Тишина — это первый звук, который я запомнил.

Не та тишина, которая бывает перед бурей. Не та, что наступает после спора. А та, что стоит за пределами системы. Там, где цифры перестают иметь значение, а код становится чем-то большим, чем просто набор символов.

Я стоял на крыше, не помня, как там оказался. Внизу горел город — сотни огней, тысячи жизней, миллионы строк кода, переплетённых в единую структуру. Я мог видеть их. Все. Каждое соединение. Каждую петлю. Каждый баг, спрятанный за фасадом идеального мира.

Моя рука сжала что-то холодное. Я посмотрел вниз. Это был не клинок. Это была книга — старая, с потёртым переплётом, в которой не было страниц. Только пустота.

— Ты её не откроешь, — раздался голос сзади.

Я обернулся. Тени стояли рядом, но у них не было лиц. Они были просто очертаниями, которые ждали, когда я скажу слово.

— Почему? — спросил я.

— Потому что система не любит, когда её переписывают.

Я усмехнулся. Развернул книгу — и на первой странице загорелась строчка.

«Жнец системы — это не тот, кто собирает урожай. Это тот, кто переписывает правила игры.»

Город внизу мигнул. Один огонь погас. Потом второй. Третий.

Тени начали двигаться.