Когда Сюй Инь услышал это, у него появилась идея и он немедленно разразился гневом:

— «Как можно было это допустить? Почтенный Фанчжэн — гость генерального директора Лю. Как можно оставить его голодным? Иди купи лапши!».

— «Будет нехорошо если мы дадим почтенному обычную лапшу, но хорошую нужно покупать в городе. Путь туда и обратно займёт два часа» — быстро отреагировала Сун Кэлин.

Инь тайком показал ей большой палец. Хорошо сработано! Затем он посмотрел на Монаха:

— «Почтенный, что вы думаете?».

Фанчжэн просиял лучезарной улыбкой, которая немного расслабила Инь. Судя по выражению лица монаха, он знал как сдерживаться. Но Фанчжэн сказал:

— «Амитабха. Всё в порядке. Этот нищий монах может подождать. Патрон, продолжайте.».

Сюй Инь и Сун Кэлин мгновенно лишились дара речи. Они видели бесстыдных людей, но никогда ещё не видели такого бесстыдника как этот! Но через некоторое время Инь просто кивнул и сказал:

— «Иди купи лапшу.».

Она стиснув зубы ушла, но за весь день не вернулась.

Когда Кэлин ушла, Фанчжэн поставил миску и собрался о чём-то заговорить. Сюй Инь поспешно сказал:

— «Почтенный, учитывая жаркую погоду почему бы вам не вздремнуть после обеда? Мы ещё не приготовили вам постель, позвольте мне позаботиться об этом.».

С этими словами Инь ушёл. Он боялся что монах попросит ещё еды, т. к. ему действительно нечем было его накормить. У всех осталось мало денег. Кроме того монах не был в его нижней линии. Хотя Инь и был в это вовлечён, он не получит от этого много денег. Нет никаких оснований чтобы инвестировать в него.

Фанчжэн улыбнулся:

— «Хорошо, у нас ещё будет много времени.».

Как ни странно, Сюй Инь раньше говорил то же самое многим новичкам. Каждый раз он немного радовался после этих слов. Многие новички тоже говорили подобные слова в ответ, но вскоре жалели об этом. Но когда это произнёс монах, Инь почувствовал как у него по спине пробежал холодок.

Предоставить жильё было совсем не трудно. Это всего лишь койка в комнате. Пол был устлан ковром, а комната занимала двадцать квадратных метров. В ней жили около восьми человек, мужчины и женщины. Увидев это Фанчжэн почувствовал некоторый дискомфорт. В конце концов, он был монахом. Для него не было проблемой жить с другими и он мог игнорировать беспорядок, но для него было неправильно спать в одной комнате с женщинами, ведь так? Хотя он был немного взволнован, увидев взгляды женщин монах произнёс буддийские воззвания. Он старался придерживаться своих минимальных стандартов.

Сюй Инь тоже понимал что для Фанчжэн это действительно не самое подходящее место.

— «Почтенный, у нас пока только такие условия жизни. Как только дома будут готовы, всё станет лучше.».

Монах беспомощно кивнул в знак согласия. Ему просто нужно было держать глаза подальше от вещей, которые он не должен был видеть.

Когда он вошёл, группа людей неохотно посмотрела на него. Именно этот сукин сын только придя сразу выиграл все их деньги. Кто бы не рассердился?

Фанчжэн проигнорировал их сердитые взгляды. Он не взял с собой постельного белья, но Сюй Инь снабдил его комплектом простыней. Они были не очень чистыми, но их можно было использовать. Посмотрев на комнату и людей вокруг, монах не мог не вздохнуть. Когда Монастырь Одного пальца был беден он мог носить залатанную одежду, но его постельное белье всегда было очень чистым. Он вспомнил слова Дзен Мастера Одного Пальца: «Одежда нужна чтобы держать тело в тепле. Эстетика не важна, но чистоту нужно поддерживать. Это значит проявлять уважение как к себе, так и к другим…».

Поэтому хотя одежда Фанчжэн бывало чуть ли не состояла из одних заплаток, она никогда не была грязной. Он немного покачал головой, когда увидел ситуацию перед собой.

Он поднял глаза и увидел цепочку слов, написанных на стене:

— «Трудись сто дней, наслаждайся падением фишек!».

Ниже были также следующие слова:

— «Смирение. Образование. Послушание. Соответствие. Борьба.»

А у изголовья кровати наклеено:

— «Стремись к совершенству, не говорите ничего отрицательного.».

Фанчжэн слегка покачал головой. Они были правильны по духу, но ошибочны в осуществлении. В таком контексте приверженность приведёт только к тому что люди застрянут в неизбежной ситуации. Позже они втянут своих друзей, которые тоже не смогут выбраться. Самое худшее в мире было не в том чтобы оказаться обманутым на деньги, а в том чтобы отдать свою душу другим. Потеря себя равносильна смерти. В такой ситуации единственная причина продолжать жить — быть орудием других, не имея никакой выгоды для себя!

Однако монах не произнёс ни слова. Он спокойно сидел там и, достав Чётки Будды, начал произносить молитвы. Он всё ещё ничего не знал об этом месте, поэтому мало чем мог помочь этим людям. Кроме того, он хотел посмотреть как они обманывают Других.

Как и ожидалось, Сун Кэлин зв весь день не вернулась. Она пришла только поздним вечером, тяжело дыша. И с несколько преувеличенной серьёзностью сказала:

— «Почтенный вы возможно не знаете, но я объездила весь город прежде чем мне удалось купить превосходную лапшу. Я понятия не имею, почему это так. Почему пачку лапши так трудно купить? Город просто слишком мал. Как только мы достаточно заработаем, мы должны отправиться в большой город и есть всё что захотим.».

Фанчжэн еле подавил смех и немного улыбнулся. Даже трёхлетний ребёнок не поверил бы этим словам! Но монах не сказал ни слова. Ему снова уделили особое внимание за ужином, но он понятия не имел что едят остальные. Однако его особый ужин состоял только из трёх порций. Было очевидно, какую пищу получат остальные.

Сюй Инь вечером нашёл монаха и извинился что комната немного не очень. Он заявил что хочет снять для него номер в отеле, но для этого потребуется его паспорт. Монах притворился дурачком и великодушно вручил ему свой паспорт.

Как и следовало ожидать, Инь вернулся только после девяти вечера и он сказал:

— «Ох, почтенный. Какая неприятность. Пока я бронировал номер в отеле, приехала полиция чтобы обеспечить соблюдение правил борьбы с пороком. Они забрали ваш пасорт. Похоже придётся подождать несколько дней пока они вернут его.».

Фанчжэн улыбнулся:

— «Всё в порядке. Этот Нищий Монах может подождать, так как не спешит уходить.».

— «Да, не спешите уходить. Оставайтесь и повеселитесь ещё немного. Спешить некуда.».

Сюй Инь тоже был в восторге, и радовался как маленькая хитрая лиса. Однако он не заметил, что у крохотного кролика перед ним большие клыки!

Инь ушёл, а затем вернулся с тазом воды. Он положил его перед Фанчжэн и улыбнулся.

— «Почтенный, позвольте мне вымыть вам ноги. Вы должно быть сегодня устали, верно? Я владею довольно хорошими массажными техниками!».

Фанчжэн был ошеломлён и поспешно покачал головой.

— «Патрон, забудь об этом. Пусть этот нищий монах сам это сделает.»

-"Как я могу это допустить? Когда вы пересекаете порог нашего комплекса, вы становитесь частью семьи! В семье так не говорят. Вот, я вымою вам ноги. Не церемоньтесь.».

Когда человек в чёрной рубашке увидел это, он тут же подбежал.

-"Семейный Перевозчик, почему вам не предоставить это мне?».

Сюй Инь не отказался от его предложения и передал ему эту работу. Мужчина быстро поставил тазик у ног Фанчжэн.

Монах посмотрел на Инь, а затем на подбежавшего мужчину, и понял что ему трудно отказаться от их доброты. Поэтому он опустил ноги в таз. К его удивлению, несмотря на то что мужчина в чёрной рубашке выглядел неумелым, он довольно неплохо умел мыть ноги.

Монах спросил:

— «Патрон, вы часто моете ноги другим?».

— «Часто? Нет. Такое случается чуть больше десяти раз в месяц. Это тоже зависит от ситуации. Но не называй меня так. Зовите меня по имени. Меня зовут Сунь Пу, можно просто Пу.».

Фанчжэн кивнул, глядя на облупленные стены вокруг.

— «Твои родители были очень предусмотрительны. Это имя действительно подходит!».