После того, как Росика ушла, Рексид вернулся в помещение, где лежало тело Рэйвен. Это стало своего рода обыденностью после его смерти.

Сидя в холодной комнате, где не было ничего, Рексид пристально смотрел на лицо Рэйвена, который казался еще живым.

[Знаешь, Рекс. Я так им завидую.]

[Кому? Неужели несчастным жителям моих владений, которые едва сводят концы с концами?]

[Да, ведь по крайней мере эти люди свободны. Им не нужно беспокоиться о чужом мнении, соблюдать скучный этикет, не приходится направлять меч на близких и каждую ночь не смыкать глаз от страха.]

[Почему ты не можешь заснуть? Тебе кто-то угрожает? Только скажи, и я первым разорву его на куски.]

[Ха-ха.. Знал бы ты, Рекс, как тяжело мне приходится. Я думал, что хорошо держался всё это время… А на деле же едва дышу.]

[Избалованный придурок явно не понимает, о чём говорит. Ты и дня не протянешь в шкуре простолюдина, сбежишь сразу.]

Тогда Рексиду сложно было понять то, что тяготило наследного принца Рэйвена. Однако он знал, что друга нужно поддержать. Если бы он был более дружелюбным, то  смог бы сказать наследному принцу пару теплых слов, чтобы утешить его… Однако добрый и мягкосердечный Рэйвен знал, что это и было проявлением доброты, на которую был способен Рексид.

[Спасибо. Мне уже пора. После встречи с тобой мне впервые за долгое время стало лучше.]

Почему тогда я как дурак промолчал вместо того, чтобы спросить ещё раз: что же тебя так тяготит? Как я могу тебе помочь?

Однако сейчас уже было слишком поздно для сожалений. Рэйвен умер. Нет, его убили.

Рексид и представить себе не мог, что найдет хоть кто-то, кто посмеет претендовать на трон. К тому же… он и представить себе не мог, что этим кто-то может оказаться его старший брат и дядя Рэйвена.

Старший брат Рексида эрцгерцог Райд Ван Гексен помогал императору поддерживать здоровье членов императорской семьи. Он был близким сторонником наследного принца Рэйвена и тем не менее…

[Эй, малышня. Вы всё это время были тут?]

[Нет, дядя! Рексид не хотел видеться с принцессами и убежал, а я решил его поймать!]

[Брат. Не забирай нас. Я правда не хочу встречаться с ними]

[Ха-ха… Вот же засранцы]

Из-за того, что родители были вечно заняты, в детстве Райд был своего рода отцом для Рэйвена и Рексида. Поэтому в нем никто не сомневался. Однако никто и представить себе не мог, что этот человек в действительности желает заполучить трон.

Ослепленный этой мечтой, он был тем, кто был способен вонзить нож в шею Рэйвена, которого он любил, как родного сына.

«Рэй…»

На тыльной стороне руки Рексида, что лежала на крышке гроба, вздулась вена. Вскоре мужчина в гневе сжал кулаки.

— Вы в порядке?

Вопрос Оуэна, стоявшего рядом с Рексидом, наконец-то смог вернуть его с небес на землю.

— Не волнуйтесь так сильно. Гадюка что-нибудь придумает, она ведь не хочет умирать вместе с нами. Вы ведь приказали ей найти способ, не так ли?

Способ. Способ…

— Нет, в этом не было необходимости. Мне ну пришлось ей объяснять, что я не убивал Рэйвена, а также то, что ей нужно делать, — с улыбкой сказал Рексид, посмотрев на дворецкого.

— Что? Она сама догадалась? То что она стала мошенница, не счастливая случайность. Похоже, она очень сообразительная, — сказал Оуэн. — Что Вы намереваетесь делать? Знаете же, что времени у нас в обрез? Если от отправившегося отдохнуть наследного принца не будет вестей, в императорском дворце поймут, что что-то неладно…

— Что-нибудь придумаем. С ней мы не пропадем. А, она хотела увидеть почерк Рэйвена, поэтому я дал ей несколько писем, которые были у меня на руках.

— Так вот, что она взяла из Вашего кабинета. А зачем ей почерк?

— Откуда мне знать? Чего ты ждешь от человека с двумя извилинами, нанявшего себе за голову мошенницу?

— Хм… и то верно. Но всё равно не доверяйте Гадюке. Узнайте точно, что она замышляет. Нет, по возможности разговаривайте с ней в моем присутствии.

— Хорошо.

Оуэн продолжал что-то говорить с обеспокоенным выражением лица, словно Рексид был ребенком, решившим поиграть у воды.

— Хоть мы теперь в одной лодке, ни на минуту не выпускайте моих слов из головы. Можете доверять хоть всем людям мира, но не ей. Это страшная женщина.

— Всё-всё, я понял! Можешь не повторять по сто раз, — раздраженно сказал Рексид, поковыряв пальцем в ухе.