Первые два дня в поместье Лангрейв прошли в заточении. Или, как вежливо называл это капитан Герхард, «время для адаптации». Еду – простую похлёбку, хлеб и сыр – приносил молчаливый слуга. Воду наливали в кувшин. Одежду, обещанную принцессой, принесли только на третий день утром.
Это был простой, но качественный комплект: грубые льняные штаны, шерстяные бриджи, две простые рубашки из небелёного полотна, тёплая безрукавка из овечьей кожи, и, что самое важное – сапоги из толстой, но уже размягчённой кожи. Никаких плащей или гербовых тканных изделий. Одежда оруженосца или младшего слуги. Посыл был ясен.
«Одежда — маркер статуса. Мне определили низший уровень в её окружении, но не крепостного. Оруженосец или вольный слуга. Это приемлемо. Это даёт возможность передвижения, но не вызывает вопросов. Разумно с её стороны», — отметил про себя Арон, снимая изодранную футболку.
Он вымылся ледяной водой из кувшина, смывая с себя въевшуюся грязь леса, пот и старую кровь. Вода стекала по рельефным мышцам, смывая следы старого мира. Новые одежды сидели на нём странно – мешковато, скрывая атлетическое сложение. Он оставил себе только механические часы, спрятав их под широкий рукав рубашки.
Дверь открылась без стука. На пороге стоял капитан Герхард. Его единственный глаз оценивающе скользнул по Арону.
— Выглядишь человечнее, — процедил он. — Её светлость желает видеть тебя. Следуй.
«Интонация: отстранённо-презрительная, но без личной неприязни. Профессиональная оценка ресурса. Контролируемая враждебность», — зафиксировал Арон, следуя за рыцарем по каменным коридорам.
Их провели не в парадный зал, а в небольшой кабинет с дубовым столом, заваленным свитками и картами. Элиана сидела, изучая один из документов. На ней было более простое платье, чем в дороге, но качество ткани и тонкость вышивки на манжетах выдавали её статус. Рядом, как тень, стояла её телохранительница – та самая женщина с короткими волосами и мечом. Она была одета в практичные кожаные доспехи, на которых не было ни пылинки.
— Арон, — Элиана отложила свиток. Её взгляд был уже не просто любопытным, а испытующим, как у учёного, рассматривающего редкий экспонат. — Надеюсь, тебе предоставили всё необходимое.
— Да, благодарю, — кивнул он, сохраняя нейтральную дистанцию. Не кланяясь, но и не дерзя.
— Это сэр Герхард, капитан моего эскорта. А это – сир Каэлин, мой клинок и щит, — она жестом представила телохранительницу. Та лишь чуть склонила голову, не сводя с Арона холодных, серых глаз. «Уровень сканирования не срабатывает. Её защита сильнее. Угроза высокая».
— Теперь, когда формальности соблюдены, — продолжила Элиана, складывая руки на столе. — Расскажи. Откуда твои познания? Ты назвал меня по имени, не видя герба. Как?
Арон был готов к этому вопросу. Он сделал паузу, будто подбирая слова.
— У меня есть... особенность. Чутьё. Иногда я вижу отголоски информации в мире. Имя, титул... базовые вещи. Это не контролируется мной полностью, — полуправда всегда работала лучше откровенной лжи. Пусть думают на редкий магический дар или интуицию варвара.
Элиана и Каэлин обменялись взглядом. «Варвар с даром? Возможно. Встречалось», — казалось, говорил взгляд телохранительницы.
— «Чутьё», — повторила принцесса, прищурившись. — Полезная особенность. И твоя выносливость? Лес Теней не прощает слабости.
— Я много лет тренировал тело и дух, — ответил Арон, избегая конкретики. — В моей... прежней жизни это было необходимостью.
— Прежней жизни, — она откинулась на спинку кресла. — Загадочно. Очень. Хорошо, Арон. Я дам тебе кров и пищу. Взамен я хочу две вещи. Первое: твоя лояльность, пока ты находишься под моей защитой. Второе: ответы. На все мои вопросы, когда они возникнут. Согласен?
Это был не вопрос, а предложение, от которого нельзя отказаться. Но в нём была и возможность.
— Согласен, — чётко сказал Арон. — В рамках разумного.
Уголок её губ дрогнул. «Он оговаривает условия. Интересно».
— В рамках разумного, — согласилась она. — Капитан Герхард покажет тебе поместье. Ты не пленник. Но помни о границах. Каэлин, иди с ними.
Первая прогулка по поместью и прилегающей деревне, которая называлась Каменная Грива, стала для Арона погружением в живой учебник по средневековому быту. Он шёл, слушая односложные пояснения Герхарда и чувствуя на себе незримый, но ощутимый взгляд Каэлин сзади.
Деревня была больше, чем показалось снаружи. Несколько десятков домов, мельница у реки, кузница, дым которой висел над всей округой, общая пекарня и даже что-то вроде трактира – «Усталый Грифон». Были и лавки: кожевника, плотника, торговца скобяными изделиями.
— А там что? — Арон указал на небольшое каменное здание с витриной, в которой тускло поблёскивали какие-то предметы.
— Лавка «Ржавый Артефакт», — буркнул Герхард. — Старик Хогард собирает хлам со всей округи. Иногда попадается что-то работающее. Безделушки для богатых идиотов.
Лавка одежды находилась рядом. Вывеска изображала ножницы и катушку ниток. Зайдя внутрь под предлогом «приобрести перчатки, чтобы не мозолить руки», Арон провёл быструю рекогносцировку. Ткани, фурнитура, простые готовые вещи. В углу висели несколько пар перчаток. Он выбрал самые простые, чёрные, из плотной кожи. Платить пришлось не ему – Каэлин молча бросила на прилавок несколько мелких серебряных монет с профилем императора. «Монетная система: медяки, серебро, вероятно, золото. На монете – портрет правящего императора, значит, централизованная чеканка. Сильный контроль центра».
Но сердцем поселения, его причиной существования, была не деревня, а огромная, уродливая яма в земле в паре километров к северу. Шахта. Рудник «Глубокий след», как называли его местные. Копошащиеся у входа фигурки, вагонетки, гружёные тускло светящимся синеватым камнем, постоянный лязг и грохот. От шахты тянуло странным, щекочущим ноздри запахом – озоном и чем-то металлическим. «Запах маны в концентрированном, минеральном виде».
— Здесь добывают манакор, — нехотя пояснил Герхард, заметив его интерес. — Камень, в котором заключена чистая энергия. Как порох для пушек, только для магов и их артефактов.
— И всё это принадлежит империи? — спросил Арон.
Герхард фыркнул.
— Империя так считает. А вот княжество Дарнхольм, по ту сторону хребта, — он кивнул на линию синеющих вдали гор, — считает иначе. Шахта начинается на их склоне, а потом уходит под нашу землю. Спорят, псы, уже пятый год. Сначала словами, теперь вот... — он не договорил, но Арон понял. Напряжение в воздухе было не только от маны.
Вечером того же дня, за ужином в поместье (Арону позволили есть на кухне со слугами, но отдельно), он подслушал разговор двух младших рыцарей. Обрывки фраз: «...посольство из Дарнхольма через неделю...», «...герцог Рейнерд снова грозит разорвать договор...», «...её светлости поручено урегулировать, но если не выйдет...».
«Конфликт из-за ресурса. Классика. Империя (Византия) против меньшего, но амбициозного соседа (княжества). Шахта – стратегический актив. Элиана – не просто наблюдатель, она переговорщик. Молодая, но, судя по всему, умная. Её прислали, потому что она "хитрая и с подвешенным языком", как она сама позже скажет. И потому что её гибель или плен станут casus belli – поводом к войне. Империя не хочет войны? Или хочет, но ищет повод? Вопрос», — анализировал Арон, разламывая хлеб.
Следующие дни превратились в строгий режим изучения и адаптации. Элиана, к своему удивлению, обнаружила в Ароне не благодарного дикаря, а дисциплинированного, молчаливого ученика. Он просил разрешения пользоваться библиотекой поместья – крошечной комнаткой с двумя шкафами книг и свитков.
Библиотека оказалась кладезем. Там были:
Чтение перемежалось с практикой. Арону разрешили пользоваться тренировочным двором. Он начал с самого простого – оттачивания ударов и перемещений в новой, непривычной одежде и сапогах. Рыцари и оруженосцы сначала смотрели с усмешкой, но усмешки быстро сошли на нет, когда они увидели скорость, точность и сокрушительную мощь его ударов по манекенам. Он не фехтовал – он убивал. Экономно, без излишеств.
Капитан Герхард наблюдал за ним однажды утром, скрестив руки.
— Странная манера. Никакой школы. Уличная драка, — заключил он.
— Эффективная драка, — поправил его Арон, не останавливая отработки комбинации.
Герхард хмыкнул, но в его взгляде появился оттенок уважения профессионала. — Подходи, попробуем спарринг на деревянных мечах.
Спарринг длился меньше минуты. Арон, никогда не державший в руках длинный клинок, проиграл в три счёта. Но в четвёртой попытке, уже изучив базовые движения Герхарда, он смог провести контратаку, использовав приём из дзюдо, чтобы вывести капитана из равновесия. Рыцарь отступил, потирая запястье.
— Хитро, — сказал он без злобы. — Не по-рыцарски, но хитро.
«Рыцарский кодекс. Честь. Открытость. Мои методы для них – грязные. Но в реальном бою грязь побеждает. Нужно либо скрывать, либо найти способ легализовать свою эффективность», — думал Арон.
По вечерам он работал с маной. Вдали от глаз, в своей комнате. Он не пытался создавать огненные шары – без знаний о конструкциях это было бесполезно. Он работал над основами: скорость наполнения ядра из окружающей среды (медленно, около 5 единиц в час активного покоя), точность направления крошечных потоков. Он обнаружил, что может «нагрузить» маной удар кулака, делая его на 15-20% сильнее, но расход был огромным. Система фиксировала микроскопический рост мастерства «Управления маной» – 42%... 43%...
Через неделю Элиана вызвала его снова. В кабинете пахло пергаментом и тревогой.
— Сиди, — сказала она, не отрываясь от карты. — Дарнхольмцы будут здесь через три дня. Их князь, Рейнерд, шлёт не просто послов, а своего наследника, принца Людвига, и архимага низкого ранга, но всё же мага. Давление.
Она посмотрела на Арона.
— Ты наблюдал. Читал. Что ты видишь?
Это был тест. Арон ответил не сразу, собрав мысли.
— Вы – молодой переговорщик от могущественной, но бюрократической империи. Они – представители маленького, но агрессивного государства, которое чувствует свою правоту и, возможно, военную готовность. Они будут давить на вашу молодость, на вашу, простите, «женскую мягкость». Их маг – демонстрация силы. Их наследник – намёк, что ставки высоки.
Элиана внимательно смотрела на него. Каэлин за её спиной не шелохнулась.
— Продолжай.
— Империя не хочет большой войны сейчас. Слишком много фронтов: варвары на севере, Орден на западе. Но и уступать шахту нельзя – это вопрос престижа и ресурса. Вам нужно найти решение, которое выглядело бы как победа для обеих сторон, но по факту сохраняло бы контроль за империей. Или... спровоцировать их на первую атаку, чтобы потом разгромить «в справедливой обороне».
В комнате повисла тишина. Элиана откинулась в кресле, её лицо было нечитаемым.
— Крайне циничный анализ. И... точный. Я не могу позволить им ударить первыми. Мой отец... Император... этого не одобрит. Нужен дипломатический выход.
— Тогда нужно изменить правила игры, — сказал Арон. — Предложить то, чего они не ждут. Не делить шахту, а создать совместное предприятие. Империя предоставляет охрану и рынок сбыта, Дарнхольм – рабочую силу и часть инфраструктуры. Прибыль делить по формуле. Но контроль над безопасностью и логистикой – за Империей.
Элиана замерла. Идея совместного предприятия, корпорации, была чужда феодальному мышлению, где всё делилось на «моё» и «твоё». Но её ум, острый и не зашоренный, ухватился за суть.
— Общий котёл... но с нашей ложкой побольше... — она задумалась. — Это... новаторски. Беспрецедентно. Они никогда не согласятся.
— Они согласятся, если вы представите это не как уступку, а как великодушие Империи, которая берёт младшего партнёра под своё крыло. И если вы найдёте у них слабое место. Деньги? Технологии добычи? Угроза с третьей стороны?
Элиана смотрела на него так, будто впервые видела. В её глазах горел азарт охотника, почуявшего дичь.
— Слабое место... У Дарнхольма нет своих сильных магов. Их архимаг – наёмник. А руда нужна для их новых, экспериментальных артефактов обороны против... да, против рейдов с севера. Если мы предложим не только деньги, но и гарантии защиты их границ в обмен на лояльность... — она вскочила и начала расхаживать по комнате. — Нужно проработать. Детали. Цифры. Арон...
Она остановилась перед ним.
— Ты будешь помогать. Не на переговорах, нет. Ты останешься тенью. Но будешь анализировать всё, что увидишь и услышишь. Твоё «чутьё». И твой холодный расчёт. Капитан Герхард даст тебе доступ ко всем донесениям разведки по Дарнхольму. Каэлин будет твоей связью со мной. Согласен?
Это был прыжок в неизвестность. Но и шанс.
— Согласен, — сказал Арон.
В следующие две недели его мир сузился до карт, отчётов и бесконечного анализа. Он узнал, что экономика Империи держится на сельском хозяйстве, добыче манакора и налогах с торговых путей. Узнал о гильдиях авантюристов, которые выполняли роль наёмников, искателей сокровищ и очистителей подземелий. Узнал о магических академиях, куда брали только одарённых детей знати или за огромные деньги, и о том, что путь к силе был долог и тернист.
Он сам, втайне, продолжал эксперименты. Однажды, рассматривая простейший магический круг в книге (символ для розжига огня), он попытался не просто скопировать его маной, а понять принцип. Круг был не просто рисунком. Он был схемой, контуром, по которому энергия текла с определённой логикой, возбуждая частицы воздуха. Это было похоже на электрическую схему, только вместо электронов – мана.
«Если мана – энергия, а конструкции – схемы её преобразования... то почему бы не создать схемы для других целей? Не для огня, а для... вычислений? Для передачи информации? Прототип магического телеграфа или даже... примитивного компьютера? В этом мире нет электричества, но есть мана. Это другая физика, но законы логики те же», — думал он, чертя пальцем в воздухе светящиеся синим следы маны. Система фиксировала это как «Попытку создания новой конструкции». Уровень мастерства «Аналитики» медленно, но верно полз к 50%.
За день до приезда делегации Дарнхольма, Арон стоял на тренировочном дворе поздно вечером. Он отрабатывал удар, в последний момент вкладывая в него крошечный, точно дозированный импульс маны. Деревянный манекен треснул не от силы удара, а от странного резонанса, будто его структура была на мгновение ослаблена изнутри.
[Интуитивно понят принцип «Резонансного воздействия».]
[Навык «Управление маной» повысил мастерство до 47%.]
[Обнаружена предрасположенность к нетрадиционным методам применения маны.]
Он замер, глядя на свои руки. Путь мага с его сложными заученными кругами был не для него. Но путь инженера, использующего ману как инструмент, создающего новые, эффективные, пусть и неказистые «схемы»... Это было возможно.
На следующий день, когда на горизонте показалась пыль от приближающегося посольства Дарнхольма – раззолоченные кареты, конные рыцари в латах с другим, хищным гербом, и группа людей в странных, струящихся одеждах (маги) – Арон Резон стоял на стене поместья рядом с Каэлин. Он был одет в простую одежду слуги, но его глаза, холодные и ясные, сканировали приближающихся гостей, собирая данные.
Его старый мир был миром криминалистики и уличных драк. Его новый мир оказался миром магии, стали и феодальных интриг. И он только начинал понимать его правила. Но одно он знал точно: в этом мире, как и в любом другом, настоящая сила заключалась не в мускулах или заклинаниях, а в информации, анализе и умении переписать правила под себя.
А у него как раз был талант к переписыванию правил.
[Конец Главы 3]
[Статус «Доверенный аналитик» получен. Влияние на покровителя: 12%.]
[Навык «Аналитика» достиг уровня 6. Мастерство: 51%. Открыта способность: «Выявление скрытых взаимосвязей».]
[Скрытый параметр «Интуиция к мане» повышен. Обнаружена уникальная черта: «Инженерный подход к магии» (рост эффективности при создании/анализе новых магических конструкций, штраф к освоению стандартных).]
[Новая цель системы: Помочь в успешных переговорах с делегацией Дарнхольма. Вознаграждение: значительное повышение доверия, доступ к новым ресурсам.]
Самые интересные комментарии
Пусто