***

— Где ты была?

Знакомый голос окликнул Сабину, как только она открыла дверь. На мгновение она, недоумевая, замерла в дверном проеме. Человек, которого она не могла даже представить здесь, гордо сидел на кресле в ее комнате.

— Саймон?

После того как принц ушел, она вернулась в комнату, сообщив Мелиссе, что той больше не нужно готовить закуски.

Кто бы мог подумать, что за время ее краткого отсутствия сюда заявится такой нежеланный гость.

Сначала Сабина оскорбилась тем, что он ворвался в ее комнату без предупреждения, но быстро взяла себя в руки. Если бы он послал кого-то за ней, то уже стало бы известно, что она встретилась с принцем.

«Похоже, сегодня не мой день».

Сначала встреча с принцем, а теперь ей предстоит общение со строгим дедушкой. И без того измученная, она вновь попала в неприятную ситуацию.

Сабина вздохнула и шагнула внутрь, понимая, что не может просто стоять в дверях.

— Я просто вышла на задний двор подышать свежим воздухом, — ответила Сабина, встав перед Саймоном.

Сегодня был день лжи во многих отношениях.

Сабина не могла просто так признаться, что встречалась с принцем, поэтому не стала уточнять, с кем именно она была.

Саймон, похоже, даже не подозревал, что Сабина уже успела встретиться с принцем. Он предложил ей сесть, и Сабина заняла место напротив него.

Интересно, с какой целью он пришел сюда.

Сабина осторожно начала разговор.

— Что привело Вас сюда...?

— В прошлый раз ты сказала, что угостишь меня чаем, когда я приду к тебе сюда.

Глаза Сабины расширились от неожиданности.

Она правда так сказала, но не ожидала, что он действительно придет сюда ради такого пустяка.

Разве уместно для них мирно беседовать за чашкой чаем в таких обстоятельствах?

Сабина чувствовала себя неуютно рядом с Саймоном.

Нет, даже больше, чем неуютно - она испытывала к нему глубокую неприязнь и злость.

Она прикусила губу, вспоминая надменный совет принца.

«Говорите, в этом мире существует хитрость?»

Это просто смешно.

Почему она должна угождать этой семье, которая и на семью-то не похожа.

Да, возможно, в совете принца была доля правды.

«Проявление любви» можно трактовать по-разному, зависимости от того, как это воспринимает человек.

Сабина вспомнила странный взгляд Саймона, который она заметила при их последней встрече. Это было чувство, которое можно описать только как тоску.

До сих пор Сабина думала, что Саймон и Бенджамин ненавидят ее за то, что она была рождена из-за ошибки ее отца.

Неожиданно для себя, она поняла, что через нее они скучали по ее отцу, который "никогда не совершал ошибок".

«Но что с того?»

Теперь Сабина поняла, что чувства Саймона к ней не ограничиваются одним лишь презрением. Однако для нее не имело значения, было ли его поведение действительно издевательством или чрезмерной заботой.

Даже если в том, как он смотрел на ее, было что-то смутно нежное, какой в этом толк? Его единственным способом выразить это был кнут.

— Вы пришли так внезапно. Моя горничная сейчас отсутствует, так что на подготовку мне понадобится довольно много времени.

Сабина ясно дала понять, что хочет, чтобы он ушел.

Она предполагала, что Саймон вот-вот упрекнёт её за отсутствие гостеприимства.

Сабина ожидала, что раздраженный Саймон цокнет языком и уйдет.

Но, вместо того чтобы подняться со своего места, он любезно предложил ей поговорить.

— Тогда забудем о чае, давай просто поговорим.

Давай поговорим. Саймон всегда только отдавал ей приказы и никогда не спрашивал мнения Сабины.

Хотя незнакомое предложение озадачило ее, Сабина промолчала и терпеливо ждала, пока он расскажет о цели своего визита. Очевидно, что у него была веская причина проделать такой путь.

После минутного колебания Саймон оперся локтями на бедра и сцепил руки.

Наконец, он заговорил с несвойственной ему осторожностью.

— Чай… что ты подала мне на днях. Ты узнала о нем от своего отца?

Казалось, что он с трудом подбирал слова, так что, вероятно, именно об этом он хотел поговорить.

Саймон всегда старался избегать разговоров о своем старшем сыне.

Ему, вероятно, было неловко упомянуть Лиама в присутствии внучки, которой даже не позволили присутствовать на поминальной службе.

Тем не менее, он не смог удержаться и пришел сюда, вероятно, из-за того, что в прошлый раз Сабина приготовила чай по рецепту своей бабушки.

И предположение Саймона на самом деле было весьма близко к истине.

Сабина узнала рецепт из дневника своего отца.

— Нет.

Саймон вздохнул, но было сложно понять испытал он облегчение или разочарование от простого ответа Сабины.

Саймон, проведя рукой по лицу, смущенно объяснил.

— … Да, наверное, я спросил что-то бессмысленное. Дело в том, что тот чай... когда твоя бабушка была еще жива...

— Дороти часто готовила для Вас ромашковый чай с медом, верно? — перебила его Сабина, задавая вопрос.

Саймон вопросительно нахмурил брови.

— Разве ты не сказала, что твой отец не рассказал тебе о нем? – спросил он слегка смущенным голосом.

— Мой отец не рассказывал мне об этом. Но этот рецепт я узнала от него.

— Как это…?

— Я прочла о нем в дневнике отца.

Как только она закончила фразу, кресло, на котором сидел Саймон, громко заскрипело.

Реакция оказалась сильнее, чем она ожидала.

Его зрачки задрожали от растерянности, как только он обнаружил след своего покойного сына.

Даже Саймон, которого называли бессердечным аристократом, не мог полностью отказаться от своего заблудшего ребёнка.

Он внезапно вскочил и спросил с настойчивостью, которой она прежде никогда не видела.

— Дневник Лиама? Где он? Ты оставила его в родном доме? Или...?

— Он принадлежал отцу.

Саймон глубоко вздохнул, словно впервые услышал о смерти Лиама.

Сабина спокойно продолжила объяснения, глядя ему в глаза.

— После похорон отца мы собрали его личные вещи и сожгли их перед его могилой, чтобы отправить ему.

— …

— Так что теперь его больше нет.

Сабина рассказала Саймону о существовании дневника не потому, что хотела подарить ему воспоминания. А скорее потому, что хотела забирать их.

Она никогда не разделит с Саймоном воспоминания об отце.

Он потерял на это право, когда хладнокровно отверг внучку, которая пришла к нему в годовщину смерти сына, в первый год пребывания Сабины в семье Шарлотт.

Потеря драгоценного сына стала результатом его неправильного выбора.

— Вот как…

Пробормотав эти слова Саймон, который какое-то время растерянно моргал, снова сел на свое место.

Волнение улеглось, но было очевидно, что он все еще ошеломлен.

Опустив глаза, он неуверенно произнес.

— Может быть, ты помнишь что-то еще? Возможно, там было что-нибудь... обо мне?

Было видно, что ему любопытно, как он был описан в дневнике сына.

На самом деле, дневник был написан во времена юности ее отца, но в сложившихся обстоятельствах, Саймон, вероятно, предположил, что он был написан после его ухода из дома.

Сабина понимала его чувства, но она также осознавала, что ведет себя он слишком бессовестно. Если бы слова Сабины были правдой, то более бесчувственного допроса, чем этот и представить нельзя.

Как он мог не понимать, что горе маленького ребенка, потерявшего отца, столь же безмерно, как и его собственная рана?

Он действительно был ужасно жесток с Сабиной.

Она была готова к жестокому обращению, но Сабина даже представить себе не могла, что он может так мучить человека.

Саймон был ненормально одержим поведением и обучением Сабины, даже не пытаясь заглянуть в ее внутренний мир.

Осуждения и оценка стали привычными, словно она была недостойна теплого взгляда или утешительного слова.

Они медленно душили Сабину. Они медленно душили ее, не давая произнести и слова, позволяя лишь медленно умирать в тишине.