Элизия разразилась смехом, когда ей опять дали пощечину. Ведь забавно было видеть, как графиня проявила свою истинную сущность, стоило Элизии немного воспротивиться ей. Как тяжело, должно быть, такому человеку было вести себя культурно.

– Вы снова меня ударили.

– Как ты посмела вот так скрыться?

Она не знала, о чем графиня говорит. И сейчас этот бессмысленный разговор начинал ее раздражать.

– Скажите мне, почему вы отправились искать меня. Или мне сказать это первой?

– Что... Что ты знаешь?!

– Я слышала это. Прошлой ночью.

Стоило ей упомянуть прошлую ночь, как в карете стало тихо как на похоронах. Именно тогда выражение лица графини, словно ей хотелось сказать: «О боже», выглядело особенно отвратительным.

– Вы предложили мою руку.

– ..

– Также это связано с эрцгерцогом Рафаэлем. Как бы мало я не знала о мире, история эрцгерцога Рафаэля была мне известна.

Эта семья была знаменита событиями, которые произошли с семьями, которые хотели породниться с эрцгерцогом Рафаэлем. Из-за этого никто не мог легко влиться в герцогскую семью.

– Если я исчезну, когда выйду замуж, мадам будет очень неловко.

Несмотря на то что графиня не велела Элизии садиться, девушка откинулась на спинку сиденья в карете. Мягкие подушки, казалось, забрали усталость после трудного дня.

Возможно, графиня скорее бы оставила ее стоять.

Но когда ей стало обо всем известно, она не смогла страдать, потому что теперь обезумела. Она собиралась по меньшей мере насладиться свободным временем, пока не отправится к Деймону.

– Я сяду. Я так много работала сегодня.

– Ты... Ты правда сошла с ума?

– Что, если я снова сбегу или покончу с собой? По крайней мере, пока не станет известен ответ, вы во мне нуждаетесь, верно?

Это была азартная игра. Это походило на эксперимент, целью которого служило проверить, насколько графиня будет подчиняться ее требованиям.

– Не пойми меня неправильно. Ты, кажется, думаешь, что что-то сделала, но почему кого-то вроде тебя приняли в герцогский дом?

Несмотря на то что все карты уже были вскрыты, графиня все еще блефовала.

– Тогда почему, как вы думаете, меня приняли в семью?

– Это...

– Вы знаете? Пять лет. Что пять лет значат для эрцгерцога Рафаэля.

– Как ты...

И снова: графиня прекрасно знала о секретах эрцгерцога Рафаэля. Этот секрет был ей известен, так что она сделала предложение их семье.

– И все равно это слишком. Как бы хорошо вы ни были осведомлены насчет этого секрета, вы знаете, что означает выйти замуж в семью эрцгерцога Рафаэля.

Предпоследний эрцегцрог Рафаэль был единственным в их семье неженатым господином. Согласно правилам эрцгерцогской семьи, эрцгерцог должен был жениться, чтобы назначить себе преемника. Это было связано с тем, что, учитывая малую продолжительность жизни в семье, преемник был абсолютно необходим, то есть если бы он был, то необходимость жениться не возникла бы.

Было достаточно всего одного преемника, но предыдущий эрцгерцог был приверженцем теории насчет того, что выживают только сильные. Так что считал, что его наследник должен быть сильнее него. Поэтому не стал жениться и «делать» собственных детей. Можно было сказать, что он сделал это специально. Он знал, что когда умрет, за его титул разразится битва.

Деймон выжил в этой свирепой войне. Его сила оказалась ошеломляющей. Он убил всех своих братьев и стал сильнейшим эрцгерцогом всех времен.

– Нынешний эрцгерцог Рафаэль объявил, что он не женится.

Конечно, это не означало, что у Деймона были дети, как у его отца. Он просто хотел, чтобы род эрцгерцогов Рафаэлей оборвался на нем.

– Но ему не поверили и отправили в эрцгерцогство предложения о браке.

Все семьи, отправившие предложения о браке в эрцгерцогство, получили возмездие. Каким бы оно ни было, Деймон не отпустил бы их. Им, переполненным ужасом, давно перестали посылать предложения о браке. И удивительно, что графиня это сделала.

– Разве вы не боитесь возмездия? Или... Все дело в том, что я – балласт, от которого можно избавиться?

– Если тебе уже все известно, ты должна отыскать хоть какой-то смысл.

Конечно, Элизия полагала, что графине не будет жаль, но от ее наглости стало только хуже.

Разве она не должна была по крайней мере притвориться, что ей жаль?

– Я хочу, чтобы ты отплатила за мою милость к тебе.

– Отплатила за милость?

– Да.

Услышав требование графини отплатить, Элизия ошеломленно вздохнула. Замужество за Деймоном и стало бы ее платой за «милость». Нужно было сказать что-нибудь, что имело смысл понимать. А это и правда была чушь.

– Разве оно того не стоит?

– Что вы имеете в виду?

Элизия притворилась, что ничего не знает. Казалось, графиня думала, что Элизия просто наслушалась сплетен горничных и притворяется, будто в курсе насчет Деймона. Но вопреки ее ожиданиям, Элизия знала Деймона лучше, чем кто бы то ни было.

Девушка молча улыбнулась. Это ведь она привела его в этот мир. Это она знала Деймона лучше кого бы то ни было на свете, не считая ее подруги – автора первоисточника.