Пока И Юнь шел к своему месту, все на арене смотрели на него.
В этот момент, с арены раздался слабый голос: «И…И Юнь…»
И Юнь остановился и обернулся. Это был Цюню. Он не мог говорить громче, так как сабля И Юня разрезала его грудь, что привело к проблемам с дыханием.
«Это движение… откуда ты узнал его?» Цюню было сложно выговаривать каждое слово. Несмотря на то, что врачи советовали ему не разговаривать, он их не послушал.
«Несколько дней назад один старик отвел меня куда-то, что бы я выучил это движение». И Юнь не скрывал этого факта. Но тем не менее он не сказал, что это была именно гробница под Божественным Городом Тайэ, так как это была тайна, и многие в городе не знали о ее существовании.
«Несколько дней…» Цюню вдруг вспомнил, что И Юнь где-то пропадал последние несколько дней, и криво усмехнулся: «Я понял ... Ты исчез на несколько дней ... чтобы получить понимание о сабле ...»
Ему потребовалось всего несколько дней, чтобы узнать такую ужасающую технику сабли?
Это невозможно было представить ...
«Как называется это движение?» - снова спросил Цюню. Когда И Юнь делал какой-то ход, он не выкрикивал его название, как Цюню.
И Юнь слегка запнулся, прежде чем ответить: «Властвовать Безраздельно!»
Так И Юнь назвал это движение сабли. Это было обосновано тем, что это движение было взято из понимания 32-х Слов Истины Сабли.
Будь то Цюню или кто-либо еще из зрителей, они никогда бы не распознали движение. Но все они знали, что движение сабли И Юня было ужасающим.
«Властвовать Безраздельно… хорошее движение!»
Цюню не сказал больше ни слова, с арены на носилках его вынесли доктора.
Поражение Цюню и его серьезная травма означали, что он больше не мог сражаться с культиватором ветераном, который занимал 2800-ую позицию.
Что касается ранга Цюню, то он понизился до 10 003, так как он проиграл И Юню.
Но это не повлияло на ранг Цюню среди новобранцев. Рейтинг в соревновании новичков составляется на основе самой высокой позиции, которую новобранец достиг за все время.
Таким образом Цюню будет на третьем месте, а И Юнь на втором.
И у него еще есть три попытки!
Кого он вызовет следующим, может быть лучшую среди новичков Чу Сяожань?
Сердца людей сжались, когда они подумали об этом. Но независимо от того, кого он вызовет, это без сомнения будет интереснейшая битва!
….
В это время, в центральной божественной башне…
Цан Янь и Старейшина Цзянь Гэ снова играли в шахматы. Эти два старика заваривали чай. Они играли в шахматы и в тоже время наслаждались чаем. Им, с их уровнем, было непросто совершенствоваться дальше, поэтому они просто стали вести праздный образ жизни. Они оба могут играть еще много дней в шахматы.
Что касается соревнования новичков, они только изредка обращали внимание на него, пока играли в шахматы. Соревнование новичков не было чем-то важным для людей их уровня.
Цзянь Гэ и Цан Янь считались Старейшинами Божественного Города, которые больше всего заботились о новичках. Что касается людей, вроде Лорда Божественного Города Тайэ, они обычно десятилетиями посещали затворнические тренировки. Если кто-то спросит их, например, кто такой Цинь Хаотянь, они ответят, что никогда не слышали этого имени ранее.
«Я говорю, старик Цзянь, ты недавно был на Южно Острове и взял 900 грамм Цзинь Ло Чунь, не так ли? Почему ты не заварил его? Не попить его, это такая трата небесного сокровища!»
Цан Янь глотнул чая. В данный момент он пил лучший чай, который питает меридианы и Даньтянь. Чашка этого чая была бесценной. Но он все еще хотел Цзинь Ло Чунь.
Цзяь Гэ закатил глаза и был не в силах ответить ему. «Разве ты сегодня не забрал И Юня из гробницы сабли? Как он?»
Цан Янь почесал подбородок, будто не зная, что сказать.
«Это… это сложно объяснить! Когда я сказал И Юню выходить, он выглядел очень уверенно, как будто он что-то понял. Но если подумать, то он всего лишь пробыл там короткий период времени, поэтому существует малая вероятность, что он мог что-то понять. Я думаю, позволить ему еще раз прийти в гробницу сабли, что бы он попробовал получить еще более глубокое понимание за несколько дней. Тогда я подготовлю оппонента подходящего калибра, чтобы он смог вступить с ним в битву, и проверить результаты своих тренировок!»
Старейшина Цзянь Гэ потерял дар речи, когда услышал это. Он подержал шахматную фигуру в руке, и поставил ее на стол, и рявкнул: «Ты хочешь снова пустить его туда? Ты думаешь гробница сабли это столовая Божественного Города Тайэ!?»
«Для культиватора Пурпурной Крови, войти в гробницу сабли в первый раз и выйти оттуда через пару дней, получив какую-то уверенность, значит только то, что он пошел не по тому пути. Не говори мне, что ты не знаешь чем это может обернуться. Ты планируешь через несколько дней привести в гробницу сабли и меча Чу Сяожань и Цюню, чтобы посмотреть смогут ли они достичь чего-либо?»
После допроса Старейшины Цзянь Гэ, Цан Янь ничего не ответил. Он тоже думал, что И Юнь сбился с пути в своем изучении.
Он тихо сказал: «Забудь Цюню, но я думаю, что у Чу Сяожань есть потенциал, так что можно попробовать. Она смогла получить некое понимание истин в юном возрасте и у нее отличные перспективы. Кроме того, она также использует меч».
Услышав слова Цан Яня , Цзянь Гэ колебался. : «Старик Цан, нам нужно быть осторожными. Эти гении имеют малый шанс стать мудрецами, мы не должны разрушать их будущее. В последний год в Божественном Королевстве Тайэ произошел ряд событий, таких как Рождение Пурпурных Облаков в Пустынном Облаке и перемещение орды зверей в Божественной Пустоши. Кто знает, если что-то серьезное случиться… Воспитывать новое поколение, это всегда хорошо…»
Когда Цзянь Гэ говорил это, он услышал сообщение из-за двери, переданное по Юань Ци.
«Подчиненный Гуй Бай просит встречи со Старейшиной Цзянь Гэ».
«Гуй Бай?» - немного подумал Цзянь Гэ. Гуй Бай был правоохранителем на соревновании новобранцев. Он должен был быть еще на арене.
«Входи. Что случилось?» - легко спросил Цзянь Гэ.
Гуй Бай, который был одет в черный плащ, толкнул дверь и вошел в комнату. Он снял свой капюшон и сложил руки в приветствии: «Этот подчиненный присутствовал в этом году на соревновании новичков, и в одном из сражений произошло что-то особенное. Этот подчиненный не был уверен, что это было, и принес дисковой массив с записью для двух Старейшин, чтобы они подтвердили это!»
Гуй Бай передал дисковой массив.
Цзянь Гэ посмотрел на Гуй Байя с некоторой неопределенностью. С каким таким боем ему и Цан Яню нужно ознакомиться?
В этот момент Гуй Бай положил дисковой массив на стол и ввел в него свою Юань Ци. Дисковой массив начал испускать свет и воспроизводить видео.
Это был бой Цюню и И Юня!
«О? Этот маленький негодяй немедленно бросил вызов Цюню? Он определенно уверен в себе!»
В конце концов, И Юнь имел обычное происхождение. Было не просто достичь такого уровня, чтобы через три месяца нахождения в Божественном Городе Тайэ вызвать Цюню, который был гением из затворнической семьи.
Гуй Бай ничего не говорил и стоял в стороне, держа руки вдоль туловища. Видео с дискового массива было достаточно, чтобы показать Цянь Гэ и Цан Яню, что было особенного в этой битве.
На кадре с дискового массива появился ожесточенный бой Цюню и И Юня. Видя, как И Юнь сломал броню Цюню, Цзянь Гэ кивнул.
После этого Цюню снял свою броню, чтобы снова биться с И Юнем. Цзянь Гэ одарил его редкой благородной улыбкой.
«Маленький негодяй неплох!»
«Я знаю! Он неплох. Посмотри на его бой с Цюню, он в первую очередь ни разу не был в неудобном положении. У меня были причины привести его в гробницу сабли. Может быть еще через несколько дней, он смог бы что-то постичь!»
Цан Янь начал хвастаться, но в этот момент, И Юнь попал в Ловушку Вола Цюню. Счастливое выражение лица застыло на лице Цан Яня. Это ребенок не достоин похвалы, я только что похвалил его, а он попал в ловушку своего противника. И Юнь мог только столкнуться с атакой и в результате пострадать.
В этот момент Цюню начал свою смертельную атаку, а И Юнь приготовился принять ее с саблей в руках.
Казалось, остановилось время. Когда они увидели, как лезвие разрезало фантомное изображение Небесного Вола и затем порезало сильное тело Цюню, выражения лиц Цан Яня и Цзянь Гэ застыли!
Только что…
Как это произошло?
Два старика смотрели друг на друга и видели скептический взгляд в глазах друг друга.
«Перемотай!» - в спешке сказал Цан Янь.
Гуй Бай не сказа ни слова, ввел еще немного Юань Ци в дисковой массив, чтобы показать атаку И Юня.
Эта атака поразила тело Цюню, и это было отражено в их глазах. Этот луч лезвия задержался в их зрачках на долгое время.
«32 Слова Истины Сабли!» - глубоким голосом сказал Старейшина Цзянь Гэ.
«Это парень!» - Цан Янь был в недоумении. В этот момент с его темпераментом, он бы вскочил, чтобы похвастаться и сказать, насколько его предвидение было точным.
Но И Юнь был ненормальным. Даже он не мог ничего сказать, по поводу того, что И Юнь смог освоить 32 Слова Истины Сабли за несколько дней.
Он по наитию привел И Юня в гробницу сабли. Он хотел проверить И Юня. Он думал, что проведет И Юня в гробницу еще несколько раз, чтобы он попытался что-то почерпнуть оттуда и это принесет ему пользу на всю оставшуюся жизнь.
При нормальных обстоятельствах, если И Юнь смог бы получить некоторое представление в течение нескольких месяцев, это было бы уже необыкновенным достижением. Но теперь, всего за 4-5 дней, он приобрел такое понимание? Это было слишком большим преувеличением!
Даже Ци Хаотянь, который был мечником от природы, не может сравниться с И Юнем в рамках его понимания меча!
«Впечатляет! Может ли этот ребенок быть врожденным саблистом?»
Некоторые люди имели врожденную совместимость с каким-либо видом оружия. Так происходило, когда они были рождены для оружия. Когда они использовали оружие, их сила намного увеличивалась, и они не могли использовать никакое другое оружие.
Эти люди могли легко достичь вершины в одном аспекте. Для них соответственно было проще получить некое понимание об оружие, которое они выбрали.
Цзянь Гэ покачал головой и сказал : «Нет… У него также есть лук. Его навыки владения луком также неплохи. Я слышал, что он смог поймать древнее растение, используя лук».
«Не быть врожденным саблистом, и иметь такую восприимчивость, которая превышает врожденных саблистов.. Это невероятно!»
Самые интересные комментарии
Пусто