Эмили - единственная наследница графской семьи Синоп. 

Однако в ее случае титул наследницы — огромное бремя. Поскольку покойные родители оставили после себя ничего, кроме долгов. 

У падшей графини, леди Эмили, не осталось иного выбора, кроме как выйти замуж за человека, готового расплатиться с ними. 

К сожалению, этот человек — Киллиан Стар, глава великой мафиозной семьи в империи Вансент. 

Эмили, хранящей воспоминания о прошлой жизни, его имя казалось очень знакомым. Не по той причине, что Килиан был знаменит, нет. В этом было что-то тревожное, но она не могла вспомнить. 

— Няня, перестань плакать.

Новобрачная в белом платье с озабоченным выражением лица вытирала слезы своей няни. 

Пускай теперь уже из падшей семьи, Эмили, будучи единственной дочерью графа, выросла в любви и заботе. И теперь ей предстояло стать хозяйкой аморальной бандитской семейки. Горе няни было вполне объяснимо.

— Как я смогу посмотреть в глаза Вашим родителям после того, как умру?

— Ну… Разве это не им будет сложно посмотреть мне в глаза?

В отличие от других дворян, граф и графиня Синоп были недалекими, но добрыми и доверчивыми людьми.

Их бизнес потерпел крах из-за мошенников, а поручительство вылилось лишь в дополнительные долги.

В итоге графская чета, которая отправилась в столицу, чтобы расплатиться с долгами, погибла в несчастном случае с экипажем.

— Печально, что именно сегодня Вы такая красавица.

Няня сменила тему, заправив волосы невесты за ухо. 

Эмили была обладательницей дивных аквамариновых глаз. В прошлом художник, написавший ее портрет, жаловался, что не было цвета, способного передать их. 

Ее изящные черты лица и безупречная белая кожа привлекали всеобщее внимание, а густые, волнистые каштановые волосы и густые брови являлись доказательством аристократического происхождения.

— Вы можете легко ослепить парочку человек, если захотите.

— Ты призываешь меня к кровопролитию?

Эмили совсем ее не понимала. Вскоре раздался легкий стук в дверь. 

— Церемония скоро начнется.

Лицо няни сильнее помрачнело, стоило реальности приблизиться к носу. 

У семьи Синоп не было родственников, поэтому некому было сопроводить Эмили к алтарю. Но, к удивлению, жених решил пойти против традиций и сделать это лично. Хоть они ни разу не виделись, Эмили была благодарна Киллиану за заботу. 

— Няня, поговаривают, что мой будущий муж очень красив.

Эмили не терпелось увидеть его лицо. На самом деле, ей поступило много предложений. Однако большинство из них были от знати на десять лет старше. В конце концов, она предпочла выйти замуж за молодого, богатого и красивого Киллиана.

— Внешность — не главное.

Недовольная его происхождением, няня надула губы.

Вопреки дурной славе, Киллиан был широко известен своей незабываемо привлекательной внешностью, лицезрев которую, враги тут же бросали оружие.

Вспомнив слухи, Эмили еще раз проверила свой внешний вид и, подобрав с помощью няни подол длинного платья, направилась на церемонию. 

Когда она подошла ко входу, служанки почтительно поприветствовали ее и поправили вуаль с платьем. 

— Прямо за дверью стоит господи Киллиан. Когда она откроется, Вам нужно будет подойти к нему и взять под руку.

— Поняла.

Эмили сглотнула.

Наконец, дверь медленно открылась, и ее взору предстал черный интерьер зала. Было трудно сказать свадебный он или похоронный. Мужчины в черных пальто, брюках и котелках сидели на гостевых местах, источая кровавую ауру.

Неосознанно она сделала шаг назад и подумала: «Стоит ли мне выходить замуж?». Хоть и знала насколько нелепой и бессмысленной было эта мысль в тот момент.

В конце концов, кто-то подошел к оцепеневшей от страха Эмили.

— Эмили.

Низкий, бархатистый голос произнес имя настолько элегантно, что на секунду у нее закружилась голова.

— Пойдем.

Мужчина осторожно взял ее за руку. Одетый в длинный фрак с бутоньеркой на груди, это, как и ожидалось, был ее жених Киллиан, который, к слову, был сногсшибательно красив. Слухи не врали.

Одну из толстых темных бровей, расположенных под прямым лбом, рассекал шрам неизвестного происхождения. 

Его глубокие, безмятежные серые глаза и вздернутый идеальной формы нос гармонировали с острой линией подбородка, подчеркивая суровую мужественность. Плотно сжатые губы хоть и обладали классической красотой, но выглядели равнодушными.

Кроме того, он оказался таким высоким, что даже Эмили, которая была выше женского среднего роста, пришлось поднять голову, чтобы увидеть его лицо. 

Киллиан достаточно красив, чтобы заставить Эмили отказаться от всего. Глядя на его лицо, она решила на время отложить в сторону свою ненависть к родителям. 

Рука об руку с Киллианом началась свадебная церемония. Было пугающе тихо, если не считать играющей музыки. 

«Кстати, что же меня так тревожит?»

Смутное беспокойство вновь охватило Эмили, стоило ей увидеть Киллиана. Она чувствовала, что упускает что-то очень важное. 

Она украдкой внимательно изучила его лицо и впала в шок.

«Серые глаза?»

Эмили почувствовала покалывание в затылке, словно ее ударила молния. 

Серые глаза семьи Стар!

Это была строка из описания главного героя книги ‘Цветок, цветущий в аду’, которую она читала в прошлой жизни. 

Если главного героя звали Дэниель Стар, то человек рядом с ней безусловно был его отцом, Киллиан Стар. 

«Подожди-ка. Значит, я играю роль матери, которая умирает, рожая Дэниеля?»

Было одновременно грустно и смешно вспомнить такую важную вещь во время свадьбы. 

Из всех книг, которые она читала в прошлой жизни, это была ее любимая, и, казалось бы, как она могла забыть?

«К тому же я статистка!»

Эмили сдерживала слезы. 

Хорошо ли складывались их отношения? Обязательна ли интимная близость?

Мысли атаковали голову Эмили, и не успела она опомниться, как на ее пальце уже красовалось кольцо, и пришло время для клятвенного поцелуя.

Она почувствовала, как рука Киллиана поднимает вуаль. Невольно вздрогнув, она откинула голову назад. 

«Возьми себя в руки, Эмили. От одного поцелуя не забеременеешь.»

Виня во всем себя, она закрыла глаза в ожидании поцелуя. 

— Отныне вы — муж и жена.

Эмили нахмурилась и приоткрыла один глаз. У нее от нервов парализовало лицо? Не то что поцелуй, она даже прикосновения к губам не почувствовала. Церемония закончилась прежде, чем она осознала это.

Киллиан притворился, что целует ее, и подмигнул священнику, чтобы тот сворачивался. Стоя неловко с чувством, словно ее бросили, она отчаянно хотела пнуть его, но Киллиан вдруг подозвал своего помощника. 

— Джованни, проводи мою жену в ее комнату. 

Эмили вопросительно посмотрела на Киллиана, и тот сказал, — Ты, должно быть, устала. Можешь пропустить прием и отдохнуть в своей комнате.

Это была бессмыслица. Чтобы новобрачная удалилась в свою комнату не поприветствовав гостей?

Хотя…

Она еще раз оглядела зал. Да, она бы вряд ли смогла провести вечер в компании этих страшных людей.

Каковы бы ни были намерения Киллиана, Эмили сомневалась, что сможет пережить прием. Она тотчас приняла его предложение и последовала за Джованни. 

В империи Вансент, где карпатизм являлся государственной религией, большинство свадеб проводилось в храмах. Однако, будучи карпаткой, ее свадьба прошла в замке по настоянию жениха. 

Эмили, пережившей гору неприятностей, было все равно, в каком храме или замке она выйдет замуж.

Однако по мере того, как она шла по этому запутанному, похожему на лабиринт пути, ей становилось все страшнее. 

— Надеюсь, меня не посадят под замок… — пробормотала Эмили себе под нос, не ведая о превосходном слухе Джованни.

Он притворился, что ничего не слышит и поспешил проводить ее к преддверию комнаты во избежание каких-либо недопонимании. 

— На этом я откланяюсь. Пожалуйста, отдохните. 

— Хорошо. 

Джованни взглянул на лицо жены своего хозяина. Он обращался к ней с большим уважением, нежели обычно к другим, но не знал, заметила ли это она. В итоге он ушел с тяжелым сердцем.

В комнате Эмили уже ждала горничная при виде которой, она почувствовала странное облегчение. 

Горничная помогла ей переодеться в удобное платье и по приказу покинула комнату, оставив Эмили наедине со своими мыслями.

Осознав, что она стала персонажем романа, Эмили улыбнулась, размышляя о том, какой будет ее жизнь. 

В любом случае, оригинальная история еще даже не началась, и она лишь однострочный персонаж, так что особо ни на что не повлияет.

— Решено! Я буду жить простой жизнью!