***

Свет вновь появился спустя две-три секунды, по крайней мере, так показалось Орте. Он опёрся на руки и медленно встал. Взглядом нашёл Зи, тот прикончил отвлекающего его Тёмного и поспешил вернуться к Горгу. Бал тоже освободился и желания отомстить не оставил.

Три сильных спелла: «Вспышка» от Зи, «Кара» Паладина и тщательно прокастованный «Фростбол» Высшего одновременно накрыли Горга с разных сторон, причём получилось это случайно, без предварительной договорённости.

Радужная вспышка трёх заклинаний поглотила лидера Индры.

Стихийная атака, 1200 урона. Пассивный эффект «обморожение».

Следом ещё два сообщения о трёх тысячах дамага.

Мана осела, и из облака взрыва показался едва дышащий Горг. Истрёпанная основа брони с разорванной в клочья верхней частью, и весь он в стекающем чёрном веществе. Сильно разодрана кожа, маны пара процентов. Его вплотную подвели к смертной черте, но в целом огненный маг вёл себя подозрительно спокойно и сдержанно. Тяжело дышал, но презрительно улыбался, молча осматриваясь. Словно происходящее его не касалось – не было ни ярости, ни страха.

Бал начал разбег и задействовал руну «Спринт», намереваясь в конце оттолкнуться от крупного камня и добить Горга в прыжке единением.

Демон всё видел, каждого из его атаковавших. Без суеты, он спокойно достал из отдельного кармашка небольшой, но очень яркий кристалл, переливающийся всеми цветами радуги.

Бал двигался быстро, но Горг даже не планировал защищаться или уворачиваться от Паладина, отчётливо чувствуя течение времени и контролируя ситуацию.

Вокруг осталось примерно тридцать Тёмных и пятьдесят Светлых.

– Домой! – рявкнул Горг во всю глотку, а потом прошептал в кристалл, зажатый в руке: – «Армагеддон»!

Он держал «Философский камень», одну из частей печати Создателя. Владелец такого артефакта получал сопротивление, удвоение текущего уровня магического мастерства и то самое заклинание «Армагеддон» с уникальным проявлением в зависимости от врождённой предрасположенности – стихии или чисто атмы. Способность не требовала маны, но могла быть использована всего раз.

– Прикончу, выродок! – вопил Бал, уже достигнув трамплина и идя на взлёт.

– Давно же мне не приходилось тебя использовать, – спокойно проговорил Горг себе под нос и громко рассмеялся.

Однако Орта отчётливо услышал каждую букву, словно стоял совсем рядом.

В руке маранийца воссоздался клинок, и он резко шагнул вперёд, встретив Бала на равных. Мечи схлестнулись, но единение не прошло. Паладин резко изменил направление и, используя инерцию тела, врезал сопернику кулаком, а затем локтем и коленом.

Физический урон – 200 + 300 + 150.   

Однако за секунду до контакта Горг незаметно подбросил стихийный камень, а дальше был вопрос десяти секунд.

Пока Горг просел от полученного удара, Бал занёс над ним меч.

– «Тёмный саркофаг», – Горг направил команду системе, коснувшись земли ладонями.

Всего за секунду поверх него сформировалась толстая чёрная плита, огромный монолит из крайне твёрдой энергии, обеспечивающий всестороннюю защиту Мага. Огромный щит, покрытый резными узорами.

Совсем немногие защитные заклинания способны сдержать «Армагеддон», наивысший шанс пережить подобное даёт компоновка разных способностей. Впрочем, подходящим набором и силами их использовать почти никто в инсте не обладает.

Несколько секунд, и помещение озарил яркий свет, красное зарево, а за ним сильнейший гул, закладывающий уши. Вспышка обрела контуры: крупный шар плазменной энергии с Философским камнем в центре. И это было не конечное состояние. Шар прорвался сверху и снизу энергетическим столбом столь ярким, что всем пришлось закрыть глаза или отвернуться, чтобы не ослепнуть.

– Спасайтесь!!! – вскрикнул Бал, находящийся ближе всех к эпицентру.

Часть демонов уже успела телепортироваться, но люди восприняли приказ Горга как отступление маранийцев и собственную победу, за что теперь могли поплатиться.

Взрыв! Красная плазма вспыхнула, и столб прошёлся по всему подземелью огненным смерчем, причём с диким шумом и порывами раскалённого ветра.

Магическая энергия заполнила собой всё и вся, от пола до потолка, достав каждого, кто не успел телепортироваться. Смерч не просто прошёлся вокруг и исчез, нет. Это был настоящий огненный армагеддон - продолжительная буря из раскалённых частиц, коей не было ни конца, ни края. Сгорало всё живое, даже почва тлела, пол и стены нагревались докрасна, а камни поменьше трескались и разлетались на куски.

Хаос, десять секунд общего сопротивления, а потом только смерть, ожидающая каждого, независимо от расы.

                                              ***

Стоп. Пауза. Что-то здесь не так…

Орта открыл глаза, осмотрелся, соображая, что произошло, и удивился. Он всё ещё лежал на земле. Только что дрался с Безликим, а когда уже готов был его добить, сзади прилетело по голове.

Пауза. Маг встал, обдумывая произошедшее и недоумевая. В голове крутилась назойливая мысль о повторности событий, будто всё это уже происходило. Сильнейшее дежавю, причём столь навязчивое, что Орта сильно занервничал.

Орта заметил совместные действия Бала и Зи по атаке на Горга и присоединился, кастуя «Фростбол». Однако по мере прочтения заклинания всё более очевидным становился факт оправданности его странных опасений.

Орта нутром чуял беду, да и навязчивое воспоминание стало более целостным, но и полностью уверовать в возникающие перед глазами картины он пока не спешил.

«Вспышка», «Кара» и «Фростбол» поочередно поразили Горга, и повторилось всё, включая урон, ему нанесённый. Высший больше не мог отрицать повторения происходящего и отбросил сомнения.

– Стой! – выкрикнул он, подбегая к Балу, всего лишь на секунду опередив начало его яростной атаки. Мысленно Паладин уже подготовил активацию нужной руны.

Из-за неожиданной смены плана Бал замер, встав, как вкопанный, аж кисти задрожали.

– Армагеддон! – выкрикнул Орта первое пришедшее в голову, даже не подумав, что остальные могут его не понять.

Энергетическое облако осело, показав поднимающегося, но изрядно потрёпанного Горга.

– Домой! – рявкнул он, и подчинённые тут же засуетились, прерывая бой и отпрыгивая подальше от соперников. Все, кто могли. А в глазах не владеющих телепортацией демонов угадывалась дикая паника.

Несмотря на то, что Паладин больше не угрожал Горгу, тот догадывался о скором проигрыше, признавая силу соперников, и даже приметил странного Высшего. Потому от использования «Армагеддона» не отказался.

Бал не сразу сообразил, что к чему, однако, оглядевшись, заметил экстренный побег демонов. Они открыли всего несколько стабильных порталов, не требующих долгого процесса сотворения, а вот добраться до таких могли не многие. Затем зоркий глаз Бала высмотрел остальное, вплоть до блеснувшего высоко вверху подброшенного маранийцем кристалла.

Соображал Паладин быстро, но то, что происходило, было настолько невероятным, что он просто обомлел, да и не только он. Зи тоже слышал призыв. Зная легенды о Горге, сопоставил и распознал заклинание Философского камня.

– Прости… – себе под нос прошептал Зи, запустив индивидуальную телепортацию. У него не было возможности быстро открыть общий пространственный туннель, вот он и не пытался спасать остальных.

Бал взглянул на Зи и одобрительно кивнул, словно принял извинения и одобрил его поступок. Потом выдохнул, взглянув на показатель здоровья и маны, собрался, стиснув кулаки, и побежал к товарищам, громко выкрикивая призывы спасаться или готовиться к обороне, не жалея рун и склянок, сгруппироваться и объединить усилия.

Ход мысли верный…

Лидер демонов растерялся. Причина, по которой его раскусили так быстро, до начала энергетического формирования заклинания, ему была непонятна, но это Лимб, и здесь возможно всё. Горг давно перестал чему-то удивляться.

– Сдохните! – заорал Горг, укрываясь «Тёмным саркофагом», при этом не нарушая последовательность событий.

Встретившись с Ортой, Паладин оттолкнул его в сторону, указав на ближайший каменный выступ. Расспрашивать о том, как Орта узнал о спелле, Бал не собирался, оставил на потом.

«Армагеддон» материализовался, кристаллический источник завис в воздухе и выпустил облако энергии. Следующий этап – столб, а затем взрыв.

С этого момента и люди, и демоны поделились на три группы и не по происхождению. Маги испарились прежде всех, как и Зи, но он – с наибольшим сожалением и досадой. Класть Зи хотел на золото и живую воду, а также на особый вид духовной энергии – опыт, многогранный, не отображаемый в системе показатель, по которому оценивается каждый житель Лимба. Зи переживал только из-за друзей и соратников, а особенно за Бала и Энто. С его взглядами и натурой эти чувства однозначно вели к кровной мести.

Рекс и верхушка Индры тоже успешно сбежали.

Остальным стало гораздо тяжелее. Во-первых, в пылу сражения бьющиеся разделились и растянулись по площадке, что не позволяло объединиться для защиты. Во-вторых, не хватало маны и знаний. А понимающим это было и того хуже, поскольку страшнее вдвойне.

Некоторые принялись открывать собственные полноценные порталы, наивно полагая, что у них есть те две-три минуты, необходимые для завершения сотворения.

Последняя группа – наивные глупцы или отчаянные оптимисты, пытающиеся противостоять всеобъемлющему огненному заклинанию своими силами. И дело было не в самоуверенности. Это были те, кому не осталось другого выхода.

– Ставь высокую ледяную стену и жди. А когда мой барьер лопнет, выбрасывай как можно больше своей маны, обязательно накапливая её всем телом! – торопливо давал советы Бал, открыв маленький пузырёк и выпив содержимое – живую воду. – Что смотришь? Восстанавливай здоровье.

Орта признал свой косяк и поспешил достать склянку. Ту, что побольше, выпил, другую сунул в небольшой подсумок, скорее напоминающий кармашек из-за весьма скромных размеров, закреплённый с левого бока.

Здоровье +2000. Текучий показатель – 3600.

Живая вода на вкус оказалась отвратительной, аж до тошноты. С непривычки Высшего передёрнуло, и он сильно скривил лицо, позеленев. ХП восстановилось до максимума, и Орта почувствовал общую регенерацию, организм словно ожил – второе дыхание.

– Сука! Думает, на лохов нарвался. Покажу ему щас, что бывает с теми, кто убивает моих друзей! – эмоционально, но по-мужски твёрдо заявил Бал, стойко принявший смерть близкого друга.

Для него потери были частью жизни.

Паладин скинул безнадёжно изуродованные элементы брони и со всей силы воткнул меч в почву, предварительно нащупав её ногой. У них оставалось примерно секунд десять на подготовку. Может, чуть больше, но не суть. Засели около источника.

Орта занялся стеной, возведя её поверх полуметрового перепада из камня, и изогнул, чуть завалив на себя, чтобы лучше прикрыться. Бал скинул с плеча мешок и вытащил из него несколько предметов.

– На вот! Общая устойчивость, ускоренная регенерация и временное повышение тонуса, – протянув Высшему три флакончика с разноцветными жидкостями, он и сам употребил такой же набор. – С твоим сопротивлением должен пережить, – размышляя вслух, обнадёжил друга Бал, всё ещё копаясь в вещах. Он выудил две одинаковых руны.

Магическое сопротивление +10, действие – 10 минут. +200 процентов к регенерации на 2 минуты. Показатель тонуса повышен до 80%.

Тонус – тот атрибут, что поднять ещё сложнее, чем здоровье.

– Нам не выдержать такой мощи, – нервно предрёк Орта, уже наблюдавший эффект от этого заклинания.

Обретя память, Высший многое запланировал, и мысль о гибели в пещере ради живой воды его особо не грела.

– Нужно высокоуровневое заклинание, полностью защищающее тело со всех сторон, а не стена спереди, – высказался Орта, переполненный сомнениями, но с позиции понимающего суть. И он был прав. Хотя на деле так и не определился, как ему себя вести.

Орта чувствовал свою никчёмность. Он очень мало знал о Лимбе и понятия не имел, что ещё можно предпринять. Пришлось полностью положиться на Бала, а очень хотелось бы думать своей головой.

– Сам знаю, - отмахнулся Бал. - Но таких навыков у нас с тобой нет. Что воздух сотрясать попусту? Вот! Думал продать, но трупу символы не пригодятся. Способность крутых Ассасинов. Спасла бы Энто, успей тот её активировать, – грустно произнёс Паладин. – Протяни руку, – велел он Орте, и лёгким воздействием перенёс заклинание на его запястье. Вспышка света, и вокруг Высшего образовалась тонкая сфера, исчезнувшая всего через одну-две секунды.

Наложено заклинание «Обман смерти». Открой, чтобы узнать детали.

Орталеону очень хотелось последовать этому совету, но времени не было.

Бал встал в полный рост с серьёзным лицом и намерением помериться с демоном силой.

– Начинай, тварь! – поочередно запуская сразу несколько заклинаний и рун, крикнул он.

Высший вернулся на шаг назад, за ледяное укрепление, создавая полноценный защитный вал перед собой и посматривая на друга, чтобы система считала задействованные способности:

 «Лотус возврата», руна «Каменной кожи», «Священная грань».

Причём, именно в таком порядке. Вокруг Бала появился светлый ореол, представляющий собой полукруглый индикатор. Потом тело и лицо потемнели, приобретая грязно серый оттенок. И последнее – барьер, прямая полупрозрачная стена неяркой белой энергии высотой выше двух метров, возникшая перед ледяной, как бы объединив два вида защиты.

Гул, вспышка, усиление зарева и магический взрыв со всеми огненными проявлениями «Армагеддона».

Паладин застыл на месте, удерживая свою энергетическую стену, он стиснул зубы и выбросил все сторонние мысли из головы.

Орта присел под ледяную преграду, поджав ноги, и взялся за меч, дабы устоять на месте, попутно проклиная себя, дурака, ввязавшегося в этот замес, и общую неудачливость. А когда их накрыла раскалённая плазма, ударившаяся о барьер Паладина, Орта задействовал «Конус», причём направил его не вперёд, а вверх, чтобы хоть немного понизить воздействие огня и красной маны, прорывающейся за защитные преграды.

Стихийный урон - 50… - 50… - 50… - 50… - 50…

Сообщения вылетали с периодичностью в одну секунду. У Бала тоже, но на тридцать больше - по восемьдесят дамага. Урон «Армагеддона» от нуля до трёхсот единиц, в зависимости от интенсивности потока, воздействующего на объект, учитывая все преграды, защитные заклинания и сопротивления огненной мане, а время действия – минута. То есть невероятный ДД. А учитывая наложение спелла на общее изнеможение присутствующих, у одиночек почти не оставалось шансов.

Первым делом накрыло пытающихся телепортироваться. Кто-то из них успел одуматься и попытался защититься, другие продолжали кастовать порталы, игнорируя падение здоровья и боль. Впрочем, конец для всех был один: они быстро теряли ману, а потом сгорали.

Дальше следовали те, кто успел укрепиться. В обеих фракциях нашлись такие, у многих демонов сопротивление к огню было выше людского, но и это помогало несильно. Бал и Орта выглядели защищённей всех и не только из-за большего времени на обдумывание и подготовку. Успев создать поты и два препятствия, они ещё и место вы брали удачно – с естественным каменным подъёмом, пусть и небольшим.

Раскалённая мана заполонила всё пространство до сантиметра, и буря лишь усиливалась за счёт того, что энергии больше некуда было деваться.

Одна за одной в смеси пламени и плазмы угасали всё новые жизни, причём быстро, их способы защиты не выдерживали тестирования, а телу в подобном пекле многого не надо. Подземелье превратилось в полноценный ад, где сгинуло много душ.

Как же им было жарко! Повреждённые латы, скинутые Балом и лежащие неподалёку, раскалились докрасна, да и те, что остались, фактически прикипели к телу. Хорошо, что Паладин носил под латами специальный костюм – как раз для таких случаев.

Орта находился почти в шоковом состоянии. От столкновения огненной и холодной стихий образовывалась вода, но она сразу же вскипала и испарялась.

Основная проблема была в разнице магических уровней. Заклинания Орты – первый ранг, обычная синяя мана, напоминающая концентрированный газ. А Горг использовал высокоранговый спелл, невероятно мощное совмещение стихии и чистой атмы – плазмы, иначе говоря. Это яркие частички, добавляемые к визуальному проявлению энергии в качестве частых вкраплений и сильно повышающие урон от такого потока. Подобное дополнительное преимущество характерно для многих боевых способностей выше пятого ранга.

Как бы то ни было, мощная струя холода снимала с Орты часть урона, как и два вида барьеров – магический и физический, но ледяной почти полностью растаял, всё меньше спасая от огненной бури. Зато тающая горка хоть немного охлаждала друзей. Мана Высшего упала в самый низ шкалы, почти закончившись.

Критический показатель маны – 10%.

«Да знаю я! Без тебя тошно…» – ссыхаясь от жара, раздосадовано подумал Орта, позабыв, что его мысли считываются. Ким отчего-то решила, что добить беднягу именно сейчас более чем уместно:

Высокая температура тела. Понизь нагрев во избежание срабатывания пассивных эффектов огненной стихии!

Она подразумевала опасность попросту сгореть независимо от внутреннего сопротивления. Это был намёк на тот факт, что выбранные защитные заклинания не перекрывали весь спектр враждебного воздействия.

Орта повернулся. Бал в шаге от него выглядел ничуть не лучше. Его руна «Каменная кожа» просуществовало двадцать секунд. Показатель ХП упал до двух тысяч трёхсот, мана до двухсот, при том, что он её уже дважды восстанавливал и третий раз сделать этого не мог.

«Каменная кожа» – заклинание стихии земли, особый энергетический покров, полностью прозрачный вначале и превращающийся в каменное покрытие к концу действия. Именно в этот момент наступил последний этап, всё потрескалось, и подобие потрескавшейся от жара глиняной статуи, одной рукой держащей меч, начало осыпаться, открывая отдельные участки тела. Единственное, что оставалось непонятным для Орты – почти заполнившийся полукруглый индикатор белого цвета вокруг Бала. Орта догадался, что это «Лотус возврата», но как тот действует, не знал.

Затем через не прекращавшийся гул проявился новый звук, громкий и звонкий, как от разбитого стекла, только очень большого. Передняя стена – «Священная грань», представляющая собой белое силовое поле с начертанной руной по центру, разлетелась на куски и бесследно исчезла. После этого натиск «Армагеддона» едва ли не удвоился, чуть не унеся Орту за собой горячим порывом. Спас лишь небольшой выступ, за которым он смог укрыться. Однако пол так нагрелся, что Высший почувствовал себя, словно на сковородке.

Стихийный урон – 135. Остаток здоровья – 1900. – 135… – 135… – 135…

Это при его нынешнем сопротивлении в пятьдесят процентов, разогнанным склянкой, обозначало изначальный урон в двести семьдесят единиц. Укрытие снимало всего тридцать от огненного воздействия. Орта ману не восстанавливал, увы, было нечем, как-то упустил этот момент, а достать из сумки теперь не мог. Зато под руку попалась склянка живой воды в кармашке. Выпил, но заполнил всего пятьсот ХП.

Здоровье +500. Текущий показатель – 2438.

«Слишком мало», – отметил Орта.

Исцеления особо не почувствовал, осознав, что сил пережить всё заклинание без «Конуса» у него не хватит, хоть и продолжил отчаянно перебирать варианты защиты, пытаясь найти наиболее действенный.

У Бала тоже выскочило два сообщения. Первое – о разрушении покрова, и тут же осыпалась каменная корка, подобно высохшей грязи. Второе – насчёт усиления урона, теперь каждую секунду по нему било в сто семьдесят девять дамага.

Паладин через силу простоял ещё несколько секунд, накапливая в себе урон, а набрав полную полоску белого индикатора, сосредоточился, резко встряхнулся и вытянул руки вперёд – атма стянулась со всего тела и собралась в его ладонях огромным клубом света. Паладин с трудом хлопнул перед собой ладонями, и спелл улетел, словно «Сверхновая» Магов.

Округлое формирование яркой плазмы невероятной мощи устремилось вперёд, пробиваясь сквозь огненную бурю и игнорируя всё происходящее вокруг. Мощнейшее заклинание, всё это время вбирающее урон, получаемый Балом, а потом выплюнувшее накопленное без каких-либо затрат для творца. Способность огромного потенциала, которую Бал направил именно в «Тёмный саркофаг», где спокойно отлёживался Горг, не чуя беды. Теперь же в укрытии Демона образовалась огромная дыра. Стихийный поток очень селён, особенно с плазмой, но Армагеддон не мог пробить тёмную материю, используемую Демоном в том защитном заклинании. Это наивысший ранг, равный самой буре и превосходящий её в иерархии энергий. Другое дело – «Лотус возврата», он впитывает всё что угодно, а выдаёт чистую, светлую атму, не уступающую в силе многократно сжатой мгле.

Направленный Балом сгусток энергии вошёл в самую тонкую часть саркофага. Не сказать, что заклинание полностью уничтожило тёмное надгробие, однако целостность нарушило, впустив внутрь огненную стихию. Восстановить саркофаг изнутри было невозможно, и теперь заклинание маранийца обернулось против него же, сравняв его положение с остальными. А может, ему было даже хуже, ведь он оказался в духовке.

Для Горга «Армагеддон» обернулся ста двадцатью единицами урона, а замкнутое пространство сделало остальное. Демон, конечно, любил тепло, но не насколько, чтобы остаться в самом пекле. Ему пришлось развеять верхнюю часть плиты и выбраться из углубления. Буря сразу прижала его к полу и не давала пошевелиться. Теперь и Горг волновался, как бы не помереть вместе со всеми.

Выпустив заряд атмы, Бал упал на пол рядом с Ортой с весьма самодовольным видом, будто достиг цели. Выкурив Демона из его убежища, Паладин надеялся на более скорую отмену масс спелла. Конечно, он был бы рад остаться на ногах и насладиться триумфом, но силы его почти исчерпались, а показатель тонуса просел до сорока пяти процентов.

Стихийный урон –149.

Такую цифру увидел Орта над Балом, когда тот прилёг рядом, и отвёл взгляд. Голову держать вверху стало попросту невыносимо, казалось, кровь в сосудах близка к кипению, а мозг вот-вот закоротит.

Последние изменения урона по Балу наглядно приравняли «Холодный конус» к руне «Каменной кожи». Хотя ранг был разный, конкретно тогда Орте очень повезло обладать льдом. Но не настолько, чтобы пережить «Армагеддон», даже если учесть «Глубокую заморозку», что должна активироваться при падении здоровья ниже четверти.

В конце концов, к тому времени померли все, кроме этих троих, да и им, видимо, оставалось недолго.

Паладин изнемогал. К тридцатой секунде у Орты осталось тысяча восемьдесят восемь здоровья и несколько капель маны, а у Бала и того хуже – четыреста десять единиц. Фактически Паладин находился при смерти, заживо жарясь на каменной сковородке и открытом огне. Живая вода потеряла эффективность, как и магический отвар, а наложенный спелл «Обман смерти» был всего лишь отчаянной попыткой отсрочить неминуемое. Заклинание отлично спасало от мощных атак, даруя неуязвимость на три секунды, активируемую на пороге в сто ХП или при получении смертельного урона. Продолжительное воздействие «Армагеддона» обесценивало эту способность, ибо обычно ей пользовались, чтобы сбежать или вылечиться.

Как действует «Обман смерти», Высший не понимал и узнавать раньше, чем сработает, не планировал, как и с «Лотусом возврата».

Всё вышеупомянутое Орта отлично осознавал, причём глядя через крайне циничную призму. Лёжа на земле и тая, как мороженое на солнце, Высший пересмотрел кое-какие представления о жизни. Поначалу вспомнил о любимой, вновь прощаясь, извиняясь за свою слабость и готовясь отдать богу душу, но потом что-то в его голове щёлкнуло, и характер мыслей кардинально поменялся.

Вот он, миг отчаяния, настал. Тридцать третья секунда воздействия «Армагеддона». Бал не мог даже пошевелиться, буря пожирала его, а гнёт стихии и жар полностью истощили тело.

Кожа Паладина покраснела, кое-где были видны страшные ожоги, а волосы опалились примерно на половину длины. Система Нави почти перестала поддерживать в Бале жизнь и наконец сработал «Обман смерти». Паладин резко дёрнулся, вздохнув полной грудью, и с трудом, но встал на четвереньки, словно схватился за последний шанс, отказываясь сейчас умирать. Он не дышал с того момента, как рассыпался его земляной панцирь. Кислород в помещении никуда не девался, это ведь Лимб, однако дышать во время огненного шторма тоже не вариант, что факел проглотить и не подавиться.

Орта и сам задержал дыхание, но это было наименьшее из зол, что тогда навалилось на друзей. Заметив, что Бал ожил, и вознамерившись взять собственную судьбу в свои руки, Высший тоже попробовал приподняться, только без защитного слоя вокруг тела, ненадолго оградившего Бала от творящегося вокруг.

– «Руна лечения»! – через силу проговорил Бал, выбросив свой последний козырь.

Каждое его действие было частью продуманного плана, будь то защита или возврат дамага в саркофаг, чтобы сравнять положение противников, а теперь крайний хил в надежде дотянуть до того момента, как Горг отменит каст. Для справки: пережить всю минуту Бал и не надеялся, давно всё просчитав. Но он смог придумать работоспособный план в кратчайшие сроки и даже всё провернул. Почти.

Здоровье +1000. Текущий показатель – 1000.

Эти показатели увидел Орта над Балом в конце действия «Обмана смерти» на тридцать шестой секунде. Горг тоже страдал, но всё ещё держался. Он не видел, сколько кроме него уцелело, но в потенциале, при нынешнем положение дел, Демон мог всех пересидеть. Ибо превосходил остальных по остаточным характеристикам, включая тонус в шестьдесят процентов, хотя и стремительно падающий.

Противостояние троицы превратилось в проверку умения терпеть, в соревнование на выживаемость.

– «Почему всё так вышло… Он принял меня, доверился и стал другом. Неужели всё должно закончиться именно так?!» – думал Орта, рассуждая сам с собой о выживании и мере дозволенного ради сохранения собственной шкуры и цели – вернуться к Макош. Он ведь ставил целью выбраться из Лимба.

Дальше мысли пришли к более сложной теме – вопросам морали. С одной стороны, признание всей циничности и бесчеловечности задуманного, а с другой – экстраординарное отношение к Лимбу. Этот мир был совершенно чужим для Орты. При всей его правдоподобности, полноценной реальностью герой оцифрованное измерение не считал. А значит, не приравнивал Лимб ни к одной из семи вариаций вселенной.

Только этот аспект – взгляд с позиции бесчувственной рациональности оправдывал всё дальнейшее. Орта решил выйти из битвы победителем и смирился с высокой ценой, которую готов был заплатить, используя то единственное, что тогда ему было доступно. Не ради эгоизма и не из страха, а только ради неё… Любви, дарованной ему судьбой, той, что ни при каких обстоятельствах не одобрила бы такой поступок.

Бал растратил половину рун, переведённых в татуировки, а оставшиеся в тот момент были бесполезны. Орта же использовал почти всё, и теперь настал черёд применить последнее – руну «Магической защиты». Активация, и наконец-то Высший тоже смог вдохнуть, выудив из пламени воздух, отфильтрованный защитным барьером, окутавшим пространство вокруг него на полметра.

Пустой взгляд сквозь друга, полнейшая отстранённость от мира и непомерное чувство вины, возникшее раньше времени. Вот три сопутствующих фактора, сопровождающих бесчестный, аморальный поступок, который он готовился совершить.

На выполнение замысла у Высшего было всего три секунды, пока действует «Магическая защита». Впрочем, он мог подождать, ведь Бал немного похилился, однако каждая секунда заминки была способна обернуться для него концом. Хотя к чему тянуть время… Подожди Орта ещё немного, и именно этих секунд могло не хватить в самом конце.

Тридцать девятая секунда, период распада силового поля Орты и последний этап для Бала. Не прерви Горг «Армагеддон», жить Паладину оставалось бы секунд семь, максимум десять. Орте – чуть больше.

Высший запустил предпоследнюю ступень защиты как раз на пределе в девятьсот ХП, или в двадцать пять процентов от полного запаса здоровья.

«Глубокая заморозка» наконец активировалась, но Орта давно понял, что это его не спасёт, тупо не хватит сил выстоять, даже с повышением сопротивления ещё на двадцать пять процентов и сумме в семьдесят пять, что выше, чем у большинства, даже среди демонов и магов огня.

Однако он встал, разом приняв в себя все триста единиц урона в секунду.

Внешность Высшего враз изменилась. Тело заморозилось настолько, что кожа посинела, от её поверхности пошёл пар, сразу же исчезая из-за жары. Глаза засветились вдвое ярче, чем прежде, сияние заполнило весь глаз, а не только зрачки. Выглядело так, будто Орта промёрз изнутри, причём теперь низкая температура поддерживалась постоянно, частично оберегая его от пламени.

Стихийный урон – 75 единиц. Остаток здоровья – 825.

Температура тела отрегулирована. Эффект – возгорание не угрожает.

Ощутимое понижение, но всё же недостаточное. Единственное, что мешало Орте пережить шторм – отсутствие маны, ему требовалось накрыть себя холодным «Конусом», ещё сильнее понизив ежесекундный дамаг, дабы пережить оставшиеся двадцать секунд. И то без гарантии: здоровья было маловато и, как ни крути, его могло не хватить. А вот как получить ману, выдумывать особенно не пришлось, способ ему был известен, правда всего один и ужасный.

Как уже упоминалось, Орта отбросил все виды морального обременения, включая совесть. Стремительно выдернул из ножен катану и воткнул её в грудь своему другу. Взгляд Бала в этот момент описать было сложно – полная безнадёжность и грусть, он даже не удивился, скорее разочаровался. Схватился за лезвие руками, посмотрел на Высшего и открыл рот, пытаясь выговорить:

– Достойный финал…

По сути, Паладин понимал, что бурю ему не пережить, здоровья оставалось меньше пятисот, а Горг сам горел, но не развеял спелл.

Кстати, у Демона имелись заклинания телепортации, но растрачивая ману на поддержание мглы вокруг себя и нереальный перегрев даже при особенностях класса, Тёмный считал себя безусловным победителем, планируя получить все трофеи по завершению «Армагеддона», а не сбегать.

Физический урон – 800. Критическое повреждение цели.

Бал широко улыбнулся, захлёбываясь кровью, но растянув кровавый оскал из последних сил, а потом осел, но ещё оставался на ногах. В его взгляде не было ни малейшего осуждения. Как жил, так и ушёл – налегке и с улыбкой.

Сердце Орты сжалось. На него нахлынуло сильнейшее чувство вины, не испытываемое им ни в одной из прошлых жизней. По крайней мере, из доступных воспоминаний. Он одним рывком провернул и выдернул из Паладина клинок, так же просто, как и вогнал, но уже ощущая груз на сердце. Свершённое навсегда запомнится ему и будет преследовать во снах и наяву до конца.

Физический урон – 121. Цель мертва.

Мана +1500. Текущий показатель – 1648.