— Леон, мы сегодня пойдём в лес, — сказал Лютц, прежде чем отправиться в свою комнату, чтобы переодеться.

Я также пошёл в свою и начал переодеваться. Основной наплыв покупателей был утром, сразу после открытия, но как только в магазине становилось поспокойнее, мы с Лютцем всегда отправлялись в храм.

— Подумать только, что работа да́пла в компании Гилберта будет включать в себя поход в лес с сиротами… — ворчал я, натягивая на себя обноски, которые мне приходилось носить, чтобы не выделяться при прохождении через южные ворота.

Я происходил из семьи торговцев тканью. После крещения я стал учеником в компании Гилберта, а когда мне исполнилось десять, то подписал договор да́пла. То, что я стал здесь да́пла было желанием моих родителей, которые хотели укрепить свои связи с компанией Гилберта, занимающейся торговлей одеждой. Другими словами, я работал в компании Гилберта, чтобы помочь магазину моей семьи.

Однако из-за госпожи Майн, которая всё время занималась странной работой, компания Гилберта решила открыть высококлассный ресторан, который не относился к обычной сфере деятельности магазина. Мастер Бенно сказал мне отправиться в храм, чтобы там меня научили как обслуживать дворян. Я думаю, что обучение манерам и тому, как подавать еду, будет полезно для меня в будущем, а потому был благодарен, что мне позволили обучаться у слуг, которые прислуживали дворянам в храме. Вот только почему я больше времени проводил работая в мастерской, чем учился на официанта, а вдобавок мне требовалось водить сирот в лес?

В отличие от Лютца, который был из бедной семьи, я раньше почти не ходил в лес. Я бы не стал возражать, если бы это было на пользу моей семье. Однако, рубить и собирать дрова, изготавливать бумагу и печатать книги — это совершенно не та работа, которая была связана с работой моей семьи, да и вообще, не та, которой должен заниматься торговец. Изготовление вещей было работой ремесленников, в то время как работой торговцев была продажа этих вещей, а потому я никак не мог понять, почему мне сказали самому заниматься изготовлением продуктов.

Мне было куда легче понять необходимость идти в храм, чтобы помочь госпоже Майн, поскольку это было полезно для меня. Госпожа Майн была священницей-ученицей и хозяйкой Франа, который учил меня подавать еду. Мастер Бенно сказал мне относиться к госпоже Майн когда она в храме, как к дочери дворянина, но на самом деле она была из той же бедной части города, что и Лютц. Я знал это наверняка, поскольку видел, как она посещала компанию Гилберта в своей рваной одежде.

Мне не объяснили, как и почему девочка из бедной семьи стала священницей-ученицей. Тем не менее я знал, что мастер Бенно дёргал за ниточки, чтобы о ней думали как о некой богатой девочке.

У госпожи Майн была одежда, подходящая для ношения в храме, но в основном она была подержанной, а не сделанной на заказ. С её церемониальными одеждами была немного другая ситуация, но ткань, из которой они были сделаны, была куплена не ей, а подарена мастером Бенно. Не уверен, что она когда нибудь купит для себя такую ткань. Госпожа Майн была ненастоящей богатой девушкой, а потому моей семье от неё не было никакой пользы.

Конечно, я искренне признавал, что её изобретения, такие как растительная бумага и сделанные из ниток украшения для волос были впечатляющими и определённо приносили прибыль компании Гилберта. Если бы я не ходил в храм, и не знал её лично, то считал бы её удивительно талантливым ребёнком. Но для меня она была бесполезна, и мне совсем не нравилось смотреть, как она всё время цепляется за Лютца. Поэтому я не хотел проводить с ней больше времени, чем требовалось.

Между прочим, Лютц был странным парнем, который хотел стать торговцем, несмотря на то, что был сыном плотника. У него не было здравого смысла или знаний, которыми должны обладать торговцы. Насколько я понял, он смог стать дапла только из-за своей связи с госпожой Майн. Иначе просто невозможно представить, как такой ученик торговца как он, которому не хватает необходимых знаний, смог заключить договор дапла до того, как ему исполнилось десять лет. Я признаю, что он действительно очень трудолюбив, как и говорит господин Марк. Он довольно быстро научился читать, писа́ть и считать, и я понимал, что он старался изо всех сил, чтобы запомнить все виды работ. Но то, что он запомнил, было поверхностным, и я не думаю, что он действительно понимал суть.

Я хочу сказать, что он ведь ведёт себя странно, разве нет? Он всегда говорит: «Я сделаю то, что придумает Майн», но ведь ученик торговца должен говорить «я продам» или «я распространю», а не «я сделаю», разве нет? На мой взгляд, Лютц, который любит работать в мастерской и водить детей в лес, больше похож на ремесленника, чем на торговца. Ну да ладно, по крайней мере, ему удаётся правильно вести бухгалтерские записи мастерской.

— Доброе утро, Лютц. Доброе утро, Леон, — поприветствовала нас госпожа Майн.

Перед мастерской находилось много людей, одетых и готовых отправиться в лес. Впереди них стояла маленькая фигурка в синих одеждах. Госпожа Майн редко посещала мастерскую без предупреждения, и, на сколько я знал, в это время она должна была обучаться игре на фешпи́ле.

— Доброе утро, госпожа Майн, — ответил я.

И тут я заметил, что среди собравшихся здесь сирот, одетых в рваную одежду, находилась внушительная фигура. Это был священник, которого представили вчера как господина Сильвестра, но сегодня он был облачён в лохмотья, которые стали бы носить только бедняки. Д-да как это вообще понимать?!

Я чуть не закричал, увидев лорда Сильвестра, чей дорогой лук за спиной сильно контрастировал с его крайне дешёвой одеждой. Я смог сдержаться, закрыв руками рот, но голова стала пустой от шока.

— Лютц, мне очень жаль, но я должна попросить тебя отвести господина Сильвестра в лес. Леон, Гил, я прошу вас обоих присматривать за детьми, пока те занимаются сбором. Вы справитесь?

Постойте, госпожа Майн?! О чём вы только думаете, предлагая отвести герцога в лес нижнего города?!

Лорд Сильвестр на самом деле был аубом Эренфеста. Я смог понять это, потому что мастер Бенно, после встречи с ним во время той экскурсии по мастерской, до поздней ночи разговаривал с Марком. Судя по всему, лорд Сильвестр хотел, чтобы мастер Бенно значительно расширил масштабы полиграфии, так что меня спросили, что я думаю об этом как да́пла.

Госпожа Майн, вы серьёзно? Вы правда ожидаете, что мы отведем его в лес нижнего города?!

Гил весело ответил: «Мы за всем проследим», Лютц не выглядел обеспокоенным сложившейся ситуацией, а вот я не мог так легко это принять! Мне хотелось кричать от того, что происходило…

А может, ни Лютц, ни госпожа Майн, просто не в курсе?! Может они даже не подозревают, что лорд Сильвестр — герцог?!

Между прочим, мастера Бенно, который узнал герцога, немедленно вывели из мастерской, а поскольку Лютц вернулся на ночь домой, то он не присутствовал на ночной беседе мастера Бенно и Марка. А значит ни госпожа Майн, ни Лютц, ни сироты не знали, что лорд Сильвестр, который ранее был одет как священник, являлся герцогом. Лишь я это знал. Вот только я не был уверен, стоит ли мне раскрывать правду. Я открыл рот, чтобы хоть как-то предупредить их, но тут же закрыл его, решив оставить всё это Лютцу и ушёл. Куда лучше иметь дело с сиротами, чем с герцогом, который хочет, чтобы его считали священником. По крайней мере мне можно было не беспокоится, что малейшая ошибка может повлиять на моё будущее.

****

Когда лорд Сильвестр прошёл через ворота храма, он поморщился и огляделся.

— Так это и есть нижний город, где живут простолюдины? Тут грязно и воняет. Разве здесь нет слуг, чтобы содержать это место в чистоте? Не понимаю, как здесь можно жить.

Лютц, который шёл немного впереди, показывая лорду Сильвестру дорогу, оглянулся на него и спросил:

— Но кто наймёт слуг, чтобы они убирали город?

Это был справедливый вопрос, так как кто-то должен был бы заплатить этим слугам, чтобы они убирались здесь, и, насколько я знал, настолько странных людей, что стали бы тратить деньги на уборку нижнего города, просто не было.

— Кто… наймёт? — спросил лорд Сильвестр.

— Ну да. Город ведь никому не принадлежит.

— Идиот! Разве ты не знаешь, что город принадлежит герцогу?! — непроизвольно выпалил я, услышав небрежный ответ Лютца.

Сказать герцогу в лицо, что его город никому не принадлежит… мне даже представить страшно, какое наказание может за это грозить.

— Ох, верно. Тогда, господин Сильвестр, не могли бы вы, пожалуйста, попросить герцога нанять слуг для уборки нижнего города. Я всего лишь простолюдин, и не могу просить о таком самого герцога. Но священники ведь дворяне, а потому вы можете поговорить с ним об этом, верно? — сказал Лютц, улыбаясь.

Честно говоря, мне хотелось ударить его по затылку. Лютц! Ты самый большой наглец, которого я когда-либо видел! Но, к моему величайшему облегчению, лорда Сильвестра это совсем не рассердило и мы продолжали идти по дороге нижнего города.

— Ого, здесь так много цветов, что мои глаза начинают уставать, — сказал лорд Сильвестр.

— Неудивительно, ведь храм чисто-белый. Сироты отреагировали точно так же, когда впервые шли по нижнему городу. Эй, Гил, Фриц, вы не могли бы рассказать господину Сильвестру о том, как ходить в нижнем городе? — спросил Лютц. — Честно говоря, я не особо понимаю чем храм отличается от нижнего города.

Было мудро оставить объяснение сиротам. И Лютц, и я выросли в нижнем городе, а потому мы не знали, что лорду Сильвестру может показаться здесь необычным и чего ему следует остерегаться.

— Ты, вероятно, слуга Майн, да? Отлично. Научи меня.

Гил с напряжённым лицом принялся как мог всё объяснять, а Фриц всё время поправлял его грубоватые формулировки. Шедшие с нами взрослые служители начали собираться вокруг лорда Сильвестра, вероятно, думая, что они не могут доверить всё объяснение Гилу, который ещё даже не мог хорошо изъясняться.

Заметив, что Лютц наконец свободен, я схватил его за воротник и притянул к себе.

— Эй, Лютц, что ты собираешься дать господину Сильвестру поесть во время его охоты в лесу? — прошептал я.

Лютц посмотрел на меня так, будто даже не подумал об этом.

— А что не так в том, чтобы он ел то же, что и мы? Он ведь хочет узнать, что представляет из себя лес в нижнем городе.

— Да всё не так!

Да как можно заставлять герцога есть карфэ́лы и тот солёный суп!

Собирая и делая бумагу в лесу, мы использовали кипящую воду для приготовления на обед карфэ́лов на пару, и ели их с маслом. Ещё был суп, приготовленный из каких-то диких трав, найденных неподалёку, в который также могли добавить немного сушеного мяса, если его кто-нибудь принёс. К тому же этот суп готовили в тех же котлах, в которых варили кору. Мы просто не могли дать такое герцогу.

— Мне нужно доложить об этом мастеру Бенно. Идите вперёд.

Я указал на появившуюся в поле зрения компанию Гилберта, и, отделившись от сирот, бросился к господину Марку, который только что вышел на улицу, провожая покупателя. Когда господин Марк повернулся, наши глаза встретились и он улыбнулся мне.

— Леон, давай обсудим это наверху.

Судя по всему, господин Марк смог догадаться об истинной личности человека с серебристым шнурком для волос, в хорошо скроенных кожаных туфлях и с дорогим луком, которые резко контрастировали с его рваной одеждой, отчего он сильно выделялся на фоне сирот. Я быстро поднялся по внешней лестнице.

Как только я вошёл в комнату на втором этаже, я принялся как можно короче объяснять, что лорд Сильвестр тайком отправился на охоту вместе с сиротами, что Лютц будет его проводником и что ему собираются подать обед, годящийся только для обедневшего простолюдина.

— Я прикажу Матильде приготовить хлеб, ветчину, сыр и напиток. Кроме того, следует подготовить столовые приборы. По словам мастера, они едят карфэ́лы голыми руками.

Похоже, мастер Бенно однажды уже ходил в лес вместе с госпожой Майн и Лютцем и был вынужден есть карфэлы с маслом голыми руками с простой доски. Теперь, когда они варили суп по просьбе сирот, то приносили с собой деревянные миски и ложки в мешочках на поясе, вот только лорд Сильвестр присоединился к ним так внезапно, что я не думаю, что они приготовили для него столовые приборы. Трудно было представить, чтобы отправившийся на охоту дворянин, который привык оставлять подобные заботы на слуг, принесёт себе посуду и столовые приборы. Лучше будет перестраховаться и подготовить всё самим.

— Леон, я доверяю тебе прислуживать лорду Сильвестру за обедом. Пожалуйста, воспользуйся всем, чему научил тебя Фран. О, вижу, что еда уже готова.

Марк с обычной улыбкой протянул мне корзинку с обедом, который подготовила служанка Матильда.

— Кажется, лорд Сильвестр не намерен сообщать Майн или Лютцу кем он является. Пожалуйста, будь осторожен, чтобы случайно не раскрыть его секрет.

Я взял приготовленный обед и помчался в лес. На берегу реки, где мы всегда работали, уже приступили к работе и в котлах варилась древесная кора. Как и всегда, некоторые дети мыли карфэ́лы в реке, а другие были заняты сборами в лесу. Единственное, что вызывало беспокойство, это то, что Лютца и лорда Сильвестра нигде не было видно.

— Где Лютц и господин Сильвестр?

— Когда мы пришли в лес, они отправились в охотничьи угодья. Лютц сказал, что они вернутся, когда пробьёт четвёртый колокол, — ответил Фриц.

Я заметил, что он складывал камни, а не как обычно присматривал за котлами. Когда я спросил, что это он делает, то он ответил, что готовит стол для лорда Сильвестра.

— Господин Сильвестр — священник, так что я думаю, что он ему понадобится. Даже нам, служителям, потребовалось время, чтобы привыкнуть есть без стола.

Судя по всему, я был не единственный, кто хотел схватится за голову от того, что Лютц явно не собирался обращаться с лордом Сильвестром как с дворянином. В тот момент, когда я это понял, у меня возникло странное чувство товарищества с этим парнем.

— Это хорошая идея. Я забежал в магазин и принёс обед для господина Сильвестра. Разве можно было предложить господину Сильвестру на обед есть карфэ́лы и суп? — сказал я, приподняв корзинку.

Фриц удивлённо моргнул.

— В храме пищу готовят священники, а затем передают её как божественные дары, так что я даже не подумал, что нам потребуется приготовить ему что-нибудь поесть.

Фриц, судя по всему, ожидал, что раз он сегодня сопровождает лорда Сильвестра, то его будет ждать немного изысканной еды. Да как можно ждать, что кто-то приготовит ему еду, когда здесь нет поваров? Я был ошеломлён тем, насколько толстая стена здравого смысла разделяла нас.

Пробил четвёртый колокол, и я принялся готовить обед для лорда Сильвестра. Вскоре он и Лютц вернулись назад, поймав двух птиц.

— Господин Сильвестр, вы можете повесить их на этой ветке.

— И как же мне это сделать? — спросил лорд Сильвестр, в замешательстве посмотрев на ветку, на которую указал ему Лютц.

Однако Лютц даже не пытался забрать птиц у лорда Сильвестра. Вместо этого он просто начал объяснять, что нужно сделать.

— Лютц, но у меня нет верёвки.

— Почему вы не взяли с собой веревку, раз отправились на охоту? Без неё нельзя спустить кровь. Господин Сильвестр, что у вас в поясной сумке? — спросил Лютц, развязав шнур, обмотанный вокруг своей талии, и передал его лорду Сильвестру.

Я немедленно бросился к Лютцу и спросил, почему он сам не позаботится о птицах. Я не мог в это поверить, но он не только заставлял лорда Сильвестра держать птиц, но и ожидал, что тот сам позаботится о тушках.

— Вообще-то, это само собой разумеющееся, что о пойманной добыче должен заботиться тот, кто её поймал. Поручить заботу о ней кому-нибудь другому, это всё равно, что отдать свою добычу.

— Но так поступают лишь в нижнем городе! А господин Сильвестр… — попытался возразить я.

— Господин Сильвестр здесь, чтобы поохотиться в лесу нижнего города. Так что плохого в том, чтобы он следовал правилам нижнего города? — ответил Лютц, словно он говорил что-то очевидное.

— Ну, Майн тоже сказала мне, что если я хочу охотиться как дворянин, то мне следует охотиться в дворянском лесу. Не переживайте. Я могу это сделать, — сказал лорд Сильвестр, усмехнувшись, и принялся подвешивать своих птиц на ветку.

— Господин Сильвестр, зверей может привлечь запах крови и они могут украсть вашу добычу, так что следует присматривать за ней.

— И правда. Кстати, Лютц, а как вы моете руки без слуг? Простолюдины ведь не могут использовать очищающую магию, — сказал лорд Сильвестр, посмотрев на свои окровавленные руки.

Наверное, обычно слуги должны были принести ему в такой ситуации миску с водой.

— Но разве рядом с нами нет реки? Вы можете вымыть руки в ней. Спросите детей, как это сделать. Я пока соберу траву, которую можно будет использовать вместо верёвок. Я полагаю, вы захотите продолжить охоту и днём​.

— Конечно же, я буду охотиться днём, — ответил лорд Сильвестр, выпятив грудь, а затем взглянул на детей. — Хорошо, детки, научите меня как мыть руки в этой вашей реке.

— Я научу вас, господин Сил. Идите за мной. Меня этому научил Лютц. Сначала я тоже был очень удивлён, когда он вымыл руки, даже не набрав воды в ведро.

Дети побежали к берегу реки, а лорд Сильвестр, с веселым видом направился за ними. Прежде чем Лютц успел отправиться в лес искать необходимую ему траву, я схватил Лютца за руку.

— Эй, Лютц, что это ещё за прозвище «господин Сил»? Не слишком ли это грубо?

— Всё в порядке, он сам предложил так его называть, — сказал Лютц, пожав плечами.

Затем он объяснил, откуда возникло это прозвище.

— Для маленьких детей было слишком сложно произносить «господин Сильвестр», а потому каждый раз, когда малыши допускали ошибку, служители бледнели и заставляли всех вставать на колени, прося прощения за грубость.

— Вот значит как…

— Когда это случилось в третий раз, одного из малышей, что стоял на коленях сзади, чуть не переехала повозка.

Похоже, что Лютц спас ребёнка. Господину Сильвестру же надоело, что служители каждый раз встают на колени и просят прощения, а потому он сказал детям просто называть его «господин Сил».

— Он довольно добрый и великодушный для священника, не думаешь? Он немного странный, но я рад, что он не из тех жестоких и высокомерных дворян, о которых я слышал, — сказал Лютц, а затем развернулся и отправился в лес искать траву.

Я успешно выполнил свою роль официанта, прислуживая лорду Сильвестру за обедом. Лишь для него было подготовлено отдельное меню и стол, представляющий собой доску, положенную на несколько камней, но Лютц ничего об этом не сказал, и похоже, что лорд Сильвестр принял это без возражений.

— Кстати, что вы все думаете об этой девочке Майн? — спросил лорд Сильвестр, а затем посмотрел на Лютца. — Ты ведь хорошо её знаешь?

— Ну да… Она знает много странных вещей, но у неё почти нет здравого смысла. Она настолько слаба, что почти всё время болеет, находясь на грани смерти, и ничего не может сделать, не полагаясь на других. Но Майн добрая и она надёжный друг, который поддерживает мои мечты, — вежливо ответил Лютц, но было заметно, что он говорит от чистого сердца.

Словно немного задумавшись, лорд Сильвестр посмотрел в небо.

— То, что я слышал о ней, немного отличается. Говорят, Майн улучшила условия в приюте, но насколько это правда? По словам Фердинанда, она проделала огромную работу, но если это действительно так, то ей стоит рассказать об этом герцогу, чтобы получить награду. Но если это ложь, он может наказать её.

Сироты, которым было велено говорить правду, начали рассказывать о том, каким был приют до прихода госпожи Майн и о том, каким он стал сейчас. Они рассказали о том, как она спасла приют, о том, что теперь у них стало больше еды, о том, что она научила их как варить суп и о том, что они могут провести всю зиму у тёплого камина, не боясь, что ещё до прихода весны кончатся дрова. Пока они рассказывали, их глаза сияли, и любой мог понять, насколько сильно они уважали госпожу Майн.

Неужели она и правда настолько улучшила положение в приюте? Я посещал только покои директора и мастерскую, которая, как я понял появилась уже после того, как госпожа Майн занялась улучшением приюта. Я даже не представлял, что раньше приют был столь ужасным местом. А ещё я не представлял, что вы, ребята, можете так много говорить.

Что меня удивило больше всего, так это то, насколько разговорчивы стали служители, рассказывая об изменениях в приюте. Маленькие дети всегда болтали довольно беззаботно, оказавшись за пределами храма, но большинство взрослых служителей обычно молчали, работая в лесу или в мастерской, и говорили только когда это было необходимо. Конечно, отвечать на вопрос священника было «необходимым», но всё же они были более разговорчивы, чем обычно.

И мне только кажется, или они её только хвалят? Расскажите и о её недостатках! Например, что она вечно цепляется за Лютца, не слушает, то что ей говорят и добавляет людям работы своими странными идеями! У неё множество недостатков! Вот только пусть я и мысленно кричал об этом, но когда лорд Сильвестр спросил моё мнение, я мог лишь уклониться от вопроса.

— Я провёл с госпожой Майн мало времени, а потому почти не знаю её.

Я не был уверен, что мастер Бенно хотел бы, чтобы я сказал, к тому же, если бы я упомянул о её недостатках, то после этого мне, наверняка, стало бы неуютно находится в мастерской.

— Понятно. По вашим словам, она практически святая, — пробормотал лорд Сильвестр.

Затем он достал из кожаного мешочка на поясе ожерелье с чёрным камнем и некоторое время смотрел на него, о чём-то раздумывая.

— Господин Сильвестр, звери нацелились на вашу добычу! — крикнул Лютц.

— Что?!

Лорд Сильвестр быстро убрал ожерелье обратно в мешочек, схватил лук и выпустил три стрелы в зверей. Каждая попала в цель, и он тут же бросился к птицам. При этом тыльная сторона его правой руки засияла, и в следующее мгновение он уже держал меч.

— Это моя добыча!

Сверкнул меч и звери сразу же отступили. Дети ликовали от восторга, а вот я испытал настоящий ужас при виде оружия и силы дворянина, не доступных обычным людям.

— Господин Сил, вы удивительный! Вы такой сильный!

— Ещё бы!

Похоже, лорда Сильвестра очень порадовала похвала детей, так что после обеда он продолжил охоту. Под взглядами детей, он смог поразить птиц, летящих высоко в небе, чем заслужил ещё больше восхвалений.

— Нам пора возвращаться домой. Если мы не вернёмся до ухода поваров, то мы не сможем обработать мясо. Я не ожидал, что ваша охота будет настолько удачной, — сказал обеспокоенный Лютц, смотря на добычу лорда Сильвестра.

В нижнем городе было принято охотиться ровно столько, сколько вам было нужно. Если вы поймаете больше, чем вы сможете съесть, то добыча просто сгниёт.

— Господин Сильвестр — священник. Он в любом случае предоставляет приюту божественные дары, так что он может просто дать мясо сиротам.

Упомянув, что это мясо может стать едой, которую им передадут, я легко смог убедить служителей отнести добычу в храм. Лорд Сильвестр не возражал.

— Хорошо, тогда мы возвращаемся в храм! — объявил он в явно хорошем настроении.

— Идём!

По возвращении в храм, все принялись за обработку мяса. Среди всей этой суеты я заметил, как лорд Сильвестр подарил Майн ожерелье с чёрным камнем.