Кажется, что этот мёртвый город никогда не закончиться. Тишина уже начинает не радовать, а наводить на ужас. Я уже озираюсь на каждую тень или шорох. Да, это хорошая привычка… но если делать это чересчур часто – это уже паранойя.

Мы двигаемся линией. Как всегда первый у нас Марк, за ним Саша и Лион, потом Гаток, Хлоя и Твен. Ну и замыкает отряд – Я и Лидия.

Наш путь продолжается, наверное, часов семнадцать. Башня становиться ближе, но она всё равно далеко. Мне очень страшно за Хлою… успеем ли мы спасти её?! За счёт того, что она маг крови, девочка выиграет себе время от силы на десять часов. Она сама это сказала, когда мы выходили из тайной безопасной зоны… и всё из–за меня! Из–за меня отряд потерял двенадцать часов. Чёрт!!! Как же стыдно! Не могу даже нормально думать.

Но ещё из головы не выходит моё преображение… я не могу понять, как это произошло. Почему?! Это нормально для Ламбертов второй ветви?!... Или со мной что–то не так?! Это болезнь?! И почему моя белая аура не пробудилась? Я не чувствую, что во мне появился второй поток внутренней силы. Сколько бы я не думала о своём преображение, ответа у меня нет… и этот вопрос пожирает меня изнутри. Так же теперь дети смотрят на меня немного иначе. Да, наши лица скрыты под шлемом, но я замечаю, как они оглядываются в мою сторону, а как понимают, что я замечаю их взгляд, вздрагивают и резко отворачиваются. Это очень плохо! Но! Я не выдала Дориана! Они не знают, что он Ламберт… ох, да они бы потеряли дар речи, узнай, кто такой Жнец на самом деле. Рядом с ними всё это время жил следующий Император «Парадиз». Вот же хохма!

Я улыбнулась, наконец–то отпустив душевные тяготы… но радоваться долго не пришлось.

– Агрх…

Хлоя упала на колени и начала кашлять. Твен и Гаток подняли кулаки, остановив отряд. Все спрятались за ржавые машины и ждут развязки.

Хлоя сняла шлем и её вырвало кровью с чёрной горячей жижей. От этой сцены у меня перехватило дыхание, а лоб покрылся холодным потом.

Цвет кожи Хлои белее снега, у неё выпали все волосы, радужка левого глаза стала фиолетового оттенка, а зрачок в правом глазу вытянулся. Появились порезы, точнее, рваные раны из которых вытекает чёрная жижа… у неё лопается кожа, а на лице, на правой щеке, она вообще слезла, обнажив пульсирующую багровую плоть. Так же у неё выпало часть зубов.

Наблюдать за страданиями Хлои… у меня просто нет сил… не могу смотреть…

– Я помогу…

К отряду подбежал Лион.

– Эй! Очкарик! Не нарушай строй! – шикнул Твен.

– Она моя подруга, так что отвели! – шикнул в ответ Лион.

Мальчишки начали выяснять между собой отношения, но всё же Лиона не прогнали.

– Хлоя, ты как? – встал Лион на одно колено возле подруги, – Можешь описать своё состояние?...

Девочка горестно улыбнулась, и ответила честно.

– Не думаю… что… дойду до башни…

– Нет! Мы успеем! – встал Лион на ноги, – Ты главное не переживай… всё будет нормально…

Я широко раскрыла глаза, вытянув перед собой руки, как и все дети… это всё, что мы успели сделать.

Раздался оглушительный выстрел, что прошёлся по домам громкими хлопками. Хлоя, закатив глаза, рухнула на асфальт в собственную лужу крови… а в голове у неё сквозное пулевое отверстие.

Рядом с Хлоей стоит Лион. В руках у него пистолет, из дула которого сочиться белоснежный тонкий дым виде струи, что вздымается вверх.

Я не понимала, как реагировать. Всё утеряло контроль и цвет жизни. Я словно очутилась в кошмаре, из которого нет выхода.

– Ах ты мразь!!!

Твен ударил Лиона кулаком в шлем, и тот рухнул на пятую точку.

– Ты что наделал… – тихо прошептал Гаток.

– ХЛОЯ–Я–Я!!!

Саша подбежала к подруге и рухнула возле неё на колени. Она хотела прикоснуться к телу Хлои, да вот не смогла, ибо в её голове наступил настоящий ураган эмоций, и девочка начала плакать, как младенец. Марк и Лидия застыли, словно статуи.

– Что ты наделал!!! – бросилась Саша на Лиона с кулаками.

Мальчик резко вскочил на ноги и отошёл назад, наконец-то ответив на обвинения:

– ВЫ, ПРАВДА, ДУМАЛИ, ЧТО МЫ ДОЙДЁМ?! – он указал в сторону башни, – У меня хотя бы есть мужество признать то, что до башни как минимум дня два пути, а то и все три. Вы хотели, что бы она обратилась в монстра?! А если бы она укусила кого-то из нас?! Вы подумали, что она ставит наши жизни под угрозу?!

– Это не даёт тебе право забирать её жизни без спроса!!! – рявкнула Саша, – Она была твоим другом!!! Мы выросли вместе!!! Ты застрелил её так легко, словно она для тебя никто!!! У тебя не было право забирать её жизнь!!! А что если бы она смогла задержать свой поток заражённой крови?! Продержаться ещё несколько дней?!

– ОНА САМА СКАЗАЛА, ЧТО НЕ ДОЙДЁТ ДО БАШНИ!!! ТЫ СЛЫШАЛА ЭТО?! ИЛИ ЧТО, У МЕНЯ БЫЛИ ГЛЮКИ?! ТЫ ВИДИЛА ЕЁ ВНЕШНИЙ ВИД?! ЭТО ВСЁ – КОНЕЦ!!! – Лион тяжело задышал и бросил взгляд в мою сторону, – Евангелина, ну ты то меня понимаешь?!... Я ведь всё сделал правильно, да?!...

Моя нижняя челюсть дрогнула. Я понимаю, что Лион сделал правильно… он убил Хлою так, что она даже этого не поняла. Но… а если у нас всё таки был шанс?! Что если бы она, правда, смогла совладать со своей заражённой кровью?!...

– Саша права! Не тебе было решать, забирать её жизнь, или нет! – рявкнул Твен, – Ты теперь будешь стрелять в каждого, кого укусят?!

– Если пойму, что обращение неизбежно… да, я это сделаю! – сжал кулаки Лион, – Похоже, я здесь один понимаю в какой мы жопе! Мы должны выжить!

– Или ТЫ должен выжить?! Только ты! – сняла Саша шлем, показав разъярённые глаза, – Ты думаешь, никто из нас не думал, что делать с Хлоей если она не успеет добраться до башни?!... Уверяю тебя, мы бы приняли решение все вместе! Мы бы дали Хлои выбор!!!

Она намекает на то, что Хлоя дала бы себя застрелить... Чёрт… я не думаю, что человек в здравом уме даст себя убить вот так просто. Я понимаю, Саша отчасти права, но и Лион прав… только вот есть одно «но». Лион так напуган, что, кажется, и правда будет стрелять в любого из отряда, кого инфицируют. И обратился он именно ко мне, так как я Ламберт и инфекция на меня не действует… это уже манипуляция. И я согласна с Сашей. Лион застрелил Хлою так просто, словно он выстрелил в куклу. Никакого раскаяния, никаких слёз. Даже я, кто не так хорошо знала Хлою, а лишь недавно с ней подружилась, проливаю слёзы. Но Лион начал оправдываться и выставлять всех вокруг плохими, а себя жертвой обстоятельств.

– Лион, отдай мне пистолет, – протянула я руку в сторону мальчика, – Или ты пойдёшь своей дорогой… один!

– Ч–что?!... – дрогнул голос Лиона, и он сжал рукоять пистолета до скрежета, – Не отдам я пистолет! Это самое действенное оружие против Кошмаров! Атака на дистанции!

– Тогда уходи и можешь оставить пистолет у себя… – опустила я руку, – Отдай пистолет, и тогда останешься с группой.

Вот сейчас и посмотрим, на какой стадии его психологическое состояние.

– Пистолет – это средство обороны! Я не могу его вот так просто отдать! – запаниковал Лион, – Да и к тому же, кто сделал тебя главной?!

– Кто за то, что бы Лион отдал пистолет? – спросила Саша и тут же подняла руку.

Все дети подняли руки, на что я сказала:

– Единогласно… отдавай пистолет.

– Нет!

Мы все резко подняли ладони чуть выше плеч, ведь Лион поднял руку и направил в нашу сторону пистолет.

– Вы не понимаете! Здесь, похоже, только я один не дурак! Мы все можем быть инфицированы! И кому–то придётся делать тяжёлый выбор!

– Верно… но не тебе, – покачала я головой, – Мы будем бороться за «жизнь», а если поймём, что выхода нет… думаю, тут уже все поняли, какой будет итог. Поэтому, ты либо с нами, либо идёшь своей дорогой. Другого пути нет.

Лион начал рычать и мотать шлемом в разные стороны, а следом он наконец–то опустил пистолет.

– Я… я не хотел… правда… просто она… она уже всё… зачем ей было мучатся?!...

– То, что уже сделано, то сделано, – начала я подходить к Лиону, – Нужно думать о том, что делать дальше, – я остановилась в шаге от мальчика и протянула руку в его сторону, – Пистолет…

Тяжело вздохнув, мальчик положил в мою ладонь огнестрельное оружие.

– Можно хотя бы магазины оставить?...

– Да, можно, – повесила я пистолет Лиона на свой пояс, – Народ! Нам лучше как можно быстрее уйти с этой улицы. Мы слишком долго на одном месте, и мы нашумели, – я глянула на десять часов и увидела красный луч света, – Нам нужно отдохнуть…. Мы идём уже без остановки семнадцать часов.

– А Хлою?... Мы её тут бросим?... – спросила Саша.

– Единственное, что мы можем сделать – это спрятать её… не дадим Кошмарам издеваться над телом Хлои!

Как же мне мерзко это говорить… как же мерзко на душе… из глаз то и дело хлещет поток слез, и я не могу его остановить…

***

Мы шли молча. Никто не говорил. Каждый шаг был для меня тяжёлым испытанием. Я хотела, что бы всё это оказалось дурным сном, что бы я проснулась на корабле брата или в своей комнате в Ларионе. Я всё ещё не могу поверить… Хлои нет… она умерла… одна мысль об этом, и мои руки начинают дрожать.

Мы пришли в безопасную зону первыми. Всё, как и всегда. Это трёхэтажный металлический дом в виде коробки. На первом этаже куча раскладушек и ящиков с медикаментами, на втором столовая с заполненными холодильниками, а на третьем – оружейная. И! Мы сказали Лиону, что бы он не приближался к оружейной. Он должен быть на виду хотя бы у одного члена отряда.

Я хотела поспать, да вот не могу. Я просто уткнулась в подушку, и плачу. На душе так мерзко… я хочу увидеть брата… интересно, скучает ли он по мне?!... Или он радуется, что я убежала?!... Он ведь даже не полетел за мной следом. Да, я оставила письмо, что бы он ни искал меня, потому что это моё личное задание «Наёмника»… наверное, Дориан был рад, что я ушла… я ведь для него, своего рода, обуза. Если я здесь умру, он, наверное, только вздохнёт с облегчением.

– Ты как?...

Я медленно поднялась и села на край раскладушки. Слева от меня сидит Лидия. Впервые вижу, что бы у неё был такой взгляд… она переживает за меня. Вау! Совсем недавно эти глаза пылали ненавистью ко мне.

– Всё хорошо, – попыталась я улыбнуться, да вот вышло фальшиво.

Я оглядела комнату. Сейчас Твен и Гаток не отходят от Лиона. Они даже спят с одним открытым глазом… а вот Лион забился в угол. Даже на кровать не лёг и не снял с головы шлем, как все дети. Он просто поджал колени к груди и сидит молча.

Саша уснула. И это хорошо. Как мы пришли в убежище, она начала плакать на взрыв. Через одну кровать от девочки спит Марк. Он следил и успокаивал младшую сестру… и он сам вымотался, как физически, так и эмоционально.

– Всё ещё не могу поверить в то, что произошло… – тихо прошептала Лидия.

– Да… это просто ужасно…

Лидия подняла голову вверх. Я вижу, что её глаза стали влажными. Так она пытается не проронить слёзы.

– Знаешь… я больше никого не буду задирать слабых… клянусь… Хлоя ведь… она была хорошим человеком… зря я её задирала… если бы можно было отмотать время … я бы с ней подружилась…

– Да… она… была хорошим человеком… – у меня сейчас снова пойдут слёзы, – Главное, это не останавливаться. Мы выберемся отсюда, а потом вернёмся за телом Хлои!... Мы её не бросим.

Мы спрятали тело Хлои в одной из квартир многоэтажного здания. Поместили её в комнату без окон. Дверь мы плотно заперли и замазали швы, что бы запах разложения не вырвался на лестничную площадку.

– Я думаю… нам нужно бросить Лион… – уверенно сказала Лидия.

– Возможно, ты права, – глянула я в сторону молчаливого мальчика, – Смерть Хлои… она была неизбежна… просто мы были к этому не готовы. Лион, по факту, сделал всё правильно… но вот вопрос теперь другой. Если кого–то из нас укусят, он не должен устраивать самосуд! Он может свихнуться и начать убивать любого, кто попадётся ему на глаза. Он явно думает о своём выживание, словно дикий зверь, которого загнали в угол. Ведь…

Лидия сощурила глаза, и не понимает, почему я застыла с открытым ртом, так и не договорив свой диалог.

– Евангелина?... Ты чего?!...

Я слышу… Я ЕЁ СЛЫШУ!!!

«ВЫ УБИЛИ НАШЕГО РЕБЁНКА!!! Я ИДУ!!! ИДУ ЗА ВАШИМИ ЖИЗНЯМИ, МЕРЗКИЕ ВЫ ТВАРИ!!! НЕ БУДЕТ ВАМ ПРОЩЕНИЯ! НЕ БУДЕТ ВАМ ПОКОЯ!!! ВЫ ЛИШИЛИ НАШУ СЕСТРУ ПЕРЕРОЖДЕНИЯ, И ПОПЛАТИТЕСЬ ЗА ЭТО!!!»

Это голос Илаи Альбион. И он просачивается в мой разум волнами. Сначала голос тихий, а потом такой оглушительный, что мне начинает колоть виски. Это означает лишь одно… она далеко от нас. Видимо стоит возле тела Хлои. Она в двух часах от нашего отряда.

– НАРОД!!! – вскочила я с кровати, – ПОДЪЁМ!!! НАМ НУЖНО СРОЧНО БЕЖАТЬ!!!

Я подбежала к Саше, растормошила её, а потом сделал так же с Марком. Родичи проснулись, и теперь наблюдают за тем, как я на панике подбежала к портфелям и начинала бросать их в руки отряда.

– Что… что происходит?! – поймал Марк свой портфель и начал тереть глаза.

– Евангелина?! – подошёл ко мне Гаток, – Успокойся. Мы же в безопасной зоне.

Нет… её крики… она явно воспользуется тем, что мы сидим в безопасной зоне. Окружит нас и будет дожидаться, когда время истечёт. Илая явно в бешенстве.

– Я их слышу! – решила я открыться отряду, – Я слышу Кошмаров! Та женщина, что приходила к первой безопасной зоне… она нашла тело Хлои. Она очень зла!!! Мы не дали Хлои переродиться, и она теперь в бешенстве. Она идёт за нами. В безопасной зоне мы как на ладони. Это первое, куда она сейчас пойдёт!!! Я Ламберт! Мы слышим Кошмаров! – решила я соврать, – Поэтому без вопросов! Быстро на выход!!!

Друзья не стали оспаривать мои слова, а напротив, забегали по всей комнате и начали собираться.

***

Мы выбежали из безопасной зоны сломя голову. Я сказала, что нет времени передвигаться медленно. У Илаи четвёртый уровень силы. Она как брат! Значит, она может преодолевать огромные расстояния по щелчку пальцев.

Мы забежали в жилое многоэтажное здание. Я предложила действовать иначе. Идти по улицам опасно… очень опасно! Поэтому мы поднялись на крышу. Каждую лестничную площадку мы осматривали, двигались медленно, но в тоже время – быстро.

И вот, теперь мы оказались на крыше. Напротив нас идут такие же высотные здания. Расстояние между крыш примерно десять–пятнадцать метров… далековато. Но! У нас есть мана и энергия. Мы можем совершить высокий прыжок.

– Ох… не нравиться мне всё это, – подошёл Марк к краю крыши и глянул вниз, – Может, спустимся обратно?

– Нет! Либо так, либо никак! – настояла я на своём.

Я глянула вниз… Великий Прародитель, у меня начинает кружиться голова. Здесь этажей сто, а может быть и больше. Но! Самое главное то, что мы можем засечь врагов, когда они о нас даже не будут подозревать. К тому же тот обращённый Драгун был ниже зданий. Он и будет тем ориентиром, что укажет нам на врагов и с какой стороны они идут.

– Ладно… я первая! – сказала я.

Я взяла разбег, перевела дух и побежала вперёд сломя голову. Мои ноги покрылись голубым свечением. Я чувствую как мои кости и плоть стали прочнее, и как физические возможности с каждой секундой возрастают.

Я подобралась к краю крыши и сделала прыжок! Подлетела вверх на метров десять и начала махать конечностями. Когда я пролетала над пропастью, в груди всё сжалось.

Я упала на крышу, сделала кувырок и резко поднялась на ноги… ПОЛУЧИЛОСЬ!!!

Я обернулась и начала махать руками. Перепрыгнуть на другую крышу, это плёвое дело. Нужно только приноровиться.

Отряд собрался с духом и по очереди перепрыгнул на соседнее здание. Всё прошло очень хорошо. Мы приземляемся почти на середине крыши, а это здание, что если попадётся здание подальше, мы и на него запрыгнем.

– Отлично! Главное не останавливаемся. Передых через пять часов.

***

Кто бы мог подумать, что прыжки, это куда труднее, чем бег. Мои ноги забились, стали твёрже камня.

Прыгали мы так, и правда, часов пять. Теперь вот сели в круг, распаковали свои портфели и едим. Нам нужно много сил.

Я откусила кусок мяса, и практически не пережёвывая проглотила его, а следом запила простой водой из пластиковой бутылки… эх… как же я хочу газировку с вишней!!! Она бы мне вмиг настроение подняла.

– Знаете, вот вернёмся, и я из дома пару месяцев не буду выходить! – заявил Твен, – Накуплю много чипсов, газировки и всяких сладостей. Запрусь, и буду сериальчики смотреть.

– К тебе можно будет с ночёвкой? – спросил Марк.

– Да! Приходи.

– Я тоже приду! – улыбнулся Гаток.

– А я выскажу всё родителям… скажу, что не буду Наёмником.

Все, кроме меня, удивились высказываниям Лидии.

– Что?!... Но тебе ведь нравилось, разве нет? – решил уточнить Гаток, – Мы ведь вместе тренировались. Да и твои родители всё время хвастаются, что ты станешь отличным Наёмником.

– Это их мечта… не моя! Я буду археологом! Как-нибудь вы зайдете в интернет, а там будет новостная сводка про мои достижения.

– Я сразу же «лайк» поставлю! – улыбнулся Марк.

– А я коммент бахну, что это моя подруга! – засмеялся Твен.

– А я эту новостную сводку в рамку поставлю, как память! – гордо сказал Гаток.

– Я тоже… тоже буду рада увидеть твои достижения, – сказа Саша, чуть смутившись.

Лидия опустила тарелку с едой и взяла Сашу за руку.

– Прости… прости за всё. Я была дурой. Будем дружить?...

– Д–да! – улыбнулась Саша, – Если ты не против… то да, конечно!

За нашим импровизированным столом повисла дружеская атмосфера… и лишь Лион молчал, опустив взгляд в пол. С ним никто не говорит, и не смотрит в его сторону.

– Эх, сейчас бы гозирово…чки…

В моих мыслях возник мерзкий звон, что превратился…

«ХА–ХА–ХА–ХА–ХА–ХА–ХА–ХА–ХА!!! КТО НИ СПРЯТАЛСЯ, Я НЕ ВИНОВАТА!!!»

– Нет–нет–нет! – резко вскочила я на ноги.

Я подбежала к краю крыши и глянула вниз. У меня начали болеть виски, сердце ушло в пятки. Я слышу её голос… но внизу никого нет. Улица пустая!

Я перебежала на другую сторону крыши, глянула вниз… и снова ничего.

– Евангелина?!...

Все дети тут же бросили еду и с озадаченным выражением лица встали на ноги.

Она не могла нас вычислить! Как?! Мы же по крышам передвигаемся! Мы не оставляли за собой следов!

«Ты, наверное, думаешь… где она?! Почему я её не вижу?! Мы же ушли далеко! Мы ведь не оставляли за собой следов! Ха–ха–ха–ха–ха–ха!!!»

Я схватилась за голову, так как этот смех сводил меня сума. Глаза мои бегают в разные стороны. Я не понимаю, где она?!

«Знаешь, а мне понравился ваш разговор. Будущее, это то, что ты должен выбирать сам. Ведь следуя по чужому пути, бойся потерять себя на веки вечные… как жаль, что девочка так и не станет археологом!»

Я вся побледнела, мой взгляд упал на пол… она прямо под нами.

Я вытянула в сторону Лидии правую руку, моё лицо исказилось от ужаса, я уже практически сделала шаг в её сторону...

«Игры закончились!»

Из-под ног Лидии вырвался сгусток чёрного огня, приняв форму широкого тонкого меча… этот клинок углубился в её таз и вышел остриём из черепа. Глаза Лидии начали смотреть в разные стороны, а следом её тело поделила на две части кровавая линия.

– ЛИДИЯ–Я–Я–Я!!! – закричал Гаток во весь голос.

Бетонный пол подо мной треснул и возникла брешь, откуда вылезла когтистая человеческая рука в металлической перчатке от боевой брони. Рука плотно обхватила мою правую ногу и не отпускает!!!

Я бросила испуганный взгляд на отряд:

– Бегит…

Не успела я договорить, как пол треснул, а рука потянула меня резко вниз. Я рухнула спиной на этаж ниже, а всё вокруг меня погрязло в облаке из пыли.

Я начала отползать назад, видя в серой завесе светящиеся ало–фиолетовые глаза, где один зрачок был вытянутым, как у кошки, и золотого цвета, а второй нормальный – как у всех. На моём поясе два пистолета и пять полных магазинов, на спине топоры, а на правой руке выдвижной клинок. Шлем остался на крыше.

– Как печально… не уберегла ты подругу! – донёсся из завесы змеиный тихий голос.

– АХ ТЫ ТВАРЬ!!!

Я вскочила на ноги, сорвала с пояса два пистолета, взвела курки и открыла огонь прямо по глазам в завесе пыли.

– А–А–А–А!!! – кричала я, не переставая нажимать на спусковые крючки.

Я слышала, как пули врезаются в металлическую поверхность, но так же я слышу, как они падают на пол, так и не сумев углубиться в свою цель.

Пистолеты опустили, и теперь при нажатии на спусковые крючки появляется звонкий щелчок.

– Ох… как же мне больно!!! – наигранно засмеялась женщина.

Завеса пыли разверзлась по щелчку пальцев. В мою сторону направляется высокая женщина. Её щёки распороты практически до ушей. Её рот – это широкая большая пасть, напичканная острыми маленькими зубами, что выстроились в три ряда… это не рот, а настоящая мясорубка. Цвет её кожи бледный, но в тоже время на ней виднеются чёрные вибрирующие пятна, из которых выделяется горячая субстанция, как на телах монстров из вибрирующей алой плоти. Волосы белоснежные, как свет звёзд на ночном небе. На её руках, пробив металлические перчатки, вырываются острые когти. Облачена дева в чёрную броню «Уроборос»: металлические радужные крылья разорваны, реактор потух, на самой броне виднеются глубокие порезы от когтей, а часть брони покрыта чёрным кристаллом с живыми фиолетовыми глазами.

В руках Илаи красный меч, покрытый белыми письменами. На её теле нет пулевых ранений. Либо она очень крепкая, либо у неё есть регенерация, как при жизни.

– Ну что… будешь сопротивляться?!... – мерзко улыбнулась дева.

Я убрала один револьвер на пояс, один оставила в левой руке и молниеносно поменяла магазин. В правую руку взяла чёрный топор.

– Я тебя не боюсь!!! – покрылось моё лицо пульсирующими венами, а из глаз покатились слёзы, – Будь уверена, тварь, я тебе отомщу!!! Ты заплатишь за жизнь Лидии!!!

– Оу… – нижняя челюсть монстра начала дрожать, а её глаза упивались видом моего обезумевшего взгляда, – Ладно, золотце, ты достойна… я сражусь с тобой! Так сказать – нагуляю аппетит!

– Э?!... – опешила я от того, как именно она меня назвала.

Илая исчезла из моего поля зрения, а следом возникла в шаге от меня. Её металлический ботинок угодил прямо в мой живот.

Я даже не успела понять, что произошло, как моё тело отлетело вперёд спиной и пробило пять бетонных стен.

Я рухнула на пол в чьём–то зале и прокатилась по пыльному полу, оставив за собой линию.

Меня всю скрутило. Металлическая пластина на моём животе разбилась в крошку. Если бы не защита, мне бы переломало рёбра. Когда я пробила первую стенку, то тут же перенаправила поток маны в спину и укрепила кости.

Я поднялась на ноги и выставила перед собой топор, а на пистолете взвела курок. В шаге от меня уже стоит Кошмар.

– Ну же… нападай!

Я сжала зубы до скрежета. Моё тело покрылось разрядами молний. Я встала в боевую стойку и тут же использовала «скачок». Я словно исчезла из реальности и материализовалась позади Илаи.

– Сдохни!!!

Я махнула топором, но лезвие столкнулось с алым мечом. Илая отбила мой удар, и сделала это так просто, словно она случайно дёрнула рукой.

– Как медленно… Если ты хочешь меня победить, тебе нужно двигаться иначе!

Я открыла огонь из пистолета и одновременно махала топором, который я покрыла потоками молний. Илая уворачивалась и от пуль, и от моих выпадов.

В пистолете раздался щелчок, а мои глаза округлились. Илая подняла клинок над головой, держа его в одной рукой.

Я тут же отбросила пистолет в сторону и достала второй топор, а следом скрестила оружие над головой.

– Вот, какой должен быть настоящий удар!!!

Алый меч столкнулся с топорами и бетонный пол под моими ногами покрылся трещинами, а стены в комнате выбило в другие квартиры.

Я сжала зубы до скрежета, а всё моё тело покрылось пульсирующими венами, которые сейчас словно лопнут. Этот удар был таким тяжёлым, что кожа на моих ладонях лопнула. Лезвие алого меча угодило прямо в моё плечо, прорезав броню и металлическую пластину. Боль была такой жуткой, что я не могла кричать, а лишь пищать и глотать воздух.

Пол вновь треснул, а следом лопнул. Я начала падать вниз, оставляя за собой кровавый след. Илая схватила меня за шею прямо в полёте.

– Жалкая Ламберт! Это все твои возможности?! Ты даже удар мой не можешь выдержать! Хотя я даже не прикладывалась. Так, слегка взмахнула мечом.

Мы рухнули на этаж ниже. Илая швырнула меня вдаль с такой силой, что я вновь начала пробивать своим телом стены. Боль в плече жгла мой разум. Из глаз катятся слёзы.

Я рухнула на пол очередной широкой квартиры. Не успела я подняться на ноги, как Илая уже возле меня. Она ударила с ноги прямо в мой живот. Меня подбросила вверх, я ударилась в потолок и начала падать вниз.

Я долетела до Илаи, что скалит свою морду в наглой усмешке, и тут же осознала... она ослабила бдительность!

Я резко открыла глаза, выставила руки в разные стороны, и пока лечу в горизонтальном положение, задала себе толчок с помощью импульса молний. Я сделала полный оборот, и, набрав скорости, наотмашь вонзила топор в подбородок женщины. Поделила её нижнюю челюстью на две части и разрезала череп.

Я резко сгруппировалась и приземлилась на ноги. Выпустила из ладони черный топор и встала в боевую стойку. Занесла правую руку для удара и покрыла её разрядами лазурных молний, что сплелись в одно полотно. По телу начал циркулировать поток маны. От стопы в колено, потом в таз, сосредоточие в животе, грудь, плечо, в локоть и наконец–то в костяшки:

– Техника Молний: Молот!

Удар!

Мои костяшки углубились в живот Илаи. Её броня «Уроборос» треснула, а чёрный кристалл с живыми глазами издал мерзкий болезненный писк. Вся комната покрылась трещинами, окна выбило наружу, пол треснул. Вся квартира утонула в разрядах молний.

Илая отлетела вперёд спиной, пробив своим телом стену… и всё, наступила гробовая тишина.

– Полу… получилось! – чуть ли не заплакала я.

Моя рука в порядке! На сей раз у меня получилось исполнить технику «Молот» без последствий!

Я сжала зубы и схватилась за кровоточащее плечо. Рана глубокая и если её не обработать, могут быть последствия. Но… кровь вроде бы не идёт. Может быть, это моя крошечная регенерация?!

– Так, нужно возвращаться, – подняла я чёрный топор с пола, – Ребята, наверное, переживают.

– Евангелина!!!

Я опешила, увидев, что из дыры на потолке верхнего этажа, показались мои друзья. Они спрыгнули вниз друг за другом.

Тут были все: Твен, Саша, Марк, Гаток… но вот не было Лиона.

– Где Лиона?! – испугалась я.

– Сбежал! – фыркнул Марк.

– Очкарик сорвал с моего пояса пистолет, схватил свой портфель и перепрыгнул на другую крышу, – сжал кулаки Твен, – Ублюдок! Как запахло жаренным, он обоссался!

Саша отдала мне шлем, который я тут же надела на голову, потом мой портфель, который я закинула на целое плечо.

– Где она?! Кто тебя утянул вниз?! – мотал Гаток шлемом в разные стороны.

– Я её побе… победила…

Моё лицо покрылось холодным потом. Отряд насторожился и выставил перед собой оружие.

– Это было действительно неплохо!

Из пробоины в стене вышла Илая. Её разрезанная на две части челюсть соединилась в единое целое, а порез на черепе исчез. Её кожа, плоть и кости регенерируют!!! На её животе потрескалась броня, и я вижу бледную кожу… мой «молот» не нанёс ей вреда.

– Нужно было бить белой аурой. Тогда твоя атака была бы эффективной… стоп, – остановилась дева в пяти шагах от отряда, а её жуткий взор упал прямо на меня, – Ты не пробудила белую ауру… м–да, что тут сказать. Вроде бы ты одарённая, а вроде бы – мусор.

Из её рта начала течь вязкая слюна, а глаза источали неконтролируемый голод.

– Что ж… я нагуляла аппетит! Сейчас вы все ответите за то, что не дали моей сестре переродиться!

Гаток и Твен покрылись разрядами молний, как и я. Саша и Марк покрылись потоками ветра.

– Не–а… – выставила Илая перед собой руку и покачала указательным пальцем в разные стороны, – Я уже наигралась!

Из тела женщины вырвался фиолетовый дым… и моя магия угасла. Она словно пропала. Я чувствую поток по своему телу, но мана не может выйти наружу. Так же случилось и со всем отрядом. Так вот он какой: «эффект подавления»!

– Приятного мне аппетита!

Илая вмиг исчезла, как и Твен, что стоял полевое от меня плечо.

– Агрх…

Я, как и остальной отряд, медленно обернулась, увидев, что Твена прибили к стене, а его ноги висят в метре от пола и дрожат в адских конвульсиях.

Илая вгрызлась в шею Твена своей острой пастью. Она съела его гортань и пищевод, питалась его плотью так жадно, и так быстро, что я потеряла дар речи, а мой мир в глазах стал бесцветным.

На пол упала голова Твена, а из его обглоданного обрубка вырвался фонтан крови. И на этом Илая не закончила. Она вонзила в тело Твена руку и вырвала из грудной клетки золотой «камень жизни» – сердце Бога. Если его удалить, то Бог утеряет регенерацию и превратиться в прах…

– Это было вкусно! – Илая подняла руку над лицом, широко раскрыла свою окровавленную пасть и сжала камень в кулак, – Твоя жизнь теперь моя.

Илая разжала пальцы и высыпала себе в рот золотую пыльцу… она съела саму жизнь Твена…

– МРА-А-А-ЗЬ!!!

Гаток пошёл в атаку. Он сблизился с женщиной и атаковал клинком в прыжке.

– Прочь, мусор!...

Взмахом руки Илая отшвырнула Гатока в другую часть комнаты, при этом мальчику оторвало левую руку по самое плечо, из–за чего стены окрасились в алый цвет. На мой шлем тоже попала линия крови.

Я стою на одном месте. Все силы вмиг покинули моё тело. Я только и делаю, что трясусь от страха. Я даже не могу нормально дышать… я задыхаюсь!

Мимо меня прошла Илая. На её окровавленной пасти царила жуткая улыбка, а в глазах я видела триумф над моим разумом.

– Ты будешь последней… просто смотри, как я забираю их жизни.

Илая направилась в сторону Саши. Девочка застыла на месте и вся трясётся. Из–под её шлема капают слёзы.

– Золотце… я чувствую твой страх. И мне это нравиться!... Так ты будешь только вкуснее!

Илая остановилась и начала тянуть в сторону Саши когтистую окровавленную руку.

– Нет!!!

Перед Сашей встал Марк, выставив перед собой дрожащий клинок.

– НЕ ТРОГАЙ МОЮ СЕСТРУ!!!

Когти остановились в сантиметре от шлема Марка. Лицо Илаи вдруг распрямилось, ушла зловещая улыбка, а в её глазах я увидела ужас и смятение.

– Брат… бр… брат… – тихо прошептала дева.

Илая сделала шаг назад и опустила взгляд на свои окровавленные руки.

«Нет… я… я не… не хотела…»

Её взгляд упал на тело Твена, что начало превращаться в серый прах.

«НЕТ!!! Это не я!!! Нет!!! Нет!!! Нет!!! Нет!!!» – Илая схватилась за голову и начала реветь, как новорождённый ребёнок. Но тут же её тело покрылось чёрными венами, а глаза на кристаллах, что въелись в её броню, начали щуриться и злиться.

Она посмотрела в мою сторону… в её глазах было столько боли, столько сожаления, что моё сердце сжалось.

«Бегите… БЕГИТЕ!!! НЕ ПРИБЛИЖАЙТЕСЬ КО МНЕ!!!»

Илая окутала себя чёрным огнём с фиолетовыми всполохами. Она пробила стены квартир и начала отдаляться от нашего отряда, пока и вовсе не выбралась из здания.

Теперь я смотрю на стены, в которых образовался туннель, что ведёт наружу.

– ЕВАНГЕЛИНА!!! ПРИДИ В СЕБЯ!!! – Марк схватил меня за плечи и растормошил, – Ты мне нужна!!! Нужно помочь Гатоку!!!

– Д–да!!! – закричала я.

Саша стоит на месте и вся трясётся. Она так напугана, что не может сделать и шага.

Я и Марк подбежали к Гатоку.

– Ты как?!

Парень облокотился спиной об стену. Он тяжело дышит, а из его обрубка руки капает кровь.

– Руку… принеси… руку… – прохрипел Гаток.

– Понял!

Марк тут же принёс оторванную конечность. Он прислонил её к обрубку… и она слилась с пульсирующей плотью. Рука Гатока снова на месте!... Но всё же это сложно назвать полноценной регенерацией, ведь конечность еле держится на обрубке.

– Можешь встать?! – спросил Марк.

– Д–да… но мне нужна помощь.

– Понял! Ева, на тебе Саша!

– Хорошо!

Я подбежала к трясущейся девочке, взяла её за руку и повела за собой. Марк перекинул целую руку Гатока через плечо и теперь помогает ему идти.

Мы сломя голову выбежали из здания, оказавшись вновь на молчаливых улицах мёртвого города, и направились в сторону белоснежной башни.

Перед моими глазами возникла смерть Лидии и Твена. Я не смогла сдержаться и начала плакать, а из глотки вырвался тихий вопль.

Марк начал реветь, как девчонка, а Гаток рыдал как новорождённый ребёнок. Через минуты и Саша начала вопить во весь голос.

Прародитель, если ты нас слышишь, если ты нас видишь… пожалуйста… помоги нам выбраться из этого ада живыми!!!