***

Погода становилась все теплее. Деревья на всех улицах постепенно покрывались зелеными листочками, красочный пейзаж улучшал настроение прохожих.

Юй Дун ехала по зеленым улицам, открыв окно, чтобы впустить весенний ветерок.

Сегодня Жэнь Синьсинь выписывалась из больницы. Из-за ее поздней работы они решили забрать ее поздно утром. Сян Сяоюэ сказала Юй Дун, чтобы она просто поехала к ней в квартиру и подождала, пока она привезет домой мать и дочь.

После нескольких дней серьезных раздумий Жэнь Синьсинь решила забрать своего ребенка и какое-то время пожить вдали от отчего дома.

Когда она уже подъезжала к квартире, Сян Сяоюэ вдруг позвонила ей: Юй Дун решила, что она собирается сообщить, что они собираются покинуть больницу.

— Я в десяти минутах езды, ты…

— Дундун, немедленно приезжай в больницу, этот мерзавец пытается украсть ребенка! — не успела Юй Дун закончить фразу, как Сяоюэ с ревом оборвала ее.

Юй Дун резко свернула на обочину и припарковалась.

— Я сейчас приду. Не позволяй им забрать ребенка из больницы, — сказала Юй Дун.

— Хорошо!

Поскольку сейчас была середина рабочего дня, машин на дороге было немного. Пренебрегая некоторыми правилами дорожного движения, Юй Дун резко развернулась и направилась прямо в больницу.

Городская больница, отделение новорожденных, в палате.

— Мама, отдай мне моего ребенка, — Жэнь Синьсинь умоляла свою мать.

— Пойдем со мной домой, — возразила матушка Жэнь.

— Мама... — Жэнь Синьсинь взглянула на Лу Сюаня и мать Лу, стоявших рядом. Она не была глупой. Она знала, чего от нее хотят, но не могла заставить себя вернуться домой.

— Тетя, неужели ты просто проигнорируешь желания Синьсинь и прямо отдашь свою дочь и внучку в подарок этому Лу Сюаню? — Сяоюэ бесцеремонно набросилась на мать Жэнь.

— Как может женщина так говорить? Этот ребенок принадлежит Лу Сюаню, и нет ничего плохого в том, чтобы сохранить семью вместе, — мать Жэнь уже давно была сыта по горло агрессивной речью Сяоюэ, поэтому она недобро ответила, — ты просто посторонняя, пытающаяся разрушить чужую семью, что же ты за бессердечный человек?

Когда Сян Сяоюэ услышала это, она так разозлилась, что поперхнулась.

— Синьсинь, возвращайся домой с тетей Юнь. Я помогу вам с Лу Сюанем организовать еще одну свадьбу, — мать Лу также давала советы.

— Тетя Юнь, я знаю, что вы были очень добры ко мне, — Синьсинь посмотрела на мать Лу Сюаня. Она выросла с этой женщиной, которая заботилась о ней, на самом деле, было много раз, когда она чувствовала, что это ее настоящая мать. Ее детство прошло с Лу Сюанем и вечно нежной тетушкой Юнь, что заставляло ее относиться к этой тетушке с уважением, — если вы хотите увидеть ребенка, вы можете посетить нас в любое время, но мои отношения с Лу Сюанем восстановить больше невозможно.

— Жэнь Синьсинь... — услышав эти слова Синьсинь, Лу Сюань побледнел и не смог удержаться от крика.

— Почему ты кричишь... — возмутилась Сяоюэ.

— Заткнись! — тетя Юнь хорошо знала своего сына: он больше всего на свете хотел спасти свою репутацию.

Она так сильно сожалела, что позволила ему так себя вести, что ей захотелось кашлять кровью, но она не могла не попытаться убедить Синьсинь:

— Синьсинь, можешь быть спокойна, я буду следить за ним, как ястреб, Лу Сюань больше не посмеет запугивать тебя.

— Тетя Юнь, я никогда не хотела выходить за него замуж! — не выдержав, крикнула Жэнь Синьсинь.

Сердце Лу Сюаня внезапно заколотилось от страха: «Что Жэнь Синьсинь имеет в виду под этими словами? Разве она не всегда хотела выйти за него замуж? Если бы не внезапная беременность и последующие роды, заставившие ее измениться, разве они не были бы уже женаты? Мать Жэнь всегда приходила к ним домой, чтобы восстановить отношения».

Пощечина!

Мать Жэнь передала ребенка матери Юнь, а затем, к удивлению толпы, она дала Жэнь Синьсинь сильную пощечину.

— Что ты делаешь! — увидев красную щеку Жэнь Синьсинь, Сяоюэ захотелось избить эту старушку.

Лу Сюань и тетя Юнь также были шокированы действиями матери Жэнь.

— Жэнь Синьсинь, что ты собираешься делать? — глаза матери Жэнь покраснели, когда она выругалась. — Ты просто молодая девушка, которая недавно закончила учебу. Ты даже забеременела до замужества, ты хоть понимаешь, какой тебя будут воспринимать люди? Лу Сюань готов взять на себя ответственность, почему ты недовольна? Какой смысл в этом мелком бунте?

— Тогда почему вы вините Синьсинь в беременности? Разве вы не должны винить его? Это он сделал вашу собственную дочь беременной! — Сяоюэ указала на Лу Сюаня и закричала, — Как может существовать такая мать?

Жэнь Синьсинь закрыла лицо руками и склонила голову. Когда она притянула к себе кипящую Сяоюэ, ее лицо было неожиданно спокойным, но глаза наполнились слезами.

— Мама, я уже выросла и слушала тебя все это время, но сейчас я очень устала, — Жэнь Синьсинь глубоко вздохнула, — я действительно не знаю, как продолжать быть твоей дочерью.

— Выходи замуж за Лу Сюаня! — велела матушка Жэнь.

— Мама, зачем ты вообще взяла меня с собой, когда развелась с папой? — не удержалась от вопроса Жэнь Синьсинь.

— Я... — матушка Жэнь закрыла глаза и в минуту мягкости сказала, — просто выслушай меня. Ты должна быть послушной и жить с Лу Сюанем, чтобы у вашего ребенка был полноценный дом. Мама больше не будет доставлять хлопот.

— Я могу сама растить своего ребенка, — возразила Жэнь Синьсинь.

— Что ты знаешь? Ты знаешь, как тяжело быть матерью-одиночкой? — мать Жэнь не смогла удержаться, и закричала.

— Я знаю... — Жэнь Синьсинь посмотрела на свою мать и сказала, — я знаю, потому что выросла с одной из них... но я не собираюсь управлять ее жизнью так, как ты управляла моей.

Мать Жэнь не ожидала, что ее слабая дочь вдруг станет такой сильной. Какое-то время она не могла придумать, что сказать.

— Синьсинь... — тетя Юнь услышала, что сказал Синьсинь, и тоже почувствовала неловкость.

— Тетя Юнь, верните мне моего ребенка и приходите навестить ее, когда она немного подрастет, — Жэнь Синьсинь повернулась к тете Юнь.

Тетя Юнь посмотрела вниз на ребенка в своих руках, затем на Жэнь Синьсинь, на ее лице отразилось явное нежелание.

— Это также и мой ребенок! — вдруг влез Лу Сюань.

— Я отец ребенка, и у меня есть права на опеку.

— Ты... — Жэнь Синьсинь недоверчиво посмотрела на Лу Сюаня.

— Жэнь Синьсинь, мне все равно, что ты думаешь, я никогда не позволю своей дочери остаться без отца, — Лу Сюань посмотрел на Жэнь Синьсинь и сказал, — Теперь у тебя есть два варианта. Или ты отдашь мне моего ребенка, или мы поженимся. Я обещаю заботиться о тебе.

Юй Дун, чья рука лежала на дверной ручке, услышал слова Лу Сюаня.

Выражение лица Юй Дун сразу же стало свирепым, и она с грохотом открыла дверь, бросившись к Сяоюэ, она быстро велела подруге:

— Что за чушь ты позволяешь им болтать, Сяоюэ, просто прямо звони в полицию!

— Дундун! — Синьсинь была удивлена, увидев Юй Дун.

Когда Лу Сюань увидел Юй Дун, его брови мгновенно нахмурились. По сравнению с Сяоюэ, плюющейся ядом, ему было гораздо труднее иметь дело с Юй Дун.

— Мистер Лу, я дам вам два варианта, — Юй Дун выставила два пальца, — первый - вы возвращаете ребенка Синьсинь прямо сейчас. Второй - мы вызываем полицию и сообщаем, что кто-то пытается украсть ребенка.

— Это также и мой ребенок, — в голосе Лу Сюаня вспыхнул гнев.

— Хорошо, — Юй Дун усмехнулась, — я дам вам третий вариант. Я найду репортера и объясню ситуацию в мельчайших подробностях. Затем я найду адвоката, чтобы подать иск и медленно тянуть его как можно дольше. Давайте посмотрим, что закончится раньше, судебный процесс или стоимость акций группы Лу.

Лу Сюань впился взглядом в Юй Дун, но она смотрела на него с такой же настойчивостью.

У Юй Дун не было большого терпения, и, видя, что Лу Сюань ничего не говорит, она жестом указала на Сян Сяоюэ:

— Звони.

— Да! — Сяоюэ схватила телефон и набрала 110.

— Подожди! — матушка Юнь остановила Сяоюэ, если они все окажутся в полицейском участке, что будет с ее семьей? Ситуация становилась все более и более хаотичной.

Тетя Юнь медленно подошла к Жэнь Синьсинь и осторожно вернула ребенка матери, сказав:

— Тетя Юнь пришла сюда не для того, чтобы украсть ребенка у матери. Тетя Юнь просто надеется, что ты дашь Лу Сюаню еще один шанс.

Жэнь Синьсинь взяла своего ребенка, которого хотели забрать и не смогла сдержать слез. Осторожно поцеловав малышку в лоб, Синьсинь подняла голову и сказала:

— Спасибо!

— Мама! — увидев это, Лу Сюань не удержался и крикнул.

— Что? Ты действительно хочешь попасть в полицейский участок? — отчитала его женщина. — Разве тебе не стыдно?

Хотя внешне Лу Сюань был властным человеком, он не осмеливался спорить с матерью.

— Пошли отсюда! — она видела, что ее глупый сын не сможет вернуть Синьсинь. Разочарованная, она повернулась и вышла из палаты.

Лу Сюань был шокирован. Он посмотрел на Жэнь Синьсинь и ребенка у нее на руках. Увидев, что девушка настороже, он еще больше расстроился. В конце концов он ничего не сказал и последовал за матерью.

Когда они ушли, Жэнь Синьсинь вздохнула с огромным облегчением. Затем она посмотрела на свою ошеломленную мать, которая пыталась их остановить.

Мать Жэнь почувствовала себя так, словно ее ударили по голове. Посмотрев на дочь, она сказала:

— Хорошо позаботься о себе.

Матушка Жэнь повернулась и, словно внезапно постарев на несколько лет, нетвердой походкой вышла за дверь.

— Мама! — не могла удержаться от крика Жэнь Синьсинь.

Когда они ушли, комната опустела, и Сяоюэ с облегчением похлопала себя по груди:

— Я подумала, что мне действительно нужно будет звонить в полицию.

— Так вот, что ты из всего этого извлекла? — Юй Дун повернулась к Жэнь Синьсинь и предложила. — Пойдем домой!

Жэнь Синьсинь кивнула, и аккуратно прижала к себе дочь посильнее.

Когда все трое вышли из комнаты, они увидели Ся Фэна, стоящего снаружи.

— С тобой все в порядке? — обеспокоенно спросил Ся Фэн.

— Да, спасибо! — ответила Жэнь Синьсинь.

По дороге в больницу Юй Дун позвонила Ся Фэну и сказала ему, что мать Жэнь хочет забрать ребенка. Ся Фэн вызвал охрану больницы и был готов вмешаться.

— Это хорошо, — Ся Фэн с улыбкой повернулся к Юй Дун и пригладил ее растрепанные ветром волосы. — Позже у меня будет еще одна операция, так что уходи первая.

— Да! — кивнула Юй Дун.

Ся Фэн попрощался с девушками и ушел.

Трое девушек с малышкой, наконец-то смогли спокойно вернуться в свой дом.

Квартира, которую сняла Сяоюэ, была довольно хороша. Она имела хорошую шумоизоляцию, была просторной и в ней имелось две комнаты. Поскольку у Жэнь Синьсинь был ребенок, Сяоюэ взяла инициативу в свои руки и переехала во вторую спальню, чтобы Синьсинь могла занять большую главную спальню.

Жэнь Синьсинь покормила дочь, затем уложила малышку спать в ее кроватку, прежде чем выйти из спальни.

Две девушки снаружи уже накрыли на стол. Посмотрев на Синьсинь, Юй Дун улыбнулась:

— Ты не торопилась, но хорошо рассчитала время. Куриный суп был очень горячим, но теперь его можно есть.

Юй Дун заскочила в ресторан и купила немного еды, прежде чем прийти в квартиру.

Жэнь Синьсинь улыбнулась, принимая чашу из рук подруги, и на сердце у нее потеплело.

— Не приходи на работу в этом месяце, просто сиди дома и заботься о своем ребенке как следует. Если тебе что-нибудь понадобится, просто скажи мне, и я принесу это вечером.

— Сяоюэ права. Я заказала месячную доставку из этого ресторана. Кроме куриного у них есть рыбный и свиной супы, если тебе надоест есть один и тот же, просто скажи им поменять его. — добавила Юй Дун.

— Да, — Жэнь Синьсинь хотела рассмеяться, но по какой-то причине ее зрение затуманилось.

— Не плачь, я читала, что слезы матери - это молоко ребенка. Не мори мою дочь голодом, — поспешно прокомментировала Сян Сяоюэ, увидев, что Синьсинь плачет.

Это замечание мгновенно рассмешило Синьсинь.

— Где, черт возьми, ты это вычитала? — Юй Дун была удивлена.

— Байду, — ответила Сяоюэ, — мы все неопытные. Надо будет спросить у мамы, когда я приеду домой в следующий раз.

— Кстати, о матерях, интересно, в порядке ли моя? — внезапно сказала Жэнь Синьсинь.

— Она... — Сян Сяоюэ попыталась сказать, что мать Жэнь вовсе не была матерью, когда Юй Дун прервала ее хорошо поставленным ударом локтя.

— Раньше она такой не была, — объяснила Жэнь Синьсинь двум своим близким подругам, — я помню, когда она развелась, меня мог забрать отец, но она боялась, что мачеха будет издеваться надо мной, и поэтому забрала меня.

— Тогда жизнь была тяжелой для недавно разведенной матери-одиночки, — вспоминала Жэнь Синьсинь, — моя мать в молодости была очень красивой и компетентной женщиной. Даже после развода мужчины преследовали ее, но она всегда отказывалась. В конце концов она вышла замуж за отчима, потому что он был добр ко мне, но в последнее время у них не все так хорошо.

— Синьсинь... — когда Сян Сяоюэ увидела, что подруге становится грустно, Сяоюэ захотелось утешить ее.

— Все в порядке. Я никогда не переставала верить в любовь моей матери ко мне. В конце концов она придет в себя, — рассмеялась Жэнь Синьсинь, — но прежде я должна обеспечить хорошую жизнь для себя и своей дочери.

— Вот именно! — согласно кивнула Юй Дун.

— Я извинюсь перед тетушкой позже. — Сян Сяоюэ вспомнила свое невежливое и бессердечное отношение к матери Жэнь сегодня. Честно говоря, Сяоюэ не верила, что есть матери, которые не любят своего ребенка. Просто они не всегда знают, что лучше для их детей.

Юй Дун тоже подумала о своей матери.

Ее мать когда-то была упрямой, полагая, что выдать дочь замуж было лучшим возможным исходом для Юй Дун.

Часто такого рода действия, совершаемые во имя любви, являются самыми мучительными и разочаровывающими.

Остается только надеяться, что эта любовь может принести плоды уважения и взаимопонимания.

Но мамы, знайте, что мы всегда будем любить вас, несмотря ни на что!

***

Автору есть что сказать: отношения Синьсинь и Лу Сюаня полностью закончились... отныне у Синьсинь будет лучшее и светлое будущее! Хотя действия матери Жэнь раздражают, я думаю, что в глубине души она все еще любит Синьсинь и надеется, что ее дочь будет жить идеальной жизнью, которой у нее никогда не было.

P.S.: приближается день матери. Последнее предложение адресовано моей матери!

***

https://vk.com/webnovell (промокоды на главы, акции, конкурсы и прочие плюшки от команды по переводам K.O.D.)