Квартет почувствовал нарастающий ужас, а также и благоговение, в отношении Фанчжэна, когда он увидел, что Фанчжэн просто взял и исчез. Голос Фанчжэна для них, звучал как королевский указ. Ну и кто из них, мог посметь, его ослушаться? Они послушно ждали недалеко от монастыря и наблюдали за тем, как Мяо Лун, продолжает рожать один нож за другим. Он страдал от немыслимой боли, и он сейчас жил такой жизнью, которая была хуже, чем смерть.
Мяо Луну с самого раннего детства, очень нравились ножики. Ну и эта симпатия переросла в любовь, когда он стал взрослее. Ну и то количество запрещённых ножей, что он и собрал себе в коллекцию, дома, заполнило всё свободное пространство, что у него и было, под кроватью. Но сегодня, он мог поклясться, что он ненавидел ножи, больше всего на свете!
Ну и после бесчисленного количества родов, Мяо Лун, наконец-то был убеждён в божественных способностях Фанчжэна. Он завопил:
«Мастер, я осознал все мои прегрешения. Я понял мои ошибки. Я больше не хочу, снова, рожать...»
«Мастер, я молю вас о милосердии. Я точно начну жизнь с чистого листа и стану хорошим человеком.» — Завопил Мяо Лун, когда он хныкал от боли.
«Мастер, я виноват. Я был жесток. Я делал такие вещи, которые никакой человек, не должен был делать. Я сразу же сдамся властям, когда я спущусь с этой горы. Я признаюсь во всём, что я сделал до этого самого момента.»
«Мастер...»
Фанчжэн стоял у монастырской двери и наблюдал за страданиями Мяо Луна. Он смог почувствовать, что жажда крови Мяо Луна, потихоньку начала из него вымываться. Но если говорить о его негативной карме, то за все эти кармические наказания, лишь небольшое количество негативной кармы и было из него, удалено. Очевидно, что Мяо Лун, совершил множество подлых поступков. Но очищение от всех этих отвратительных дел, было явно не в компетенции Фанчжэна. Было просто невозможно, для кармы Мяо Луна, очиститься на этой горе, до белизны.
Ну и после того, как Мяо Лун родил сорок девять ножей, Фанчжэн взмахнул рукой и освободил Мяо Луна, от дальнейшего мучительного процесса, в виде постоянных родов. Мяо Лун лежал на земле и смотрел в небеса своими безжизненными глазами. Он протяжно вздохнул и про себя подумал:
«Оно наконец-то закончилось.»
«Спустите его с горы. Вы все, уже должны знать, что вам и нужно было сделать. Если вы продолжите совершать злодеяния, то наказание за них, будет увеличено десятикратно.» — Фанчжэн развернулся, чтобы вернуться в монастырь. Он закрыл дверь, и его образ почтенного монаха, тут же испарился. Он протяжно вздохнул от облегчения:
«Притворство было и действительно тяжёлой работой...»
Да Куй, Эр Куй и компания, уже давным-давно, мечтали о том, чтобы спустится с горы. Ну и как только Фанчжэн, выдал им свою команду, они все, почувствовали себя так, как если бы им, выдали амнистию. Они поспешно подбежали к безжизненному товарищу, подняли Мяо Луна и покинули данную гору. Ну а что до ножей? Так они, вообще ничего не хотели слышать, о ножах! Они будут сражаться с любым человеком, до самой смерти, который решит при них, упомянуть о ножах!
Но они, так и не поняли, что те ножи, которые и остались, после них, на земле, просто растворились в воздухе. Фанчжэн рухнул в кровать и начал храпеть. «Сон Золотого Пшена» был мощной божественной силой, но было слишком утомительно поддерживать её в течение долгого времени. Ну а что до охраны монастыря, то Фанчжэн оставил данную проблему, Одинокому Волку.
Да Куй и компания, уже потеряли свою первоначальную смелось. Поэтому они не осмеливались возвращаться назад. Они сейчас проклинали своих родителей за то, что те при рождении, выдали им, всего лишь по одной паре ног, и они это делали, когда они, собственно, сейчас и бежали. Они бежали вниз с горы, но эта их скорость бега, не была даже и близко, такой же быстрой, как та, которая бы, удовлетворила их текущие потребности!
Ну и как только они достигли подножия горы, они направились прямиком в полицейский участок, причём без каких-либо промедлений.
Полицейский, что и сидел там в регистратуре, реально жуть как перепугался, когда пять мускулистых мужчин, с белыми волосами, посреди ночи, ворвались в полицейский участок. Он встал из-за стола и сказал:
«Вы по какому вопросу?»
«Успокойся. Мы тут, чтобы сдаться с повинной.» — Сказал Мяо Лун.
«Что?» — В шокированном состоянии проговорил полицейский. Он видел большое количество людей, которые приходили в полицейские участки, чтобы сдаваться с повинной, но он никогда, до сего момента, не видел, чтобы люди собирались в группы, чтобы массово сдаться властям! Полицейский спросил:
«А почему вы все, такие мокрые? Вы что, прыгнули в реку, чтобы украсть чью-то рыбу?»
Квинтет:
«@$$!%…"
Ну и после того, как он услышал их объяснения, полицейский был, просто вне себя от радости. Новогодние ветра, принесли ему новогоднюю корзину, в виде пяти человек*! Он кажется, что уже видел букет из красных роз, всевозможные благодарности и награды, повышение, увеличение в зарплате, свадьбу с высокой, утончённой и богатой женщиной, а также и то, что он в конце концов, достиг вершины своей жизни...
*Обычная китайская подарочная корзина, на новый год. New Year Hamper. Загуглите кому интересно.*
Ну а то наказание, что эта пятёрка блондинов, в итоге и получила, не нуждалось в подробном разъяснении.
Ну а тем временем, в другом месте находился один человек, который был сейчас крайне раздражён.
«Опубликовать, не опубликовать, опубликовать, не опубликовать...» — Цзин Янь бормотала эти слова и обнимала кошку-игрушку, с длинной шерстью, которую она потихоньку и выщипывала.
Сегодня она повстречалась с чем-то, что и действительно, было потрясающим. Ну и как репортёр, её острые чувства, ей говорили, что это всё, было совершенно огромными новостями. Но проблема тут была в том, что данные новости, были очень странными. Если они вызовут шумиху, то она будет поистине беспрецедентной. Ну а если они, в итоге, не вызовут никакой шумихи, то вся эта новость, будет выглядеть обманом и мошенничеством. Люди даже начнут её ругать и проклинать, за то, что она сообщила о ложных новостях.
Но это всё, не было самым главным. Самое главное, было то, что Цзин Янь принимала во внимание, намеренья Фанчжэна. Каждое действие Фанчжэна, от начала до конца, завоевало её уважение. Ну и Фанчжэн, не выглядел таким человеком, который бы жаждал получить славы, благодарности и всеобщего признания. Поэтому она не чувствовала, что это будет правильным действием, если она сделает из всей этой новости, сенсацию.
Ну и после всех этих размышлений, Цзин Янь решила воспользоваться выщипыванием шерсти из куклы, чтобы принять решение по этому вопросу. Ну и когда последний волосок из шкуры, упала на землю...
«Опубликовать?» — Цзин Янь удивилась, но затем, она горько улыбнулась. Она тщательно осмотрела всё тело лысой кошки-игрушки, и она конец-то увидела то, что она и пропустила. Ну и с улыбкой на лице, она выщипнула последний волосок, с тушки кошки:
«И вправду, я не должна, это всё опубликовывать!»
Ну и когда с её беспокойством, было наконец-то покончено, он откинула лысую кошку-игрушку в сторону и отправилась ко сну! Ну а что до её личной гигиены? Ну извините, как женщина новой эры, она была очень ленива!
Монастырь Байюнь, был практически в таком же затруднительном положении, как и Цзин Янь. После того как Фанчжэн и ушёл, большое количество репортёров, начало стекаться к их монастырю, чтобы задать вопросы о пересечении реки на стебле камыша. Но никто из Монастыря Байюнь, им так и не ответил. Даже деревенские жители, что и жили у подножия горы, кажется, что были с монахами, заодно. Практически никто из них, не сказал репортёрам, ни слова. Ну и, хотя репортеры и смогли добыть информацию по этому вопросу, у парочки деревенских жителей и у нескольких туристов, всё же, это было не важно, ведь один хрен, эти опрошенные люди, не казались репортёрам, ну хоть на капельку надёжными и это несмотря на то, что они говорили чистую правду.
Эти репортёры были не в курсе того, что Мастер Дзэна Байюнь, не желал, чтобы люди беспокоили Фанчжэна, попусту. Он запретил монахам, сбалтывать лишнее, своими языками, так что это было вполне естественно, что монахи по этой теме, не сказали репортёрам, ни слова. Ну а что до деревенских жителей, что и проживали у подножия горы, то они чувствовали к Монастырю Байюнь, лишь почтение и гордость. Ну и, хотя они и были впечатлены изумительным трюком Фанчжэна, всё же, они одновременно с этим, были им и жутко недовольны. Ну и поэтому, практически никто из них и не сказал ни слова, чтобы таким образом, защитить честь и достоинство Монастыря Байюнь. Ну и некоторые из них, пошли настолько далёко, что они, даже отрицали подлинность подобного инцидента...
Репортёры из-за этой неразберихи, чувствовали себя так, как если бы их головы, вот-вот уже и взорвутся. Они сейчас задавались вопросом:
«Это таинственное пересечение реки на стебле камыша, на самом деле происходило или же нет?»
Ну а что до Транспортировки Цветов Лотоса, то лишь монахи, что и присутствовали на ассамблее, знали об этом событии. Они почитали Фанчжэна как бога и без согласия от Мастера Дзэна Байюня, или же Фанчжэна. Как они вообще, могли осмелиться, об этом и говорить? Репортёры, естественно, не были об этом в курсе, ну и поэтому, они пропустили, такую отличную историю.
Этот, так называемый «фарс пересечения реки на стебле камыша», продолжался в виде жарких обсуждений в интернете, в течение пары дней, перед тем как он растерял весь свой хайп(шумиху + ажиотаж). Ну и с экспертами, а также и с разгадывателями таинств, которые постоянно накидывали на вентилятор, Фанчжэн стал мошенником, который лишь играл на публику. Ну и вскоре, он уже был позабыт, всеми этими людьми.
Тем не менее, местные жители, продолжали наслаждаться своими воспоминаниями. В конце концов, большая часть людей, которая и присутствовала при пересечении реки на стебле камыша, в исполнении Фанчжэна, была местными жителями. Посторонние люди, возможно в это и не верили, но местные жители, которые увидели всё воочию, естественно верили в это, без сомнений! Молва об этом событии, распространилась среди их друзей, и она использовалась в качестве темы для разговора, после обедов, завтраков и ужинов, ну и поэтому, репутация Фанчжэна и Монастыря Одного Пальца, быстро устремилась вверх.
Ну а что до Фанчжэна, так он сейчас сидел в приседе, возле входной двери, в надежде на то, что большое количество мирян, придёт к нему в монастырь. Но вместо его ожиданий, начался обильный снегопад.
Снегопад продолжался в течение трёх дней, и он пришёл сюда, вместе с сильными ветрами. Поэтому путь на гору, в очередной раз, был полностью запечатан снегом.
Фанчжэн встал у двери, посмотрел на снег, который намело кучей в метра полтора и опечалился. В общем: он с жуткой хмуростью, смотрел сейчас наружу:
«Ну что за великолепная удача. Такой сильный снегопад, даже мог похоронить под собой, низкорослых людей. Неудивительно, что никто, ко мне и не приходил.»
«Вуу...» — Одинокий Волк стоял в огромных сугробах, и он едва мог показать из них, половину своей головы. Он поднял её вверх и жалостливо провыл. Снег был настолько высоким, что Одинокий Волк мог лишь прыгать по нему, по кругу, как какой-то зайчик, постоянно проваливаясь под снег. Ну и после того, как он сделал пару подобных кругов по округе, он был настолько вымотан, что он высунул наружу язык и стал протяжно дышать. Он теперь отказывался, в очередной раз, выходить из монастыря.
Фанчжэн потрогал снежную корку, которая всё еще, затвердела не полностью. Ей всё еще потребуется пару дней, перед тем, как он и сможет по ней ходить.
«Ладно, какая блин разница. Если этот снег, так никто и не уберёт, то ни один мирянин, так и не придёт, в мой монастырь. Эх... Пора за работу!» — Фанчжэн решил добиться поставленной задачи!
Ну а что до Одинокого Волка? Так он, тут же помчался прочь, с хвостом, который был зажат меж его ног!
Самые интересные комментарии
Пусто