Церемония совершеннолетия для простолюдинов проводилась в конце зимы, и план (моя мечта) заключался в том, чтобы в какой то день между этим событием и весенней церемонией крещения заняться разделкой рыбы.

– Фердинанд, когда и где мы будем разделывать рыбу?

Я задавала этот вопрос каждый божий день, когда мы встречались во время разбора документов о деятельности храма. Только на третий день я наконец услышала от него ответ. До этого он лишь из раза в раз одаривал меня ледяным взглядом, словно я букашка, которая мешается у него под ногами.

Но со мной это больше не работало. К нынешнему дню, я уже практически невосприимчива к его ледяным взглядам.

– Через два дня, после обеда. Мы воспользуемся твоей мастерской.

– Я бы предпочла, чтобы мы занялись этим утром, чтобы рыбу можно было подать к ужину в тот же день. Ты приглашен, конечно же. Нам нужно будет многое сделать, ведь готовить мы будем и на себя, и на всех обитателей приюта. Поэтому конечно, ты тоже сможешь разделить плоды наших трудов.

Фердинанд был уже настолько измотан моими желаниями, что просто уступил и согласился.

– Я должна что-то подготовить перед тем, как мы начнем? – спросила я.

– Позови всех своих рыцарей-стражей. Переоденься в одежду для верховой езды и убедись, что твои волосы собраны. Не стоит недооценивать то, с чем нам предстоит столкнуться.

Его ответ показался мне немного странным, ведь мы собирались просто готовить еду, но я решила не думать об этом и направила в замок ордоннанс. В нем я записала свою просьбу подготовить одежду для верховой езды для меня и моих сопровождающих.

Лишь через некоторое время в храм прибыла Лизелета, неся одежду для верховой езды, а Леонора и Джудит, сопровождали ее в качестве охраны.

– Лизелета, Моника сказала, что хочет изучить методы, которыми благородные леди собирают свои волосы, – сказала я. – Не могла бы ты научить ее?

– Конечно. Однако, это может занять какое то время. Может быть вы в это время отдохнете за книгой? – со смешком предложила Лизелета. Это была поистине великолепная идея, поэтому я не теряя времени взялась за книгу, которую протянул мне Фран.

– Волосы леди Розмайн шелковистые и гладкие на ощупь, из-за этого их очень трудно собрать и правильно закрепить, чтобы они держались в прическе, – сказала Лизелета, расчесывая мои волосы, прежде чем отделить одну прядь и взять ее в руку. Я уловила начало ее объяснений, но вскоре полностью погрузилась в книгу и перестала обращать внимание на ее речь и действия.

***

Наступил день разделки рыбы. Я проснулась рано утром, позавтракала и попросила Монику завязать мне волосы, а после попросила Николь принести мою одежду для верховой езды. Я была готова идти и просто фонтанировала энтузиазмом.

– Леонора, Ангелика, все мои рыцари стражи уже прибыли?

– Да, миледи, – сказала Ангелика, выпячивая грудь. – Я видела Джудит через окно, всего минуту назад. Недавно я научилась улучшать свое зрение при помощи маны.

В отличии от гордого вида Ангелики, Леонора смотрела на меня с рассеянным, обеспокоенным выражением.

– Вы выглядите очень взволнованной, леди Розмайн. Такими темпами разве вы не рискуете упасть в обморок? – спросила она.

– Я в порядке. Я не упаду. Не раньше, чем я наслажусь своей рыбой!

– … Приятно видеть вас в таком хорошем настроении.

Когда меня переодели, я велела Заму сообщить Фердинанду, что мы готовы, а Ангелика в это время должна была собрать всех моих рыцарей.

– Леди Розмайн, сообщение от главного жреца, – доложил Зам, когда вернулся. – Он хочет, чтобы вы принесли магический инструмент в мастерскую. Так же он сказал подготовить вещи по этому списку.

Я направилась в свою личную мастерскую, как мне и было сказано. И открыла двери, чтобы туда могли войти и другие. Слуги начали сдвигать в стороны столы и прочие предметы, которые использовались при варке зелий. После подошли Хьюго и Элла, неся крепкий горшок с крышкой, о котором просил Фердинанд.

– Нам действительно нужно столько предосторожностей? – спросила я. – Я имею в виду, мы же просто собираемся готовить рыбу.

– Ингредиенты, которые мы забрали, не смогли использовать придворные повара, верно? – уточнила Леонора. – В Аренсбахе очень много фей-существ, с которыми могут справиться и простолюдины. Она сказала несколько названий, но я не одного не узнала.

– Леонора, там есть рыба, которую мы можем приготовить на гриле? – поинтересовалась я, обязательно уточнив, что имею в виду самый простой метод готовки. Несколько надрезов на чешуе, а после присыпания большим количеством соли - жарка.

Леонора казалась обеспокоенной моим вопросом.

– Вы хотите снять только чешую? То есть вы собираетесь готовить, не удалая внутренние органы? Это звучит очень сложно… Это действительно важно, чтобы рыба была приготовлена именно так?

– Я всегда думала, что самый простой способ приготовления пищи - это жарка в соли, – пробормотала я, удивленная тем, что они отвергли эту идею. – Ты бы предпочла, чтобы мы сварили рыбу или что-то в этом роде?

– Вопрос не в методе приготовления, а в вашем желании не снимать чешую и не вырезать органы.

Другими словами у нас нет иного варианта, кроме как сделать из рыбы филе. Я обдумывала и другие способы готовки, но долго размышлять мне не дали, потому что вскоре прибыл Фердинанд вместе с Экхартом и Юстоксом. Войдя внутрь, они остановились рядом с моими стражами, как раз перед магическим инструментом.

– Давайте начнем с самых проблемных экземпляров, – сказал Фердинанд. – Розмайн, наблюдай со стороны и постарайся не мешать.

Я хотела быть полезной, разделывая рыбу на филе, но даже если такой простой рецепт, как приготовление рыбы на гриле, оказался сложным для этого мира, то возможно мне действительно лучше не мешать. Джудит поручили мою охрану, а я в итоге села за один из отодвинутых к стене столов и оттуда наблюдала за происходящим.

– Всем сформировать щиты ветра и окружить таунадель, – приказал Фердинанд.

– Да, сэр! – хором ответили рыцари. Они призвали свои гетейлы и выстроились в круг, словно бы команда спортсменов перед началом матча. Фердинанд открыл магический инструмент для остановки времени и вынул таунадель, а после швырнул ее в центр образованного круга из рыцарей. Как только он достал то, что хотел, то сразу снова закрыл магический инструмент.

Эта рыба немного похоже на желтого иглобрюха с хвостом… Или может быть даже скорее на рыбу фугу.

Когда я прищурилась, чтобы рассмотреть получше, таунадель вдруг стал длиннее и тоньше, а шипы покрывающие его тело стали фиолетовыми на кончиках, а после они выстелили во все стороны. Я не могла поверить насколько агрессивной была эта рыба. Но барьер из щитов, которые окружили ее, просто отражал все ее атаки, заставляя иглы отлетать обратно в таунаделя. На первый взгляд это было довольно легко, но я могла представить насколько опасным это было для простолюдинов.

– Будьте начеку до тех пор, пока таунадель не потратит все свои иглы, – сказал Фердинанд. – Каждый из шипов покрыт ядом, так что даже царапина может быть опасна.

– Да, сэр! – снова рявкнули рыцари с совершенно каменными выражениями лиц.

А вот меня его слова обеспокоили.

–Эм, Фердинанд… Мне кажется, что ядовитые шипы вонзаются в рыбу. Можно ли будет ее после этого есть?

– Не знаю, – коротко ответил он.

Я невольно вздохнула, а после закричала:

– Что ты имеешь ввиду, говоря, что не знаешь?! Я хотела, чтобы ты научил меня разделывать рыбу, а не драться с ней! Она должна быть безопасной для еды!

– Откуда я должен это знать? Я никогда раньше не разделывал фей-зверей с намерением съесть их. Этот метод позволит нам без проблем собрать ингредиенты с таунаделя. Если ты… действительно настаиваешь на том, чтобы потом съесть это, то полагаю ты можешь использовать зелье для определения безопасно мясо или ядовито.

Я не была уверена, что смогу переварить рыбу, полную яда, или рыбу, которая потеряла весь свой вкус после такого. Я просто хотела поесть что-нибудь вкусненькое.

Это такое разочарование! Никогда в жизни я не была разочарована в Фердинанде сильнее, чем сейчас!

Как только рыба лишилась всех своих игл, рыцари надели перчатки и начали собирать их. Видимо эти иголки были ценными ингредиентами для зельеварения.

– Ты хотела их мяса, верно? – спросил Фердинанд

– Не в том случае, если в нем есть яд. Как я должна это есть? – недовольно ответила я вопросом на вопрос, злясь на него за само это уточнение. Мужчина покачал головой и сказал, что я невозможна, а после “любезно” положил несколько ядовитых игл в мою коробку, где хранились ингредиенты для зельеварения. Это было совсем не то, чего я хотела.

Мне нужна была еда, а не ингредиенты для зельеварения. Смогу ли я вообще поесть сегодня рыбу…?

Однако, когда моя мечта уже начала умирать под гнетом реальности, ко мне подошел Фердинанд.

– Здесь есть Регишь. Это должно соответствовать твоим потребностям. Ты хочешь разделать его? В этом виде нет яда, поэтому он безопасен для еды.

– Правда?! – воскликнула я, подаваясь вперед.

Фердинанд вытащил из магического инструмента две радужные рыбки. Каждая была длинной около тридцати сантиметров. Они почти не реагировали, возможно из-за слишком долгого пребывания в состоянии остановки времени.

– Экхарт, Корнелиус, держите их за хвост, – сказал он. – Не дайте им сбежать.

– ДА!

– Розмайн, влей свою ману, – Фердинанд пояснил, что у региши очень твердая чешуя, которую не мог взять простой нож, и по мере того, как рыба поглощает ману, чешуя становиться все тверже. – Как только она будет полностью напитана, то чешуйки встанут дыбом и начнут отслаиваться. Нужно влить ману, а после оторвать.

Было ясно, что только дворяне могут разделывать регишь, и это вызывало вопрос, как такая рыба оказалась в багаже Аурелии? Простолюдины не смогли бы с ней справиться. Я была в растерянности, но это не мешало мне вливать в рыбу свою ману. Эффект остановки магией постепенно отступал, и регишь начала яростно дергаться.

– Ух! – вскрикнул Корнелиус. Кажется даже ему было трудно удерживать одну из рыбок за хвост, поэтому я собрала побольше маны и разом влила ее в рыбу. – Перестань вертеться!

Мгновением позже, чешуя вздыбилась и стала тем, что было похоже на фей-камни. Регишь слабо покачивалась, пока Корнелиус все еще продолжал держать ее за хвост.

– А теперь оторви их, – сказал Фердинанд, точно так же вливая ману в другую рыбу. Я сделала, как мне было велено. Без колебаний хватая одну чешуйку за другой. Очистка рыбы от чешуи была настолько фундаментальным навыком японца, что стала почти второй натурой. Закончив с одной стороны, я перевернула рыбу и принялась за другую.

Я не думаю, что когда либо у меня был опыт очищения несколько округлых и крупных чешуек. Они были должно быть не меньше пяти сантиметров в диаметре!

Мало того, что радужная чешуя Регишь была красивой, так еще и все они были одного размера. Я взяла одну, сжимая между большим и указательным пальцем, а после подняла вверх, чтобы посмотреть сквозь нее на свет.

– Эта чешуйка такая блестящая и красивая. Если мы ее немного изменим, то думаю, мы могли бы использовать это в качестве аксессуара… – сказала я. Я была уверена, что смогу заставить Зака или Иоганна сделать это для меня, но когда я поделилась своими мыслями, то увидела, что остальные собравшиеся в мастерской смотрят на меня странными взглядами. – Э-э… Я что-то не так сказала?

– Ты идиотка. У тебя в руке радужный фей-камень, – сказала Фердинанд. – Он содержит в себе все элементы и вдобавок ко всему окрашен твоей собственной маной. Это очень ценный ингредиент и его нельзя тратить на такие глупости.

Я знала, что фей-камни радужного цвета содержат в себе все элементы, но мне не приходило в голову, что чешуя может оказаться фей-камнем. Очевидно, что она превратилась в него после того, как я начала вливать ману.

– Все рыцари использовали свою ману, чтобы убить таунаделя, поэтому дай каждому из них по одному камню, – сказал Фердинанд. Я сделала, как было велено, а после протянула один камень и Джудит. Мне казалось вполне естественным, что она получит один, ведь она защищала меня, но ее лицо, когда она взяла мой подарок, было ошеломленным.

– Но я ведь не сражалась… – сказала она.

– Ты охраняла меня, верно? Как было решено после инцидента с тернисом, мы должны награждать не только тех, кто сражается, но и тех кто играл ключевую роль в качестве поддержки. В противном случае, все захотят быть атакующими и не останется никого, чтобы охранять меня.

– Лорд Бонифаций на днях отругал нас за то, как мы распределяем баллы, но я не думала, что эта логика применима и здесь… – кивнула убежденная Джудит. Похоже рыцари еще не до конца усвоили это знание. Возможно, мне нужно оповестить Бонифация об этом.

Как только каждый, кто должен был получить фей-камень, получил его, я снова обратила внимание на дергающиеся тушки региши, полностью лишенной своей чешуи. Сейчас, без радужной чешуи, они выглядели, как и любые другие морские рыбы. Моей первой мыслью было, что ее будет неплохо приготовить с травами или солью. Жарка тоже звучит неплохо, а еще…

– Фердинанд, можно я поджарю это с солью? – спросила я.

– Я бы посоветовал тебе сначала снять филе. Как только рыба умрет, она превратиться в фей-камень.

– О, точно! Я забыла об этом!

Поскольку регишь передо мной была похожа на самую обычную рыбу, этот факт совершенно вылетел из моей головы. Но все фей-существа после своей смерти превращались в камни.

Короче говоря, они становятся несъедобны. Теперь я поняла, почему Леонора сомневалась в возможности приготовить рыбу из Аренсбаха целиком. Ну значит будет филе.

Я выхватила свой штаппе и произнесла “мессер”, а после замахнулась, чтобы отрубить регишь голову. Но еще до того, как мой нож коснулся рыбы…

– Идиотка! – рявкнул Фердинанд. – Не трогай голову, режь вдоль тела.

– Ах.

В Японии, при разделке на филе, сначала убирают голову, но такая техника мгновенно убьет регишь, вот только другого способа я не знала. Я замерла, держа нож в воздухе и нервно огляделась.

– Вы можете рассчитывать на меня, леди Розмайн, – сказала Ангелика, делая шаг вперед и обнажая Стенлюка. – Я эксперт по разделке.

– Вы можете быть спокойны, хозяин моего хозяина, – согласился с ней Стенлюк.

Корнелиус поднял регишь за хвост и подбросил ее в воздух. Камень Стенлюка вспыхнул, и Ангелика взмахнула мана-клинком. Мгновением позже передо мной лежала кучка искусно нарезанного рыбьего мяса.

– Вот, леди Розмайн.

Боже мой. Это было удивительно. Ангелика была крута как никогда!

Мое сердце ускорило ритм, от вида героической ауры Ангелики, и похоже я была не одной такой. Экхарт с приподнятыми бровями переводил взгляд с девушки на порубленную ей рыбу.

– Порой ты удивительно ловкая, Ангелика, – заметил он.

– Я много тренировалась у лорда Бонифация, – объяснила она. Услышав это, я всем сердцем пожелала рассказать своему дедушке Бонифацию о своей любви к нему. В дальнейшем я надеялась доверить ему и Ангелике разделку рыбы для меня.

Среди остальных существ в магическом инструменте были рыбы, похожие на угря, которые назывались морнгангами, они были больше метра в длину, и все их тело было покрыто глазами, словно бы рыбоподобный падший тернис. А еще была рыба, похожая на камбалу с глазами на спине.

Фердинанд разделывал морнгангов так же, как и Ангелика регишь. Я была свидетельницей многих битв, но могу с уверенностью сказать, сейчас они выглядели круче, чем когда либо. Они были похожи на двух опытных мастеров суши, которые полностью доминируют на кухне.

Сердце, будь спокойней! Аааа, моя драгоценная рыба!

Достаточно скоро Фердинанд взялся за еще одну странную рыбу, которая называлась спрашем. Она была размером где-то с сардину. Он взял несколько кусочков морской капусты, которые нарезали заранее и закинул их в принесенный крепкий горшок, а после бросил туда несколько спрашей и быстро захлопнул крышку, крича рыцарям, чтобы они помогли ее удержать.

Дальнейшие события были почти сюрреалистичны. Пока я в изумлении смотрела на эту картину, внутри горшка раздался громкий взрыв, от которого я даже подпрыгнула. Взрывы звучали один за одним, заставляя горшок грохотать и подпрыгивать.

– Эм, Фердинанд. Рыба, кажется, взрывается, – сказала я.

– Да, и мы должны подождать, пока взрывы не прекратятся, – ответил он. Рыцари, продолжайте удерживать крышку, чтобы она не отлетела.

Только после того, как грохот утих, крышку отодвинули в сторону. Внутри горшка, к моему удивлению, оказался рыбный паштет.

Ааа, я хочу суп из морской капусты и спраша! Но здесь нет мисо! Если бы только здесь был соевый соус… Я бы согласилась и просто на прозрачный суп.

Тот факт, что подобные мысли вообще стали приходить ко мне, указывал на то, что я все больше привыкаю к этому необычному миру.

Я надеялась найти что-то похожее на креветок в магическом инструменте, но ничего не привлекло моего внимания. Я хотела бы приготовить буйабес с моллюсками, но так как это было явно невозможно, я решила использовать простую рыбу для этого. Знаменитый марсельский Буйабес в любом случае запрещал использование моллюсков, кальмаров и осьминогов, поэтому если я буду готовить его без них, то возможно результат будет более аутентичным. Хотя с другой стороны, вроде бы там было разрешено использовать только рыбу со средиземноморского рифа, поэтому я в любом случае нарушу рецептуру. Лично для меня имеет значение только то, что я вообще буду готовить буйабес с рыбой.

Я решила сохранить внутренности оставшейся рыбы, чтобы приготовить бульон, который улучшит вкус буйабеса, а рыбный паштет скатать в шарики, чтобы добавлять их в суп.

***

В тот вечер Хьюго и Элла усердно трудились, чтобы устроить для нас настоящий пир. Рыцари тоже смогли насладиться едой, так как они сыграли важную роль, помогая нам разделывать рыбу, хотя, естественно, им пришлось есть по очереди.

Основным блюдом была регишь и другая простая на вид рыба, которую обжарили и приготовили с травами различными способами, чтобы люди за столом могли выбрать то, что им больше по вкусу. Мне, отдельно, должны были подать жареную с солью рыбу. Все таки я так сильно ее хотела.

– Итак, Фердинанд, что ты думаешь? – спросила я. – Метод готовки очень похож на занбель-суп, но с правильным бульоном даже рыба будет вкусной, не так ли?

– Я добыл несколько ценных ингредиентов, так что все прошло не так плохо, как могло быть… – ответил мужчина. Его слова сопровождались равнодушной усмешкой, но кажется, что его руки двигаются исключительно быстро. Так что похоже, он все же доволен.

– Ааа, рыба такая вкусная… – выдохнула я. – Я хочу в Аренсбах.

Фердинанд на мгновение подавился своей едой, а после пробормотал:

– О чем ты говоришь, идиотка?! – мои рыцари-стражи смотрели на меня широко распахнув глаза от шока. Но только когда Хартмут небрежно сказал, что это хорошая идея, я поняла, что мой комментарий возможно был слишком прямолинеен.

– Ой? Разве то, что я сказала, было неуместно? – спросила я. – Я просто имела в виду, что было бы хорошо жить в Аренсбахе, ведь там есть столько разной рыбы.

– Это было совершенно не понятно, – ответил Фердинанд.

Я отшутилась и стала ждать, пока подадут мою соленую рыбу на гриле. Чуть позже появился Фран и осторожно поставил тарелку передо мной. Это было очень простое блюдо - белое мясо рыбы, посыпанное солью перед жаркой. Но пришлось очень долго уговаривать их приготовить это именно так, ничего не добавляя.

– Это та самая соленая рыба, которую ты так упрямо хотела? – спросил Фердинанд, глядя на мою тарелку. – Пахнет вполне приятно.

– Я знаю, – с улыбкой ответила я, прежде чем отломить большой кусок и отправить себе в рот. Этот вкус заставил меня желать белого риса, но все равно это было восхитительно.

Внезапно, почувствовав направленный на себя взгляд, я подняла голову. Я была совершенно уверена, что уже оказывалась в похожей ситуации в прошлом.

Когда же это было? О, точно! В тот раз, с Сильвестром!

Это было тогда, когда Сильвестр переоделся синим жрецом и попросил меня дать ему попробовать свою еду. Я была почти уверена, что тот комплимент по поводу запаха был очередным эвфемизмом дворян, с помощью которого, они требовали поделиться едой.

Нет, нет, нет. Фердинанд не Сильвестр. Он не будет просить еду с моей тарелки.

Я взглянула на него, чтобы убедиться, что он продолжает спокойно есть, а затем посмотрела на единственный кусок рыбного филе передо мной. Правильным в этой ситуации было бы предложить ему мою еду, а после съесть все что останется после того, как он попробует, но я не хотела полностью отказываться от своего ужина.

– Все блюдо я вам не дам, – сказала я, пытаясь вспомнить, что я тогда ответила Сильвестру. – Но я готова поделиться половиной.

Фердинанд заломил бровь.

– Если ты так много помнишь, то наверняка помнишь и правильный порядок действий.

– Правильно было бы сделать вид, что я тебя не поняла, верно? Так как это моя рыба, то я отказываюсь от нее отказываться, – я издала возмущенный “хм”, а потом продолжила есть, пока не осталась ровно половина порции. Фердинанд смотрел на все это с неописуемым выражением лица.

– Ладно, Фердинанд, – сказала я, откладывая приборы. – Ты можешь взять оставшуюся половину, – я подвинула ему тарелку, и он со смехом ее принял.

– Ты не можешь называть это половиной, Розмайн. Это остатки, которые верховный епископ отдает главному жрецу.

– Хм?

– Ну, несмотря ни на что, у тебя более высокий статус в храме, чем у меня. Поэтому я любезно приму эти Дары.

Я не собиралась тебе отдавать свои остатки! Правда! Это звучит крайне дерзко! Верни обратно!

Конечно я не могла сказать это вслух, поэтому мне оставалось только смотреть, как Фердинанд ест рыбу… и его выражение лица было все таким же нечитаемым.

Наевшись, я наслаждалась чаем. Фердинанд делал тоже самое, глядя на меня и моих слуг.

– Розмайн, Весенний молебен не за горами. Я полагаю, тебе Лейзеганги будут искрене рады, но я не уверен, как они отреагируют на Вилфрида, в котором течет кровь Вероники, и чья репутация запятнана после инцидента с Башней. Тебе нужно будет внимательно следить за ситуацией и поддерживать его при любой возможности.

Короче говоря, я должна была защитить Вилфрида от камней, которые в него могут бросить Лейзеганги, точно так же как он и Шарлотта защищали меня, когда я посещала зимние собрания после своего пробуждения.

– Вы все, защищайте Розмайн, – сказал Фердинанд, пристально глядя на моих вассалов. – Однажды она будет стоять рядом с Вилфридом, как его жена. Ни при каких обстоятельствах не поддавайтесь на сладкие речи Лейзегангов.

– Поняли.