Он, словно в безумии, принялся трясти её – но это, почему-то, совершенно не помогало. Девушка не приходила в сознание, а её тело с каждой минутой становилось все холоднее и холоднее…

— Ло Ло! – что же делать? Что он должен сделать, чтобы спасти её?! Наньгун Луюнь всегда славился своими хладнокровием и смекалкой, но именно сейчас все мысли в его голове в панике разбежались, громко вереща и ни в какую не желая ловиться.

Так и не придумав ничего лучше, мужчина собрал крохи своей духовной энергии и торопливо влил в умирающую Су Ло. Однако их уровни отличались, как небо и земля, и такая «щедрость» была для девушки все равно, что высоковольтный разряд, потрясший весь организм. Девушка вздрогнула и, вырвавшись из объятий Наньгун Луюня, изрыгнула целый ком сворачивающейся крови.

— Ло Ло! Как ты себя чувствуешь? Всё очень плохо? – суетился вокруг неё принц Цзинь, заботливо убирая с лица волосы и вглядываясь в болезненно зажмуренные глаза. Но, избавившись от «лишней» крови, девушка снова погрузилась в глубокий обморок. – Ло Ло, я тебя спасу, обязательно спасу! Всё будет хорошо, маленькая моя!

Продолжа нашептывать что-то успокаивающее (скорее всего, для себя самого), он сконцентрировал духовную энергию и тонкой струйкой горячего воздуха направил её в грудную клетку Су Ло. Его собственный организм буквально взвыл – ему следовало залечивать собственные травмы, но Наньгун Луюнь только лишь отмахнулся и продолжил свое дело. И вскоре его старания дали свои плоды: тело девушки, поколебавшись на грани между жизнью и смертью, подпитываемое силой его духа, всё же решило еще немного побыть в числе живых, резонно подметив, что умереть оно всегда успеет. Началось восстановление, еле заметное, еще совсем неуверенное – но даже эти крохи привели принца Цзиня в самый настоящий восторг.

Таким образом, он продолжал капля за каплей вливать в девушку жизненную энергию в течение трех суток.

На четвертый день небо снова заволокло тучами. Наньгун Луюнь мрачно нахмурился: скоро должен пойти дождь.

Он с нежностью убрал прядь волос, прилипшую к щеке девушки. Её лицо по-прежнему оставалось ужасно бледным, а дыхание поверхностным, но по сравнению с тем, что было до этого – она определенно шла на поправку. Пусть медленно и не очень уверенно, но всё же. За прошедшие три дня и его раны подзатянулись, что не могло не радовать.

Он подхватил её тело, словно оно весило меньше пушинки, и очень осторожно, стараясь идти как можно ровнее, подошел к краю обрыва. Несколько прыжков – и вот они уже на верхушке скалы. Точнее, на том, что от неё осталось.

Когда-то это был пик, самая высокая скала хребта Ласточкиных Гор. Деревья, веками растущие на ней, своими верхушками царапали проплывающие облака… Давно это было, и неправда. Теперь же, куда ни кинь взгляд, всюду простиралась черная, выжженная пустыня. Вся растительность, живность, даже там и тут скалящиеся из земли камни и покрытые мхом валуны – всё обратилось в пепел.

Но не последствия их разрушительной битвы с Феей Ян Ся интересовали Наньгун Луюня, рефлекторно прижавшего свою драгоценную ношу покрепче к себе, закрывая её от всякой опасности. Он напряженно следил за кучкой земли, движущейся в их с Су Ло сторону.

Внезапно комок почвы встрепенулся, отряхнулся и явил какое-то животное, настолько перепачканное обгоревшей землей, что идентифицировать и отнести его к какому-либо виду было довольно затруднительно. Но пара огромных, глуповато-очаровательных глазенок тут же выдало в этом самопровозглашенном «големе» мелкого божественного дракошу!

Мэн-Мэн некоторое время настороженно вглядывался в незваного гостя, явно раздумывая, а не откусить ли ему голову, когда его взгляд, наконец, остановился на по-прежнему бессознательной Су Ло.

Три прыжка – и вот, малыш уже расположился на груди своей хозяйки. Видя, что девушка никак не реагирует на его появление, он осторожно пощупал её лицо лапкой – но Су Ло по-прежнему не открывала глаз. Малыш занервничал, засуетился, принялся трепать Хозяюшку за руку. Но, сообразив о тщетности этих манипуляций, торопливо нырнул в пространство.

Наньгун Луюнь не смел мешать дракоше, пока тот пытался растормошить девушку, и когда тот вдруг воодушевленно умчался в её пространство, даже немного воспрянул духом: мало ли, вдруг умный малыш знает какой-нибудь способ разбудить Ло Ло. Не то, чтобы он сильно рассчитывал на помощь недоросля-рептилоида, но хоть какая-то надежда лучше полнейшей безнадеги и снедающего изнутри чувства вины и утраты.

Отыскав местечко, укрытое от ветра, он вынул из своей пространственной сумки чистое белоснежное шерстяное одеяло и плотно закутал в него тельце девушки (то-то бы удивилась Цзы Янь, будь она здесь, конечно, когда узнала бы, что одна из двух пространственных сумок с аукциона окажется в руках Наньгун Луюня!). А в процессе «обертывания» он вдруг обнаружил, что руки и ноги Су Ло снова заледенели – а ведь с момента, как он прекратил вливать в неё свою духовную энергию, времени прошло всего ничего! Не откладывая в долгий ящик, он тут же устроился поудобнее и принялся за дело: тонкая струйка жизненного тепла полилась в грудную клетку Су Ло.

Губы мужчины изогнулись в печально-ироничной усмешке. Должно быть, после того позорного и бессмысленного концерта, устроенного им, его Малышка и видеть его наглую морду не желала – а теперь она, по сути, целиком и полностью зависит от его присутствия. Су Ло, когда же ты очнешься? И очнешься ли вообще?..

Вокруг стояла абсолютная тишина. Только ветер периодически шуршал рваным пеплом, словно пытался отыскать хоть кого-нибудь живого, оставшегося после пожарища. В радиусе десятков километров не было слышно ни стрекотания насекомых, ни важной возни грызунов, ни величавой поступи магических зверей – даже птицы словно бы намеренно облетали эту насквозь пропитанную смертью территорию.

Наньгун Луюнь напряженно вглядывался в обескровленное лицо Су Ло. Благодаря его энергии в девушке по-прежнему теплилась жизнь, но всё же это больше походило на продление муки, чем настоящее лечение. За эти несколько дней она сильно похудела и осунулась, кожа буквально просвечивалась, на такую плюнешь – синяк останется.

Принц Цзинь, не в силах больше смотреть на его едва живую Малышку, с тихим стоном зарылся головой в её волосы.

«Ло Ло… Что же мне делать?»

Очередной приступ самобичевания был уже на подходе, когда, наконец, вернулся мелкий дракоша с охапкой трав, зажатой в пасти. С победным видом он выплюнул свою ношу прямо на грудь девушки.

— А … эм… Что за травы? – невразумительно промямлил Наньгун Луюнь. Среди внушительного списка его талантов, владение элементом древа не значилось, так что в лекарственных травах он не был докой. И конкретно эти он если и видел, то когда-то давно и вскользь, поэтому и не признал.

— Ву! – малыш честно попытался объяснить этому неразумному двуногому, но тот его пантомиму не оценил. Дракоша, одарив принца Цзиня ну очень выразительным взглядом, плюнул на это дело (в буквальном смысле, Наньгун Луюнь еле успел увернуться) и вытащил книгу.

— «Техника Танца Духовных Шагов»? – пораженно воскликнул мужчина.

Сокровище императорской семьи Западного Цзинь! Но… как эта книженция оказалась у Су Ло?

Малыш, не обращая внимания на все возрастающее недоумении Наньгун Луюня, ткнул лапкой в травы и изобразил размалевывание их соком страниц книги. Но так как мужчина не торопился выполнять его инструкции, Мэн-Мэн окончательно разочаровался в его сообразительности и решил сделать все сам. Он выбрал три вида лекарственных трав, но тут вдруг столкнулся с труднопреодолимой проблемой: как оказалось, не так-то просто маленькой лапкой схватить довольно толстый стебель растения!