Значит, Не Ли побывал в Священном пределе Небесного превращения! Возможно, тогда он и смог каким-то образом забрать с собой дух Основателя Е Яня? Но ведь его дух мог существовать лишь в границах Священного предела!

И всё же, создав живую куклу и запечатав в ней дух Основателя, Не Ли оскорбил предка, совершил ужасное святотатство! Непонятно только, почему Основатель Е Янь заявил, что сам желал этого?

Что же произошло?

Даже будучи запечатанным в живой кукле Е Янь оставался для своих потомков непререкаемым авторитетом.

«Я, представитель младшего поколения рода, Е Цзун, рад чести снова встретить вас», – с поклоном промолвил Глава.

Е Сю также приветствовал Основателя с величайшей учтивостью.

Если бы Е Янь не обучал юных гениев Академии, Светозар давно бы уже лежал в руинах. Он был не только наставником обоих Заклинателей, он основал сам город и являлся предком их семейства. Как можно было проявить к нему непочтительность?

«Господин Основатель, если этот мерзавец принудил вас сделать столь ужасный выбор, мы прикончим его и освободим ваш дух из плена!» – злобно прорычал Е Цзун, вновь окутываясь облаком ужасающей духовной силы.

Впрочем, Не Ли значительно продвинулся в своём развитии, да и «Обрушивающий Небеса» меч бога Грома защищал его собственной аурой, так что наш герой уже не был столь беззащитен и уязвим, и угрожающее давление ощущалось им весьма слабо.

Е Янь совершенно хладнокровно заявил: «Я добровольно согласился, чтобы мой дух был запечатан в живой кукле. И если вы почитаете меня, как предка и наставника, то должны и к Не Ли относиться с подобающим уважением».

Основатель не ведал, какие отношения связывают Е Цзуна и Не Ли, но глубокие познания юноши и его таинственная могучая духовная сила убедили Е Яня, что относиться к нему нужно, как к взрослому мастеру, чьё мастерство не имеет равных. Собственно, поэтому он и вмешался в происходящее.

Относиться к мальчишке с таким же уважением, как и к Основателю Светозара?!

Е Цзуну аж поплохело от такого заявления: словно его всего, с головы до пят, поедом мухи ели! Этот мелкий прохвост домогался его дочери, и Е Цзун исключительно из соображений гуманности не порвал его в клочья, а теперь наглец ещё и жить с Цзыюнь собирается, и при этом нужно обходиться с ним учтиво, будто он почётный гость?!

Ни за что!

Однако за Не Ли заступался сам основатель семейства Фэнсюэ! Какие бы превратности судьбы не пережил их род за многовековую историю, кровь не обманешь. Так что Е Янь оставался их дальним предком, и коль не послушаешься его, то сам совершишь святотатственный поступок!

Глядя на беспечно ухмыляющегося Не Ли, Е Цзун едва не лопался от злости, но поделать ничего не мог. Он ведь, образно говоря, «двинул войско, дабы призвать мятежника к ответу», но как это сделать теперь, когда на стороне сопляка сам Основатель?

Злобно зыркнув в сторону Не Ли, Глава объявил: «Господин Основатель, меня ждут дела, так что, с вашего разрешения, я, пожалуй, пойду!»

Коли нельзя надрать задницу мальчишке, то какой смысл здесь торчать?

Вслед ему донеслось со смешком: «Господин тесть уже уходит? Не торопитесь, пожалуйста, а не то споткнётесь!»

Е Цзун, который как раз заносил ногу через порог, разумеется, зацепился за него и едва не упал. Он несколько раз глубоко вдохнул и выдохнул, чтобы не сорваться в совершенно неподобающую его статусу истерику. Надо было ещё тогда треснуть негодяя об стенку так, чтобы мокрое место осталось…

Впрочем, что толку сожалеть о том, чего не сделал?

Сопя от возмущения, Глава поспешно удалился.

Е Сю уж и не знал, смеяться или плакать. Глава обычно вёл себя весьма сдержанно и, уж конечно, не гневался по пустякам. Однако мальчишка был уж больно дерзок, а возможности дать отпор у Е Цзуна не было. Норов у Е Цзуна крут, ни в доме, ни во всём Светозаре никто не смел ему перечить, и лишь господин Е Мо мог обуздать Главу… до сегодняшнего дня, когда Основатель Е Янь заставил его склониться перед Не Ли. Вот уж и впрямь говорят: на каждую силу найдётся сила ещё сильнее!

Е Сю находил ситуацию в некоторой степени забавной, считая, что хоть Не Ли и развился в некоторых аспектах слишком преждевременно, но зато во всём Светозаре не было юноши одарённее, так что – чем не партия для Цзыюнь? Да и Основатель Е Янь в качестве свахи – это вам не фунт изюму.

Хотя, с другой стороны, любой отец реагировал бы весьма резко в такой ситуации, и Е Цзун здесь не исключение, тем более, что первое его впечатление о Не Ли было основательно испорчено.

На самом деле, Не Ли всего лишь дразнил Главу, не более того. Разумеется, он не собирался немедленно совращать Е Цзыюнь. Он всего лишь хотел быть уверен, что девушка непременно станет его женой, а для этого находиться рядом с ней всё время, пока они оба не повзрослеют.

А Е Цзун… Ну, что сказать?

В прошлой жизни Ли боялся Главу до дрожи в коленках, но сейчас былое благоговение почти сошло на нет. Да, Е Цзун много сделал для Светозара и пал, как герой, защищая город, но для Цзыюнь он никогда не был хорошим отцом. Так что Глава вполне заслужил то отношение, которое демонстрировал ему Ли.

«Знаешь, Не Ли…» – начал было Е Сю, но Ли прервал его:

«Мои прежние условия остаются в силе. Если вы не согласитесь, то на этом наш разговор закончен. Каждый остаётся при своём. Не желаете иметь дело со мной, Е Сю – цяньбэй, уговаривайте Основателя Е Яня».

«М-м… Основатель Е Янь, касательно «Боевого порядка десяти тысяч демонических духов…» – смущённо забормотал Е Сю, обращаясь к живой кукле, как утопающий, цепляющийся за соломинку.

И услышал в ответ: «Это вне моей компетенции. На меня не рассчитывайте».

В совершенном отчаянии Е Сю помчался вдогонку за Главой, рассчитывая убедить его, что Боевой Порядок слишком важен для Светозара, чтобы так просто от него отказываться.

Е Цзун был подобен грозовой туче: посаженные вдоль аллеи деревья клонились, словно под ураганным ветром, соприкоснувшись с пропитанными яростью волнами его духовной силы.

Но, хотя прежде Е Сю никогда не видел Главу в таком состоянии, он всё же осмелился его окликнуть: «Господин Е Цзун…»

«Не смей докучать мне! – раздался злобный рык. – Я прикончу засранца, порву на десять тысяч частей, и никто не посмеет остановить меня!»

«Хотел бы убить – давно бы это сделал, – пробурчал себе под нос Е Сю. – Почему медлил? Даже когда посторонний завладел духом Основателя Е Яня, ты ничего не предпринял!»

Видимо, что-то расслышав, Глава злобно зыркнул и зарычал: «Что, думаешь, у меня рука дрогнет? Вообразил, будто я испугался, потому что Основатель на его стороне?»

Е Сю поспешно промолвил: «Не гневайтесь, господин Е Цзун! С вашей могучей силой расправиться с Не Ли – всё равно, что муху прихлопнуть. Но вы также известны своим великодушием и вряд ли снизойдёте до соперничества с подростком».

«Хмпф! – фыркнул Глава. – Этот подросток посмел сделать мою дочь объектом своих грязных вожделений! Ишь ты, жаба хочет отведать лебяжьего мясца! Если он ещё раз дерзнёт приблизиться к моей дочери, пожалеет, что на свет родился!»

Несмотря на весь сарказм ситуации, Е Сю, не подавая виду, примирительным тоном продолжал: «Господин Е Цзун, а ведь и правда, пошло оно всё к демонам! Жили мы без этого Боевого Порядка – и дальше жить будем!»

Е Цзун аж поперхнулся. Если техника могла в критический момент спасти весь Светозар, то как же ж без неё?! Да, ярость Главы не ведала границ, и это вполне объяснимо, ведь мальчишка строит злонамеренные козни в отношении Цзыюнь, но вдруг он всё же не врёт относительно Боевого Порядка?

Е Сю преувеличенно горько вздохнул: «Жаль, что у меня всего лишь сын... Была бы дочь – я в полной мере осознал бы, что чувствует сейчас господин Глава…»

Изменившись в лице, Е Цзун отрезал ледяным тоном: «Я не собираюсь преподносить ему мою дочь на блюдечке!»

«Не стоит беспокоиться, господин Глава, я, кажется, знаю, что нужно сделать!»

«Да? И что же?»

Е Сю прошептал что-то на ухо Е Цзуну. Постепенно морщины на лбу Главы разгладились, и он согласно кивнул: «Славно. Так и сделаем».

С улыбкой на лице, едва не вприпрыжку, Е Сю двинулся обратно к Не Ли.

«Итак, Глава согласен?» – усмехнулся Ли, завидев его на пороге.

Неужели он был уверен, что всё так и выйдет?!

Е Сю сухо кашлянул и промолвил: «Господин Глава, действительно, дал своё согласие».

Ли кивнул и окликнул сестрёнку: «Малышка Юй, поторопись. Мы переезжаем к твоей невестке».

«Ага!» – Юй уже тащила во двор огромный баул.

Они уже и вещички собрали?!

Е Сю замер в нерешительности. Что-то ему подсказывало, что проблемы только начинаются, но вот где кроется подвох?! Опомнившись, он догнал решительно зашагавших вперёд Ли и его сестрёнку.

…А Е Цзыюнь в белом платье из тонкого шёлка сидела на большом валуне у озерца. Её длинные волосы ровной волной струились по спине и плечам, душа же, напротив, пребывала в смятении, в глазах застыла печаль… Глядя на своё отражение в зеркальной глади воды, девушка едва слышно вздохнула.

Не Ли, конечно, был дурным мальчишкой, постоянно злил её, но почему-то мысли о нём так и лезли в голову! И он Цзыюнь ни капли не нравился, но, когда его не было рядом, казалось, будто недостаёт чего-то. С ним всё же было веселее…

Тут же вспомнился отец. Он ведь всё ещё сердится, с того самого дня… Если Не Ли снова надерзит, отец ведь может очень плохо с ним обойтись…

Не желая снова вспоминать ужасную сцену, разыгравшуюся во дворе недавно, Цзыюнь вздохнула и решила, что больше не будет видеться с Не Ли. Возможно, ей не суждено завести друзей. Все покидали её – один за другим…

И вдруг в зеркальной глади пруда отразилась смешная рожица, уморительно ей подмигивающая.

Цзыюнь помотала головой и буркнула под нос: «Привидится же такое! А всё от недосыпания…»