Переполох ранним утром разбудил горных улиток.
— Что за шумиха?
— Внезапно зарычал лев, лайм.
— Из шахт доносится зловещий звук...
Из окон многоэтажек, что как грибы росли в подземном городе, выползали улитки. Сотни, тысячи, десятки тысяч улиток. Проснулись все: от улиток с самым чутким сном, до тех, что спят как убитые. И они смотрели со стен, покрытых слизью.
— Что за шум? Это мятеж?
— Это восстание!
— Трубите в горн!
— Лайм! Пробудим дух наших предков!
Улитки начали карабкаться по стене. Некоторые били себя по щекам усиками, что росли на голове. Это помогало окончательно проснуться.
Горные улитки, что первыми достигли вершины здания, затрубили в горны. Это был не совсем горн или рог, это были раковины мёртвых улиток. Из труб вырвался долгий, тревожный звук.
После сигнала первого горна на стену поднялись и другие улитки. Они взяли раковины, оставшиеся от своих соплеменников, и поднесли их ко рту. В подземного городе было множество зданий, и каждое из них пульсировало от гудков.
Напоминает игру на органе. Каждое здание превратилось в огромную трубу, что звучала в звенящей пустоте. Аккорды органа, издаваемые горными улитками, сотрясали подземный мир. Голоса гоблинов утонули в этой мелодии.
Собаки залаяли. Улитки считали псов священными животными из-за сходства с Богами. У собак, выращенных в пещерах, были мокрые носы и приглушённый лай. Но аккорды, что звучали из раковин умерших улиток, заглушали и этот свирепый лай.
— Гр-р-р…
Я сломал железные прутья решётки. Своими когтями, усиленными Оро, я разрезал их, как тофу. Работники зоопарка слишком поздно выползли и начали указывать на меня своими щупальцами. В это время я уже бежал по улицам подземного города.
— Это лев!
— Сбежал гладиаторский лев!
Улитки, что ползли по стене, сильно удивились, заметив меня. Некоторые поспешили занять место повыше. Я оттолкнулся задними лапами от земли и прыгнул на огромную колонну. Ту самую колонну, на которой были выгравированы Священные Писания.
— Гр-р!
Я ударил по колонне. Из лапы вырвалось красное Оро. Движение за движением – я лез вверх, как скалолаз по отвесной скале.
— Лайм!
— Смотрите!
Горных улиток напугало моё появление. Они ползли по стенам зданий, покрытым слизью. Некоторые теряли равновесие и поскальзывались.
Я взобрался на вершину колонны и осмотрел город. Подземный мир наполнили звуки горнов. Этот клич издавался из мёртвых тел. И услышав его, улитки вооружились. Войска шли по городу. Пройдёт немного времени, и они доберутся до гоблинов.
«Я не оставлю их».
Я расправил грудь. Вокруг не было ни одного здания выше колонны, на которую я взобрался. Я набрал полную грудь воздуха и медленно разинул рот. Из моей пасти вырвался рёв. Львиный рык, разнесясь вокруг, как рябь по воде, и этот звук перекрыл звучание органа. Мой рык по мере распространения становился всё громче и громче. В конце концов, объём моих лёгких был больше, чем объём пустых раковин умерших улиток. Да и голос мой звучал свирепее, чем их аккорды.
— Кор!
Все гоблины высыпали наружу. Они стояли у входа в шахту, с каменными молотками в руках. И в тот же момент, когда я их увидел, мои детишки заметили и меня.
— Кекерыккер! — закричали гоблины.
Это было моё имя ещё с тех пор, когда язык гоблинов походил на завывания животных. Тогда они меня и назвали «Кекерыккер».
«Ке» означает «вода». Всё, что было прозрачным и чистым в этом мире, гоблины называли «ке».
«Керык» означает «небо». Всё, что находилось высоко и почиталось священным, гоблины называли «керык».
«Кер» означает «мясо» или «зверь».
Вот почему меня назвали…
— Кекерыккер!
Белый зверь, что спустился с неба. Или, как они его называли по-другому, Белый Лев.
Я стоял и ревел посреди подземного города:
— Гуру!
Заметив меня на колонне, улитки резко остановились, а гоблины начали топать ногами и выстроились в ряды. Это был охотничий строй, которому я научил их давным-давно, когда мы ловили бизонов.
Гоблины всё ещё хранили в памяти то время, когда я был с ними двести лет назад. Как и слова, что их родитель обронил, не задумываясь. Всё это оставило глубокий след на жизнях моих детишек. Я почувствовал ответственность и гордость, когда увидел стройные ряды гоблинов.
— Гуру!
Хорошо. Мои малыши, я отведу вас на родину, о которой вы так мечтали.
— Гр-рык!
Я сконцентрировал силу в передней лапе. Оро, что бурлило в сердце, теперь перетекало через львиную лапу в когти. Они впились в образовавшиеся трещинки, через которые красное Оро мгновенно проникло в колонну и оплело её, подобно паутине.
Первая форма Изменённого Умения Бога Дьявола – Меч Сгоревших в Огне Детей.
Огромная колонна разлетелась вдребезги, как стекло. Улитки закричали. Скульптуры на столбах, фрагменты, где содержались мифы о расе горных улиток – всё было разбито. Я спустился и наступил лапой на обломки колонны. Она окончательно рухнула на землю, подняв вокруг себя толстый слой пыли.
«Теперь дух расы горных улиток точно будет сломлен».
Люди этой эпохи жили внутри мифа. Падение колонны отличается от обрушения любого другого здания – колона была Священным Писанием и религией горных улиток, поэтому её падение означало катастрофу.
Бог сошёл с небес.
«Гоблины же, наоборот, должны воспрять духом».
Но я был не единственным Богом в этом подземном мире. Я услышал сообщение, переданное через оракула:
[Следователь Еретик восхищается быстротой и ловкостью реализации Вашего плана.]
А затем из облака пыли выпрыгнула охотничья собака. С громким лаем она вцепилась мне в спину. Это было так внезапно, что я закричал, а потом сразу же запахнулся передней лапой. Но мои когти ударили не по голове пса, а по воздуху. Охотничья собака, которую я буквально только что видел перед своими глазами, внезапно исчезла.
«Святая Магия!»
Я сразу понял, что это за охотничья собака.
«Неужели Следователь Еретик тоже переселился в животное?»
(П.п.: Раньше автор сравнивал собаку Следователя Еретика с вельш-корги, которая является пастушьей, а не охотничьей.)
Следователь Еретик сразу же понял, к чему я стремлюсь. Разрушение колонны, символизирующей религию горных улиток, должно было ввести расу в панику. Для того, чтобы быстро победить, я инсценировал миф. Если горные улитки придут в замешательство, гоблинам будет проще сбежать. Но Следователь Еретик тоже перенёс душу в тело божественного животного и теперь противостоял мне.
«Где же ты?»
У меня ныла спина. Из рваной раны сочилась кровь. Я был начеку, но Следователя Еретика увидеть не мог. Вокруг клубилась пыль, препятствуя обзору.
«Где же ты появишься в этот раз, Следователь Еретик?!»
И я тут же почувствовал запах масла.
— Гр-р!
Учуяв аромат, я сразу откатился в сторону. Собака в тот же миг появилась там, где я стоял секунду назад, и высунула язык, будто чем-то огорчена.
У собаки была золотистая шерсть. Сразу видно, что жрецы улиток заботились о звере. Зубы собаки усыпали вставленные в них небольшие драгоценные камни, а короткая шерсть причудливо завилась. А ещё от всего тела пахло ароматным маслом, похожим на оливковое.
«Ты тоже выбрал облик божественного зверя, — зарычал я по-звериному, — но этот ход приведёт тебя к поражению, Следователь Еретик. От тебя несёт маслом. Это сработало при внезапной атаке, но не думай, что с таким сильным запахом это пройдёт и во второй раз!»
Из пасти льва не могло вырваться ничего, кроме рёва. Однако, похоже, Следователь Еретик понял значение моего рыка. И когда он понял, что его тактика стала бессмысленной, он отказался от неожиданных атак.
Мы уставились друг на друга.
— Га-ав!
— Гр-р...
Лай собаки и львиный рёв смешались. Я начал медленно кружить вокруг пса, чтобы напасть на него сзади.
«Это ведь не командное сражение. Ты не сможешь победить меня в бою один на один. Твоя Святая Магия обладает огромной силой, но это скорее навык поддержки. Без союзников, что будут за тебя сражаться, это бесполезно».
Собака с золотой шерстью залаяла. И этот лай был похож на смех Следователя Еретика.
[Следователь Еретик говорит, что рад сразиться с Вами.]
«Рад?»
[Следователь Еретик хочет доказать, что Вы более способный, чем он.]
Я не сразу понял смысл сообщения. И собака, словно прочитав моё выражение лица, задвигала передними лапами.
[Следователь Еретик говорит,]
[Что он всё делает лишь для того, чтобы добиться наилучших результатов.]
Постепенно облака пыли рассеялись.
[У каждого свои способности.]
[Чьи-то способности лучше, чьи-то хуже.]
[Следователь Еретик готов Вам подчиниться, если Вы докажете, что являетесь более способным, чем он.]
Сквозь оседающую пыль проявились лица гоблинов и улиток. И эти две расы, как и мы, противостояли друг другу.
[За прошедшие 200 лет я показал лучшее, на что способен.]
[Теперь Следователь Еретик просит Вас показать лучшее, на что Вы способны.]
Собака набросилась на меня. Я снова зарычал и выпустил когти. Пока мы сражались, хозяева нападали на рабов, а рабы – на хозяев.
— Лайм!
— Кекерыккер!
Горные улитки, облачённые в кожаные доспехи, размахивали щупальцами с клинками. У гоблинов не было подходящего обмундирования. Они сражались, держа каменные молоты. Улитки хоть и куда лучше вооружены, но их взволновало обрушение колонны, поэтому рабы теснили их своим боевым духом.
— Гр-рык!
Мои когти разорвали заднюю лапу Следователя Еретика. Собака обернулась и заскулила. Впрочем, моя атака не была критичной. Каждый раз, когда я собирался нанести решающий удар, Следователь Еретик умело уворачивался, используя Святую Магию. Хотя это было бесполезно при неожиданных атаках, навык позволял эффективно уклоняться.
Мне было понятно, что означает тактика Следователя Еретика.
«Он просто тянет время?»
Охотничья собака негромко залаяла. Хотя я не понимал, что пытается сказать пёс, я представлял намерения Следователя Еретика. Он сказал следующее: «Прямо сейчас раса горных улиток в смятении, но вскоре они придут себя. И здесь соберётся больше солдат. Если я потяну время, смогу выиграть».
Задержать нас. Это и был план Следователя Еретика.
— Гр-р…
Я уставился на пса. Со спины у меня сочилась кровь, а охотничья собака хромала на задние лапы. Мы оба были ранеными зверьми, что смотрели друг на друга.
«Неплохая тактика, — прорычал я. — Она сгодилась бы в случае, если бы я пытался справиться со всем самостоятельно. Но в данной ситуации не подходит».
На самом деле время было не на стороне Следователя Еретика. Точнее, не на стороне расы горных улиток. Время, когда господствовали улитки, теперь шло в обратном направлении.
[Восстание в Слаймополисе!]
Что-то появилось в воздухе. Чёрный лебедь расправил крылья и издал протяжный звук.
[Раса кровососущих восстала против расы горных улиток!]
Используя технику перемещения в пространстве, появилась Хозяйка Чёрного Дракона в облике мифического зверя. Летучие мыши, свисающие с потолка пещеры, захлопали крыльями. Они набрасывались сверху на улиток, что двигались к соляным шахтам. Улитки вопили и размахивали щупальцами, но вампиры ещё яростнее нападали на них и кусали.
«Это не ты тянешь время, Следователь Еретик, а я», — звериный рёв эхом прошёл по подземному миру, но не остановился на этом. Он разнёсся от пирса, где протекала река, до порта, где складывали мешки с солью. Рёв разнёсся от западного до восточного конца пещеры.
[Раса жаберников восстаёт против расы горных улиток!]
[Раса нечисти восстаёт против расы горных улиток!]
[Раса фей восстаёт против расы горных улиток!]
[Люди восстают против горных улиток!]
С этим звуком рушилась империя.
Самые интересные комментарии
Пусто