Оба пялились друг на друга. И Юнь и Лянь Чэнюй достигли критической точки в своём противостоянии. Первым настоящим врагом И Юня в этом мире стал именно Лянь Чэнюй.

– Лянь Чэнюй, я хочу сразиться с тобой! – выпалил И Юнь в сердцах, сдерживая себя уже очень долгое время. Он наконец обрёл необходимую силу, и теперь даже если Лянь Чэнюй и Яо Юань вместе нападут на него, И Юню было нечего бояться.

В таких обстоятельствах, единственное, что И Юнь желал больше всего – это зверски избить Лянь Чэнюя. И если возможно, он хотел искалечить Лянь Чэнюя так, чтобы тот не восстановился до самой смерти!

Мелкий ублюдок, какого хера ты творишь?

Лянь Чэнюй не знал, что случилось с И Юнем, он лишь чувствовал, что этот пацан слегка изменился. Однако, он не мог сказать, что в нём изменилось.

– Гм! Для чего всё это? Погоди, только не говори, что ты хочешь подраться со мной? Ты ещё не достоин этого! – Лянь Чэнюй сжал свой голос в линию, отправив его напрямик в ухо И Юня на десятки Чжанов.

И Юнь не знал этой техники. Чтобы разговаривать с Лянь Чэнюем ему приходилось кричать, отчего он мог выглядеть довольно глупо.

«Чёрт, я должен узнать эту технику.»

Основываясь на новеллах, прочитанных в прошлом, И Юнь знал, что для мастера, открывшего Жень-май и Ду-май, не составит труда выучить подобную технику.

Но даже если он не имел возможности говорить, это не значит, что у него не было других способов ответить.

Он поднял руку, и указав на Лянь Чэнюя, разжал мизинец на руке. Даже в другом мире, этот жест означал презрение к человеку, сильно провоцируя людей. Лицо Лянь Чэнюя застыло:

– Ты покойник!

И Юнь лишь усмехнулся, проигнорировав Лянь Чэнюя.

Высокомерие?

Именно, это было высокомерно!

И Юнь не был сдержанным человеком. В прошлом ему приходилось постоянно сдерживаться, потому что он был слабым человеком, и потому мог лишь терпеть. Но теперь он обрёл настоящую силу, и никто в племени Лянь больше не мог угрожать ему. Так зачем ему сдерживаться?

– Жалкий раб, как ты смеешь так неуважительно относиться к своему господину? – Тао Юньсяо, стоящий неподалёку, заметил ситуацию с И Юнем. Он вспомнил слова Лянь Чэнюя, что И Юнь был из племени Лянь. Для Тао Юньсяо такой соплеменник был равнозначен рабу.

Но этот раб посмел поднять мизинец на Лянь Чэнюя. Такая наглость заслуживает смерти.

Тао Юньсяо принадлежал к правящему классу и занимал то же положение в племени, что и Лянь Чэнюй в своём. Потому он не мог терпеть бунт раба против своего господина, ведь он сам был таким же господином.

– Пацан, ты слишком высокомерен, – Тао Юньсяо тоже знал, как сжать свой голос в линию, и намеренно атаковал своим голосом И Юня, словно иглой, прокалывая его барабанные перепонки.

И Юнь посмотрел на Тао Юньсяо. Этот человек был до крайности высокомерен, лишь потому, что этот мир позволил ему быть столь высокомерным, и если появится кто-то наглее и высокомернее его, то это бросит вызов его авторитету. И тогда он не успокоится, пока не уничтожит этого человека.

Хотя у И Юня не было никакой ненависти к Тао Юньсяо, вроде его ненависти к Лянь Чэнюю. Но И Юнь подумал, что этот малыш всё же заслуживает хорошей порки.

И Юнь не знал, как передать свой голос в уши собеседнику, потому ему лишь оставалось вновь поднять руку и показать мизинец, но теперь уже Тао Юньсяо.

Он был на пике Сборщика Ци, и Тао Юньсяо ещё не прорвался в сферу Пурпурной Крови, иначе он бы не стал принимать участие в предварительном этапе отбора. И раз их развитие на одном уровне, то кто из них ещё должен бояться?

«Блять!» – на лбу Тао Юньсяо выступили вены, образовав крест. Он никогда не думал, что этот мелкий раб будет столь наглым, что даже его спровоцирует!

Да ты смерти ищешь!

– Истину говорят, новорождённые телята не боятся тигров, да ты знаешь кто я такой?! Отлично! Я сделаю всё, чтобы ты сожалел о содеянном до конца своей жизни! – прорычал Тао Юньсяо.

И Юнь засмеялся, потому что фраза про тигра лучше всего относилась к самому Тао Юньсяо.

Четырнадцатилетний ребёнок, который прежде никогда не сталкивался с неудачами, не знал своих пределов.

Подавляющее большинство людей в мире подсознательно думает, что они не такие, как все, и даже самый последний дебил мог так думать.

Тао Юньсяо считал себя экстраординарным человеком и мастером нового поколения, который однажды покинет Божественное Королевство Тайэ.

И Юнь проигнорировал Тао Юньсяо и большими шагами направился к рогу зверя!

Он ещё не закончил поглощать энергию!

Вся энергия, что недавно поглотил фиолетовый кристалл, была израсходована на прорыв к пику Сборщика Ци, и потому И Юнь ощущал, что в его теле почти не осталось энергии.

И находясь в подобном состоянии, лишь дурак упустит возможность поглотить такую высококачественную энергию.

И Юнь хотел не просто поглотить, он хотел насытиться ей досыта!

Что же касается энергии Лютого Небесного Тигра, от которой он ранее пострадал, сейчас она была чрезвычайно приятна для И Юня. Также это давление от Тигра позволило ему поглощать энергию даже более эффективно, и эта энергия, насильно поглощённая фиолетовым кристаллом, быстро входила в его плоть и кровь.

И при подобных обстоятельствах, неудивительно, что И Юнь хотел подойти поближе к рогу.

Увидев, как И Юнь начал шагать в сторону рога, Тао Юньсяо презрительно улыбнулся:

– А ты довольно упрям, жалкий раб. Я хочу увидеть, как далеко ты сможешь зайти. И ты не собираешься вытереть пот с себя?

Слова Тао Юньсяо были довольно язвительны, но И Юнь полностью проигнорировал его.

Начав идти в сторону рога, пусть его шаги и были лёгкими, но скорость И Юня была недостаточной для него, ведь он хотел поглотить энергию рога, а также использовать давление ауры, чтобы укрепить своё тело.

Лянь Чэнюю удалось встать только через пару минут.

Было трудно поверить, что этот мелкий ублюдок не только не получит серьёзных травм, но и останется способен идти вперёд, после этого сильного рыка Лютого Небесного Тигра.

Стоит сказать, что если отбросить узколобость и зависть Лянь Чэнюя, то он был настойчивым и упорным человеком, особенно при занятии боевыми искусствами.

И Юнь, Лянь Чэнюй и Тао Юньсяо – все они направились к рогу зверя. Осталось немного людей, готовых продолжить тест, лишь около двенадцати, но кроме этих троих, все остальные ещё лежали на земле после рыка.

Многие люди уже прошли тест, но они были отброшены огромной силой и сильно пострадали. И потому они были вынуждены отступить на безопасное расстояние.

Дух человека состоит из 20% силы, 20% смелости, 20% решимости и 20% упорства. Это был глобальный тест человеческих качеств. Если чего-либо не хватало, человек мог выделиться в другом аспекте, и тогда сможет хорошо выступить на предварительном этапе.

– Этот малыш… На самом деле посмел показать мизинец другим, это так высокомерно и по-детски, но… Мне это нравится! – засмеялся старик Су, поглаживая свою бороду.

– Учитель, как И Юнь смог так неожиданно прорваться? – недоверчиво спросила Линь Синьтун.

– Он прорвался под давлением ауры. Иногда воины прорываются через узкие места под давлением. Например, перед лицом опасности или рискуя своей жизнью, некоторые воины могут прорваться, тем самым выбираясь из лап смерти. Это замечательная способность. Как правило, такие люди обладают огромным Духом, и могут легко выжить даже в самые трудные времена, что позволит им в будущем многого достигнуть.

Линь Синьтун не могла поверить, что старик Су сказал всё это всерьёз, ведь у И Юня не было таланта.

Судя по всему, пусть телосложение И Юня плохое, но во всех остальных аспектах, будь то Дух или восприимчивость, он идеально подходил под требования гения боевых искусств.

Мог ли такой человек когда-нибудь разорвать оковы своего недостатка таланта и достичь величия?

Линь Синьтун не знала этого, как и не знала того, есть ли у неё хоть маленькая надежда на то, что она в будущем сможет восстановить свои меридианы.

Пока Линь Синьтун думала об этом, И Юнь уже продвинулся на восемь шагов.

Ноги И Юня были коротки, так что даже сделав восемь шагов, он был далёк от границы в десять шагов.

В этот момент Лянь Чэнюй как раз достиг этой границы.

На границе в десять шагов давление снова возросло. Лянь Чэнюй надменно взглянул на И Юня.

И глубоко вдохнув, он поднял ногу, чтобы шагнуть дальше…

*Бух!*

Лянь Чэнюй почувствовал, как густой и кровожадный дух окутал его, и через секунду ему почудилось, что он находился посреди моря крови во время жестокой бойни.

Тело Лянь Чэнюя вдруг затряслось и с оглушительным рёвом, его кости начали щёлкать и трещать. Зеленые вены выступили на шее, в его попытке сдержать бесконечное убийственное давление.

*Пэн!*

Лянь Чэнюй опустился на колени, руками оперевшись на землю. Его глаза были красными, а сам он тяжело дышал. Его щёки раздувались как у жабы, и было ясно, что он достиг своего предела. Но всё же ему удалось пересечь границу в десять шагов!

«Я смог!»

Лянь Чэнюй сжал кулаки. Из его носа шла кровь, всё тело было пропитано потом, а сам он находился в тяжёлом состоянии, но он всё же справился.

Он был бесконечно рад тому, что стал одним из лучших на отборочном этапе!

Помимо девяти воинов Пурпурной Крови, которые не участвовали в отборочном этапе, также кроме Тао Юньсяо и горстки элиты из племени Тао, больше никто не мог сравниться с Лянь Чэнюем.

На основе рейтинга отборочного этапа, если он сможет сохранить текущую позицию, то без проблем пройдёт Королевский отбор!

«Замечательно!» – Лянь Чэнюю хотел громко смеяться, но он уже израсходовал все силы, и потому не смог выдавить из себя смех.

Внезапно, Лянь Чэнюй понял, что И Юнь уже был рядом с ним.

Пока Лянь Чэнюй справлялся с давлением, И Юнь неспешно подошёл к границе десяти шагов своими короткими ногами.

Уголки рта Лянь Чэнюя слегка приподнялись, изобразив презрительную улыбку. Он прошёл испытание аурой истребления, и знал, насколько она страшна. Даже обладая огромным боевым опытом, он был на грани помешательства от страха перед этой жаждой убийства. А И Юнь был лишь ребёнком, который собирал травы на горе и копал грязь, чтобы поесть. Как такой сосунок мог выстоять перед настолько сильной аурой истребления?

Многие люди в этом мире, возможно, обладали талантом, но даже им приходилось тренировать себя, чтобы постепенно высвободить свой потенциал.

А какая могла быть тренировка у И Юня?

Лянь Чэнюй желал увидеть, как И Юнь потерпит неудачу. Он сам только что перенёс очень болезненную нагрузку, поэтому вид кого-то страдающего сильно поднимет его настроение.

Но спустя время, всё пошло не так, как он ожидал…

Лянь Чэнюй увидел, как нога И Юня поднялась и пересекла границу десяти шагов. Но он даже не замедлил шаг.

Он просто перешагнул

Просто перешагнул.

Просто…

Лянь Чэнюй был ошеломлён, пристально смотря на И Юня огромными глазами, словно припухшие веки у аквариумной золотой рыбки.

И не только Лянь Чэнюй, Тао Юньсяо, стоящий неподалёку, тоже заметил это и обалдел от происходящего.

Да как такое возможно?!