***Мир***

***Ангрод***

Когда я обратил своё внимание на остальное тренировочное поле, я понял, что этот бой собрал немалое количество зрителей. Заметив короткую, но шумную битву, многие студенты и инструкторы подошли, чтобы посмотреть, что происходит.

— Это была восхитительная техника, маленькая принцесса, — сделал комплимент Тонгорд, когда Целес взобралась по крутой лестнице арены.

Наша подруга Морден уставилась на Целес в молчаливом восхищении, впервые с момента нашей встречи потеряв дар речи.

Наблюдая за тем, как учитель Тонгорд всё ещё пытается восстановить своё спокойствие, я грыз внутреннюю сторону щеки.

Он только что назвал Целес принцессой. Кажется, мы так и не представились ему, да и Таня ничего не рассказывала о наших личностях. А это означает, что он только что выдал тот факт, что узнал нас ещё до боя. Он осознанно рисковал жизнью принцессы, или, как минимум, её здоровьем.

— Да ничего особенного! Ирис была довольно слабой, — Целес была вся в пыли, но всё равно небрежно махнула рукой. – Нет ли у вас кого-то, кто сможет оказать хоть небольшое сопротивление?

— Хмм. Мне придётся записать вас в специальный класс. Я никак не могу позволить вам драться с обычными студентами, — ответил Тонгорд, массируя свой подбородок.

— Значит, достойных противников нет? Ангрод, тогда я возьму тебя в качестве партнёра для тренировки! Чего зря тратить урок.

Целес взглянула на меня, а на её лице растянулась дьявольская ухмылка.

— Нет уж, спасибо! Я – пас, — тут даже и думать нечего. – Я для тебя буду не более чем тренировочной грушей!

Я отказываюсь! Я ни за что не смогу выстоять против подобной грубой силы без своих заклинаний.

Но она схватила меня за руку и потащила вниз, на арену. Лекари уже убежали, унося Ирис на носилках. Они мчались так, словно от этого зависела жизнь девочки.

— Не нужно сдерживаться! Я разрешаю тебе использовать заклинания.

Она оставила меня ровно в том же самом месте, где Ирис начала предыдущую дуэль, а затем отошла к другой стороне арены.

Пока мы стояли друг напротив друга, я начал накладывать всевозможные заклинания, которые только приходили в голову. Ловкость! Сила! Каменная Кожа! Щит! Живучесть! Внутренний Покой! Регенерация! Когда я был готов, я кивнул Целес.

— А ты не перестарался немного? – спросила она. – Я же не собираюсь тебя убивать.

— Хоть одним меньше и я точно умру! – пожаловался я.

Я же не мазохист, и если я не вытащу из коробки все свои хитрости, то в конце буду таким же, как и бедная маленькая Ирис.

Когда Тонгорд подал сигнал к началу, я тут же телепортировался в повреждённую секцию арены, а Целес появилась в том месте, где я только что был. Она огляделась вокруг, озадаченная на мгновение. Этого времени мне было достаточно, чтобы воспользоваться магией силы и сложить стопки кирпичей вокруг себя. Используя обломки, я возвёл небольшой кокон из камня и соединил всё при помощи магии земли и заклинаний барьера.

Снаружи послышался приглушённый "тудх", и я заметил, как увеличилось моё потребление маны, но оно было в пределах возможного. Снаружи моей защитной конструкции Целес начала ритмично долбить мой щит.

— Выходи оттуда! Это жульничество!

— Ты же сказала, что мне можно использовать заклинания, — усевшись на землю, я принял удобную позу лотоса. – Просто продолжай долбить, пока не закончится урок. Если я не буду атаковать, а только поддерживать свой барьер, то смогу продолжать так весь день.

Снаружи, Целес взывала и удвоила свои усилия.

Находясь в бункере и в безопасности, у меня не было никакого желания выходить оттуда и рисковать избиением. Судя по моим прошлым столкновениям с её прежней личностью, я бы сказал, что мы примерно равны. Может, у Целес и нет доступа ко всяким мудрёным заклинаниям, но её боевое искусство более чем восполняет эту слабость. Даже сейчас у меня нет никаких сомнений в том, что стоит мне только ослабить бдительность, как она тут же разобьёт мою маленькую крепость.

Целес продолжала работать, пока мы не услышали звон колокола, который сигнализировал об окончании урока. Всё это время над тренировочным полем раздавалось лишь звук эха от ударов кулаками о мою крепость. Когда Целес наконец-то прекратила свою неослабевающую атаку, я разобрал своё оборонительное сооружение и проигнорировал тот гневный взгляд, которым она меня наградила… или то, что большая часть арены пропала, благодаря усилиям Целес. Хорошо, что я спрятался в бункере. Это было правильным выбором.

— Хороший бой! – сделал я ей комплимент и протянул свою руку.

Спрятаться в бункере было довольно жалко с моей стороны, но я был уверен, что настоящий бой довольно быстро вышел бы из-под контроля. Всё же, мы дети и легко возбудимые.

— Ладно! – Целес взяла мою руку и пожала её. – В следующий раз тебе нельзя будет прятаться за своей магией.

Мы выбрались из арены и я заметил, что зрители разошлись. Вероятно, им стало скучно или они были напуганы неослабевающей техникой атаки Целес.

Тонгорд помахал перед нами двумя листами бумаги.

— Это регистрационные формы на мои специальные уроки! Заполните их и в дальнейшем ходите на них! Мне не нужно, чтобы вы на каждом уроке уничтожали мои арены.

Он посмотрел вниз, на арену, которую теперь можно было описать лишь как яму с обломками внутри. Истерика Целес была довольно разрушительной, когда я отказался сражаться с ней в открытую.

— Вы двое просто потрясные! В следующий раз я хочу тренироваться с вами!

Морден всё ещё ждала нас и, очевидно, восстановилась от предыдущего шока.

— Да без проблем! – я показал ей большой палец вверх. – Чем больше, тем веселее.

И, чем больше боксёрских груш для Целес, тем меньше ударов достанется мне. Уж я-то точно не будут отказывать любому идиоту, что захочет к нам присоединиться.

Целес кивнула.

— Да! Хорошо, когда есть много противников. Это будет более сложной задачей!

Так значит одного меня ей не достаточно! Мне захотелось плакать. С другой стороны, я не должен жаловаться, так как, по сути, я и не сражался с ней.

Девушки убежали в сторону раздевалок, и я последовал за ними без особой мотивации, направившись в сторону раздевалки для мальчиков. Неужели вся моя новая школьная жизнь будет такой? Быть регулярно избиваемым – это совсем не весело!

Переодевшись, мы встретились, чтобы пойти на уроки Математики и Искусств. По пути туда я поделился с Целес своими подозрениями по поводу Тонгорда, и мы решили быть бдительными вблизи него.

Математика не оказалась чем-то особенным, просто обычным предметом, который преподают в каждом мире.

На занятиях по искусству мы должны были нарисовать картину, отчего Целес стала очень мотивированной. Похоже, что у неё был талант, и она нарисовала очень красивую картину с сельским пейзажем за то время, что мне понадобилось нарисовать фигурку из палочек. Может она была художницей в одно из своих прошлых жизней?

Я же гордо мог заявить, что хотя бы постарался представить современное искусство этому миру! Моя фигура из палочек была очень похожа на тест Роршаха.

Я был уверен в том, что переверну мир искусства, пока наша учительница, Женива Гугер, не разбила мои иллюзии. Она даже спросила меня, почему я оскверняю её урок своим присутствием. Нельзя говорить такое расцветающему таланту! Как учитель может говорить подобное ученику! Ровно на десять секунд моё тело взяло надо мной верх, и я чуть не начал плакать.

К счастью, я успел восстановиться прежде, чем создал унизительную сцену. Затем я начал играть с мыслью о том, чтобы сжечь мастерскую Гугер, но урок закончился прежде, чем я смог придумать осуществимый план, чтобы это выглядело как несчастный случай.

И вот так часы шли, а мы переходили из класса в класс, пока не оказались перед ней!

Дверью в класс мистических искусств! Я нажал ручку и вошёл первым. Внутри ожидало всего три ученика. И, что странно, я их знал!

— О, привет! Ангрод и Целес, вы тоже взяли этот урок? Ого, а вы смелые! – окликнула насМарджери Сигнус.

Рядом с ней был её старший брат, Стивен Сигнус. На ряду позади них сидел Свен Хьяварс, который помахал нам рукой.

— Привет, как приятно вас увидеть! И почему мы смелые? Потому что записались на этот предмет? А ты почему тут, Стивен? Я думала, что ты старше нас? – спросила Целес, входя внутрь.

— Я тут потому, что уже третий раз записываюсь на этот предмет! – гордо объявил Стивен, ничуть не стыдясь того факта, что записываться три раза подряд на один и тот же предмет с нашей системой образования – это выглядит глупо. Ему стоило просто пойти на другое занятие, чтобы получить свой проходной бал и признать, что Мистические Искусства – это не для него.

Стивен продолжил:

— А вы смелые потому, что записались на предмет, который вы гарантированно провалите. Так что у вас не останется возможности провалить любой другой предмет в этом году, — объяснил Стивен с таким видом, словно съел лимон.

— Тогда почему ты уже в третий раз записываешься на этот предмет?! — спросил я.

— Я ненавижу сдаваться. Я буду записываться на этот предмет, пока не сдам его или умру от старости! – беспечно ответил он. – У меня идеальная память, так что у меня нет проблем с тем, чтобы получить необходимые баллы по другим предметам.

Ого. Вот это я называю решимостью!

— Так может, ты объяснишь, что такое эти Мистические Искусства? – продолжил спрашивать я, садясь рядом с ним.

— Мистические Искусства, которые преподаёт мистер Самарин – это много чего. Начиная от состояния мира, до магических ритуалов и науки. Самарин очень умный и он обучает всему, чему вы попросите, не заботясь ни о какой учебной программе. И в этом вся проблема! В конце года он спрашивает вас о какой-то дурацкой фигне, о которой вы никогда не слышали и не говорили. Если вы дадите ему удовлетворительный ответ, то сдадите экзамен, а если нет – то провалите, — объяснила Марджери.

После этого открылась дверь, и в комнату вошёл улыбающийся Самарин.

— О, вы только посмотрите что у нас тут. Один, два, три, четыре, пять человек пожелали пройти испытание! Это новый рекорд! Обычно, все кто слышит о том, чтобы записаться на мои занятия находят что-то ещё в самый последний момент!

Он подошёл к учительскому столу и поставил на него свой чемодан, после чего сел.

— Что касается представления, то я – Самарин. Вы можете спрашивать меня обо всём, чём хотите, и я вас этому научу. А теперь, пожалуйста, представьтесь. Назовите своё имя и расскажите о себе одним предложением.

Марджери начала первой, и мы продолжили справа налево.

— Марджери Сигнус. Я буду знаменита тем, что решу мировую проблему с ресурсами!

— Стивен Сигнус. Я лишь хочу пройти тест по этому предмету, даже если я умру, пока пытаюсь это сделать!

— Свен Хьяварс. Я просто хочу послушать, — прошептал кто-то.

— Ангрод из Тирны, я буду править этим миром!

— Целес из Стрикка. Я спасу этот мир!

— Хмм, — Самарин прищурился. – Теперь, когда я смотрю на вас… кажется, я слышал слухи в коридоре. Что-то насчёт рогатого дьявола, которая побила ученика до полусмерти, а затем дралась со вторым дьяволом, словно фурия, полностью уничтожив одну из арен. Я надеюсь, к вам это не имеет никакого отношения?

Мы с Целес ответили в унисон.

— Я не знаю, о чём вы говорите.

Целес пододвинула свой стул ближе ко мне.

— Ангрод мой самый любимый жених! Зачем мне вообще хотеть драться с ним? Абсурд!

— Дорогая, я уверен, что никто из тех, у кого хоть немного работают мозги, даже и не подумаю, что мы захотим из-за чего-то подраться!

Я обнял её прежде, чем понял, что делаю.

ПРОКЛЯТЬЕ! БЛЯТЬ, НИКОЗАР! Спустя годы тренировок, играть свою роль для меня словно рефлекс!

Видя нашу реакцию, Самарин пожал плечами.

— Ну, в любом случае, я должен начать урок. О чём же нам поговорить?

— Я хочу знать о богине Серии! Есть кое-что, что я считаю странным, — воскликнул Стивен.

— Хох, и что же ты считаешь странным? – Самарин поднял брови.

— Мы верим в одного бога, богиню Серию. И так происходит во всём мире. Но в наших верованиях есть некоторые странные несоответствия. Даже несмотря на то, что у нас только одна богиня, когда мы получаем наше пророчество в возрасте пяти лет, жрец говорит, что "боги" рассудят нас, словно их должно быть много.

— К сожалению, даже я на это не могу ответить с уверенностью. Вот что знаю я: Богиня Сериа появлялась перед нами несколько раз за последние столетия и все эти случаи были хорошо задокументированы. Каждый раз, когда она решала показать себя, её откровения имели огромный эффект на наш мир. В основном, она просто отдавала нам приказы или предупреждала о бедствиях.

Он сделал паузу, после чего продолжил.

— Однако было несколько случаев, когда смертные вроде нас могли поговорить с ней некоторое время. В большинстве случаев, эти люди видели её аватары. Судя по её словам, мы можем сделать вывод, что она не единственный существующий бог, и что этот мир лишь один из многих. Некоторые мудрые люди считают, что у других миров тоже могут быть другие боги. Однако даже если они и существуют, они перед нами не показывались. Мы никогда не узнаем причину этого, так как мы, похоже, одни во вселенной.

Одни? Едва ли. Но я могу понять, почему люди этого мира так решили. Они не видят никаких звёзд, когда смотрят в ночное небо. Лишь две своих луны. Возможно, я раскрою эту небольшую загадку, перед тем обращу своё внимание на другие вопросы. Сериа наверняка сделала что-нибудь, чтобы мы с Целес не смогли сбежать.

Самарин посмотрел на меня и Целес.

— С другой стороны, ты очень везучий человек, Стивен. Потому что два человека из тех немногих всё ещё живущих людей, что вступали в контакт с богиней, сидят прямо рядом с тобой. Если слухи правдивы.

***Прошлое***

***Сериа***

Я стою на дымящихся останках разрушенного мира. Тут нет ни одного выжившего. Судя по состоянию планеты, ей понадобится очень много времени на то, чтобы исцелиться. Если она вообще это сможет.

Когда я сделала несколько шагов по расплавленному камню, я оставила позади светящиеся отпечатки ног. Я некоторое время изучала их с озадаченным выражением на лице. Возможно, спустя миллионы лет, кто-то будет удивляться тому, откуда они взялись? Я усмехнулась сама себе.

Просто пожелав себе оказаться в другом месте над этим мёртвым камнем, я появилась высоко в небе и глубоко вдохнула. Насыщенный серой воздух и температура в том месте, где сильнее всего бушевала битва, могли убить любое живое существо, но не меня. Расправив свои крылья, я смаковала чистый воздух, находящийся в более высоких слоях атмосферы.

Я уже даже не помню того времени, когда я не была такой. Но я уверена, что такое время было. Время, когда я была хрупкой и смертной. Время, когда я была живой… время радости, время чудес, время, когда всего капли любви было достаточно, чтобы испытывать счастье.

Но я не помню такого чудесного времени. Неужели именно поэтому существа вроде меня начали играть жизнями тех, кто не может нам ничего противопоставить? Неужели это потому, что нам наскучило наше существование?

И поэтому мы просто начали бросать кубики жизни, чтобы посмотреть, что произойдёт? Я думаю, что это довольно жалкая причина.

Глядя вниз, я стала изучать разрушенный пейзаж под собой и решила сделать небольшую переделку. Как только мир снова будет пригодным для жизни, то место, где я только что прошлась, наверняка будет красивой долиной. И только та гора будет блокировать вид на равнины внизу.

Щёлкнув пальцем, я уничтожила гору, полностью взорвав её на части, несмотря на то, что даже не использовала свою истинную силу.

Да, через несколько тысяч лет это может стать красивым местом. Может, я даже навещу его, когда буду поблизости.

— Что ты тут делаешь, Сериа? Играешься?!

Я обернулась и заметила члена Совета, который меня разыскивал. Он был одним из тех немногих, кому нравилось менять свою внешность, но он всегда придерживался загорелой кожи и каштановых волос, отчего его было легко узнать.

— Тьенемит! Как приятно, что ты меня навестил! Как там дела в Совете? – я блистательно улыбнулась ему.

— С Советом всё нормально! Я пришёл проверить твою работу! Ты разобралась с ними, как я тебе приказал? – спросил Тьенемит.

— Ох,ты за кого меня принимаешь?! Я бы ни за что не ослушалась Совета! Я поместила их в Зону Пустоты, где они и страдают. Они словно в одном из моих персональных адов. Они ни за что тебя больше не побеспокоят.

Я подлетела ближе и обняла его за локоть, прижавшись грудью к его руке.

Тьенемит – член Совета и мой прямой начальник. К счастью, им также можно легко манипулировать.

— Хмм. Я очень на это надеюсь. Когда я смогу их увидеть? Долго ли ты будешь ломать их волю?

Он схватил меня за задницу.

Ублюдок! Когда-нибудь я вырву тебе сердце за это.

— Ох, прости меня! – я похлопала его по плечу. – Если бы я знала, что ты хочешь их увидеть, я бы не стала бросать их в Зону Пустоты. Думаю, будет контрпродуктивно выпускать их оттуда, даже если на короткое время.

Массируя свою нижнюю губу, я постаралась выглядеть так, словно действительно хочу помочь.

Ты же знаешь, как опасно потеряться там! Если… если ты действительно хочешь рискнуть, то мы можем попробовать?

Да! Следуй за мной и у меня появится идеальное оправдание! Если он никому не расскажет, то это может оказаться завуалированным способом заставить исчезнуть одного из членов Совета.

К сожалению, он отстранился от меня.

— В этом нет необходимости. Я надеюсь, что ты скоро сможешь продемонстрировать нам свои результаты!

— Скоро? – спросила я, поморгав ресницами. – Ты же знаешь, что у меня ушло несколько десятков лет на то, чтобы пасть духом, когда я случайно вошла в Зону Пустоты.

— У нас есть время. Как будто десятилетия или даже тысячелетия имеют для нас какое-то значение.

Он исчез, очевидно, объявляя тем самым, что дискуссия закончена.

Трусишка! Я вытерла свою задницу, чувствуя себя запачканной в том месте, где он меня коснулся.

— Да, мой раб-господин! О, как же мне нравится исполнять приказы Совета! Мы все вместе сможем добиться вечного мира! – выпалила я, потеряв контроль над своей личностью преданной собаки Совета.

Однажды, в далёком-далёком будущем, я разломаю это замороженное состояние реальности. И у всех снова появится возможность делать свой собственный выбор. Захочет ли он жить, умереть, быть богом, смертным или переродиться. У всех будет выбор.

Но ещё рано.

К Совету нельзя относиться легкомысленно. Я и так уже потратила небольшую вечность на свой план, и смогу подождать ещё дольше. Они, и все остальные, должны быть готовы, прежде чем мы сделаем наш ход.