— Давай, Камилл. Поторопись! — кричал папа, спускаясь по лестнице.

— Ты говоришь мне поторопиться?! — закричал я в ответ, спеша за ним, прижимая к груди все необходимые вещи. — Мы опаздываем, потому что ты долго вставал с кровати!

День был солнечный, и это означало одно — пару! Мы собирались выйти пораньше, чтобы собрать как можно больше, но в итоге сборы заняли много времени из-за того, что папа долго не мог проснуться.

— У нас нет времени, Камилл. Садись в сани.

— Но папа...

— Быстрее! Такими темпами все пару пропадет!

Спорить с ним было бесполезно. Я сдался и забрался в сани, в которые папа сначала запрягся, а после побежал. Я схватился за бортики, чтобы не выпасть и надул щеки.

Полный отстой. Я уже достаточно взрослый, чтобы бежать самостоятельно.

Я прекрасно понимал, что сейчас это лучший вариант — мы опаздываем, а у меня нет никаких шансов бежать за папой всю дорогу до леса. Но все же. Я хотел слезть с саней до того момента, как это заметят мои друзья. Они станут смеяться надо мной, если бы увидят, что меня до сих пор возит отец.

Держу пари, они подумают, что я ребенок, который не может делать все самостоятельно. Но ведь это папа проспал, а не я!

— Гюнтер! — окликнули папу, когда мы подошли к воротам. — Собираешь пару в такие напряженные дни? Как несправедливо.

— Ну что я могу сказать, — пожал плечами папа. — Случилось что-то, о чем я должен знать?

Папа разговаривал со стражником. Нам нужно было поспешить, если мы хотели собрать пару, но я молча наблюдал за ними. Папа и раньше говорил мне, чтобы я не мешал, когда он говорит с людьми у ворот, так как это касается его работы.

— В группе из приюта было много новых лиц. Там были Лутц и Гил, так что я пропустил их, но... ты что-нибудь знаешь об этом, Гюнтер?

— Вероятно, это следствие какого то секретного решения герцога. Я спрошу у них, когда мы встретимся в лесу.

Для папы было нормальным быть занятым зимой — на улицах всегда был снег, который нужно убирать, и пьяницы, с которыми приходилось иметь дело. Но этой зимой у него было больше дел, чем обычно. Северным воротам передавали несколько специальных приказов от самого герцога.

Если в лесу будут сироты, значит ли это, что Дирк и Конрад тоже будут там? Я не могу дождаться возможности увидеться с ними.

Прошлой осенью, когда я впервые пошел в лес с Лутцем, я встретил там Дирка и Конрада. Они оба были сиротами и были примерно одного возраста со мной, и у нас всегда были общие темы для разговора. В приюте, где они жили, тоже были игрушки и книжки с картинками, сделанные в мастерской Розмайн. Лутц сказал, что я не могу обсуждать эти игрушки, даже самые любимые, ни с кем из соседей, так что я был очень рад, что наконец-то получил возможность похвастаться ими.

Когда-то у меня была еще одна старшая сестра, Майн, но она давно умерла. Дворяне и храм, по видимому, были как-то замешаны в ее смерти, и мои родители сказали мне, что глава храма из сочувствия дарит мне игрушки из своей мастерской. Это был добрый жест, но мы по прежнему опасались демонстрировать свои связи с дворянами, поэтому мне не разрешалось говорить об этом или самих игрушках другим.

Я не мог вспомнить, когда впервые услышал о Майн. Но одну вещь я помнил ясно как день: мама, Лутц и Тули радостно говорили о ней, восклицая «Майн» то, «Майн» это. И именно тогда я понял, что это был человек о котором мне было нельзя говорить. Я уже пообещал папе, что буду держать язык за зубами, поэтому я больше не спрашивал о ней.

Когда я пошел в лес с Лутцем в первый раз, мне сказали, что с детьми из приюта я могу говорить об игрушках, но о Майн все равно нельзя. Я понял эти наставления, но разве было что-то, что я мог бы рассказать о ней? На самом деле я совсем не помню эту свою вторую сестру.

На нашу следующую встречу с Дирком и Конрадом в лесу я взял с собой карточки каруты. Дирк иногда выигрывал у меня, но зато я всегда побеждал Конрада. Однако с приходом весны все изменилось. Конрад внезапно стал играть куда лучше, и выигрывать у него стало значительно сложнее. Разочарованный я стал гораздо чаще заниматься с мамой, а иногда и с Тули, когда она приходила домой со своей работы.

— Дирк! Конрад!

Мы вошли в лес и увидели сирот, которые держались вместе. Как и сказал стражник, среди них было много незнакомых детей. Должно быть они в первый раз пришли собирать пару, потому что Лутц и Гил наставляли их, как правильно собирать их.

— Гил! — позвал папа. — Вы все вместе пришли собирать дары леса? Собираешься, как и всегда, преподнести все, что соберешь, госпоже Розмайн, верно?

Лутц слегка нахмурился и ответил.

— Мы не знаем, вернется ли она в этом году... — Госпожа Розмайн обычно возвращалась в храм в середине зимы, но, похоже в этом году этого не произойдет.

— Вообще-то мы собираемся положить все пару, которые соберем, в ледяную комнату, — с ухмылкой добавил Гил. — Госпожа Розмайн всегда с нетерпением ждет возможности полакомиться ими, поэтому мы хотим сохранить для нее как можно больше.

Похоже госпожа Розмайн так любит пару, что с удовольствием ест его каждый год. В храме было место, где круглый год стояла зима, и хранящиеся там пару не растают даже с наступлением весны.

В храме похоже много странных мест.

— Камилл, ты можешь пойти собирать пару с детьми из приюта, — сказал папа. — Мне нужно поговорить с Гилом.

— Ладно.

Папа и Гил куда то ушли. Вероятно это было связано с работой. Тем временем мы с Лутцем подошли к детям из приюта. Дирк и Конрад инструктировали новеньких, как нужно собирать пару.

— И именно поэтому мы по очереди собираем фрукты, — закончил свою речь Дирк.

— Я действительно должен делать это руками?..

— Ой, заткнись, Бертрам! Сколько раз я тебе уже говорил? Кто не работает, тот не ест!

Новые дети казались странно дерзкими. Некоторые из них бездельничали, даже не пытаясь делать вид, что слушают Дирка. Разве он не может просто не брать с собой тех, кто не хочет этим заниматься?

— Они кажутся довольно грубыми... — пробормотал я.

— О, Камилл. Давно не виделись, — сказал Конрад, заметив меня. — Наши дни стали куда более занятыми сейчас, когда в приюте появилось столько новых детей одновременно. Похоже Дирк и Делия теперь всегда злятся то на одно, то на другое. Я хотел бы, чтобы ты мог на это посмотреть. Они даже кричат одинаково, ну и все такое.

В прошлом Дирк и Конрад жаловались мне, что им не с кем играть, так как в приюте было мало маленьких детей. Но теперь их было много, и они не знали, что им делать. Всего в лес с ними пришло около десяти детей, но Конрад сказал, что самые младшие остались в приюте.

Откуда их столько?..

— Хотелось бы, чтобы мы смогли поиграть в каруту не смотря на снег, — сказал Конрад. — Мы тренируемся все вместе, так что в следующий раз, когда мы будем играть, ты проиграешь.

Для человека, который постоянно проигрывает, а потом сидит и дуется он был на удивление уверен в себе. Я не мог не испытать некоторого беспокойства. Но это очевидно, что имея столько людей с которыми можно практиковаться, и он, и Дирк станут лучше.

— Я тоже улучшаю свои навыки, — сказал я. — Я даже сумел победить Ренату на днях.

— Рената?

— Девочка из компании «Гилберта».

Прежде чем я успел добавить что-то еще, Дирк и Лутц окликнули нас.

— Эй, Конрад! Камилл! Можете помочь показать этим детям как обвязывать себя веревкой?

Я не стал терять ни минуты, прежде чем пойти помогать.

Во-первых, мне нужно было показать им как взбираться на дерево пару.

***

Это случилось незадолго до наступления зимы, именно тогда я впервые встретил Ренату.

Тули отвела меня в компанию «Гилберта», и, поскольку это был первый раз, когда я посещал северную часть города, я надел чистую одежду, которую она сшила для меня. Этот наряд был очень похож на тот, что надевают на крещение. Дома в этой части города были куда более красочными, чем там, где мы жили.

— Они такие красивые, правда? Старая краска смылась, когда герцог очистил весь город, поэтому здания пришлось перекрашивать, — пояснила Тули. После она хихикнула и добавила. — Помнишь, как дядя Дид ворчал о том, сколько работы его ждет?

Магия герцога очистила все деревянные стены в городе, сделав наши дороги и каменные части наших домов ослепительно белыми. На самом деле это было довольно неудобно для богатых, потому что очищение вместе с грязью содрало со зданий и краску.

— Я слышал, что все были особенно напряжены из-за того, что было много дел в связи с подготовкой к приезду торговцев из других герцогств. Я уверен, что папе приходилось часто ходить в патрули.

Я не мог точно вспомнить как выглядел город раньше, но все вокруг говорили, что перемены были ошеломляющими. Однако была одна вещь, которую я запомнил. Папа сказал это, когда патрулировал город с другими солдатами.

«Герцог планировал выгнать нас из наших домов и перестроить город заново. Но госпожа Розмайн остановила его. Теперь мы должны убедиться, что он останется чистым».

— Это компания «Гилберта», где я работаю, — сказала Тули, когда мы добрались до нужного места. — Обязательно следи за своей речью, когда будешь там.

Мы поднялись по боковой лестнице на второй этаж, а затем Тули сообщила, что мы пришли. Она говорила и действовала совсем иначе, чем дома. Когда слуга впустил нас внутрь, я расправил плечи и выпрямился, как меня учили сестра и Лутц.

— Так ты Камилл, да? — спросил глава компании «Гилберта». — Добро пожаловать.

Он познакомил меня со своей семьей. Там была госпожа Коринна, швея госпожи Розмайн, которую очень уважала Тули, и их дети: Рената и Кнут. Были так же Марк и глава компании «Плантен», которые были здесь для того, чтобы помочь с обучением Ренаты.

Меня отослали, чтобы я поиграл в каруту и карты с другими детьми. К нам также присоединились Марк и глава компании «Плантен». Кнут был слишком маленьким, поэтому даже не стоил внимания как соперник, но вот Ренате я проиграл в половине партий.

— Я говорил тебе, не так ли? — с ухмылкой сказал глава компании «Плантен». — Я выигрываю у тебя не потому что старше, это ты проигрываешь потому что недостаточно хороша.

Рената надула щеки и посмотрела на меня.

— Присоединяйся к компании «Гилберта», Камилл. Мы сможем продолжать играть до тех пор, пока я не буду выигрывать всегда. Что ты думаешь об этом?

— Эм-м-м...

Я не знал, что ей ответить. Но пока я сидел там, не в силах найти слов, мастер Отто с улыбкой наклонился ко мне.

— Хорошая мысль, Рената. Моя дочка приглашает тебя. Камилл, как насчет того, чтобы поработать у нас в качестве даруа.

Удивленный тем, что меня приглашает лично глава, я оглянулся на Тули. Она работала мастерицей по украшениям для волос госпожи Розмайн, и ей даже доверяли придумывать наряды и подбирать одежду для госпожи. В результате ее статус был очень высок. Там где мы жили, она была чуть ли не единственной, кто добился таких высот даже не достигнув совершеннолетия. Все смотрели на нее с восхищением, и мне очень повезло, что она была моей старшей сестрой.

Интересно... Если я вступлю в компанию «Гилберта», стану ли я таким же удивительным, как Тули.

Это был настоящий соблазн. Папа предлагал мне стать солдатом и помогать ему защищать город, но работа с Тули звучала намного веселее.

Однако прежде, чем я успел ответить, глава компании «Плантен» тоже заговорил.

— Нет. Камиллу было бы куда лучше работать в компании «Плантен». Тебя ведь больше интересуют книги и игрушки, чем украшения для волос, ткань и унишам, верно?

Именно тогда чаша весов склонилась в сторону компании «Плантен». В нашем районе единственным человеком, который мог сравниться с Тули в части достижений был Лутц. Он работал продавцом в крупном магазине, и это несмотря на то, что он родился в семье плотников, что делало такое достижение невероятным.

Мне очень нравились игрушки и книги, которые приносил мне Лутц. Они привлекали меня куда сильнее, чем украшения для волос и ткани. Подобные вещи больше подходили девочкам.

— Я слышал от Лутца, что ты хочешь участвовать в учебных поездках приюта и посетить разные города, верно? — продолжил глава компании «Плантен».

Я действительно хотел пойти в приютскую мастерскую. Но больше потому, что там были Дирк и Конрад. Хотя идея узнать, как делают игрушки и книжки с картинками, тоже была очень привлекательной. Думая об этом с такой стороны, компания «Плантен» была куда более привлекательной. Лутц сказал, что они могут читать готовые книги раньше всех остальных. Это звучало круто.

— Вей, вей, вей! — закричал глава компании «Гилберта». — Почему ты вечно пытаешься увести у меня все сокровища, которые я нахожу, Бенно?! Разве Лутца тебе было мало?!

— Как будто тебе нужен кто-то кроме Тули! Мы должны направлять людей туда, где их способности будут раскрыты лучше всего!

Я пытался придумать, что мне делать, но эти два больших босса начали ссориться по настоящему. Рената поторапливала меня, подталкивая быстрее принять решение. Судя по всему, они не успокоятся пока я не решу.

Не зная что делать, я обратился за помощью к Тули. Она с нежной улыбкой подошла и погладила меня по голове.

— Не волнуйся, Камилл. У тебя еще есть время до крещения, чтобы принять это решение, — сказала она. — Профессия, которую ты выберешь, во многом определит твое будущее, поэтому ты должен сам решить, чем ты хочешь заниматься. Вдохновляться чужими примерами — это нормально, но ты не можешь оправдывать свой выбор тем, что кто-то другой сказал тебе сделать его. Иначе в конечном итоге ты будешь сильно жалеть об этом, и не сможешь полностью отдавать себя работе, тратя время и силы на то, чтобы обвинять других, — после Тули посмотрела на двух боссов, все еще удерживая на лице нежную улыбку и продолжила. — Другими словами, вы двое, пожалуйста, дайте Камиллу принять решение самостоятельно. Не торопите его.

***

— Ахаха. Должно быть это было жестко. Они оба такие упрямые, — сказал Лутц, грея свои продрогшие руки у огня и слушая мой рассказ о знакомстве с Ренатой. Он всегда был рядом со мной, чтобы погладить по голове и подбодрить. И это заставляло меня чувствовать, что я хотел бы, чтобы у меня был такой старший брат, как он.

— Лутц... ты, э... собираешься жениться на Тули? — спросил я. — Она вот вот достигнет совершеннолетия, не так ли? Кажется все вокруг сильно обеспокоены этим.

Большинство девушек начинали искать будущих мужей и готовиться к браку с приближением даты своего совершеннолетия, и было бы логично, если бы Тули выбрала Лутца, с учетом того как много времени они проводят вместе. Даже наши родители были согласны в мнении о том, что они были бы прекрасной парой. И это было хорошим знаком, ведь родительское благословение имеет большое влияние на брак. Еще стоило помнить, что не смотря на их успехи, у них все еще явно не достаточно денег для того, чтобы заключить союз с кем-то из северного района города.

— Ну, я понимаю, что все взволнованы перспективой того, что мы будем вместе, ведь это самый безопасный вариант для нас... но кто знает? До этого может пройти еще много времени. Ты же знаешь, у Тули разбито сердце.

— Что?!

— Ой... Это должно было быть секретом.

— Ну, Лутц! Ты должен рассказать мне! Кто это был?! Я имею в виду, Тули так хорошо шьет и так усердно работает, и...

В городе нет мальчика, который не засматривался бы на Тули, так как же кто-то мог ей отказать? Возможно я был немного предвзят, но я был искренне уверен в этом. Может быть это из-за ее социального положения и нашей семьи или была еще какая-то причина. Но в конце концов, сколько бы я не просил, Лутц отказывался рассказывать мне.

— Я хочу поговорить о тебе, а не о Тули, — с ухмылкой перевел он тему. — Ты уже принял решение, верно? Я вижу это по твоим глазам.

Я хмыкнул в ответ.

— Я хочу работать в компании «Плантен». Я бы предпочел работать с книжками и игрушками, а не защищать город или продавать украшения для волос.

— Ах, Майн... Ты действительно вырастила из него книжного червя, да?

Лутц пробормотал что-то совсем тихо себе под нос, поэтому я не смог расслышать его слов. Я попросил его повторить, но он только покачал головой. Похоже у него куда больше секретов, чем я думал.

— Если ты действительно хочешь присоединиться к компании «Плантен», то тебе нужно обратиться к дяде Гюнтеру и остальным, чтобы получить разрешение учиться там, — сказал Лутц. — Сейчас самое лучшее время, так как метели начали стихать.

— Обучение?

— Мне было трудно стать торговцом, так как я сын плотника, и тебе тоже будет не просто, так как ты сын солдата. Мы позволим тебе пожить в компании «Плантен» примерно дней десять, и проведем все необходимое обучение.

Я уже мог читать и считать благодаря своим игрушкам и книжкам с картинками, но оказывается мне нужно знать куда больше о том как думают торговцы, и о том, как устроен их мир. Прислушиваться к советам Лутца определенно было лучшим вариантом для меня, ведь он уже однажды прошел по этому пути.

— Я поговорю с Марком и мастером Бенно, — сказал Лутц. — Но я почти уверен, что они не откажут и сразу примут тебя.

— Правда?!

Лутц усмехнулся и кивнул.

— Весной в магазине становится больше посетителей, а грядущее лето будет еще тяжелее, из-за нашей поездки в Кирнберг. Зато зимой у меня куда больше свободного времени. Я несовершеннолетний и не могу посещать замок, поэтому все именно так.

В конце зимы мастер Бенно и дапла из его компании заняты посещениями замка, но работа Лутца заканчивается как только он разбирается с подготовкой книг и учебных материалов из мастерской Розмайн.

— Тебе нужно будет поработать над своей речью, осанкой и этикетом, — продолжил Лутц, перечисляя те области, где мне нужно получить больше знаний. — Но прежде всего, обязательно получи разрешение от мамы и папы. Жизнь очень тяжела, когда у тебя нет поддержки родителей.

Казалось он говорит о чем-то довольно личном, но я был уверен, что все будет в порядке. Мама и папа точно поймут. Это было словно, перед моими глазами распахнулась дверь в мое будущее и остался всего один шаг. И это ощущение волновало мое сердце.

— Лутц, я сделаю все, что в моих силах.

— Ага. Дерзай.

Послышался тихий стук, когда пару упали на снег неподалеку. Новички собирали плоды с деревьев намного быстрее, чем мы с Лутцем. Дирк и Конрад когда-то демонстрировали такую же скорость.

— Почему для них это так просто? — спросил я.

— Кто знает? О, посмотри. Дядя Гюнтер машет нам. Похоже, он зовет тебя, Камилл.

— Да!

Я залез на дерево пару, чтобы поменяться местами с папой.

— Мы почти закончили, Камилл. Позаботься об остальном, — сказал он, спрыгивая вниз мимо меня.

Я снял перчатки и схватил первый пару за стебель, пытаясь его согреть. Пока я ждал, Дирк выглянул из-за ближайшей ветки и сказал.

— Кажется ты в хорошем настроении, Камилл. Руки не мерзнут?

— Да, но... Дирк, когда придет весна, я возможно приеду в приют, чтобы посмотреть на мастерскую Розмайн. Лутц сказал, что госпожа Розмайн даст мне разрешение, если я присоединюсь к компании «Плантен».

— Правда?! Не могу дождаться! — воскликнул Дирк, радостно улыбаясь. Мысль о том, что однажды придется работать с ним и Конрадом была просто потрясающей.

Свет начал проникать сквозь ветви, отмеряя конец нашей вылазки. Пару засияли, как драгоценные камни, а деревья начали раскачиваться взад и вперед, как будто они вдруг ожили. От их движения в лесу разнесся громкий шорох.

Я сразу же слез на землю и увидел, как деревья пару начали исчезать. Новички, которые увидели это впервые в жизни, были в полном шоке. Деревья вытянулись вверх, в небо, а после втянулись в землю и полностью исчезли.

Нам всем было пора возвращаться домой, поэтому мы поставили корзину с пару на сани и двинулись обратно. Папа хотел убедиться, что дети из приюта благополучно вернутся обратно, поэтому мы проводили их до самых ворот. Вернуться в город было труднее, чем покинуть его, а поскольку страж дневной смены не был тем же человеком, что выпустил Лутца и остальных, новых сирот могли бы не пустить назад. Папа собирался поговорить со стражниками и убедиться, что всех пропустят.

— Сейчас в воздухе витает напряжение, поэтому стражники не пропустили бы вас просто потому, что узнали тебя и Гила, — объяснял папа Лутцу. — Убедись, что в следующий раз вы сначала подойдете ко мне. Мое слово имеет больше веса.

— Спасибо, дядя Гюнтер.

Как и обещал, папа поговорил со стражниками, и воспитанников приюта без проблем пропустили в город. По дороге домой, прямо перед тем, как мы свернули за угол, папа передал пару Гилу.

— Отнеси это госпоже Розмайн, — сказал он.

— Я сохраню его в ледяной комнате и прослежу за тем, чтобы она его получила.

— Я рассчитываю на тебя.

Нееет... Мой пару...

Их было так трудно собирать, но папа всегда отдавал один фрукт в приют для госпожи Розмайн. Это было странно — Дирк, Конрад и все в моей семье, казалось, слишком сильно любили госпожу Розмайн, даже с учетом того, что она обеспечила работой многих из них.

***

В тот вечер, после ужина, я решил рассказать родителям о своих планах на будущее. Они обменялись встревоженными взглядами, а потом мама начала разливать чай. Папа немного поерзал на стуле, отхлебнул из чашки, поставленной для него на стол и внимательно посмотрел на меня.

— О чем ты хочешь поговорить? — спросил он голосом в несколько раз тише, чем обычно.

Я боялся, что они могут отказать, но упрямо сжал кулаки и посмотрел на них в упор.

— Мама. Папа. Я хочу делать книги с Лутцем! — объявил я. — Я хочу работать в компании «Плантен» и распространять повсюду новые книги!

Внезапно у мамы и папы на глазах появились слезы. Я не мог понять почему. Я ожидал, что они откажутся, или что папа спросит меня, почему я не хочу стать солдатом.

— Вы не хотите, чтобы я?..– спросил я, опустив голову вниз.

— Нет, нет, — мама замахала рукой, второй вытирая глаза. Она встала и подошла ко мне, с противоречивым выражением лица гладя меня по голове. — Если ты хочешь делать новые книги, я не буду тебя останавливать. Я на твоей стороне. Просто делай все возможное.

Папа согласно кивнул. Другими словами, теперь у меня было разрешение на то, чтобы стать учеником в компании «Плантен».

Я буду делать книги! Я вырасту таким же как Лутц!