1395 После их отбытия, атмосфера в дворцовой зале заметно разрядилась. - Отец-Император… - сызнова завёл свою жалостливую шарманку кронпринц, но Его Величество, тоскливо взглянув на сына, прямо и без обиняков задал вопрос: - Ты сможешь победить Второго Брата? - Да как такое возможно?! – после сегодняшней демонстрации силы Наньгун Люцзюй не питал ни малейших иллюзий на предмет своего возможного превосходства над младшим братом. - Вот и я с ним не совладаю, - развёл руками Его Величество, - так что впредь нытьё, жалобы и тому подобное запрещены. Взывать к «сыновьи» чувствам – бесполезно, давить авторитетом правителя – тоже. Тут как бы тебя самого не раздавили. Остаётся лишь смиренно просить о милости, а в случае отказа – медленно и печально уходить восвояси. Отец и сын синхронно вздохнули, мучимые схожими мыслями. - Отныне не вздумайте досаждать и провоцировать принца Цзиня, иначе даже я не смогу вас защитить! – предупредил Его Величество, окинув строгим взглядом родственников. И если кронпринц ещё хоть как-то трепыхался в попытках возмутиться или хотя бы поплакаться, Императрица, казалось, совсем скисла. В безжизненных глазах плескалось отчаяние вперемешку с недоумением: как же так вышло, что сын её почившей соперницы так возвысился? Противостоять ему? Она?! Такие глупые идеи безвозвратно покинули её буйную голову. Проводив невидящим взглядом жену и сына, Император в который раз печально вздохнул. Что касается этой девчонки, Су Ло, - тут он совершенно бессилен. Осталось придумать, как это объяснить Старшему Предку Су. *** - Старейшина Су, мне очень жаль, - покаянно молвил Его Величество тем же вечером, когда Предок Су вернулся во дворец. – Мой Второй Сын полон решимости защитить девчонку, Вам лучше сдаться. С одной стороны, Император мог бы так не унижаться перед своим подданным – ведь сила его сына достигла ужасающих вершин. Однако, как показала практика, этот же сын ни во что не ставит своего отца и в случае чего даже не подумает за него впрягаться. Так что приходилось проявлять осторожность и тщательно подбирать слова. - Его Высочество принц Цзинь… на десятом ранге? – медленно, словно пробуя на вкус слова, проговорил Старейшина. - Всё так, никаких сомнений, - кивнул головой Его Величество, невольно потянувшись рукой к шее от подкатившего к горлу страха. Старший Предок Су едва сдержал рвавшиеся наружу ругательства: этот сопляк!.. Он сам потратил уйму лет, сил и ресурсов, денно и нощно культивировал в строжайшем уединении, ни знал ни минуты покоя – и достиг-таки небывалого восьмого ранга. Он рассчитывал, что, выйдя из закрытой культивации, тот же час поразит и покорит весь мир, однако… одно лишь существование Наньгун Луюня безжалостно вдребезги разбило его самооценку. Семь лет! Мальцу было всего семь лет, когда Старейшина отправился совершенствоваться. И всё равно мальчишка каким-то непостижимым образом умудрился обогнать его в уровнях! Внутри мужчины бурлили ненависть и зависть, но внешне он оставался всё таким же холодно-равнодушным, когда, отхлебнув традиционного чая, как бы между прочим поинтересовался: - Значит, и Су Ло на восьмом ранге? - А вот это уже чистой воды пустые сплетни. Понятия не имею, откуда они вообще появились, но девчонка, очевидно, по прежнему пребывает на пятом уровне силы. - Пятый уровень? - Истинно так. Если Старейшина не верит мне, он может убедиться в этом собственными глазами, - невинно ответствовал Его Величество, прекрасно осознавая, что, зная Наньгун Луюня, горе-родственникам вряд ли удастся подойти к его возлюбленной ближе, чем на пушечный выстрел. - Через полмесяца начинается рейтинговая битва за список Бродячих Драконов. Ваше Величество, Вы уверены, что те товарищи приедут? – дипломатично проигнорировал провокацию Старейшина, перейдя к другой теме. Император Цзинь, само собой, сразу же смекнул, о каких «товарищах» вещает собеседник. Как и в любом другом состязании, в битве за власть присутствовали оценщики, а именно – главный судья с четырьмя судьями-помощниками. И в этом году честь занять пост главного судьи выпала Гроссмейстеру Рон Юну. Но тот так и не прислал своего ответа, хотя до начала соревнований осталось, как любезно напомнил ему Старший Предок Су, всего полмесяца! При мысли о Величайшем Аптекаре этого времени глаза Его Величества вдруг засияли ярче звёзд. Как он мог забыть! Ведь Су Ло, та самая Су Ло, что каких-то пару часов назад сидела перед ним и на его же глазах кормила Наньгун Луюня виноградом, являлась единственной ученицей Гроссмейстера!