Десять лет — время, проведённое в бездне и одиночестве.
Меня зовут Разудсун Икорэ. Я немного социофоб.

В наше время необязательно выходить из дома, чтобы жить в достатке. Например, я зарабатываю рисованием — весьма прибыльное дело. За эти десять лет я ни разу не выходил наружу и не встречался с людьми. Просто заказывал еду на дом. Помнится, десять лет назад люди сами доставляли еду — сейчас 2031 год.

Я уже и не помню, когда в последний раз звонил родителям или родственникам. Не так давно погиб единственный человек, с которым я переписывался — единственная девушка, что меня привлекала.

Впрочем, сегодня я решил выйти на улицу. Пусть это и ночью — это уже прогресс. Хотя кто-то мог бы подумать, что я избегал света на протяжении десяти лет — это не так. У меня всегда были окна, которые светили мне прямо в лицо, когда я просыпался. Я даже думал заколотить их.

Крик и звуки шума, будто кто-то бил подушку.

— Что за херь?

Я немного выглянул в проулок. Там просто избивали алкаша два мужика. Они тоже были не в трезвом состоянии. Я как-то не горел желанием ему помогать — только проблем больше себе найду. Развернулся и пошёл к маленькой кафешке.

Сегодня луна была по-особенному красивой. Взяв три бутылки крепкого пиводара и выйдя на улицу, я сел на скамейку и пил в одиночестве.

— Какой смысл от такой жизни? Каждый день одно и то же: проснулся, взял заказ, полдня за компом, поел фастфуда — уже вечер. Потом, когда закончил с работой, почитал новеллы — уже ночь. Лёг спать, и всё повторяется. Дерьмо, а не жизнь. Ни друзей, ни родственников. Сам себя и закопал.

Я осознал в очередной раз, какой я жалкий и никчёмный. Но это всё, что я мог сделать.

Я собрался и пошёл домой. Может быть, завтра попробую выходить на улицу почаще. Того глядишь — и жизнь наладится. Это второй раз, когда я смог решиться и изменить себя.

Проходя через проулок, где избивали алкаша, я услышал странные звуки — вопли, и будто кто-то рыдал или смеялся. Не до конца было ясно.

Это уже чересчур… Они что, его там до смерти забили?

Всё же я решился вмешаться — но увидел лишь молодого парня в крови.

Тех алкашей там не было.

Я понял, что мне пиздец. Я резко испугался. Пот пошёл ручьём. Мне хотелось кричать от ужаса, но я не осознавал почему.

— Незнакомый? — ЫГХЫГХЫГХЫ.

Он резко начал смеяться. Я инстинктивно побежал домой.

— Блять… блять… БЛЯТЬ! ПОЧЕМУ ЭТО ПРОИСХОДИТ СО МНОЙ?!

Я вспомнил, что это был мой сосед. Точнее — сосед, который погиб из-за аллергии, о которой даже его жена не знала. Самое странное — он был моложе на пятнадцать-двадцать лет от того, каким я его помню. Он выглядел как двадцатилетний парень.

— Какого хера… просто какого, блять, хера? Точно, я не в себе. Да-да… перепил. М-мне нужно протрезветь…

Стук в дверь прервал мои слова. Я почувствовал, как сердце начало бешено колотиться, а глаза — расширяться от страха.

Я никого не ждал.

Стук стал сильнее — будто кто-то пытался выбить дверь. Я застыл.

Дверь влетела прямо в меня.

Редкая боль — не от того, что в меня влетела дверь, а от того, что я не чувствовал тела. Я не мог даже открыть глаза или кричать. Если бы я мог кричать, моё горло разорвало бы от боли.

Я чувствовал укусы. Чувствовал, как меня разрывает эта тварь.

Я хотел только одного — убить ту тварь, что жрала меня. За то, что она появилась именно тогда, когда я смог решиться во второй раз. Впервые — без «её» помощи.