«Истинный покой не в тишине, а в доверии к её хрупкости.»

На нейтральных землях проросли, словно диковинные цветы, новые поселения, и одним из них стал Тюри. Невеликий ростом среди собратьев, он, однако, цвел небывалым разноцветьем рас. Люди, эльфы с их вечной грацией, оборотни, хранящие в сердцах лунный зов, вампиры – дети ночи, ламии, чья красота таила древние секреты, гоблины, чьи хитрости были острее клинков, и даже несколько молчаливых энтов, – все они нашли в этом маленьком селении тихую гавань, долгожданный приют. . По сравнению с расами населявшими континент, назвать это разнообразием было очень трудно, но в своей категории, деревня смешанного проживания, оно было таким.

Возвращаясь домой от туда, двое не спеша шли вдоль деревни. Шли медленно, так как на протяжении всего маршрута они постоянно разговаривали, в попытке наверстать пару месяцев безмолвия.Они жадно наверстывали месяцы молчания, стремясь объять необъятное: от туманных горизонтов отцовских исследований до пестрого калейдоскопа товаров на тюрийском рынке.

Следом за ними, словно тень, скользила тележка, полная сокровищ. Большая часть груза предназначалась для изысканий Атсуши, поэтому без магии было не обойтись – руками всего не унести.

Их дом стоял особняком, вдали от деревенской суеты. Вскоре они уже стояли перед высокой изгородью, окольцовывающей поместье, словно дракон, охраняющий свои сокровища. Оставшийся путь до ворот пара преодолела в тишине, словно перед исповедью.

«Я никогда не думал, что дом может пахнуть не страхом, а ожиданием.»

Ворота, словно очи ангела, засветились магическим светом и распахнулись, приветствуя хозяев во внутреннем дворе, едва те приблизились к границе барьера.

Поместье было огромным, но в прислуге не нуждалось. Вся рутина, словно по мановению волшебной палочки, ложилась на плечи магии. Магия может убрать грязь, но не боль. Для этого нужны руки — и сердце. Кэзуми, однако, даже будучи преисполнена магической силы, не чуралась и простых дел, считая, что искусный маг должен быть разносторонним, ведь магия - лишь кисть, а жизнь - холст

И всё же, в этой тишине было что-то хрупкое. Как будто мир затаил дыхание… В доме, за толстыми стенами, воздух дрогнул. Магия барьера передала тревожный импульс — как пульс, сбившийся от страха, едва Акихиро и Кэзуми остановили тележку у порога и принялись разбирать покупки.