Лайк
7 месяцев назад
АРТУР ЛЕЙВИН
«Грей не убивал их», — сказала Ада, на этот раз громче.
Титус Гранбель поднял руку, прикрыв рот дочери.
«Ада! Что ты —»
Выскользнув из объятий родителей, она шагнула к судьям. И на одном дыхании выпалила: «Я попала в ловушку, застряв в зеркале, а Грей пытался спасти меня, но Эзра не послушался и освободил рогатого восходящего из волшебного зеркала, пока Грей возился с каким-то артефактом, другой восходящий убил моих братьев, и я бы застряла там навсегда, но Грей спас меня», — с каждым словом ее лицо становилось все краснее и краснее.
Девочка закрыла лицо руками, а ее родители напряженно стояли по обе стороны от нее.
Даррин победно посмотрел на меня, а затем повернуться к Блэкшорну.
«Что ж, вот и —»
«Лорд Гранбель», — сказал Блэкшорн, перебив моего адвоката, — «Очевидно, что ваша дочь слишком расстроена. Хотя мы и ценим мужество вашей крови, лично присутствовать на этом судебном процессе, но по оценке коллегии судей, мы не можем принять показания Ады в настоящее время и вместо них будем использовать письменное изложение событий, которое получили ранее».
Ада уставилась на верховного судью разинув рот, в то же время ее отец кивнул и его губы дернулись, подавив ухмылку.
«Вы можете идти», — добавил Блэкшорн.
Мне не удалось подавить нарастающее раздражение и цепи снова начали затягиваться. Я прижал руку к острому, искореженному металлу, оставшемуся после оторванного подлокотника, проткнув кожу, и позволил боли ярко вспыхнуть в моем сознании.
Кто-то позади меня закричал о несправедливости ситуации, обернув слова в ругательства, и через несколько секунд весь зал суда взорвался хором криков и оскорблений, направленным к судьям.
«— да вы шутите —»
«— даже услышав, что сказала девушка —»
« — показуха, это все сплошной обман —»
« — лучше отпустите Восходящего Грея, или —»
Все судьи встали — кроме Тенемы, чье морщинистое старое лицо лишь сильнее сморщилось от недовольства, — Блэкшорн снова и снова стучал молотком, но зал суда позади меня просто взбунтовался. Услышав, как нетерпеливая толпа обернулась против продажных судей, я успокоил свои нервы ровно настолько, чтобы цепи просто удерживали меня и не пытались оторвать голову.
«Тишина!» — взревел старший судья. «Тишина! Тишина!»
Харкраст повернулся к служащему, наполовину скрытому за столами.
«Освободи комнату. Сделай это. Сейчас же!»
Внезапно в зал суда ворвались солдаты в черных доспехах, однако все происходило позади меня. Я повернулся на стуле, чтобы получше разглядеть, но цепи, холодные и твердые, впились в меня, пригвоздив к железному стулу.
Реджис издал насмешливый смешок:
— Они всех выгоняют, — по залу суда пронесся панический крик. — Черт, один из солдат только что кого-то вырубил. И, конечно же, стража Гранбелей помогает солдатам.
Передо мной Даррин в ужасе наблюдал, как стражники Высшего Зала выводили толпу через огромные двойные двери в длинный коридор. На лицах судей читалась смесь презрения и удовлетворения.
Двери захлопнулись, крики и тяжелый топот медленно стихали удаляясь, пока зал суда не погрузился в жуткую тишину.
Кроме пяти судей и горстки стражи Высшего Зала в черных доспехах, в помещении остались только Даррин, Аларик, Мэтисон и я.
«Есть ли смысл напоминать старшему судье, что судебное заседание с коллегией судей из пяти человек должно проходить в виде открытого слушания?» — спросил Даррин, со сдерживаемым яростным рычанием в голосе.
«Совершенно никакого», — прошипел Блэкшорн, мрачно глядя на нас четверых. Даррин и Блэкшорн встретились взглядами, но через несколько секунд мой адвокат сдался судье, опустив глаза на пол платформы.
Мэтисон держался на расстоянии, в то время как Аларик встал по другую сторону от меня, немного наклонился и прошептал:
«Знаю, что все выглядит плохо, малыш, но не делай глупостей. У нас все еще есть пара трюков в рукаве… Я надеюсь», — добавил он слегка нерешительно вполголоса.
Блэкшорн откашлялся, с влажным, хриплым звуком, похожим на заточку лезвия.
«Нет никаких сомнений, что кто-то поработал над подстреканием этого сброда чтобы сорвать слушание. К счастью, нас предупредили, что такое может произойти».
Фрайл издал резкое «Ха!», которое заставило старшего судью замолчать, а остальных членов коллегии повернуться к нему в ожидании.
«Когда я услышал о человеке, распространяющем слухи и подстрекающем людей, я понял, что это, скорее всего, «человек от народа», Даррин Ордин, нарушающий правила проведения процесса ради своего чувства справедливости маленького человека. М-да!»
Лицо Фрайла расплылось в подчеркнуто хмурой гримасе.
«Ты стал предсказуемым, Ордин. Но на этот раз твои игры не сработают».
— Можешь себе представить, сколько рогатых задниц ему пришлось поцеловать, чтобы стать судьей? — спросил Реджис тоном, в котором смешались любопытство и ужас.
«Благодарю, судья Фрайл», — умиротворяюще сказал Блэкшорн. «Как я уже сказал, мы ожидали такой тактики, и не позволим этому судебному процессу превратиться в какой-то цирк».
Я рассмеялся, холодно и невесело. Даррин бросил на меня предупреждающий взгляд, и Аларик покачал головой, но с меня уже хватит.
«Похоже, Восходящий Грей наконец-то показал свою истинную природу», — сказал Блэкшорн, приподнимая бровь. «Его способность смеяться после таких ужасных событий, говорит о многом».
«Если честно, мне кажется, что это скорее было испытанием моего терпения, нежели судебным разбирательством нелепых обвинений Гранбелей», — сказал я как ни в чем не бывало. «Что дальше? Может, уважаемые судьи расскажут, что трупы Калона, Эзры и Рии волшебным способом появились из реликтовых гробниц, и их раны каким-то образом доказывают, что я точно убийца?»
«Или, что еще лучше, может, вы нашли мой секретный дневник, который я так удобно спрятал где-нибудь в общественном месте, подробно описывая мой злой план убийства всех Гранбелей, кроме той, что спас, конечно».
Фрайл вскочил с места, указав на меня своим скрюченным пальцем.
«Да как ты смеешь проявлять такое кощунство перед —»
Блэкшорн поднял руку, успокаивая своего коллегу, и откинулся на спинку стула. Вместо того, чтобы разозлиться на мой не очень тонкий сарказм, он просто изучал меня, сложив пальцы перед собой.
Лицо Фрайла побагровело от кипящей ярости, но он придержал свой язык, как и Фолхорн и Харкраст. Тенема же единственная казалась незаинтересованной, будто ее больше интересовала нить на ее одежде, чем я.
«Отсутствие вещественных доказательств вряд ли будет проблемой, учитывая убедительные показания свидетелей, что мы получили», — ответил Блэкшорн, слегка пожав плечами. «Что, я полагаю, подводит нас к части обсуждения судебного процесса».
Тенема, слегка нахмурившись, выдернула нитку и бросила ее на стол.
«Я бы сказала — виновен. Мне это ясно, как день».
С поникшим видом, Даррин обернулся посмотреть на входные двери. Мэтисон же напротив, самодовольно ухмыльнулся.
— Пока трудно сказать, кого из них подкупили, а кто просто глуп, — со вздохом сказал Реджис.
«В обсуждении нет необходимости. Виновен», — выплюнул судья Харкраст, снова теребя пальцем свою маслянистую козлиную бородку.
Челюсти Фолхорна дернулись и качнулись, вместе с его покачиванием головой.
«Жалкое зрелище. Виновен».
Острый взгляд Фрайла остановился на Даррине, когда он прошипел:
«Трижды виновен».
Краем глаза я заметил небольшое движение: лорд Гранбель, стоял в тени ниши у дальнего конца комнаты. Несмотря на полумрак его белые зубы сверкнули, когда он победно улыбнулся.
Блэкшорн подался вперед над своим высоким столом.
«Виновен», — медленно произнес он, смакуя каждую букву.
Аларик вертел головой, будто не мог поверить в услышанное.
«Они не пришли, черт бы их побрал», — сказал он хриплым шепотом.
«Что же касается вопроса о наказании», — сказал Блэкшорн неожиданно деловито. «Во-первых, все материальные ценности и богатства Восходящего Грея немедленно конфискуются и будут переданы Крови Гранбель в качестве компенсации за потерю, понесенную от рук Грея. Восходящий Грей, вы должны немедленно передать свое имущество, включая все предметы, добытые в реликтовых гробницах, суду. Разгласить местонахождение любого богатства или имущества, которым вы можете владеть, но в данный момент не имеете в наличии, включая частичную собственность и активы крови».
«Не забудьте, Ваша честь», — наигранно улыбнулся Мэтисон, — «о любых незаконных артефактах восходящего».
«Конечно», — добавил Блэкшорн. «В случае, Восходящий Грей, если вы откажетесь разглашать местонахождение своего имущества, то перед казнью наши самые могущественные стражи разорвут ваш разум на части».
Он сделал паузу, сверля меня глазами, ожидая ответа.
Я одарил его самой обаятельной из своих улыбок.
«Жду с нетерпением».
«Стража», — сказал Блэкшорн, так сморщив нос, будто вступил во что-то мерзкое, — «поместите этого убийцу в самую глубокую, самую маленькую из камер».
— Ну, а теперь мы убьём этих клоунов? — взмолился Реджис. Чур придурок с козлиной бородкой — мой.
— Нет. Не здесь, — холодно ответил я.
Шум криков снаружи зала суда достиг моих ушей, в коридоре за огромными двойными дверями царила какая-то суматоха.
«Должно быть это наш козырь», — прошипел Аларик. «Нам нужно удержать твою задницу на стуле, малыш».
Когда я медленно оглядел стражу, окружающую нас, на меня нахлынуло ледяное спокойствие. Теперь, зная, что они приняли решение и суд надо мной закончился, я испытал в каком-то роде облегчение.
Даррин и Аларик были вынуждены отойти от меня и скрыться из виду. Даже когда дюжина стражников в черных доспехах двинулась ко мне с оружием наготове, я остался сидеть, сохраняя собранность и невозмутимость.
«Я хотел бы дойти до камеры на своих двоих», — сказал я, спокойным и плавным голосом, несмотря на количество острого и заряженного маной оружия, направленного на меня.
«Ты все еще думаешь, что имеешь право на такую свободу?» — возразил Блэкшорн. «Не имеешь. Тебя разденут и все время до момента своей смерти ты проведешь связанным».
Я позволил эфирному намерению волной вырваться из меня, оно прошло сквозь стражников, делая их неподвижными. А те, что, послабее задыхаясь упали на колени, широко раскрыв глаза.
Все судьи побледнели, их глаза метались в поисках ответа на вопрос: «Что сейчас произошло?». Ведь я связанный и лишенный всякого доступа к мане заключенный. Обычно ничего подобного никогда бы не случилось.
Обычно.
«Я т-требую знать, что ты делаешь!» — удалось выкрикнуть Фрайлу.
«Должно быть, это реликвия, ваша честь! Я знал, что он как-то ее скрывает», — собравшись с силами Мэтисон поднялся с колен, повернувшись ко мне его выражение лица стало напряженным. «Я требую, чтобы ты немедленно передал реликвию!»
Мой взгляд так обратился на управляющего, что он даже отшатнулся от внезапности.
«Почему бы тебе не подойти и не забрать ее?»
Мэтисон, чьи тонкие брови покрылись испариной, судорожно сглотнул.
Время в зале будто остановилось, так как никто из присутствующих не мог собраться с духом приблизиться ко мне.
Только когда двери зала суда распахнулись, я ослабил удушающее давление, которое удерживал все время. Повернувшись наперекор стягивающимся цепям, я взглянул через плечо и увидел пару знакомых лиц.
«Как раз вовремя», — Аларик перевел дух.
— Наша кавалерия прибыла, женоподобный, — сказал Реджис с усмешкой.
Первым я заметил, мускулистого нападающего с малиновыми волосами по имени Тэген, а рядом с ним стоял его аккуратный спутник — мечник Ариан. Двое восходящих находились по бокам от незнакомого мускулистого мужчины с оливковыми волосами, который, в свою очередь, следовал за разъяренной женщиной с огненно-рыжими волосами и сверкающими глазами морозно-голубого цвета. Четверка остановилась на вершине лестницы, смотря вниз на патовую ситуацию между мной и стражей.
«Милость Вритры… Блэкшорн, по какой причине за последние пятнадцать минут ко мне в кабинет стучалось множество различных людей? Объяснитесь немедленно».
Верховный судья сжался от властного голоса женщины, и его рот начал открываться и закрываться, как у рыбы, выброшенной на берег.
«О как хорошо», — сказал мужчина с оливковыми волосами из-за спины женщины, указывая на зал суда стопкой пергамента в руке. «Похоже, мы прибыли как раз вовремя, чтобы предотвратить грубую судебную ошибку».
С открытием дверей Харкраст воодушевился, но снова поник при виде рыжеволосой женщины с ее свитой.
«Верховный судья! И… Наследник Денуар, здесь, собственной персоной. Вы, гм, принесли показания леди Каэры?» — спросил он, без прежнего высокомерия. «Вам совсем, не стоило беспокоиться, мы почти закончили с этим сумасшедшим преступником. Верховный Судья, не было необходимости —»
Когда морозно-голубой взгляд женщины обратился к Харкрасту, тому показалось, будто они заморозили его вплоть до мана-ядра.
«Не смей указывать, что мне делать в моем собственном зале, Харкраст».
«Дело в том», — сказал мужчина с оливковыми волосами, — «что мы здесь ради сумасшедшего преступника».
Наследник Денуар… Значит, Каэра все-таки убедила ее кровь помочь.
Мимолетная улыбка сама собой появилась на моем лице.
«Помолчите, Денуар», — огрызнулась женщина.
Харкраст начал было шуметь, наконец-то восстановив некоторое самообладание, но женщина щелкнула пальцами, заставив его замолчать.
«Даже если только половина из того, что мне сказали правда, ты высмеял правосудие Высшего Зала, поправ все устои, которые мы считаем священными», — своим пронзительным взглядом она прошлась по пятерым судьям. «Запрет перекрестного допроса? Насильственное удаление зрителей? Размещение посторонних солдат в священных стенах?»
Увидев пылающие глаза женщины, я удивился, не понимая как Блэкшорн и другие прямо на месте не превратились в угольки.
«Верховный судья, не сочтите мои слова за неуважение», — произнес Блэкшорн, поправляя свою мантию. «Но в интересах экономии времени мы не могли строго следовать стандартному протоколу. Мы лишь стремились уберечь наших граждан от этого убийцы».
«Неужели?» — после того как мужчина крови Денуар вручил верховному судье стопку пергамента, на ее лице возникла веселая ухмылка. «Что ж, я полагаю, все из этого обширного перечня ваших многочисленных закулисных сделок, неэтичных обещаний и мошеннических действий, приведших к данному судебному разбирательству, совершалось во имя обеспечения безопасности наших граждан, так, Блэкшорн?»
Старый рябой судья побледнел.
«Э-это… Верховный судья, позвольте объяснить —»
«Как верховный судья, главный арбитр Высшего Зала в реликтовых гробницах, я объявляю сие судебное разбирательство недействительным и немедленно освобождаю Восходящего Грея».
«Но —»
Пламенный взгляд верховного судьи заставил Блэкшорна замолчать.
Расслабившись, я позволил цепям сделать то же самое, и осмотрел темные ниши вокруг помещения суда в поисках Титуса крови Гранбель. С прибытием верховного судьи, он сделал шаг назад, уйдя еще глубже в тень. Наши взгляды на мгновение встретились — его яростный и мой прищурено-веселый, — прежде чем он повернулся и исчез.
«Стража, проследите, чтобы судьи никуда не ушли, и Вритры ради, кто-нибудь, снимите цепи с этого человека», — рявкнула она.
«Нет необходимости», — просто сказал я.
Зал суда наполнился резким металлическим скрежетом, когда цепи, удерживающие меня, разорвались. Осколки металла разлетелись по помещению, и в то же время стража попятились назад с расширенными от шока и страха глазами, половина из них направила оружие на судей, а другая половина — на меня.
Блэкшорн и другие судьи не веря уставились на цепи, потеряв последние крохи своего самообладания.
Потирая запястья, я повернулся к Блэкшорну, у которого отвисла челюсть.
«Примите мои извинения за разрушение вашего артефакта, впрочем…» — улыбнувшись я сказал: «Сами понимаете… в интересах экономии времени».
Самые интересные комментарии
Лайк