым.

Е Си с опаской посмотрела на него и спросила:

— Что вы от меня хотите?

— Будь моей любовницей. Уходи отсюда завтра. Я куплю тебе дом, и деньги, которые я тебе дам, будут считаться оплатой того, что ты будешь моей любовницей.

— Цзин Шаоцзэ, перестаньте меня оскорблять! – воскликнула Е Си, пытаясь освободиться от его хватки.

Цзин Шаоцзэ потянул запястья Е Си вниз, чтобы не дать ей двигаться.

— Разве ты не говорила, что готова на всё ради денег? Разве ты не говорила, что готова заплатить такую цену, чтобы спасти компанию своего отца?

Цзин Шаоцзэ начал угрожать Е Си.

— Сама подумай, как следует. Твой отец всё ещё ждёт денег, которые его спасут. Если он их не получит, то, возможно, в завтрашней газете на главной странице будет статья о предпринимателе, который спрыгнул с крыши здания.

Лицо Е Си побледнело.

— Перестаньте! Не говорите больше ничего.

— К тому же, мы и так уже этим занимались.

Губы Цзин Шаоцзэ изогнулись в улыбке, отчего Е Си покраснела и почувствовала жар во всём теле.

Выражение лица Е Си некоторое время отображало внутреннюю борьбу, но, когда она, наконец, открыла рот, она сказала:

— Я могу быть вашей любовницей, но вам придётся сначала заплатить мне деньги. Я вам не доверяю.