Когда я снова начала жить в замке, я получила так много приглашений на встречи, что Фердинанд и мои слуги были заняты только тем, как бы их все организовать. Запросы поступали от дворян, желающих заняться печатной и бумагоделательной промышленностью, но поскольку я не могла сама решить, с кем мне следует встретиться, Фердинанду и другим пришлось заняться этим.

Тем временем Эльвира вытянула меня на чаепитие вместе с Флоренсией и Шарлоттой. Оказавшись там, я была засыпана таким количеством вопросов о печатном деле и методе сжатия маны женами, стремящимися продвинуть своих мужей и роды, заслужив мою благосклонность, что у меня закружилась голова.

Я впервые узнала, что Эльвира и Флоренсия после чаепитий всегда устраивают встречи, чтобы обсудить все, что было произнесено на чаепитии. Они дважды перепроверили слухи, подробно рассмотрели все темы разговоров и выбрали те из них, о которых они хотели бы узнать поподробнее. Шарлотта и я сопровождали их, чтобы научиться собирать сведения.

-   Розмайн, Шарлотта. Темы каких бесед вызвали ваш интерес? - Спросила Эльвира.

-   Я была удивлена, услышав, как много говорилось о моей сестре. Я почувствовала что чувства испытываемые разговаривающими о ней совсем другие чем в прошлом году. – Сразу же ответила Шарлотта, но мне нужно было время подумать; я еще не сопоставила имена и лица аристократов, которые присутствовали на чаепитии.

-   Что касается меня... Похоже, метод сжатия маны стал темой для многих разговоров, похоже, очень многие хотят изучить его. Были ли проверены все те, кто просил обучить их этому методу и дозволено ли им проходить обучение? – Спросила я.

-     Мы уже подобрали для обучения многих достойных дворян; мы только ждали твоего одобрения. В таком случае, как вели себя Вилфрид и его вассалы в Королевской академии? - Спросила Флоренсия, как и следовало ожидать беспокоясь о сыне. Я объяснила, что он много работает и делает все возможное, чтобы в общежитии герцогства сохранялся порядок и спокойствие.

-   Тем не менее, я все еще не могу сказать, будет ли для него полезно изучить мой метод сжатия. Думаю, окончательное решение будет зависеть от того, как пройдет чаепитие с его кузенами.

-   Я всегда так переживаю за него. Его пригласила леди Детлинде, верно? Кандидат в эрцгерцоги Аренсбаха, очень похожая на леди Джорджину, со светлыми волосами и зелеными глазами? А еще она очень похожа на леди Веронику.

Я никогда не встречала Веронику, но у неё, по-видимому, тоже были светлые волосы и зеленые глаза. Вспоминая ностальгический взгляд, который Вилфрид бросил на Детлинде, я поняла, почему Флоренсия так волновалась.

-   С ним все будет в порядке, - сказала я, пытаясь успокоить Флоренсию. - Мы тщательно обсудили все возможные ситуации, что могли возникнуть на чаепитии. Не говоря уже о том, что он обратился за помощью к лорду Фердинанду.

Однако на этот раз Эльвира лишь озабоченно нахмурилась: - Лично меня больше беспокоит Лампрехт. Ему не дали разрешения жениться на аристократке из Аренсбаха и войти в её род. Это решение было продиктовано политикой, но я надеюсь, что лорд Вилфрид не будет в этом обвинен Детлинде.

Вероника долгое время находилась у власти в то время, когда Лампрехт учился в Академии, и его общение с дворянами Аренсбаха очень поощрялось. Но чувства со временем как вспыхивают так и угасают. Все же, было важно показать полную искренность своей второй половинке, что решение о разрыве не были вызваны внезапной переменой сердца, а из-за политики, что было на самом деле самым мирным способом покончить с этим.

-   Аренсбах занимает более высокое положение, чем Эренфест, и её родители никогда не были довольны её браком с Лампрехтом, - заметила Эльвира. – Я тогда была очень удивлена, когда Аренсбах так крепко ухватился за их отношения. Боюсь, на следующей конференции эрцгерцогов Эренфесту придется нелегко.

-   Мы должны начать планировать наши действия прямо сейчас, - согласилась Флоренсия. - Мой брат, скорее всего, снова обратится за поддержкой.

-   Будут также обсуждаться торговля между герцогствами, верно? Королевская власть и великие герцогства одинаково заинтересованы в товарах Розмайн. Но у нас крайне недостаточно сведений.

Извините... Я не знала, что Эренфест знает так мало, и ведь Сильвестр просто сказал мне “распространять товары и моду” без каких-либо уточнений.

-   И все же теперь, когда Розмайн проснулась, я заметила, что наша фракция внезапно увеличивается в размерах, - заметила Шарлотта. - Возможно, это связано с тем, что все узнали про сжатие маны и печатное дело.

-   Шарлотта права. Средние и низшие дворяне спешат выразить желание присоединиться к нашей фракции, желая изучить метод сжатия маны, - сказала Флоренсия. Я не знала достаточно, чтобы сравнить ситуацию с прошлым годом, но численность нашей фракции, по- видимому, стремительно выросла.

Эльвира улыбнулась: - Умело выставлять напоказ награды, которые ждут твоих союзников, очень важно, Розмайн.

И вот так вот при каждом посещении чаепития, меня учили, как собирать и систематизировать информацию, а также как поручать чиновникам собирать детали о тех темах что меня

заинтересовали. Шарлотта всегда слушала что ей объясняют с серьезным выражением лица, так как ей нужно будет делать то же самое в следующем году, когда она отправится в Королевскую академию. Как её старшая сестра, я должна была тоже прикладывать усилия, чтобы она могла по прежнему видеть во мне образец которому следует подражать.

-   Розмайн, очень важно, чтобы ты также собрала как можно больше сведений во время чаепитий в Королевской академии и сообщала нам о том, что узнала, - сказала Флоренсия. - Нам нужно узнать как можно больше до конференции эрцгерцогов.

Я практически почувствовала, как над моей головой возник вопросительный знак.

-   Разве я не вернусь в академию только перед межгерцогским турниром? - Осведомилась я. - Это за день до выпускной церемонии, неужели у меня будет время на чаепития? - Фердинанд сказал, что они не отправят меня обратно в Королевскую академию до самого последнего момента из-за моих плохих навыков общения, поэтому я не думала, что у меня будет время собирать информацию на чаепитиях.

-   Я считаю, что Розмайн лучше вернуться пораньше, чтобы собрать сведения и подготовиться к самому турниру. Период зимнего общения - это когда кандидаты в эрцгерцоги нужнее больше всего, ты согласна? - спросила Флоренсия у Эльвиры.

-   Лорду Фердинанду, похоже, не очень-то по сердцу отсылать её пораньше. Она, вероятно, создаст новые хлопоты, не так ли?

Флоренсия и Эльвира обменялись взглядами, и одновременно начали тереть виски, мучительно размышляя, как со мной поступить. Я принялась мысленно извинятся.

Извините, что еще не поняла, как думают дворяне. В следующий раз у меня получится лучше!

Я сжала кулаки, решив следовать тому чему они меня научили, и именно тогда в моей голове прозвучало недавнее предупреждение Фердинанда: “Ничего хорошего не выйдет, если ты будешь так стараться”.

-   Розмайн, сколько мастерских можно сделать за время с весны до осени? - Спросил Фердинанд, вызвав меня на очередной допрос после того, как все просьбы о встречах со мной были рассортированы. Многие дворяне хотели получить разрешение на строительство бумажных мастерских, но количество мастерских на открытие которых мы могли дать разрешение было ограничено, так как в нашем распоряжении было недостаточно работников что могли бы обучать других.

-   Типографская мастерская может быть создана только после того, как все детали для

печатного станка будут изготовлены, потом большинство Гутенбергов будут участвовать в его сборке, и местные работники пройдут обучение, - объяснила я. - Я не думаю, что в этом году мы сможем открыть новые мастерские — мы не посылали заказов на производство новых прессов, и я планирую весной поехать в Хальденцель.

Типографские мастерские нуждались в сотрудничестве с местными кузницами и столярными мастерскими, а также в помощи Купеческой гильдии в заготовке всего для этого необходимого. Лучшее, что мы могли сделать в этом году, - это решить, в каком порядке мы будем выполнять такие запросы в будущем.

-   Я хотела бы отложить встречу с дворянами, которые хотят основать типографские мастерские, чтобы вместо этого уделить больше внимания встрече с теми, кто хочет основать мастерские по изготовлению бумаги,- заключила я.

-   Разве ты тоже не ограничена в том, сколько из них можешь сделать?

-   Я думаю, что мы сможем создать приличное количество бумажных мастерских, если просто научим их создавать бумагу из волрина по нынешнему рецепту, а не тратить год на разработку бумаги, производимой из деревьев растущих у них, как это было в Иллгнере. Хотя, конечно, учитывая, сколько времени уйдет на поездки у работников компании Плантен, мы все равно не сможем подготовить столь уж много мастерских.

При создании бумагоделательной мастерской члену компании "Плантен" совершенно необходимо было приехать в эту провинцию для основания местного отделения Эренфестской бумажной гильдии. Там также должен был присутствовать наставник, чтобы обучить местных мастеровых. Проблема заключалась в том, что в компании Плантен было не так уж много людей, способных выполнять подобную работу, и не так уж много серых жрецов, способных исполнять роль наставников. Даже заимствование знающих рабочих из мастерских в Хассе и Иллгнере позволило бы нам организовать не более трех мастерских в год.

-   Много ли найдется дворян, которые захотят выделиться, создав собственную бумагу что будет производится только у них? – Поинтересовалась я.

-   Они могут заняться исследованиями сами, - сказал Фердинанд, без сомнения думая, что так им будет намного интереснее.

Может быть, безумному ученому это и трудно понять, но не все любят исследования.

-   Я понимаю твои доводы, - продолжал он. - Чтобы ускорить строительство мастерских, я посоветуюсь с Иллгнером, не могут ли они выделить учителей. Это сейчас для нас важнее всего.

У нас должна была состояться встреча с Гибом Иллгнером, поэтому я решила поговорить с Дамуэлем. Я достала два блокирующих звук магических инструмента, которые я заранее одолжила, прежде чем повернуться к нему, стоящему среди остальных моих рыцарей-стражей и слуг.

-   Дамуэль, если ты находишь, что встреча с Бригиттой слишком болезненна, я не возражаю дать тебе выходной.

-   ...Я в силах исполнять свой долг.

-   Ты уверен? - Спросила я, заметив, как его лицо напряглось при одном упоминании её имени. - А ты не страдаешь от... э-э ... разбитого сердца?

Дамуэль широко раскрыл глаза: - Леди Розмайн, где вы вообще слышали эти слова?! О, это, должно быть, было на тех чаепитиях... – Сделал он поспешный вывод, несмотря на то, что я узнала это выражение совсем из другого источника. Я ждала ответа, пока его блуждающий взгляд искал слова, которые он в конце концов нашел. - Дело не в том, что у меня разбито сердце, а в том, что я сожалею о своих поступках. Моя грубая беспечность привела к тому, что Бригитта навлекла на себя позор. Я безмерно сожалею об этом.

-   Я слышала от Фердинанда, что ваш брак был бы, так сказать, весьма непрост и сопровождался бы серьезными трудностями из-за твоего положения, но я все еще не совсем понимаю, что он имел в виду. Про какие трудности он говорил?

-   Я и сам этого не осознавал, пока меня не отчитал старший брат. Я не понимал, что мое начальство и семья видят эту ситуацию совсем по-другому.

Как оказалось, он планировал продолжать жить в Дворянском квартале и служить

рыцарем-стражем даже после женитьбы на Бригитте. Он считал очевидным, что будет оставаться моим рыцарем-стражем до тех пор, пока я сама не освобожу его от обязанностей, учитывая, что я защищала его в прошлом и взяла под свое крыло, несмотря на его серьезную ошибку при нашей первой встрече.

Однако его семья и другие считали по другому. Что же касается его брата Хенрика, то, не отправившись в Иллгнер, Дамуэль по глупости отказался от невероятного счастья, которое образовало бы узы связывающие его род низших дворян с землевладельцами средними дворянами.

-   Мой брат говорил, что с моей стороны было чистой глупостью жениться на Бригитте, потому что я не знал, как вести жизнь, которая подходила бы положению младшей сестры гиба. И самое главное, в то время как вступление через брак в её род в Иллгнере позволило бы мне подняться до статуса среднего дворянина, её же вступление в мой род через брак привело бы к тому, что она была бы низведена до положения низшей дворянки.

Дамуэль не думал о последствиях, которые могут возникнуть из-за того, что Бригитта станет низшей дворянкой, и только когда Хенрик начал перечислять их одно за другим, он наконец то понял. Во-первых, ей придется вести себя при общении со своими друзьями, семьей и буквально со всеми остальными совершенно иначе, чем она привыкла. Ей также нужно будет изучить светские обычаи низших дворян, и это так же ожидало и её детей.

-   Это, конечно, было бы невыносимо для неё... - пробормотала я, прикусив губу при мысли о том, что положение в обществе вбило клин между мной и моей собственной семьей, мешая нам относиться друг к другу как к равным. Им нужно было преклонять передо мной колени, говорить вежливо, как будто я была кем-то другим.

-   Более того, бывший жених Бригитты воспользовался расторжением их помолвки, чтобы начать оскорблять её, а в то время почти не было низших дворян, поддерживающих Иллгнер. Я слышал, что Гибу Иллгнера приходилось самолично облетать свою провинцию, но я не понимал, что это значит.

Дамуэль не знал особенностей быта дворян землевладельцев, постоянно летая из общежития рыцарей в храм и обратно, никогда не посещая родовое поместье. Однако Хенрик был чиновником. Он хорошо знал ситуацию, поскольку это была популярная тема для разговоров, и считал очевидным, что Бригитта воспользуется своим замужеством, как возможностью вернуться в Иллгнер и поддержать своего старшего брата.

-   Неужели Бригитта действительно могла бы жить в Квартале Аристократов, будучи низшей дворянкой, неспособной даже должным образом обратиться за помощью к своей семье, когда бы она в ней нуждалась…? - Продолжал Дамуэль. - Только когда мой брат рассказал мне, что я должен оставить свои обязанности рыцаря-стража, и что посредством брака я войду в её род, я понял, как мало я думал о том, как сильно изменится её жизнь со мной.

Служить рыцарем-стражем было почетно, и в обычной ситуации не достижимо для низшего дворянина наподобие Дамуэля. Оказалось, что он был объектом огромной зависти, потому что изучил мой метод сжатия маны и тем значительно увеличил объем маны. Многие говорили, что его следует заменить на среднего или высшего дворянина.

-   Меня никогда не освободят от обязанностей стража, поскольку я знаю о вашем прошлом в храме, но лишь немногие знают об этом обстоятельстве моей службы. Ни мой брат, ни Бригитта не знают этого, и поэтому она тоже считала очевидным, что я войду в её род. Они не знали те факты, которые мы считаем само собой разумеющимися, - заключил он, опустив голову.

-   Подумать только, что разница в положении создает такие невероятные трудности... Я полагала, что все наладится благодаря вашей взаимной любви.

-   К моему стыду, я тоже так думал. Я предполагал, что главное соответствовать ей по мане и все будет хорошо. Я просто недостаточно хорошо все обдумал и, несмотря на то, что сам сделал ей предложение, в конце концов отказался на том основании, что не хочу уезжать в

Иллгнер.

Что за...?! Ты ей отказал? Прости! Я была уверена, что все было наоборот. Это было предубеждением с моей стороны.

-   Дамуэль, я уверена, что ты скоро найдешь кого-нибудь, кто идеально подойдет тебе.

-   А вы сможете повторить эти же слова, зная, что из-за того что мой запас маны вырос, практически нет женщин - низших дворянок подходящих мне по этому признаку? - Спросил он, пристально глядя на меня. Я быстро отвела взгляд.

-Гм, н-ну... По мере того как дети будут изучать этот метод, скоро появится много низших дворян с возможностями, соответствующими твоим. Скоро вокруг тебя будет много милых девушек. Н-Наверное.

-   Они будут слишком молоды. К тому времени, когда ваши однокурсники достигнут брачного возраста, мне уже будет хорошо за двадцать, - сказал Дамуэль. Он был подавлен, но как я слышала, такая разница в возрасте не была особенно редкой среди дворян. С ним все будет в порядке, пока он будет продолжать заниматься саморазвитием.

-   А до тех пор ты должен увеличить свою ману, накопить денег и развить чары взрослого мужчины. Я сделаю все, что в моих силах, чтобы поддержать тебя.

-   Вы же не собираетесь познакомить меня с кем-то, как леди Эльвира нашла жениха для Бригитты?! - Спросил он, глядя на меня с такой мольбой, что я почувствовала себя обязанной спросить, не хочет ли он, чтобы я поговорила с Эльвирой о том, чтобы найти кого-нибудь и для него. Тут же последовал его немедленный ответ:

-   Да, будьте так добры.

В день моей встречи с Гибом Иллгнером я вошла в зал заседаний вместе с Фердинандом, моими слугами и рыцарями-стражами, включая Дамуэля. Внутри уже ждали Гиб Иллгнер с женой, а также Бригитта с мужем. Бригитта смотрелась и вела себя гораздо мягче и женственнее, чем раньше, возможно, потому, что теперь была замужем. Я с облегчением увидела, что спокойная улыбка на её лице была выражением удовлетворения.

Муж Бригитты, единственный человек, с которым я встречалась здесь впервые, шагнул вперед и опустился передо мной на колени.

-   Леди Розмайн, могу ли я помолиться о благословении в знак благодарности за эту счастливую встречу, назначенную суровым судом Бога Жизни Эвигелибе? – Спросил он.

-   Можешь.

-   Я Виктор, муж Бригитты. Для меня большая честь познакомиться с вами.

Виктор обладал миролюбивым нравом, и по тому, как он держался, было сразу видно, что он чиновник. Его навыки, без сомнения, были необходимы в Иллгнере, где чиновники были крайне необходимы. Похоже, он подходил не только как муж Бригитте, но и был полезен Гибу Иллгнера, что делало его почти идеальным мужем.

Хорошая работа, Матушка, как я и ожидала.

Я кивнула сама себе, глядя на Виктора, и только тогда заметила знакомое лицо, стоящее за спиной Гиба Иллгнера с диптихом в руке. Держал и вел он себя сейчас по другому, но у меня не было никаких сомнений — это был Фольк, бывший серый жрец. Я никак не ожидала встретить его здесь, в замке. Мои глаза расширились от удивления, и он ответил теплой улыбкой, заметив мой взгляд. Однако разговаривать с ним здесь было бы неприлично, поэтому я переключила свое внимание на Бригитту.

-   Прошло много времени с тех пор, как мы в последний раз разговаривали, леди Розмайн, - сказала она.

-   Рада видеть, что у тебя все хорошо.

-   Единственное, о чем я жалею, так это о том, что не дождалась вашего пробуждения, прежде чем выйти замуж.

Сама Бригитта хотела отложить свой брак до того времени как я проснусь, но Эльвира предложила ускорить процесс, чтобы Иллгнер мог получить необходимую помощь как можно скорее. В их интересах было развивать свою торговлю и увеличивать продажи, пока у них не было конкурентов, и им было рекомендовано сделать как можно больше бумаги, прежде чем Халдензель начнет развивать печатное дело.

-   Хотя мы и поженились, у нас не было времени на обычную жизнь новобрачных, Иллгнеру приходится сейчас не просто, но это счастливые страдания, пока леди Эльвира и компания Плантена заставляют купцов вести с нами дела и их становится все больше и больше, - продолжала Бригитта.

Виктор улыбнулся и кивнул: - Мы вложили все силы в создание новой бумаги, так как Иллгнеру суждено потерять свое выгодное положение, теперь, когда вы проснулись и другие провинции начали создавать свои собственные мастерские.

-   Именно благодаря вашей поддержке и мастерским по изготовлению бумаги низшие дворяне вернулись в герцогство и сделали управление землями намного проще, леди Розмайн. Мы

благодарим вас от всего сердца, - добавила жена Гиба Иллгнера, тоже опускаясь передо мной на колени. - Мы хотели бы подарить вам эту бумагу. Она совсем недавно была придумана, и сделана из ринфина, дерева, гораздо более распространенного в Иллгнере, чем волрин. Она может использоваться как восковая тонкая бумага, которая так интересует компанию Плантен. Пожалуйста, используйте этот наш подарок для своих исследований.

Она протянула мне бумагу, такую тонкую, что она казалась почти прозрачной, аккуратно сложенную и завернутую в ткань, чтобы листы не были повреждены твердой, гладкой бумагой, которая была специальностью Иллгнера.

Я осторожно развернула ткань и взяла один лист. Их мастера стали гораздо искуснее за время моего двухлетнего сна, и вид искусно сделанной сверхтонкой бумаги заставил меня расплыться в улыбке. Это была гораздо более дешевая альтернатива бумаге из тромбе, которую мы в настоящее время вынуждены были использовать, что, естественно, снизило бы и стоимость печати.

Книги станут дешевле! Банзай!

-   Я вам очень благодарна. Я сразу же начну экспериментировать, чтобы увидеть, можно ли использовать эту бумагу в качестве восковых трафаретов в мастерских, - сказала я, желая потереть новую бумагу о свою щеку, но удовольствовалась тем, что просто погладила её ладонью.

Бригитта понизила голос: - Леди Розмайн, я не знаю, будут ли эти сведения полезными, но бумага, сделанная из нансеба, ведет себя очень похоже на магические инструменты.

-   Бумага, изготовленная из фей деревьев, сохраняет некоторые их свойства, мы сталкивались с этим в прошлом. И что же вы обнаружили? - Спросила я намеренно не вдаваясь в подробности, чтобы не выдать, что бумагу из тромбэ было довольно трудно сжечь.

По словам Бригитты, в их мастерской листы бракованной бумаги разрывались на мелкие кусочки, кипятились, а затем использовались для изготовления новой бумаги. Однако когда они разорвали бумагу изготовленную из нансеба, то обнаружили, что эти обрывки очень медленно двигались к самому большому куску.

-   Мы сообщаем об этой диковинке в надежде, что вы или лорд Фердинанд найдете ей достойное применение, - сказала Бригитта.

-   Мы купим эту вашу новую бумагу. У вас есть с собой еще? – немедля спросил Фердинанд. Его жгучая страсть к исследованиям не остыла; он тут же принял решение о покупке даже не поинтересовавшись ценой.

-   Мы привезли десять листов для демонстрации, но бумагу надо продать через компанию Плантен. Вам придется подождать до весны, прежде чем мы сможем предоставить еще

-   Я понимаю. Вскоре Ауб Эренфест вызовет представителей компании Плантен, и тогда я переговорю с ними о её продаже. С вами свяжутся, когда будет определена дата.

Гиб Иллгнер думал, что им придется подождать до весны, пока не будет продана бумага из нансеба, и поэтому он был явно рад узнать, что это не так. Фердинанд, напротив, посуровел. Виктор тут же выпрямил спину, в то время как Фольк взялся поудобнее за свой диптих и стило.

-   Гиб Иллгнер. Теперь, когда Розмайн проснулась, мы должны начать распространять бумажную промышленность по всему Эренфесту,- объявил Фердинанд. - С этой целью мы собираемся отослать серых жрецов из храмовой мастерской и членов компании Плантен, как мы это делали, когда устраивали мастерскую в Иллгнере. Однако нам не хватает мастеров для обучения местных ремесленников. Мы хотим, чтобы вы одолжили нам трех или четырех ваших мастеров по изготовлению бумаги, чтобы они могли начать учить других.

-   Это... Довольно трудная просьба, лорд Фердинанд.

Первым ответил не Гиб Иллгнер, а Виктор. Это он в основном отвечал за бумажную промышленность в Иллгнере и объяснил, что им не хватает рабочей силы, необходимой для выполнения такой просьбы. В то же время он выразил смущение в отношении помощи в создании конкурирующих предприятий.

-   Виктор, ты прав в своих выводах, но Иллгнер существует в том виде, в каком он пребывает сейчас, исключительно благодаря знаниям и изобретениям леди Розмайн,- вмешался гиб. - Если она хочет нашей помощи, я готов удовлетворить любую её просьбу. Леди Розмайн, пожалуйста, скажите нам, что вам нужно, - сказал он, ободряя меня улыбкой.

Бригитта кивнула, соглашаясь с братом. Я внезапно почувствовала как у меня в груди потеплело; я была очень рада, что люди так откликаются на мои просьбы.

-   Я хочу создать больше бумажных мастерских, но у нас недостаточно людей, чтобы сделать это во многих провинциях. Мы надеемся нанять рабочих у Иллгнера, чтобы решить это затруднение, - объяснила я. - Тем не менее, в то время как мы одолжили серых жрецов Иллгнеру на целый год для создания бумаги, мы будем только учить другие провинции, как делать бумагу из волрина. Мы планируем посетить несколько мест с весны до осени, и наше пребывание в каждом из них будет кратким, так что вам не нужно будет учить их делать какие- либо другие виды бумаги.

-   Создание большего количества мастерских по изготовлению бумаги является для нас наиважнейшим делом в связи с предстоящей торговлей с Суверенией, - добавил Фердинанд. - Другие провинции могут использовать местные материалы для производства новых видов бумаги на досуге, но ваше превосходство останется непоколебимым.

Выражение лица Виктора смягчилось: - Теперь я понимаю истинное значение того, что леди Розмайн послала серых жрецов в Иллгнер на год. Нам оказали милость. Мы сделаем для Эренфеста все, что в наших силах.

И поэтому было решено, что мы обсудим это более подробно вместе с компанией Плантен, когда встретимся с ними, чтобы купить бумагу из нансеба. Удачи, Бенно. Ты снова окажешься окружен знатью.

Пока я посылала Бенно безмолвную молитву, Дамуэль отошел от двери, которую охранял, и подошел к Рихарде с напряженным выражением лица. Очевидно, пришло какое-то сообщение, и если судить по тому, как брови Рихарды взлетели вверх, когда она его получила, то оно было очень важным. Она сразу же подошла к Фердинанду.

-   Извините, что прерываю встречу. Рыцарский орден прислал весть, что явился Повелитель Зимы.

Фердинанд немедленно встал, его кресло отъезжая проскрежетало по полу, и все мои

рыцари-стражи, кроме Дамуэля, тут же напряглись. Я вспомнила свой предыдущий опыт охоты на Повелителя Зимы — это было дело, в котором участвовало большинство членов моей семьи, включая Карстедта и Экхарта. Я хотела бы помочь им благословением, даже если это поможет самую малость.

-   Фердинанд, вам понадобится мое благословение? - Спросила я, глядя на него снизу вверх.

-   Да, оно бы нам пригодилось. Прошу прощения, Гибе Иллгнер, но мы должны завершить эту встречу.

-   Понимаю. Мы не можем больше отнимать у вас время. Если вы нас извините... - ответил Гиб Иллгнер, вставая вместе с женой. Виктор с кривой улыбкой похлопал жену по плечу.

-   Похоже, ты нервничаешь, Бригитта, но ты больше не рыцарь, - сказал Виктор. - Похоже, знакомые лица и атмосфера заставили её забыть об этом, - продолжил он, вызвав у Бригитты улыбку одновременно смущенную и грустную.

- Мы уйдем, чтобы не мешать вам, - сказал Гиб Иллгнер. - Мы молимся за ваш успех в бою. - Он и все остальные начали уходить, но у меня на уме был еще один вопрос.

-   Фольк.

Он обернулся, выглядя ошеломленным, никогда не ожидая, что я действительно обращусь к нему напрямую здесь.

-   Как у тебя дела с женой? – Спросила я. - Ты нашел счастье в Иллгнере? Я иногда ловлю себя на том, что беспокоюсь о тебе даже сейчас.

Фердинанд бросил на меня острый взгляд, но я ничего не могла с собой поделать. Фольк был первым серым жрецом, которого я продала кому-то другому — для меня в первую очередь не в качестве работника, а чтобы он мог жениться. Его жизнь в храме означала, что он ничего не знал ни о семье, ни о браке, и поэтому я часто задавалась вопросом, как складывается его жизнь сейчас.

Фольк грациозно опустился передо мной на колени.

-   Я принял ваш мудрый совет близко к сердцу, леди Розмайн. Вместо того чтобы молча терпеть все мои невзгоды и трудности, я постоянно разговариваю с Карой, чтобы мы могли работать вместе и находить решения что устроят как меня так и её. Пока вы спали, мы были благословлены ребенком, и я смог узнать значение слова "семья". Каждый день я испытываю мгновения истинной радости и от всего сердца благодарю вас за то, что вы направили меня по пути счастья.

Он говорил с гордостью, с выражением не серого жреца, служащего своему господину, а отца, поддерживающего свою семью.