(Перевод: Ориана)
Люй Шу не стал безрассудно приближаться к ящеру. Вдруг у него, несмотря на то, что он обездвижен, есть еще какие-то козыри?
Однако, пока он разглядывал его, падший варан снова заговорил: «Моя преследовали враги, и в итоге запечатали здесь, так что моя совсем не может двигаться. Моя не знает, сколько времени прошло в этой тьме... Моих детенышей убили, моего отца тоже убили...»
«Подожди, подожди... – Люй Шу схватился за лоб. – Это какой у тебя акцент? У кого ты учился говорить? Это... Пока не говори ничего. А то, если продолжишь, я рассмеюсь, не смогу сдержаться».
(п.п. – ящер говорит, используя вместо обычного «я» диалектное «я» (и еще пару слов) северных районов, таких как провинции Шаньдун, Хэбэй, Хэнань (где находится Лоян (Лочэн) и которая здесь называется Юйчжоу), Шэньси, а также северный Анхой, северная Цзянсу и др.)
«Очки негативных эмоций от падшего варана, +999!»
Люй Шу задумался. Вроде бы так и должно быть. Такого рода животные, превратившиеся в монстров, изначально же не умели говорить на человеческом языке. Но если они хотят заговорить, то должны у кого-то учиться. И в зависимости от того, кто их учил и откуда этот учитель, монстры будут говорить на языке того места.
Значит, этот ящер из Юйчжоу? Люй Шу не мог сказать. Как-никак в Юйчжоу таких видов нет. Может быть, его учитель был из Юйчжоу… Он впервые столкнулся с такой ситуацией. Когда-то в прошлом кровавый демон уровня А извлекал информацию напрямую из человеческой крови, поэтому он говорил на мандаринском диалекте. Это заставило Люй Шу почувствовать себя странно.
По правде говоря, как только ящер заговорил, Люй Шу сразу почувствовал, что он более приземленный, чем кровавый демон...
Встретятся ли ему в будущем монстры с диалектом из Шэньчжоу, столицы или из восточных провинций? А монстры из Чуаньчжоу тоже будут особенно хороши в ругательствах? От одной мысли об этом ему стало смешно...
(п.п. – здесь Чуаньчжоу – это провинция Сычуань, которая славится острой кухней и… ругательствами. Не знаю, может, это какой-то стереотип про сычуаньцев, хотя, большая часть китайских ругательств, что мне встречались, сычуаньского происхождения. Хотя есть еще такой момент – из-за разницы в значении слов в разных диалектах, некоторые не слишком приятные слова в обычном китайском в сычуаньском диалекте наоборот считаются ласковыми)
Кроме того, Люй Шу подумал, что этот ящер, рассказывая о своих страданиях, выглядел прямо как участник шоу талантов. Честно говоря, мало кто из участников мог бы быть более жалким, чем он. Люй Шу снова задумался: «Так какая у тебя мечта?»
Падший варан: «???»
Он вообще не понял, что имел в виду Люй Шу, а его прямой вопрос его ошарашил!
«Очки негативных эмоций от падшего варана, +999!»
В глазах падшего варана появилось печальное выражение: «Вся моя семья погибла, и моя единственный, кто остался жить в этом мире. Поэтому все эти годы моя имел одно заветное желание...»
Люй Шу колебался две секунды: «Так ты хочешь, чтобы я отправил тебя воссоединиться со своей семьей?»
Падший варан: «???»
«Очки негативных эмоций от падшего варана, +999!»
Разве он не должен отомстить за них? О каком, к черту, воссоединении речь? Мы вообще на одной волне?
Однако Люй Шу не собирался больше болтать с ним о всякой ерунде. Он был готов сразу использовать воду богов, чтобы постепенно уничтожить его.
Ящер, казалось, проницательно заметил убийственные намерения Люй Шу, поэтому тут же перестал плакаться и прямо сказал: «Моя может отдать тебе свою жизненную силу, стать твоим ездовым животным!»
Люй Шу причмокнул губами: «Ездовым животным? Нет уж. Другие восседают на белых журавлях, священных драконах, гигантских слонах, фениксах или, на худой конец, на больших орлах. А я что, буду ездить на ящерице?.. Ты что, смотришь на меня свысока?!»
«Очки негативных эмоций от падшего варана, +999!»
Он не ожидал, что этот парень, не обращая внимания на его силу, сразу отвергнет его из-за внешности. Что это за логика?! Кто здесь на кого смотрит свысока?!
Падший варан в последнее время чувствовал, что духовная энергия в глубине пещеры постепенно восстанавливается, и изо всех сил старался накопить собственную силу. Если бы ему удалось создать достаточно мощных ящериц, рано или поздно он нашел бы способ освободиться.
Совсем недавно рядом с ним внезапно открылись руины, и концентрация духовной энергии стала сравнима с той, что была в эпоху, когда он жил. Поскольку эта эпоха была уже очень давно, даже пять столбов, которыми его запечатали, начали расшатываться. В этот момент он решил активно охотиться на людей на поверхности земли, используя их для кровавых жертвоприношений, чтобы насильно восстановить свою собственную силу и сломать печать.
Но, как назло, только он начал действовать, как столкнулся с этим молодым человеком. Теперь его ящерицы уничтожены, а разговор с ним вообще не клеится!
Только сердце Люй Шу было действительно тронуто, когда ящер сказал, что готов стать его ездовым животным, но проблема была в том, можно ли верить его словам?
Если бы у него был способ поработить этого гигантского ящера, он бы непременно им воспользовался. Но метод, предложенный самим ящером, он использовать не решался.
Люй Шу всегда был крайне осторожным человеком. На поле боя он не доверял врагам, он доверял только себе. Он всегда считал, что лучше перестраховаться.
В этот момент Люй Шу направил воду богов, чтобы та окутала падшего варана. К его удивлению, Змея Хаоса, которая раньше была так возбуждена, что хотела немедленно проглотить ящера, отделилась от воды богов и осталась на плече Люй Шу, чтобы наблюдать.
Люй Шу погладил маленькую змейку по голове: «Ты что, трусишь? Боишься приблизиться к нему?»
Этот ящер и впрямь был странным, иначе почему змейка не осмеливается к нему приблизиться? Хорошо, что он сам опрометчиво не подошел ближе.
Падший варан увидел, что Люй Шу не собирается к нему подходить, а черная вода, которая уже окутала его, начала разъедать его тело, причиняя ему невыносимую боль!
Даже Мин Юэе не мог выдержать туман хаоса, не говоря уже о падшем варане, запечатанном на тысячи лет. Люй Шу всегда чувствовал, что туман хаоса не только увеличил скорость коррозии воды богов, но и придал ей силу более высокого уровня.
В этот момент Люй Шу увидел, как золотой столб, запечатывающий язык падшего варана, начал разрушаться. Язык внезапно обрел свободу и устремился прямо к Люй Шу.
Это было его последнее средство. Изначально он планировал дождаться, пока Люй Шу подойдет ближе, прежде чем использовать его, но Люй Шу был слишком осторожен. Даже несмотря на то, что он был в таком плачевном состоянии, этот парень все еще не собирался приближаться. Он даже продолжал атаковать его словами...
Но когда он попытался напасть на Люй Шу, воспользовавшись тем, что тот не был готов, то обнаружил, что парень уже скрылся в глубине туннеля...
«Недостаточно длинный, приятель», – весело улыбнулся Люй Шу.
Пока он говорил, от черной воды богов отделился поток и даже обвился вокруг языка ящера.
Язык не был таким прочным, как другие части тела. Падший варан сразу же почувствовал жгучую боль, пронзившую его нервы. Более того, вода беспрепятственно проникла через его огромный рот и фактически потекла в его желудок!
«Пощади! – взвыл падший варан. – Пощади меня, господин! Моя готов отдать все свои силы служению господину!»
«Теперь так заговорил? Поздняк!» – усмехнулся Люй Шу и достал из печати гор и рек небольшой складной стульчик. Он сел на стульчик и стал ждать, пока падший варан полностью не будет переварен водой богов. Люй Шу чувствовал, что такие дни были поистине прекрасны. Мало того, что вода богов продвинулась на новый уровень, так он еще и получил так много негативных эмоций.
В этой мрачной подземной пещере Люй Шу не чувствовал ни малейшего страха. Наоборот, ему даже захотелось перекусить вонючим тофу...
«Очки негативных эмоций от падшего варана, +1000!»
Это последняя глава
Статус произведения: продолжается, ожидайте выхода новых глав
Самые интересные комментарии
Пусто