Противник, сохранивший ей жизнь после поражения. Тот, кто смог использовать силу Святой Стеллы. Сблизиться с таким человеком было бы неплохой идеей.

— Да, что-то вроде этого он и сказал…

— Ты не можешь отрицать очевидного, - вдруг сказала женщина.

— Думаешь… - выдержав паузу, Эстер склонила голову, с непониманием во взгляде взглянув на Салливан. — Думаешь, я что-то для него значу?

— Думаю так, — кивнула женщина.

Чушь! Все, что делал этот человек, вызывало лишь отвращение и ненависть.

— Мне всегда казалось, что он ненавидел меня из-за того, что я не принадлежала знатному роду. А оказывается, он делал все, чтобы привлечь мое внимание?

— Его семья даже в преклонном возрасте не упустит возможности пошутить над кем-то. Но когда дело касается серьезных вещей, они подходят к этому с огромной ответственностью.

Эстер не знала, что ответить, и молча сидела, позволяя Салливан продолжить свою мысль.

— Возможно, все его поступки объясняются тем, что он пытается стать для тебя подходящей партией.

— Но…

— На твоем теле нет ни единой раны. Независимо от того, насколько он хорош во владении мечом Стеллы, победить такого сильного противника как ты, было бы непросто, не нанеся тебе серьезных повреждений.

Эстер снова замолчала, до сих пор не зная, что сказать.

— В каком он был состоянии?

— Ужасно. Все его тело было покрыто ранами.

— А ты? — снова спросила женщина?

Эстер замолчала. На ее теле не было ни одного видимого повреждения, не считая маленькой царапины на руке. Используя технику Святой Стелллы, Каллиус, на протяжении всего боя, избегал прямого нанесения ударов своему противнику. И когда меч уже почти коснулся нежной кожи на шее Эстер, он остановил использование Серебряных лепестков.

— Таковы все мужчины. Даже наивный идиот, который, казалось бы, никогда не повзрослеет, способен измениться до неузнаваемости в тот момент, когда на его плечи ляжет большая ответственность. Знаешь ли ты, какую ношу несет Каллиус?

— Не знаю…

— Это тебе и предстоит узнать.

Эстер вновь замолчала, посмотрев на опекуна.

— Мне хорошо известно, что тебе всегда нравились рассказы о Святой… Ты не упустишь возможности сразиться с ним вновь. Однако теперь… делай, что он говорит. Мои же дни уже сочтены.

***

Темная тень виднелась за пламенем костра. Это был Брунс. Весь покрытый сажей он ел в одиночестве, сидя перед искрящимися в огне поленьями. Это был помощник Каллиуса.

— Ешь без меня?

— Ах, господин! — встрепенулся Брунс. — Вы проснулись?!

Ошеломленный слуга тут же подбежал к мастеру.

— Я так умру от недостатка энергии.

На недавно изрезанном теле, от ран не осталось и следа. Постепенно возвращалась и святая сила. Осмотрев тело, и убедившись, что не осталось даже шрамов, стало очевиден эффект, хотя из-за того, что это все-таки не высококачественная святая вода, я потерял сознание от нарастающей боли.

«Пережить такие страдания и не сойти с ума?..» — вновь подумал я.

— Давай-ка выпьем.

Каллиус сделал глоток и тут же все выплюнул.

— Ах ты ж ублюдок! – рыкнул Паломник. — Что ты туда намешал?

Сперва было остро, затем появилось соленое послевкусие, а после во рту и вовсе появилась какая-то горечь. Что можно было намешать, чтобы получить настолько отвратительное пойло? Как можно было умудриться создать такое?

Слабость все еще присутствовала, и я чувствовал, как снова поднимается температура.

— Вскипятить еще?

— Дай мне лучше мясо.

В конце концов, обжорству Каллиуса можно было только позавидовать. Когда он прикончил с дюжину жаренных кусков мяса, приготовленных Брунсом, лишь тогда отвалился назад, похлопав себя по наполненному животу.

— Вы все съели…

— Что ты сказал?

— Ах, н-нет, ничего! Вам уже лучше? Я был так обеспокоен, даже подумал, что вы почили.

— Э… а ты?..

Неудивительно, наверняка, я лежал на земле весь в крови. Любой бы решил, что умер. Поерзав и сев поудобнее, Каллиус прислонился спиной к холодной каменной стене. Они находились в лесной пещере.

По словам помощника, они находились здесь уже больше недели. Из-за незапланированного привала, все продовольствие, особенно мясо, которое они привезли из Тристара, закончилось, и Брунс будет вынужден отправиться на поиски продовольствия и питьевой воды.

— Как ты посмел съесть все мое мясо?

— Я должен хорошо питаться, чтобы как следует позаботиться о господине, - именно так объяснил тот свой поступок.

— Вот теперь восполняй все съеденные запасы за счет охоты.

— Вы слишком много…

— Мне придется задержаться здесь еще на пару дней.

— Вам все еще нездоровится?

Чувствовалась сильная усталость. Эстер ушла, но Инквизитор Железного правосудия, наверняка, неустанно идет по моему следу. Столкнись я с ним сейчас, сомневаюсь, что смогу выстоять против него и сбежать.

— Слишком много болтаешь. Смерти ищешь?

— Я… я пойду!

При виде того, как Брунс нервно засобирался, бегая по пещере взад-вперед, Паломник цокнул языком. В запасе было так много продовольствия, но уже все закончилось.

— Сколько же ты ешь?

Облизнув пересохшие губы, Каллиус прикрыл глаза.

[Каллиус фон Жервейн]

[Род занятий] - Паломник

[Дух] – Уровень 4

[Святая сила] – 2571/4251.

[Талант] – [Благословения Барда – Макс.]

[Атрибуты] – [Стихи милости], [Долг аристократа], [Разгильдяй из графской семьи], [Сочинение Стихов смерти – Пусть сгинут ошибки прошлого], [Блудный сын Церкви], [Чревоугодие], [Трехцветный глаз].

[Характеристика]

Сила – 22 -> 26+(10)

Ловкость – 15+(10)

Навыки – 8 -> 12

Здоровье – 15 -> 17+(10)

Вера – 21 -> 23

Скорее всего, из-за того, что ему удалось овладеть техникой Святой Стеллы, общие способности и святая сила значительно прибавились. Все характеристики, за исключением ловкости, увеличились на два пункта. А уровень святой силы увеличился примерно на тысячу. Возможно, это было обусловлено влиянием ее использования или же пришедшего просветления, позволяющего использовать новую технику Шесть ночных цветов на гребне горы.

«Неужели я на верном пути?»

Три года. На это мне потребовалось три года. И вот теперь я нахожусь в начале основного сюжета. От переизбытка чувств чуть было не заплакал, но смог быстро взять себя в руки. Мне предстоит долгий путь. Не время радоваться.

На поле Эликсира находится лишь один бутон со святой силой внутри. Следует создать шесть таких бутонов и сжечь их в качестве подношения. Только после этого появится возможность раскрытия полного потенциала техники Шести ночных цветов на гребне горы.

В этом мире слишком много сильных людей, чтобы выбрать кого-то одного для счастливой жизни.

«Многое зависело от удачи».

В поединке с Эстер Каллиус как раз на нее и полагался. Хоть он и верил в возможности своей уникальной способности, риск все равно был слишком велик. Если бы он допустил ошибку, то мог умереть, так и не открыв в себе новые способности. Схватив один из мечей, висевших на стене пещеры, Каллиус подумал:

«Я больше не могу использовать Арсандо».

Будь этот меч целым, он мог бы еще долго прослужить своему хозяину, но большая часть лезвия уже была настолько повреждена, что оружие пришло в негодность.

Если бы не было другого, я так и продолжил использовать его, но теперь мне это незачем. У меня был меч Эстер.

[Люсьен]

Ранг – Меч Жизни.

Душа – Люсьен дю Валлюс

Это был тот клинок, который был очень близок к классу мечей Духа, и входил в пятерку лучших своего класса, находящихся под присмотром Церкви.

«На мече было несколько дефектов».

Но так как я избегал прямого попадания, на Люсьен не было видимых повреждений от меча Святой Стеллы.

«Неужели это урон от Стиха милости?» - задумался я.

Но данная способность не была задействована. Вероятнее всего, это был след от Сочинения Стихов смерти – Пусть сгинут ошибки прошлого.

Я покачал головой и вновь ухватился за рукоятку Арсандо – пришло время проститься. Каллиус вытащил клинок из ножен, вокруг меча образовался сияющий ореол святой силы. Озаренный сиянием, он выглядел словно Святой, отдающий почести Богу.

[Вы перевели душу на сторону Бога.]

[Получена награда за пожертование меча Жизни.]

[Навык +1]