Кабинет, в который я заглянул, по земным меркам был не безумно просторным. Там такой подошел бы начальнику средней руки. Тем более, что переход многих компаний на работу с ИскИнами вызвал переизбыток офисных площадей, так что оставшиеся живые менеджеры могли расположиться с комфортом.

Но по меркам скученной Озимандии это была, конечно, невероятная роскошь: целая комната со столом для совещаний, подвешенным под потолком огромным шаром люксового голопроектора и панорамным окном с видом на окружившие Симмонс холмы.

– А, Глеб, здравствуй! – проговорил хозяин кабинета, вставая из-за прозрачного стола, настолько хрупкого на вид, что мне, наверное, страшно было бы за ним сидеть, и протягивая мне длинную жилистую ладонь.

С Кади мы были на «ты», несмотря на то, что наш статус на этой планете был совершенно не сопоставим. Заместитель Председателя Правления корпорации «Юнити» – это в переводе на земные реалии… ну, как вице-президент США, например. Я, однако, знал его еще с Земли, где он работал некогда в Антимонопольной службе и пару раз пересекался со мной по рабочим вопросам.

Он был, наверное, в числе первой или второй сотни земных колонистов на Озимандии. И, наверное, один из очень немногих, кто, попав на планету тогда, дожил до наших дней. Свой немного странный ник «Кади» он придумал, сократив свое имя «Аркадий». Кроме того, это, кажется, означало «судья» на каком-то языке, что было созвучно нынешнему статусу Кади: он курировал, в том числе, судебный департамент.

Его стримы я смотрел с самого начала, не раз донатил ему, а когда сам собрался на Озимандию, спрашивал у него совета. Меня он называл своим крестником – так здесь обычно звали тех, кто пришел на планету под твоим влиянием.

Я пожал протянутую мне хозяином руку и сел на мягкий стул напротив него, он же опустился в свое навороченное левитирующее кресло и сладко потянулся. Его гладко выбритая голова поблескивала в льющихся из окна оранжевых лучах Шелли, а орлиный нос отбрасывал на щеку длинную тень.

– Могу тебе выпить предложить, крестник, – произнес он. – Но сам, извини, не буду. Через час совещание с Председателем – он этого жутко не любит. Араб, что с них взять.

– Нет, спасибо, – ответил я. Мне хотелось поговорить на трезвую голову.

– Ну, тогда рассказывай, – сказал он, сложив руки на столе. – Какие-то проблемы с выплатой кредита?

– Нет, с этим все нормально, – ответил я. На кредит мне и в самом деле грех было жаловаться – его я получил на льготных условиях, тоже благодаря знакомству с Кади. –  Но я хотел узнать, нельзя ли мне увеличить кредитный лимит. Например, под залог, или если я поручителя найду.

– Что это ты? – невыразительные брови Кади слегка приподнялись.

– Видишь ли, я… у меня появилась идея создать корпорацию, а там же нужно за лицензию платить, потом за участок. Плюс, обзавестись шмотом минимально необходимым. Тысяч двухсот должно хватить, если не зарываться.

– Ты? Корпорацию? – Кади явно сделал усилие, чтобы его вопрос не прозвучал слишком уж насмешливо, но ему не удалось.

– В общем-то, да, – я сделал вид, что не заметил его реакции. – Я проработал бизнес-план. Если хочешь – скину тебе. Можно заняться гриндом в горах на востоке, там по расчетам должно быть много нетронутых месторождений. Это намного выгоднее, чем на Свалке, но нужна команда, и я подумал…

– Слушай, Фрай, давай говорить, как взрослые люди? – произнес Кади, убрав виртуальный экран, в который пялился в продолжение моего не слишком убедительного монолога. – Ты – хороший парень и много способен добиться здесь. И я всегда рад тебе помочь. Но корпорация… разве это твое?

Я опустил глаза, словно школьник, не сделавший домашку.

– Я думаю, что мое, – ответил я, постаравшись, чтобы голос звучал как можно тверже. – Я следил за событиями здесь с самого начала, я много знаю о планете, и о том, как все устроено.

– Много об этой планете даже я не знаю, – покачал головой Кади.

– Я командовал людьми на Земле, – ответил я. – Я был начальником отдела, в конце концов. Все эти мальчики и девочки, которые лезут сейчас в командиры – большинство из них даже такого опыта не имеет. Серьезно, Кади, я справлюсь. Если ты не веришь, я могу оставить акции корпы вам в залог.

– И нафига они нам? – Кади покачал головой. – Такие акции ничего не стоят.

Я открыл, было, рот, чтобы что-то возразить, но тут же осознал, что возражать, собственно, и нечего. Со стыдом я начал осознавать, что не подготовился к разговору, очень для меня важному.

– Слушай, Глеб, ты думаешь, я не понимаю? – спросил Кади, взглянув на коммуникатор и сбросив щелчком какой-то, должно быть, не слишком важный вызов. – Я отлично понимаю тебя. Тебе надоело гриндить на Свалке и выполнять копеечные квесты. Ты хочешь как-нибудь так – ррраз! – и запрыгнуть на другую ступеньку, верно?

Я неуверенно кивнул.

– Вот видишь! – он улыбнулся, довольный своей прозорливостью. – Но почему вы все думаете, что корпорация – это самый простой путь? Вот кого ты сейчас в нее наберешь?

– Можно устроить презентацию… – начал я.

– И набрать на ней тот сброд, который прибежит на халявную выпивку? – Кади усмехнулся. – Нет, серьезно, без своей корпорации можно отлично развиваться. Можно погриндить уровня до десятого, накопить денег на летающую машинку со стелс-модулем, заделаться штурмовиком-разведчиком. В любой корпе такого с распростертыми объятьями примут, даже у нас. Можно вложить ЭОН в крафтовую профессию, собрать интересный фабрикатор и после этого вообще в поле не выходить. Куча есть вариантов – чего тебя именно сюда понесло?

Да, это долго. Да, у нас в свое время все происходило быстрее. Ну, так у нас все было в сто раз опаснее. Ты ведь смотрел стримы еще с тех времен? Помнишь, как мы жили? Спали вповалку в павильоне, жрали какую-то безвкусную кашу, потому что больше нечего. Каждый день кого-нибудь хоронили, если было, что хоронить.

Вам сейчас намного легче в этом плане. Планета неплохо исследована в радиусе нескольких сот километров от Симмонса. Опасные зоны обозначены на карте. Крафтеры придумали, как делать кучу всего крутого, от машин до нижнего белья. Да, теперь, чтобы расти, нужно стараться, а не просто чтобы тебе повезло не сдохнуть. Ну, так это везде так.

От длинного монолога у Кади, похоже, пересохло в горле. Он закашлялся, открыл ящик стола и, достав из него фляжку, сделал крупный глоток: видать, понадеялся, что Председателя не учует.

Несмотря на всю мягкость его тона, я чувствовал себя перед ним, словно школьник, скверно выучивший урок. Мне стало ясно, что моя безумная затея обречена на провал еще на этапе планирования, и теперь я хотел лишь одного: чтобы позор побыстрее закончился.

– Ладно, – сказал я. – Тогда я пойду обдумывать житие.

– Обдумаешь, скинь сообщение, – Кади кивнул и уставился на экран, давая понять, что аудиенция окончена.

Я поднялся со стула.

– Да, и еще, – произнес он, когда я уже направился к выходу, понизив при этом голос до шепота. – Я хотел бы тебя предупредить кое о чем. Наша СБ сейчас расследует ряд случаев… В общем, кто-то… какие-то люди с Земли выходят на связь то с одним колонистом, то с другим и втягивают их в разные опасные авантюры. Я не знаю, кто и зачем это делает – мы разбираемся.

– Я буду иметь в виду, – ответил я.

– Ну, и отлично, – ответил он, опустив глаза к настольному коммуникатору, который уже пару минут настойчиво требовал его внимания. – Ладно, тогда бывай, крестник. Если какие проблемы с кредитом, сразу мне звони, вместе порешаем. Лады?

***

Следующий кабинет, который я посетил в этот день, отличался от рабочего места Кади, как велосипед от спорткара.

Небольшая комнатушка, отделенная от нескольких таких же лишь перегородкой, не доходящей до потолка. Черный стол с дешевым монитором и склонившаяся над ним китаянка под пятьдесят с короткой стрижкой, в толстовке и джинсах.

Вонг Чжоу, глава единственной на планете официальной научной организации, подняла на меня усталые глаза.

– Добрый день, Фрай, – произнесла она, сняв очки и потерев покрасневшие веки. – Ты за квестами? Боюсь, сейчас их нет, бюджет на этот квартал исчерпан.

– Нет, я про другое поговорить хотел, – начал я, чувствуя себя так же неловко, как у Кади.

– Ну, про другое, так про другое, – кивнула она. – Хочешь, чаю тебе налью? Мне коллега присылает очень хороший Бай Му Дань, фабрикатором такой не сделаешь.

– Много работы? – спросил я, пока она возилась со стоявшим в углу небольшим автоматом для правильной заварки чая – единственная роскошь, которую Чжоу себе здесь позволила.

– Ужасно много, – Чжоу кивнула, поставив в автомат две стеклянные кружки. – Нужно готовить заключение для «Эдисона» о том, что выбранный ими лес не является уникальным, и его можно зачищать. Заседание послезавтра, так что к завтрашнему утру нужно успеть. А тут еще эти студенты на мою голову…

– Что за студенты? – спросил я, принимая из ее рук кружку ароматного чая. Насколько мне было известно, никаких подчиненных в Институте у нее никогда не было. Собственно, весь Институт состоял из одной мисс Чжоу и нескольких ее подручных на полставки. То есть, вообще-то в Институте работают десятки людей, только все они на Земле.

– Семь человек, – вздохнула она. – Какие-то богатые детки, в основном. Сбежали на Озимандию от скуки, думая, что тут научные открытия с неба сыплются. А оказалось, что тут ничего с неба не падает, кроме мобов, и чтобы просто поесть, нужно работать, Неожиданно, правда?

– Да уж, – я кивнул. Такое время от времени случалось: молодые романтики сбегали в колонию, не задумываясь о том, что жизнь здесь в первое время, это либо однообразный гринд на Свалке, либо еще более скучная работа на станции. – И сильно достают?

Чжоу поморщилась, давая понять, что да, очень сильно.

– Нет, я сама такая была, – произнесла она, откинувшись немного на стуле. – Может быть, я и сейчас где-то в глубине души… иначе, что бы я здесь делала? Но, все же, это смешно: думать, что кто-то им даст деньги и оборудование просто под голый энтузиазм.

Суют мне под нос программу исследований – там только на первый этап денег нужно больше, чем мне наш фонд за два года прислал. А еще ж туда доехать надо, охранять их кто-то должен, кормить, да куча всего!

Теперь хотят собирать под это деньги на стримах, да кто их будет смотреть? Одни пустые мечты. Чувствую, месяца не пройдет, как они захотят домой, а домой-то никак не попадешь.

– Нда, ситуация, – сочувственно произнес я. Откровенно говоря, проблемы незнакомых мне студентов не слишком меня интересовали. Я хотел поскорее перейти к цели своего визита.

– Как вы думаете, реально выбить с Земли бюджет, – наконец, спросил я. – Ну, скажем, под поиск новых озимандийских артефактов?

Чжоу устало махнула рукой.

– Какое там, – проговорила она. – Копейки лишней не допросишься. Первое время все эти бюрократы там на Земле возбудились: дескать, мы сможем отсюда получить новые технологии, оружие, материалы, то, сё… Но когда стали поступать первые данные…

Чжоу покачала головой.

– Они поняли, что эти технологии на Земле не воспроизвести? – уточнил я.

– Может, и воспроизведут лет через сто, – ответила она. – А пока… как-то все поостыли. У каждого правительства миллионы голодных избирателей, которым нужно увеличивать ББД, чтоб они голосовали, как надо. Какие тут исследования?

Мы помолчали минуту, допивая чай.

– А ты какие артефакты искать собрался? – спросила Чжоу.

– Ну, мало ли… да хоть бы Колодец, допустим… – проговорил я, стараясь, чтобы голос звучал как можно беззаботнее.

Чжоу посмотрела на меня, как астроном на астролога.

– Слушай, Фрай, – начала она. – Ну, ладно эти мальчики и девочки, но уж от тебя я не ожидала. Институт занимается серьезными вещами, а не поисками снежного человека.

– Ну, я так… на всякий случай, – произнес я, опустив глаза и поднимаясь со стула.

– А впрочем… – задумчиво произнесла Чжоу, – знаешь, ты меня не раз выручал, и кое-чем я тебе, может быть, и смогу помочь.

– Я был бы очень признателен, – ответил я, улыбнувшись. – Мне когда лучше зайти?

– Да можешь, собственно, и не заходить, – загадочно ответила Чжоу. – Поблагодарить, разве что. Если, конечно, захочешь поблагодарить.