***Измерение M-23-565-6, Мир — Митаж***

***Сериа***

— Прошу тебя, не делай это в одиночку, Сериа! Я знаю, что ты сильная, но это глупо – сражаться с членом Совета один на один! Тьенемит ведь не пацифист вроде меня и не учёный вроде Элохима. Он сражался на передовой во время войны, — взмолилась Лада.

Она протянула руку и коснулась моего плеча, в надежде изменить моё решение.

Но ничто уже не могло изменить моё намерение. Я шла в этом направлении уже слишком долго.

Когда я начинала, это был лишь мой план, и я словно гребла по спокойной реке. Я могла в любой момент решиться спрыгнуть и поплыть к берегу. Но не сейчас. Когда мои деяния накопились, моя способность развернуться и всё бросить уже исчезла. Теперь, я уже была далеко за пределами точки невозврата.

Теперь же, моя маленькая лодка была тем, что удерживало меня на плаву в стремительном водовороте, а по обеим сторонам от меня были смертельно опасные утёсы.

В моих мыслях, у моих действий никогда и не было выбора. Без союзников и пойманная в шестерёнки механизма Совета. Я вынуждена была прибегнуть к средствам, которые могли отпугнуть даже тех, кто будет, в итоге, за меня сражаться. Хотят они того или нет.

Но именно поэтому мой план и сработает. Он настолько безумный, что даже члены Совета не поверили, что кто-то прибегнет к такому способу. Все намёки были у них прямо перед их глазами, но даже сейчас большинство из них до конца не верили этому.

Тьенемит был единственным, кто сообразил, но только лишь потому, что он был недоверчивым ублюдком. И он всегда таким был.

Я прислонилась к скале, наслаждаясь видом высочайшей вершины самой высокой горы в каком-то безымянном мире. Если бы местное божество, что считает это место своим домом, знал, что я тут, то наверняка бы устроил истерику. Мы с Назаретом давно уже не общались, с тех пор как я использовала его душу и душу его брата для кое-каких экспериментов.

Они изрядно пострадали, когда попали в конфликт Аскатона и Мирм. Если бы не мои усилия, то Назарет всё ещё был бы какой-нибудь невнятной массой метафизической духовной энергии. Благодаря небольшому слиянию души с Мэриголдом, он снова жив и здоров, причём на несколько тысячелетий раньше, чем если бы я оставила его восстанавливаться естественным образом.

Этот невыносимый мелкий гном должен мне поклоняться! А вместо этого он прячется в этой безымянной жопе мира, пытаясь держаться как можно дальше от меня и от Совета. Ха! Это ему только кажется, мелкому дурачку. Ему повезло только потому, что он слишком незначителен, чтобы кто-то вообще о нём думал. Готова поспорить, что Тьенемит уже даже не помнит имя этой крысы.

Я вздохнула.

Находить и терять друзей так же легко, как я могу играть с жизнью и смертью.

Наблюдая за снежными горами, я наконец вспомнила, что должна дать Ладе ответ.

— Это не такая уж и проблема, Лада. В итоге всё будет хорошо, я обещаю. К тому же, чтобы ты сделала, окажись ты на моей стороне? Сразилась с ним вместе со мной? Ты же не боец, Лада. Мы обе это знаем. Ты бы только мешалась.

— По крайней мере, я могла бы попытаться поговорить с ним! – Лада посмотрела на меня со злостью на лице. – Я знаю, что ты невысокого мнения о Тьенемите, но с ним можно договориться.

Я усмехнулась, видя, как она устраивает то, что у неё считалось за истерику.

— Ты такой ангел, Лада. Ты уверена, что не прячешь крылья на спине? Если он уйдёт и расскажет о тебе остальному Совету, то ты будешь в глубоком дерьме. А я этого не хочу. Ты мне нужна там, где ты сейчас.

Я смахнула её руку со своего плеча.

— Ты сможешь сделать гораздо больше, находясь в их рядах. Я никогда не думала, что у меня будет такая козырная карта, как ты. Пока ты придерживаешься плана, всё в порядке. Ты только не рискуй и не выдавай себя раньше времени. Мы легко справимся с тобой в качестве агента. Ты сможешь значительно сократить потери с обеих сторон.

Порыв ветра взъерошил наши волосы и я поспешила накинуть быстрое заклинание щита, чтобы защитить нас от надоедливой природы.

Небо такое восхитительно голубое отсюда.

— Совет уже не такой, каким был. У нас… по крайней мере у меня… на уме было нечто иное, когда мы его основывали, — Лада с печалью опустила взгляд вниз, продолжая парить рядом со мной. – Что-то произошло в сердцах других. Они опьянели от своей власти и позабыли о том, как проявлять сострадание. А иначе я бы тебе не стала помогать.

— Я не могу рассказать тебе всего, Лада. Единственное, что я могу – это пообещать тебе, что я всё спланировала. Я уже так долго этим занималась, что даже не помню, когда я это начала. По правде говоря, я всегда боялась перейти от стадии приготовления к стадии самого воплощения.

Я улыбнулась ей.

— Если бы Тьенемит ничего не сообразил, то я бы так и продолжала заниматься этим ещё одну вечность. И уже не важно, выиграю я этот бой или проиграю. Как я и сказала, мои действия давно уже вышли из-под моего контроля.

Я встала и огляделась вокруг. Вид был чудесным, хотя быстро приближающиеся острова скоро сокроют пик в тумане.

Океан облаков.

— Может я просто не заметила, как сама застряла на своём пути, как и все остальные старые боги.

Я кивнула, пытаясь подбодрить себя.

— Может, новое начало – это то, что мне действительно нужно.

Лада схватила меня за руку.

— Это прозвучало так, словно ты даже ждёшь смерти!

— Бва-ха-ха! Не смеши меня. Конечно же, я предпочту не умирать. Я думаю, что ни один бессмертный не хочет иметь дело с потерей памяти, которая этому сопутствует. Но, как только мы с Тьенемитом вступим в бой, то это будет бой между богами и один из нас умрёт. Я лишь говорю, что мой план продолжится и без меня. Тебе лишь нужно продолжать играть милого маленького члена Совета. Гармонию и Мир для всех. А когда мои друзья придут и постучат в дверь Совета, то тебе придётся решить, лучше они, чем Совет, или нет.

Я ущипнула её за щеку.

— Улыбнись хоть немного. Это мрачное выражение тебе совсем не идёт.

Лада состроила гримасу.

— Я просмотрела все записи и точно знаю, сколько богов, ангелов, демонов, полубогов и так далее ты скрыла от Совета. Я не знаю, как ты это делаешь, потому что Сфера Зрения Амару может обнаружить любое божество в мультивселенной. Это будет большим риском – выпустить их всехразом.

Она хмыкнула.

— Кто знает, сколько ты ещё нашла, помимо указанных в записях? Мы лишь знаем о тех, кто попал тебе в руки во время охоты. Кто сказал, что ты не находила многих других, которые были на грани превращения в богов? У тебя явно в некоторых областях чуть больше знаний и силы, чем у Совета.

— Ох, похоже, что мне от тебя ничего не скрыть. Но это нормально.

Я пожала плечами, не желая подтверждать её подозрения. Всё же оставался небольшой шанс того, что Лада пытается играть в двойного агента. А если она и правда на моей стороне, то лучше будет, если я не стану ей ничего подтверждать, чтобы Эль Шаддай не смог потом это из неё выпытать.

— Ты только скажи мне, оно действительно того стоит? – спросила Лада с серьёзным лицом.

Я хмыкнула и задумалась над своим ответом.

— Ты знаешь… когда я вышла из Пустоты, я чувствовала себя мёртвой. У меня всегда были идеалы, драгоценные воспоминания, и убеждение, что нужно продолжать двигаться. Думаю, за время моего пребывания в той Пустоте, некоторые мои чувства умерли, и я стала словно машина. Я вышла и обнаружила Совет. Вы, ребята, были против той свободы, в которую я всегда верила, поэтому я начала разрабатывать свой план. Это произошло не из-за страсти или от ненависти. Я просто сделала это, потому что думала, что таков мой долг.

Я сделала паузу, задумавшись.

— Затем, по прошествии времени, я поговорила с другими старыми богами. И выяснила, что они такие же мёртвые, как я. Не в физическом смысле, а скорее в духовном. Хоть у них и была целая мультивселенная в качестве игровой площадки. Они прожили так долго, что растеряли свои чувства, свою способность сопереживать кому-то, кроме себя. То же самое произошло и со мной, хотя я осознала, что в отличие от них, я всё ещё цепляюсь за некоторые из тех чувств, что связывали меня с другими. Я удивлена тому, что ты не такая, как они, хотя ты тоже довольно старая.

— Я всегда была эмоциональной, — улыбнулась она мне.

Я продолжила.

— Однако. Когда я поговорила с некоторыми молодыми богами, я осознала, что в них всё ещё есть жизнь! Они ещё не так далеко отошли от цикла жизни и смерти, как остальные. У них всё ещё было предназначение и страсть, но их подавляли старейшины. Я подумала про себя, если бы нам, старикам, позволили умереть, то смогли бы мы вернуть себе наши жизни, нашу способность чувствовать? Поэтому я взяла небольшой отпуск и попыталась снова прожить жизнью смертного. Это было не долго. Лет пятьдесят или шестьдесят, кажется.

— Ты реинкарнировала? Как? Совет должен был это заметить!

Лада уставилась на меня круглыми от удивления глазами.

— Вы, ребята, не так внимательно следите, как вам кажется. Я подала запрос на продолжительный отпуск в пятьсот лет и провела первую сотню лет взаперти и за просмотром мыльных опер. Я выяснила, что даже если Большой Брат наблюдает за мной, то спустя десятилетие ему станет тошно, и у меня будет как минимум некоторое время только для себя. Ну, я прожила небольшую и приятную жизнь, о которой так никто и не узнал. У меня снова были родители, и я могла устраивать с ними свои розыгрыши. Ты можешь себе это представить? – я ухмыльнулась ей.

— Мне даже жаль твоих родителей… — проворчала Лада. – Бедные смертные.

Ха! Если бы она только знала! Конечно же, я сама выбрала своих родителей.

— Ну, тогда я и решила, что мои действия единственные верные. Я думаю, что каждый бог должен время от времени возвращаться в цикл жизни и смерти, если он или она того пожелает. Вообще-то, я даже считаю, что это естественный порядок вещей.

Сама подумай об этом! Душа продолжает круг, пока не становится достаточно сильной, чтобы вознестись до божественности. А после этого круг просто заканчивается! Неужели мы действительно должны бесконечно ходить по мультивселенной? Или это просто наш шанс исследовать мультивселенную и себя, пока нам не станет скучно от этого, и мы решим вернуться в цикл, чтобы обновить свою душу? Если спросить меня, это мне больше нравится это мировоззрение, чем то, что у Совета. Принуждая нас к вечному миру – они постепенно истощают всех.

Лада криво улыбнулась мне.

— Когда древняя война закончилась, у нас было слишком много врагов, которые продолжали сражаться, как только они перерождались. У нас не оставалось другого выбора, кроме как запечатать их и запретить всем остальным свободно реинкарнировать. А иначе было бы невозможно отслеживать всех, даже со Сферой Зрения.

Я прищурилась и посмотрела на неё.

— Ты уже дважды упомянула эту Сферу Зрения. Это…

— Да, — она поникла с безропотным видом. – Но я мало что могу тебе рассказать о ней. Мы обнаружили её в Кристальном Городе, и Эль Шаддай выяснил, как ею пользоваться. Она дала нам необходимое преимущество для победы в войне.

Я кивнула.

— Это нормально. Сфера не поможет им в долгосрочном плане. Это мощное устройство, но я уже доказала, что оно имеет свои ограничения, как только найдёшь её слабые места.

Внезапно, я почувствовала, как что-то прорвало пространство, которое долгое время принадлежало лишь мне. Это чувство было таким, словно у меня скрутило душу. Я поморщилась и схватилась за сердце.

Лада заметила моё тревожное состояние.

— Всё в порядке?

— Да. Кубики наконец-то упали. И я должна идти, — я потянулась и стиснула её руку. – А ты должна сидеть в кресле Совета и невинно улыбаться.

Я обняла на мгновение свою подругу и отошла от неё. Затем я воспользовалась путём, который вёл меня домой.

Я чуть не пропустила, как Лада тихо сказала:

— До встречи.