Хотя вопрос о родителях не выходил у Каэля из головы, он не осмелился его задать. Ему казалось, что это может быть слишком личным. Поэтому, когда разговор сместился к его шрамам, он вспомнил слова Эйры.

— Ты упоминала про цветок, который может помочь со шрамами, — начал он, пытаясь скрыть тревогу в голосе. — Где находится та гора? Насколько сложно достать этот цветок?

Эйри улыбнулась и сказала:

— Мы пойдём туда вместе, я тебе всё покажу. Я уже давно не уходила далеко от дома, так что это будет интересное приключение. Но для начала нам нужно дождаться моих родителей, и тебе стоит оправиться от травм.

Каэль слегка напрягся, осознавая, что его будущее приключение было ближе, чем он мог ожидать.

— Мне кажется это слишком тяжёлым... Что я буду должен вам за помощь? — тихо сказал Каэль, стараясь не смотреть в глаза Эйре. — Не думаю, что в таком опасном мире кто-то помогает просто так незнакомцам.

Эйра рассмеялась, её смех был лёгким и искренним.

— Да ничего особенного ты не будешь мне должен, — ответила она, глядя на него с теплотой. — Мне просто нужен друг. Мы с братом живём тут вдвоём, а родители редко отпускают меня в город. Так что, мне просто интересно общаться с тобой, ведь ты новый человек в моей жизни.

Для Каэля это казалось диким. Как можно держать ребёнка в заперти, да ещё и в лесу, вдали от других людей? Ему было сложно понять такую жизнь. Он смотрел на Эйру, пытаясь осмыслить её слова.

В голове крутились вопросы: Кем же всё-таки являются её родители? Почему они держат её и Леви вдали от цивилизации?

Каэль с трудом верил, что это было их обычное детство. Что-то здесь не так, — подумал он, но спросить напрямую пока не решался.

Эйра, уловив растерянный и обеспокоенный взгляд Каэля, слегка улыбнулась и мягко сказала:

«Я знаю, о чём ты думаешь. Всё это кажется странным и неправдоподобным, но мои родители держат нас здесь ради нашей безопасности. Леви и я… мы не такие, как все. Мы особенные. И пока это лучшее место для нас — вдали от людских глаз и опасностей мира.»

Она ненадолго замолчала, её взгляд стал более серьёзным.

«Это всё для нашей защиты, особенно для Леви. Если бы не это место, кто знает, что бы с нами случилось...»

Леви подбежал к Эйре и начал тянуть её за руку, настаивая:

«Пойдём играть, Эйра! Ну, пожалуйста!» — его глаза блестели в ожидании.

Эйра, улыбнувшись брату, осторожно высвободила руку и мягко ответила:

«Прости, Леви, но у меня ещё много работы в библиотеке. Обещаю, что мы поиграем позже.»

Заметив разочарование на лице Леви, она повернулась к Каэлю:

«Может, ты поиграешь с ним вместо меня? Я думаю, Леви будет рад провести время с тобой.»

Каэль, хоть и не был уверен, слегка кивнул, чувствуя себя неловко в новой роли, но Леви тут же просиял от радости.

Леви, болтая без умолку, рассказывал о своих игрушках, о том, как он играет с ними в своих воображаемых приключениях. Он держал в руках деревянного солдатика и показывал Каэлю, как они сражаются с воображаемыми врагами. Леви был так увлечён, что даже не замечал, как Каэль вдруг замолчал.

Каэлю внезапно стало тяжело на душе. Леви напомнил ему о собственном брате, с которым они когда-то так же беззаботно играли вместе. Образы их детских игр всплыли перед его глазами, и сердце сжалось от боли. Он вспомнил своего брата, который теперь находился в коме, и на него нахлынула волна тоски и вины.

Каэль глубоко вздохнул, стараясь подавить свои эмоции. Он знал, что не может показать Леви, как его терзают мысли о брате. Вместо этого он попытался сосредоточиться на игре, подхватывая энтузиазм мальчика. Они сражались с воображаемыми врагами, как будто это было самое важное дело на свете.

Но вдруг из библиотеки раздался громкий хлопок, который заставил Каэля и Леви замереть. Обе головы мгновенно повернулись в сторону звука. В воздухе витал легкий запах книг и пыли, но теперь он был смешан с чем-то более напряжённым. Что-то явно произошло, и это заставило их обоих насторожиться.