Даже с наступлением вечера в Библиотеке Кинугасы оставались люди.

Немало учеников жило в общежитиях, а на фестивале окончания года оставалось немало ночных киосков и активных мероприятий, потому что некому было волноваться о тестах или уроках. А из-за зимнего мороза снаружи люди сами собой заполонили библиотеку, которая служила также большим местом отдыха.

Ныне среди всех гостей сидела и Синдзё.

— Рёко-сан, почему вы здесь?

Наряд Рёко состоял из кожаной куртки поверх кимоно.

— Хм? Мы каждый год открываем тут прилавок. Так делают и все магазины в округе. Между прочим, мы спонсируем фестиваль. Думаю, Кодзи сегодня стоит за прилавком якисобы. Он говорил что-то о том, что там всё по высшему разряду, так как готовит кто-то с родины яства. Не прочь попозже сходить немного пожевать, Сецу-тян?

Из какой страны вообще якисоба? — задумалась Синдзё, но решила не спрашивать.

Рёко посмотрела по сторонам и улыбнулась.

— Но знаешь что? Я первый раз на школьном фестивале.

— Правда?

— Кажись, меня удерживали кое-какие сложности.

Она с улыбкой помахала рукой, подпёрла подбородок кулаком и продолжила осматриваться.

— Я многое пропустила.

Она посмотрела вглубь библиотеки, где ученики клуба тяжёлой атлетики косплеили нудистов и вступили в философский диспут с комитетом общественной морали на тему того, считалось ли их состояние наготы костюмом или нет.

— Мы выглядим голыми только потому, что вы смотрите глазами! Хватит грязных мыслей, и посмотрите на нас очами сердца!!

— Для наших сердец вы такие же голые!!

Комитет общественной морали вооружился электрошокерами, а мускулистые нудисты косплееры держали штанги. Вокруг них собралась любопытная толпа, и Рёко выдала замечание, наблюдая со стороны.

— Чего бы просто не спрятать причинное место за этими круглыми грузками? Да, Сецу-тян?

— …А я-то откуда знаю… И взяв их так, чтобы они тогда делали со штырём?

Рёко уставилась в потолок, задумавшись на три секунды, после чего её накрыло удивление.

— Надо же, какой ты пошлый, Сецу-тян!!

— К-как?! Я не пошлый!

Однако Рёко прогнулась назад, словно не в состоянии сдержать такой ответ.

— Про! Шёл!!

Затем хлопнула Синдзё по плечу.

…Она прям какой-то старикан.

Рёко рассмеялась, снова наклонилась вперёд и посмотрела на Синдзё.

Но неожиданно опустила взгляд на стол перед ними.

Синдзё поставила там рядом с лэптопом кое-что ещё.

— Сецу-тян, что эта за груда бумаги?

— Хм?

Синдзё посмотрела на бумагу, которая ещё не остыла после недавней печати.

Стопка толщиною более десяти сантиметров была мягкой, словно новоиспечённый хлеб. На каждой странице с правой и с левой стороны отпечаталось около двадцати строчек текста.

Это роман.

Тот, который она писала и только что закончила.

Осознав, что Рёко его заметила, и вспомнив, чего она добилась, Синдзё не смогла сдержать жар на щеках.

— Ну… это я сделал.

— Ребёнка?!

— Вам бы учиться в этой школе, знаете?!

— Правда?! Тогда я, наверное, вступлю! Со следующего года я стану младшеклассницей для тебя и молодого господина, ладно?

Их громкие голоса привлекли внимание окружающих людей и косплееров-нудистов.

Голый третьегодка упёр руки с гирями в бока и бросил на них хмурый взгляд.

— Ну-ну, вы двое. Соблюдайте тишину в библиотеке.

— Но… голым вам быть можно?

— Какое отношение нагота имеет к тишине?

— Ладно уж, — слабо ответила Синдзё, поклонившись вместе с Рёко.

По прошествии семи секунд женщина наклонилась к ней и посмотрела на роман.

— Меня впервые отчитывает кто-то голый. …Ну а теперь вернёмся к теме. …Так это книга?

— Да.

Стоило Рёко это услышать, её глаза широко распахнулись, и она выпрямилась.

— Вот это да. Ты аж столько написал?

— А э-это много? Я знал, что мне хотелось написать и, когда всё выпустил, получилось вот столько…

Рёко кивнула и восхищённо ухнула.

— Значит, внутри тебя много чего накопилось, и ты поднапрягся, чтобы выплеснуть всё наружу?

— Н-не говорите вещи, которые можно понять неправильно, Рёко-сан.

Однако Синдзё смогла ощутить, что подразумевала женщина.

Она удивилась и хвалила её.

Рёко, само собой, не знала, что Синдзё написала.

И оно совсем не для печати. Это просто личное хобби.

Однако Рёко отозвалась скорее о самом факте, что она написала книгу.

Вот как, — подумала Синдзё.

…Меня похвалили за то, что я сделала сама.

Она не знала, что это значит, но это смутно напомнило прошлую ночь.

Они сделали что-то для мира, и это свяжет их вместе.

Только что она натолкнула Рёко на мысли о ней.

…Вот оно как?

Синдзё кивнула и пробудилась от мыслей, чтобы увидеть восхищённые вздохи и бегающий взгляд Рёко.

— Молодой господин на работе?

— Да. Думаю, что он не вернётся до поздней ночи.

— Ясно, — сказала Рёко. — Не хочешь взять якисобы у Кодзи?

Синдзё начала гадать, не стоит ли, но Рёко добавила.

— Сейчас ему помогает Си-тян, так, может, мне её позвать?

— Сино-сан?

Синдзё удивило, что та девушка на фестивале.

А ещё она знала, что Саяма внутри Концептуального Пространства, развёрнутого в школе.

Он сам выбрал локацию для начала последнего поединка.

Синдзё не знала, кто будет его противником, но определённо кто-то, кого знает Сино.

…Лучше бы ей не обратить внимания.

Поэтому Синдзё замотала головой.

— Эм, нет, спасибо. Да, и вам не нужно покупать мне якисобу.

— Точно?

Сомнительный тон Рёко означал, что она не поверила Синдзё, поэтому та немного запаниковала и встала.

— Ох, но, может, всё же, пойти глянуть. Тогда и решу, в настроении ли я.

— Так мне подождать здесь?

Рёко пожала плечами, после чего глянула на ноутбук и стопку бумаги.

— Можно почитать?

— Извините, но я уже знаю, кому дам прочесть первым.

— Молодому господину, да?

Она спросила с улыбкой, на что Синдзё улыбнулась в ответ и кивнула.

— Я мигом, — сказала она, поспешив к выходу из библиотеки.

И при этом гадала, чем сейчас занимаются Саяма и остальные.

●

На краю фестиваля проходила линия между светом и тьмой.

Свет полнился радостью, а тьма поддерживала его изнутри.

Этот горизонт образовывали фестивальные прилавки, окружающие танцплощадку.

Один из них на западном краю большого школьного двора продавал якисобу. Его вывеска гласила: «Детектив фестивальных прилавков — Якисобан» равно как и «Клинок Агедама».*

Там заправляли иностранец, разговаривающий на таинственном языке по типу Суахили, некто в костюме Детектива фестивальных прилавков со множеством украшений, молодой человек, с лёгкостью говорящий с ними по-японски, и девушка на сиденье рядом, нарезающая овощи.

В детективе, должно быть, было жарко, потому что одетый в него периодически приседал и замирал на месте, но на работу прилавка это не влияло.

Транзисторное радио, свисающее с крыши конструкции, известило, что уже полшестого.

Передав посетителю сдачу, молодой человек посмотрел на девушку.

Он вытащил из бамбуковой корзинки для мелочи несколько монет и протянул ей.

Она повернулась и заметно удивилась увидев деньги. Девушка пару раз попыталась отказаться, но молодой мужчина указал на себя, иностранца, который с удивительным мастерством перемешивал собу, и детектива, напрямую охлаждавшему голову в ведре с водой. Затем снова протянул монеты.

Девушка по-прежнему мялась, но всё же взяла монеты.

Она сжала их крепко, будто какую-то драгоценность, и её губы тронула мягкая улыбка.

После чего подхватила костыль, прислонённый к стулу, и начала идти.

Она кивнула мужчине у прилавка, накинула на плечи куртку и открыла навес, накинутый сбоку прилавка.

Поддерживая себя костылём, девушка словно уходила от тьмы за спиной.

Она шагала к свету и людям там.

●

Школа опустела.

Под светом аварийных и внешних фонарей школьный двор едва освещался.

Но в то же время на спортивной площадке перед школьным корпусом виднелось несколько фигур.

Одной был парень в костюме.

Другой — девушка в бронированной форме.

А остальными…

— Концептуальные Ядра собраны здесь.

Парень повернулся к грузовым контейнерам и мечам, вонзённым во двор.

— Вы все здесь, чтобы увидеть итог?

Словно соглашаясь с девушкой, Концептуальные Ядра тускло засияли. Бледным светом, почти как от луны.

— На моей стороне Драконьи Шары 7-го Гира и B-Sp 9-го Гира, — молвил парень. — А на твоей…

Он посмотрел на очертания, напоминающие башни разного размера.

— Керавнос 3-го Гира и Веспер Пушка 5-го Гира, хм?

— Нельзя судить о них по размеру. И остальные Ядра окружают нас обоих. …Выходит две ничьи, одна победа и одно поражение. Иными словами, мир всё ещё в равновесии.

Парень глянул на меч, стоящий перед ним.

Тот оказался деревянным, но его не вырезали. Это была ветка, естественным образом принявшая свою форму.

— Мукити выбрал это и пребывает внутри, чтобы «быть с Саямой».

— Тогда, — ответила девушка, также стоя перед длинным мечом. — Я возьму Тоцуку, Концептуальное Ядро 2-го Гира. Я использую силу своего имени… и вырежу жизнь.

Она словно спрашивала в тусклом свете подтверждения, но парень сначала просто кивнул.

— Ясно, — сказал он, после чего озадачено наклонил голову. — Где твоя собака?

— Он не моя собака и мне бы не хотелось, чтобы кто-либо подумал, что мне здесь помогают, поэтому отослала его ждать на границе Концептуального Пространства.

— Ученики, которым больше нечем заняться, будут ему досаждать. Живущие в общежитиях изголодались по питомцам.

— Они едят собак?

— Ты только что сказала нечто удивительное, знаешь?

— Правда? — она слегка улыбнулась и вспомнила фестиваль снаружи. — Но как бы там ни было, это хорошее место.

— Да, — согласился парень.

Затем оба медленно вздохнули и потянулись к оружию перед собой.

— Саяма Микото, представитель Лоу-Гира и повелитель мира.

— Тода Микоку, представитель Топ-Гира и та, кто хочет жить простой жизнью.

Назвавшись, они приготовили оружие.

— К бою!!

●

Сино гуляла по фестивалю, опираясь на костыль.

Она возвращалась после покупки четырёх жестяных банок, которые держала подмышкой левой руки под курткой, накинутой на плечи.

…Кодзи сказал, я могу купить что-то поесть, но…

Девушка не знала, что лучше взять, так что взамен с интересом осматривала окрестности.

В центре обширного школьного двора шёл танец. Их прилавок располагался на юго-западе, а торговые автоматы стояли у школьных корпусов на севере. Сино намеренно выбрала длинный маршрут против часовой стрелки на восток, так что ушло почти полчаса.

Совершив покупку, она пошла уже коротким западным путём.

По дороге девушка видела общий шаблон прилавков.

Там были якисоба, такояки, окономияки, водяные конфеты, шоколадные бананы, карамельные яблоки, тир, тир по людям, вырезание, вырезание трёхмерных фигурок, шланговая лотерея, голая шланговая лотерея, предсказание и «увлекательное» предсказание.

Сино немало увидела на пути сюда, но новые впечатления для неё ощущались по-прежнему свежо.

Вдалеке она услышала глухой стон в сопровождении колокола.

— У нас победитель первого приза в голой шланговой лотереи! О, он упал в обморок. Он реально упал в обморок!

Кому-то повезло, — подумала Сино, глубокомысленно кивнув.

Футбольные ворота передвинули почти к краю двора. Их засунули между двух киосков, они казались Сино очень большими.

А ещё…

— Почему тут доска для серфинга?

Она торчала из земли на шестьдесят сантиметров от края двора. Выглядело чуть ли не какой-то знак, но затем девушка заметила цвет.

Белый. Цвет животного. Несмотря на окружающие его прилавки, цвет намеренно уставился в центр фестиваля.

—…Широ?

Большой пёс повернулся к ней.

Его черные глаза смотрели на девушку, и они оба отреагировали.

Широ вздрогнул, неожиданно вскочил и побежал к ней.

Сино ахнула и неподвижно наблюдала за приближением пса.

— Почему ты здесь?

Глубоко внутри она знала ответ.

Девушка видела Широ в ночь атаки. Их разделил обвал.

И с кем он тогда оставался?

…Нет.

Сино сказала себе забыть об этом, сейчас не время туда приближаться, и ей нужно подумать о другом.

————.

И не успела она заметить, как Широ уже оббежал её слева. Не глядя в лицо девушки, он прижался плечом к её талии и попытался толкнуть. Казалось, словно пёс пытается прогнать её от центра фестиваля.

Это дало Сино намёк.

— Она… на фестивале?

Широ не ответил, а просто попытался оттолкнуть её прочь.

И глядя на центр танца, Сино кое-что осознала.

…Нет, она не на фестивале.

Человек, всё ещё не желающий явить глубины сердца, не достаточно умел для того, чтобы танцевать здесь с людьми Лоу-Гира.

Она не посмеет встретиться с Сино, пока всё для себя не решит.

Она отказывалась с ней встречаться, хотя и знала, что это необходимая часть решения.

Она отказывалась с ней встречаться не вопреки своей силе, а из-за неё.

Она верила, что причинит вред кому-то и чему-то важному.

Сино знала, что её бы здесь не было, если бы тот человек с ней встретился.

Сино знала, что её бы здесь не было, и если бы она попыталась встретиться с тем человеком.

Тот человек отказывался смотреть на мир, а значит, не мог с ним танцевать.

Она отказывалась их принимать и решила с ними сражаться.

Она думала, что достаточно не причинять вред тому, что для неё важней всего, поэтому сражалась, даже на них не глядя.

Поэтому она решит сражаться там, где её никто не увидит.

…Концептуальное Пространство.

Широ знал, где она, и что она пыталась сделать.

…Это противостояние между Лоу-Гиром и Топ-Гиром?

Саяма и Синдзё говорили, что ищут прошлое, чтобы выступить против Топ-Гира.

Это означало, они собираются со всем разобраться раз и навсегда.

Не может быть…

Сино ощутила некий итог.

— Микоку сражается, чтобы со всем покончить?

Девушка осознала, что левая рука уронила банки.

Теперь она держала синий камень, висящий на шее.

Треснутый камушек потерял большую часть силы, но…

…Ещё сможет один раз войти в Концептуальное Пространство!

Она двинулась вперёд на костыле, но Широ её сдерживал.

Он словно говорил ей не идти и не останавливать итог, которого желало столько людей.

— Широ! Пожалуйста…

Она подняла голос, попыталась двинуть вперёд колено, встретила сопротивление и осознала, что ей что-то мешает.

В следующий миг она отбросила костыль.

Дрожащую левую ногу наполнила сила, и девушка смахнула собаку с дороги.

— Широ… пожалуйста. Микоку может меня оставить!

Она взяла синий камушек с шеи и обхватила его пальцами левой руки.

Затем ткнула вперёд ладонью, словно вжимая в пустоту.

— Пусти! Мне нужно…

Сино освободила мысль, которую пыталась запечатать на дне сердца.

— Нужно остановить итог, который выбрала Микоку!

●

Рядом с брешью между фестивальными прилавками, образованной футбольными воротами, Синдзё увидела девушку и собаку.

Тот же пёс сопровождал Микоку.

————!

Синдзё инстинктивно перешла на бег. Её грудь наполнило смутное, но нехорошее чувство.

Та девушка была в пятнадцати метрах, поэтому путь к ней не займёт много времени.

Она предполагала, что успеет, если побежит, но девушка уже двигалась.

Синдзё увидела, как та подняла левую руку к центру фестиваля с заплаканным и отчаянным выражением лица.

…Она отбросила костыль!

Когда девушка сделала слабый шаг и потянулась к фестивалю, Синдзё воскликнула.

— Стой! Кто-нибудь…остановите её!!

Но голос никто не расслышал.

Звук.

Свет.

От костра в центре фестиваля запустили фейерверк.

Он засвистел в ночном небе середины зимы, и взрыв на миг наполнил праздник синим цветом.

————.

Девушка исчезла.

Осталась только белая собака с опущенным хвостом и скучающим видом.

Синдзё сглотнула.

Затем хрипло вздохнула и вытащила из кармана телефон.

С поднятыми бровями она стиснула и заскрипела зубами, подавляя звуком эмоции.

— Сибил-сан! Нужно подкрепление! Высылай всех!

— ?!.. Что вы имеете в виду? Только не говорите, что снова Ооширо-сама.

— Может быть гораздо хуже…

— В-вы хотите сказать, земля на грани уничтожения?

— Да нет же, — начала Синдзё, медленно подбирая слова. — Кто-то пытается помешать итогу Саямы-куна.

Она подумала о том, что увидела, и что это значит.

И задалась вопросом, не хотела ли вмешаться и сама.

— В Концептуальное Пространство проник посторонний.

— Посторонний?

— Да, — подтвердила Синдзё.

Она решила больше ничего не говорить, повесила трубку и посмотрела на левую руку.

Её запястье обрамляли чёрные часы.

●

Микоку двигалась в ночи.

Полем боя выступала школа, опустевшая и стоявшая потёмках.

Но если приглядеться, обнаруживались смутные очертания людей.

Вне Концептуального Пространства проходил фестиваль.

Микоку не упустила их присутствие.

Она бежала через школьный двор, бросила нож, чтобы увеличить расстояние между собой и противником, и рванула внутрь школьного здания.

Всё накрыло темнотой, но очертания людей сновали и здесь.

Не сложно представить звуки, которые они издавали.

Две смутные тени стояли в коридоре впереди неё, но что они обсуждали?

…Они заглядывают внутрь класса перед собой, не так ли?

Тень стояла у стены сбоку ступенек, предположительно кого-то ожидая.

Когда Микоку взбежала на ступеньки, тень, спускающаяся с них, похоже, ехала на мотоцикле прямо в здании.

Все ушли с дороги, и некоторые подняли руки, будто бы что-то говоря.

Микоку горько улыбнулась, потому что ощутила себя частью их группы.

Она представляла себе, что принимает участие в фестивале.

Микоку скрестила мечи с человеком, который либо преследовал её, либо уходил от преследования, и воображала себя на фестивале, когда удар сотряс тело.

Никто её не замечал.

Никто не оглядывался.

Никто ей ничего не говорил.

Но, — думала она. — Мне так проще. В конце концов, так я никому не причиню вреда.

Чтобы избежать следующей атаки врага, она сделала отвлекающий манёвр в сторону класса.

Обмениваясь ударами, один преследовал, а второй разворачивался.

Микоку использовала свои навыки, оценку положения и физическую силу, чтобы взмахнуть мечом с низкой стойки. Она рассекла потолок и стену, но не смогла попасть по врагу.

————.

Отступая и нанося удар мечом, Микоку увидела слева себя окно.

Это окно класса.

Помещение для подобного боя маловато, а наружу открывался только вид.

Путь перегораживало толстое стекло, и её связывали обязательства этого поединка, но…

...Всё отсюда выглядит таким спокойным!

Перед ней, само собой, представала ночная школа. Следующий корпус отбрасывал густую тень, и в тёмно-синем небе поднималась луна.

Но в своём воображении Микоку пришла на фестиваль.

Находясь внутри класса и слушая лязг мечей, она думала.

…Вот подоконник на самом краю ряда.

Было бы неплохо подпереть голову рукой и выглядывать в то окно.

И тогда она осознала, что, наверно, не сможет ни с кем заговорить, даже если бы пошла в школу. Она непременно бы отмалчивалась и смотрела в окно.

…И гадая при этом, чем бы заняться или о своём одиночестве.

Микоку продолжала блуждать сквозь мнимую свободу не хождения в школу, а значит, столкнись она даже с большим количеством наставлений, колебалась бы ещё сильнее?

Но, — подумала она.

Девушка потеряла свой мир, сама собой возжелала бороться, переживала о стольких вещах и теперь вот сражается.

…Но пойди я в школу, определённо бы стала смотреть в окно вроде этого.

Независимо от ситуации, ей казалось, она бы не особо поменялась.

Никто бы с ней не говорил, её бы это устраивало, и в итоге бы бродила по фестивалю в одиночестве.

Но несмотря на это, ей бы всё равно казалось, что она принимает участие и гуляет.

И заставляло бы со всей болью осознавать себя частью мира.

Купи она что-то на фестивальном прилавке, оно бы послужило доказательством её существования.

Оно бы доказало, что Микоку — частичка фестиваля.

…Какой же я мелочный человек.

Ей нравилась простота.

Или, может, я на удивление капризна, — подумала девушка, махая мечом за пределами воображения.

При ближайшем рассмотрении обнаружилось, что её путь перегородила смутная тень.

Скорее всего, официантка кафе, которое открыли в классе. Очертания в её руке, вероятно, поднос.

Микоку направила атаку вокруг официантки.

Её противник принял удар и нанёс собственный, но взмах не отличался от её.

— …

Она осознала, что они оба весь бой избегали смутных очертаний.

…Ты тоже пришёл на фестиваль?

В своём роде, не отличать незримое и невидимое от всего остального накладывало ограничения.

Сражаясь, они игнорировали основное преимущество пустого Концептуального Пространства.

Но что с этим не так? — подумала Микоку, выбежав в коридору.

Её враг бросился вслед, и она нанесла атаку из-за двери, но деревянный меч пронёсся над его головой, блокируя её клинок с твёрдым звуком.

Она попятилась и помчалась по коридору к аварийной лестнице.

Девушка сдержала противника, швырнув нож, спрятанный за спиной её бронированной формы.

Затем завела руку назад, стараясь не задевать слегка видимые очертания.

Она потянулась к концу коридора и аварийному выходу.

Микоку схватилась за ручку, повернула её, когда враг приблизился, и толкнула спиной, сдвигая тяжёлую дверь.

————

Она выбежала наружу к бетонной аварийной лестнице и кое-что ощутила.

Не ночной воздух, лунный свет, ветер или тьму.

А только обширную версию вида, мелькнувшего ранее в окне класса, высоту своей остановки и…

…Да.

С балкона второго этажа Микоку окинула взглядом двор, ближайшие корпуса, людей, сцены утра, дня и вечера, существовавшие здесь, и нынешний фестиваль.

Она представила это всё.

И ощутила кое-что в этом месте.

…Оно немного другое.

Это не класс, оно не закрыто и даровало потрясающий вид.

Были и другие возвышенности или места, открытые ветру, но только это в паре шагов от классов.

Микоку не сомневалась, что у кого-то есть привычка здесь собираться.

Люди, в чём-то неудовлетворённые своим положением в школе, придут сюда в привилегии знания об этом и будут разговаривать с пришедшими снизу и прибывшими через дверь.

Она вдруг осознала, что на стене, куда с двора намело песок, оставили надпись.

…Что это?

Микоку попыталась прочесть десять или около того строчек текста, но перед ней неожиданно открылась дверь.

Это её враг.

— Так ты не дашь мне передохнуть?!

Девушка цокнула языком, перехватила его мечом и задумалась, тут же спрыгнув с балкона.

Это весёлое время, но фестиваль подойдёт к концу.

…Как он закончится?

Она знала, как это должно случиться.

На кратчайший миг она представила глубоко в сердце некую девушку.

Микоку не сомневалась, что та девушка будет счастлива, и её счастье никак не связано с Топ- или Лоу-Гиром.

Поэтому она вырезала в своём сердце способ окончания, который это позволит.

У неё есть собственная сила.

И ощущая присутствие своих родителей, Микоку решилась.

Подобного итога может добиться только она.

●

Саяма бежал рядом с Микоку, гонясь за ней на школьном дворе.

Он проскальзывал мимо танцующих и вертящихся очертаний, кружился в преследовании Микоку и порой преследовал самого себя.

…Какой странный противник.

Ему казалось, её навыки мечника немного выше его. Сам он знаток рукопашного боя, но просто не имел достаточного опыта с мечами.

Вместо того, чтобы блокировать и отбивать, Микоку чаще уклонялась и нападала или уклонялась и отступала.

Она в основном сражалась на близкой дистанции, словно предполагая, что всегда сможет увернуться.

…Возможно, причиной тому её концепт регенерации.

Даже если девушка не сможет избежать атаки, та не станет для неё смертельной.

Но обычный человек отличался.

Если оплошать и клинок врежется даже на сантиметр в кожу, то больше никогда не сможешь взять в руки меч.

Ей не нужно об этом волноваться, но…

…Неожиданно, но я не чувствую в ней беспечности.

Согласно Гиес, регенерация Микоку достигла нереальной скорости. Предположительно, не хватит даже механической скорости кукол, чтобы её полностью уничтожить.

Саму же девушку это отдалит от смерти.

Микоку может позволить себе беспечность.

И всё же она двигалась рьяно и уверенно, стараясь избегать окружающих очертаний, словно ведомая Саямой.

…Она не беспечна. Она уверенна.

Микоку знала, что не умрёт, находясь под защитой своей силы. Выходит, это облегчение расширило её кругозор?

Это опасно, — подумал парень.

Когда люди на грани смерти познают неизбежность рока, они обычно сдаются и подчиняются судьбе. Сталкиваясь с подобным и увидев смерть перед глазами, они гораздо быстрее сдадутся.

Наиболее опасны те, кто преодолел такую судьбу. Даже находясь перед лицом смерти, они порой не сумеют её заметить или отмахнуться от неё, как от помехи.

Микоку шагнула на подобную территорию.

…Это плохо.

Однако есть несколько способов победить того, кто обладает мощной регенерацией.

Восстановление спасало от смерти, но всё равно не уберегало от поражения или избиения.

Захват или сковывание суставов предотвратит движение, чего достаточно для победы.

Удушение и перекрывание подачи кислорода в мозг приведёт к потере сознания, что тоже выигрышный путь.

И то, и другое находило отражение в рукопашном бою, и Саяма достиг в нём высот.

И поэтому держался к ней поближе, но отступал, когда она подбиралась вплотную.

В данный момент парень двинулся для атаки.

Она периодически швыряла кинжалы, чтобы его отогнать, но он всё равно за ней поспевал.

В скором времени, парень и девушка достигли центра школьного двора.

Микоку стояла на севере, а Саяма — на юге.

Оба оказались рядом со своей начальной точкой, их тяжёлое дыхание на воздухе превратилось в пар, и они покрылись потом.

— Нам…

— …незачем прекращать.

Они произнесли в унисон и оба наклонились вперёд.

— !..

И побежали навстречу итогу.

Они бежали к итогу мира, к которому оба пришли.

●

— Лязг мечей звучит чудесно.

К звуку ударов дерева по металлу и прытким уклонениям присоединился голос.

— Это приятный звук.

Один или другой из них говорил из тьмы и теней.

— Сказать по правде, я не испытываю против тебя враждебности.

Второй ответил, словно принимая слова.

— Со мной то же самое. Ты моя противоположность, но помимо того нас ничего не связывает.

Их мечи гремели друг о друга.

— Тогда почему мы сражаемся?

Их стопы звучно топтали по земле.

— Потому что того требует наше положение.

Они отступили друг от друга на песке и подняли мечи.

— Тогда, по-видимому, мы оба предпочитаем искать неприятности на свою голову.

Металлический меч произвёл металлический шум.

— Быть может, мы похожи.

Другой сделал шаг.

— Раз мы похожи, есть ли необходимость в нас обоих?

Они двинулись вперёд.

— Если ты сможешь исполнить мою роль, наверное, нет.

Деревянный меч атаковал.

— Какая жалость.

Металлический меч атаковал.

— Мы зашли в тупик.

Деревянный блокировал и отразил.

— У меня есть свои персональные предпочтения. …А у тебя?

Затем металл блокировал и отразил.

— Да, такое есть и у меня.

Противник вертелся, чтобы непрерывно атаковать.

— И ты не можешь от них отказаться?

Шаги блокировали его с ветром уклонения.

— Не могу.

Вдогонку прозвучал удар.

— Как и я.

Последовал второй.

— Если ни один из нас не может от них отказаться, тогда за что мы сражаемся?

Кто-то перекувыркнулся над землёй, чтобы увернуться.

— Это должно быть очевидно.

Он встал и снова начал двигаться.

— Чтобы сохранить вещи, от которых мы не можем отказаться.

Они преследовали.

— Вот как.

Они преследовали ещё.

— Хорошо, что ты мой противник.

Один из них бежал.

— Сокрушение того, от чего не хотят отрешаться, опечалит моё великое сердце, но…

Другой тоже бежал.

— Ты решишься на такое, если это твоя противоположность?

Один двинулся для атаки.

— Да, именно.

Они атаковали друг друга.

— Эй… Какими были твои родители в твоём мире?

Они одновременно уклонились.

— А твои?

Они одновременно атаковали.

— Значит, они такие же.

Они одновременно сомкнули мечи.

— Да, должно быть, такие же.

Оба оружия скрипели от нагрузки, наложенной друг на друга.

— Эй, тебе не кажется, что эта битва не имеет смысла?

Последовала короткая тишина.

— Какое совпадение. Но тебе ещё не кажется, что этой битве можно придать смысл?

Один из них сделал вдох.

— Тогда…

Они оттолкнули друг друга, увеличивая между собой расстояние.

— Да, ты понимаешь, не правда ли? Это должны решить двое, кто причинят меньше всего вреда миру.

Едва приземлившись, они оттолкнулись от земли и рванули с места.

— Эй, Саяма Микото.

Приближались бегущие шаги.

— Что, Тода Микоку?

И продолжали приближаться.

— Мы одинаковые?

Они приближались без конца.

— Ну…

Приближались, чтобы сократить расстояние.

— Ответь мне.

Они заготовили оружие.

— Мы…

Деревянный меч держался наготове с левой стороны.

— Одинаковые.

Металлический меч завели назад двумя руками.

— Мы один и тот же человек.

И оба меча махнули навстречу друг другу.

— Только и всего.

●

*

Микоку рубанула мечом прямо навстречу Саяме.

Её клинок мог вырезать жизнь, но парень не колебался.

Он шагнул вперёд и запустил деревянный меч с низкой стойки.

Правильно подгадать расстояние для удара мечом на бегу по силам не каждому, но Саяма спокойно это провернул.

Его клинок прибудет прямо под широкий полумесяц девушки, но не успеет вовремя.

Она слегка прищурилась, но продолжила наносить удар.

И тут же услышала некий звук.

Глухое разрывание земли.

Затем она увидела, что Саяма ринулся на неё с низкой стойки.

— Тоцука!

По какой-то причине взмах Тоцуки не дошёл до конца. Вместо того он остановился в метре от земли.

Причина проста: деревянный меч Мукити.

Оружие Саямы вонзилось в землю, как кол.

Он не собирался атаковать им Микоку.

А взамен спровоцировал атаку Тоцуки и поймал её на навершие Мукити.

Сила Тоцуки позволила врезаться в жизнь деревянного меча, но…

————!

Словно сопротивляясь, вырвался воздух. Мощь двух Концептуальных Ядер столкнулась, содрогнулась и завопила.

— !

Микоку непроизвольно отступила с мечом в руке.

В тот же миг Саяма выпрямился после рывка под Тоцукой.

Его левое плечо ударило оружие и порвало одежду, но он всё равно продолжил бежать.

Фронтальное движение разорвало ткань дальше, и брызнула кровь.

— Именем Микото я приказываю концептам 2-го Гира.

Он ударил клинок Тоцуки снизу.

— Летите!!

Микоку осознала, её оружие вылетело из рук.

Она держала рукоятку Тоцуки, поэтому руки потянуло за ним и тело полностью открылось.

Саяма бросился к ней, и девушка тут же осознала, что это может привести к желаемому ей итогу.

●

Саяма не колебался.

Он запустил в живот Микоку правый хук.

— !..

Как только она сложилась вдвое и опустила подбородок, он разжал свой кулак.

———.

И врезал ребром ладони.

Он попал.

Её лицо передёрнулось, а тело отдёрнулось назад благодаря предыдущему удару.

Удар плоской ладонью в подбородок сотряс голову на шее.

Чем выше скорость, тем сильнее мозг растрясётся в черепе и тем больше её деморализует.

Это зовётся контузией, и как раз её испытала Микоку.

Она, может, ещё управляет конечностями, но с мозгом, выбитым из колеи, не сможет стоять.

Но для победы Саяме понадобится пригвоздить её к чему-то или что-то в этом роде.

Вот как можно одолеть бессмертную девушку, его иное «я», не давая ей шанса сопротивляться.

И в то же самое время он услышал звук.

Треск дерева, исходящий от меча Мукити.

Слева от парня от сломанного оружия поднялся туман и двинулся подобно кобре, задирающей голову.

— !

Он полетел к скоплению Концептуальных Ядер справа, где ожидал небольшой транспортный контейнер Мукити.

Согласно правилам Саяма проиграет, если лишится своего ядра.

Но Тоцуку отбили в воздух. и Микоку не могла сражаться, так что если он её здесь сдержит…

…Будет ничья.

Всё закончится в равновесии.

И…

— Такого итога я хочу!

Саяма решил, что не позволит разделения между победителем и проигравшим, даже если ему придётся добиться этого силой.

Он приготовился сделать всё, что потребуется для обеспечения всеобщего равенства.

Лоу-Гир и Топ-Гир обладали собственными обстоятельствами и правотой.

…Но мы должны узреть друг друга и принять, что мы равны!

Они провели суд и сражались, поэтому ему казалось, что больше им ничего не остаётся. И…

— Ты чувствуешь то же самое, разве нет?

Он воскликнул вопрос и побежал, когда колени Микоку подкосились, и она начала падать.

Но…

————?!

Сдвинувшись с места, Саяма увидел перед своими глазами враждебность.

Её источал наконечник клинка.

Кинжал.

Один из тех, что Микоку прятала за спиной бронированной формы.

Он инстинктивно отпрыгнул.

— !

И схватил кинжал в воздухе.

Глаза сосредоточились на клинке, и у них ушёл краткий миг на поворот к девушке.

В это смутное, но кратчайшее мгновение, Саяма спросил в своём сердце.

…Почему?

На вопрос натолкнул кинжал в руке.

Она должна была его швырнуть после того, как отпустила Тоцуку.

Как раз когда поднимала руки, оставляя тело без защиты. Микоку должна была швырнуть клинок, получая его атаку.

Но, — подумал он. — Это совсем не спонтанное решение.

По крайней мере, ей следовало определиться перед парой атак, приведших к контузии.

Отчего у Саямы закралось подозрение.

…Она предугадала мою атаку?

Но этот вопрос вызвал два новых.

Во-первых — если она её предугадала, почему попала под удар?

И во-вторых — чего она добивалась, принимая атаку, которая её обездвижит?

В то же время его глаза сфокусировались на том, что лежало впереди.

В семи метрах от себя он увидел, как Микоку заваливается назад после того, как колени лишились сил.

Но это не всё.

Только тогда парень осознал, что она собирается сделать.

Девушка держала в правой руке кинжал.

И падая, она резко дёрнула им одной лишь грубой силой.

Вслед за этим Саяма увидел, как его иное «я» взмахнула клинком.

Предугадав, что она сделает, он воскликнул.

— Подожди!

Микоку взяла клинок обратным хватом и прижала к собственному затылку.

Он услышал глухой звук, когда она втиснула кинжал до самого основания в заднюю правую сторону шеи.

— !!

И потянула его вперёд, к Саяме.

Она пыталась перерезать продолговатый мозг, чтобы снять дрожь от контузии.

————.

И девушка сделала именно это.

●

Микоку ощутила, что её разум мгновенно прояснился, поэтому спокойно встала.

На её губах стояла улыбка, а на лбу выступил пот, но глаза уставились прямо перед собой.

Тоцука вертелся в своём падении над головой, а обломки деревянного меча лежали брошенные на земле.

Теперь, когда она жива и может двигаться, результат очевиден.

— Если я поймаю Тоцуку в падении, победа будет за мной.

Саяма покачал головой и остался в защитной стойке.

— Подожди.

— Я не стану ждать. Поймав тот меч, я одержу победу.

Она вытянула правую руку навстречу падающему клинку.

И медленно при этом прогнулась назад.

— Саяма Микото, ты пытался меня обездвижить, чтобы добиться ничьей, не так ли? Меня действительно нельзя победить другим способом…во всяком случае, из общедоступных.

— …Стой.

Саяма сделал неполный шаг вперёд, но она покачала головой.

Девушка пыталась поймать Тоцуку, который вертелся прямо над головой, но в тот же миг он выдал крик.

— Подожди, Тода Микоку!

— Я не стану ждать. Я приняла то же решение, что и ты… но выбрала иной метод.

У неё был свой способ приведения мира к равновесию.

— Я знаю, что умела только в сражении, и что все воспринимают меня как последнего лидера Топ-Гира.

Поэтому…

— Извини, но я возьму всю ответственность на себя. …Прими эту ничью и прости их всех. Ты понимаешь, не правда ли? Даже Хаджи был жертвой.

— Подожди!! — закричал Саяма. — Смерть — наихудший из вариантов, Тода Микоку!!

Когда он шагнул ей навстречу, она в отместку швырнула левой рукой кинжал.

И подняв обе руки, Микоку их развела, отклонилась и оставила грудь полностью беззащитной пред падающим носителем итога.

Тоцука.

В этом Концептуальном Пространстве меч в союзе с той, чьё имя вырезает жизнь.

Металлический наконечник падал, чтобы пронзить её грудь и вставленный туда философский камень.

Там её сила регенерации и жизнь.

Но клинок Тоцуки мог вырезать жизнь, так что сломай он камень и проткни её, девушка умрёт.

Такого итога желала Микоку.

С её кончиной Топ-Гир потеряет лидера. Сино выберет счастливую жизнь, и Тацуми тоже. Даже Алекс сможет мирно дожить остаток своих дней.

И взвали она ответственность на себя, Хаджи и остальным, сражавшимся с ней, не причинят вреда.

Лоу-Гир не сможет требовать других жертв или ещё чего неразумного.

Микоку переживала об отрицательных концептах, но если Ноа начал пробуждаться, несомненно, сама Ноа что-то с этим сделает.

…Всё будет нормально.

Сино уже не с ней, но с силой родителей внутри, она не одинока.

Этого знания достаточно.

Даже лишившись жизни, она не будет чувствовать себя одинокой.

Её сражение подойдёт к концу.

Поэтому она подняла голову к небесам и выставила грудь навстречу клинку, который её пронзит.

●

Как раз перед тем, как всё это случилось, на поле боя вбежала девушка.

Она преодолела короткую дистанцию, вырвавшись из-за пределов поля зрения двух, сосредоточенных на себе.

— Нет!

Девушка обняла Микоку, которая пыталась всё закончить, лишив себя жизни.

Она обняла её, оттолкнула, и в следующий миг падающий металлический меч пронзил её согнутую спину до груди.

С глухим звуком девушка остановилась, споткнувшись вперёд с вытянутыми руками, крепко вцепившимися в Микоку.

Вместе с шорохом ткани меч на её спине рухнул под собственным весом.

Он упал к талии девушки, что сдвинуло и её.

Это приблизило её приподнятое тело к Микоку.

Движение сопроводил влажный звук широкого клинка, погрузившегося в её живот и выпавшего со спины.

И с тяжёлым грохотом меч упал на покрытую песком землю.

После чего послышалось только дыхание.

Оно звучало так, будто лёгкие девушки покидает весь воздух.

●

Микоку не понимала.

Что произошло перед её глазами?

Что произошло с ней?

Почему здесь Сино?

Почему Сино её остановила?

Она не понимала ничего из этого, кроме одного: что теперь будет с Сино.

С помутневшим разумом Микоку встала, потянув Сино за собой. Её согнутые руки цеплялись за бронированную форму своей сестры, и она наконец сумела встать на дрожащих ногах.

Но Микоку не знала, что делать.

— Ах…

Из горла вырвалось только напряжение, даже не вздох.

Но она ощущала жар и дрожь, исходящие от Сино.

Тепло девушки выплёскивалась на живот Микоку, стекая по поясу и бёдрам.

!..

Она не знала что, почему и как. Даже не могла разозлиться, убежать, вдохнуть или выдохнуть, поэтому просто молчала. Воли хватало лишь на то, чтобы как-то слушать слабый голос Сино.

— Микоку…

Ах.

— Хорошо.

Что ж здесь хорошего? Здесь и близко нет ничего…

— Микоку, ты трусиха, поэтому я подумала, что ты можешь такое сделать. Из-за того, что ты трусиха…

Погоди. Погоди. Прошу, стой. Не… ничего не говори. Иначе… Иначе… Если ты скажешь…. Если ты скажешь… это прозвучит как проща…

— И потому что ты добра.

Она услышала голос, говорящий «Прости».

Микоку пыталась сказать «стой», но не смогла. Не смогла сказать, поэтому дальше молчала. И эта тишина казалась неким наказанием. Голос Сино продолжал, соединив в себе толику счастья и даже смутную радость.

— Я всегда знала… но это так очевидно… что я забыла.

Сино подняла опущенную голову.

Не смотри на меня. Не смотри. Я понятия не имею, какой ужасный вид у меня на лице.

Но Сино всё равно посмотрела и одарила её улыбкой, от которой хотелось её остановить.

— Ты на деле добрее всех, правда? Вот почему ты так труслива и стараешься никому не навредить. …Вот ты кто, правда?

Сино губами промолвила «Прости».

И улыбаясь, закрыла глаза.

Увидев эту улыбку, лицо Микоку перекосило, и она приоткрыла уста.

— Сино!

Её голос — дрожащий голос — наконец-то вырвался наружу.

Глаза Сино немного приоткрылись, но она только кивнула с мягкой улыбкой и опущенной головой.

— Отныне ты можешь быть доброй, не боясь, ладно? В конце концов… В конце концов, я уже живу без своего концепта… и все ко мне так добры.

Тело Сино погрузилось в грудь Микоку. Она ощущалась лишь как обмякшая масса дрожащего тепла.

— Я больше не буду для тебя обузой, так что…

На этих словах тело Сино покинули остатки сил.

Поэтому Микоку её обняла.

И вдруг поняла, что Сино носила вместе с надтреснутым синим медальоном ещё и красный клуазоне.

Она осознала, что Сино продолжала носить его всё это время.

●

Саяма обнаружил себя лежащим на земле.

Парень не понимал, что случилось.

Он помнил, как попытался остановить Микоку, и как она швырнула кинжал, когда он пытался приблизиться.

В тот момент, когда он пытался от него отмахнуться, перед Микоку выбежала девушка.

Сино.

Она, вероятно, использовала нестабильный способ вхождения в Концептуальное Пространство, потому что её появление сопроводило странное вмешательство, и это случилось так неожиданно.

Сбитый с толку нежданным событием, он упустил из виду метнувшийся кинжал.

— И…

Саяма посмотрел на свою упавшую фигуру и обнаружил там лицо.

Он также увидел длинные волосы, связанные лентой, и школьную форму.

— Синдзё-кун?

— …Да.

Синдзё горько улыбнулась, прижавшись к его груди.

— Извини, что вмешалась.

Эти слова сковали его безмолвием.

Синдзё и правда вмешалась. Она явилась, когда представители Лоу-Гира и Топ-Гира решали свой конфликт.

Появление Сино удивило его достаточно, чтобы упустить из виду кинжал, но это на его ответственности. Он не мог позволить вмешательству кого-то кроме представителя Лоу-Гира помочь ему избежать оружия, брошенного представителем Топ-Гира.

Но…

…Она и правда меня спасла.

И гадая, что сказать, парень кое-что заметил.

Он глянул на левую руку, заведённую за спину Синдзё.

— Кровь…

Левая ладонь была настолько окровавлена, что кровь с неё стекала.

— Синдзё-кун!

Он встал и осознал, что тело Синдзё обмякло и потяжелело.

— Синдзё-кун!

Её горькая улыбка была мягким выражением кого-то, кто сейчас уснёт.

— Синдзё-кун!!

Саяма посмотрел за её улыбку и увидел кинжал Микоку, торчащий из её спины.

Он был с левой стороны, и красное пятно разрасталось с частотой её пульса.

————!!

Всё будет хорошо. Успокойся. Да, — сказал он себе.

Эта ситуация…

Он неожиданно вспомнил мать.

Она тоже защитила его от атаки и обняла. И что случилось после?

— …

Боль внутри него сцепилась с реальностью.

Боль в груди привязалась не к матери или остальным, кого он потерял, а к Синдзё рядом с собой.

— !!..

Саяма обнял её и завопил.

●

По тёмному пространству раскатился двойной вопль.

И что-то ему ответило.

На звериный крик девушки ответили два объекта, которые снижались с неба.

Одним из них был сильно повреждённый механический дракон, а вторым — также повреждённый белый гигант.

Последний упал почти вертикально, и девушка, стоящая на его плече, опустила взор к земле.

— Микоку…

Девушка на руках Микоку покрылась алым.

Грудь Микоку была оголена.

Она пыталась ножом вырезать философский камень, похороненный в основании горла, чтобы отдать его девушке у себя на руках.

Но любая рана, наносимая себе, мгновенно затягивалась, поэтому она не могла исполнить своё желание, и только громко рыдала с открытым ртом.

Её голос звучал как крик или вопль страдания, и девушка, упавшая с белым гигантом, закрыла глаза.

Затем нахмурила лоб и звучно сглотнула.

— Прости меня, Алекс.

— Не извиняйся, Тацуми. Я здесь как раз для того, чтобы тебе не пришлось.

— Понимаю, — Тацуми кивнула с участливым лицом. — Что бы ни случилось, я встану на сторону Микоку,

В конце концов…

— Мои чувства — ничто в сравнении с её.

— Как и мои. Если всё сводится к конфликту между разумом и чувством… тогда я предпочитаю последнее, Тацуми.

— Ясно, — сказала Тацуми, ещё раз кивнув.

Затем открыла глаза, посмотрела на рыдающую девушку посреди быстро приближающейся земли, вытянула руку и вздёрнула брови.

— Микоку!!

Тацуми закричала, чтобы отогнать крики, исходящие из глубин земли.

— Яви своё желание! Это место итога! Ты представитель Топ-Гира, так что мы последуем за тобой, какое бы решение ты ни приняла!

Микоку подняла взгляд.

Её взгляд дрожал от слёз, а волосы растрепались, поэтому Тацуми снова прикрыла глаза.

Но вскоре привела лицо в порядок и вздохнула, собравшись с силами.

— Желай всё что угодно!!

Тогда же Алекс и белый Бог Войны врезали воздух об землю и приземлились.

И оба услышали в хлёстком ветре голос Микоку.

Тихие, но отчётливые слова.

— Верни её…

Микоку прокричала слова невыполнимого чувства, но того, чего каждый когда-то желал.

Она вытянула окровавленную правую руку навстречу Тацуми и решительно раскрыла пальцы.

— Верни!!

И в тот же миг Тацуми закрыла глаза, приняла это всё и кивнула.

После чего свершила то, что выполнит просьбу её лидера.

Над землей пронёсся порыв ветра и поднялся в небеса.

↑ Судя по всему, отсылки на аниме “Detective Conan” и “Genji Tsuushin Agedama”.↑ Theme Music: -45 — System Zero