Миновала середина декабря. Смена времен года случилась быстро, и стало ужасно холодно. Студенты, естественно, все активнее начинали надевать шарфы, перчатки и гольфы. Небо сегодня было облачно-серым, словно вот-вот должен был пойти снег.

Сейчас я думал о том, что никогда раньше не видел снега вживую. Конечно, я видел его по телевизору и читал о нем в книгах, но никогда не держал в руках и не ощущал его своей кожей. Не знаю, будет ли снег в этом году, но я действительно хочу ощутить, что это такое.

После занятий, на углу торгового центра Кёяки четверо учеников собрались в месте, где обычно можно было отдохнуть и заняться своими делами. Все они были из класса D. Сакура Айри, Хасебе Харука, Юкимура Кейсей и я. Настоящее имя Кейсея – Терухико, но в соответствии с его пожеланием мы называем его Кейсеем.

За последние дни я привык видеть их лица. Мы встречаемся нерегулярно, два или три раза в неделю, просто чтобы пообщаться без каких-либо скрытых мотивов. Количество времени, которое мы проводим вместе, зависит от конкретного дня; иногда мы проводим вместе около двух часов, а иногда расстаемся через полчаса. Если на полпути вдруг захочется вернуться обратно, то и это можно спокойно сделать. Я смог примириться с тем, что с ними мне не нужно вести себя формально.

По пятницам после школы мы часто проводим вместе больше времени, чем обычно. Причиной этому является пятый член нашей компании, который отсутствует в данный момент, Мияке Акито, и различные обстоятельства, связанные с ним.

— В итоге, изо всех классов никто не был исключен. Хотя я и думал, что класс C, возможно, кого-то потеряет. Вопросы, которые мы написали, простыми не были. — сказал Кейсей, когда мимо нас прошла пара девушек из класса C.

— На самом деле, непохоже, что класс C так уж лучше нас в плане учебы. —немедленно ответила Харука, возясь в своем телефоне. Затем она заявила. — Миятчи говорит, что скоро будет. Похоже, он только что вышел из клуба.

Видимо, она переписывалась с человеком, которого мы ждали. Единственный член нашей компании, который состоит в клубе, Акито, не может встречаться с нами сразу после занятий.

— Но мы ведь сдали экзамен, разве вы не чувствуете облегчение?.. Кроме того, это не очень хорошая новость – узнавать, что кого-то исключили, пусть и из другого класса.

Айри, которая плохо переносила подобные суровые вещи, высказала свое искреннее мнение.

— Ну, нет ничего лучше, чем ладить со всеми. Но разве это не будет трудно из-за особенностей этой школы? В конце концов, чтобы взойти на вершину, прежде нужно скинуть оттуда другой класс.

Сурово, но Харука права. Услышав это, Кейсей был искренне впечатлен:

— Именно. Я понимаю то, что Айри пытается сказать, но если мы не скинем их, нас скинут самих. Быть победителем в этой школе означает пожертвовать тремя другими классами. Нам нет никакой нужды оставаться жертвами.

— Полагаю, что так... — Айри подавленно ответила на резкие слова Кейсея.

— Разве и в самом деле нет никакой хитрости, которую мы можем использовать? Например, если на экзамене классные очки всех классов сравняются? Тогда все будут счастливы, и мы все сможем выпуститься в классе А. Хотя и вряд ли так может получиться.

— Думаю, это было бы замечательно.

— К сожалению, я думаю, что это невозможно. — выступив против странной идеи Харуки, к нам присоединился Акито.

— Почему ты так считаешь?

— Я слышал, как старшеклассники говорили об этом. Если после итогового экзамена наши очки окажутся равными, то для ранжирования классов будут проведены дополнительные специальные экзамены.

— Какого рода экзамены?

— Не знаю. Это просто слухи. Видимо, никогда не было такой ситуации, чтобы классы заканчивали учебу с одинаковой суммой очков.

Полагаю, подробности Акито неизвестны. Но это, безо всяких сомнений, ценная информация.

— Полагаю, это нечто весьма сложное. Хотя это и интересная идея.

— В конце концов, я думаю, это значит, что может быть только один класс А.

— Миятчи, как прошла сегодняшняя тренировка? — Харука задала этот вопрос Акито.

— Как прошло что именно?

— Хмм. Ну, например, насколько хорошо ты справился со своим луком.

— Нормально. Ничего особенно хорошего или же плохого. Не спрашивай, если тебя это даже не интересует.

— Разве это не нормально? Это ведь обычный разговор между друзьями.

— Тогда, я полагаю, это значит, что ты хотя бы немного разбираешься в стрельбе из лука? — Акито сел, задав этот вопрос с некоторым подозрением.

— Дело не в знаниях или чем-то еще, это же просто соревнование, где тебе нужно поражать цели стрелой, верно?

— Нет, хотя суть и такова.... неважно.

Акито хотел было объяснить подробнее, но, похоже, в итоге решил отказаться от этой затеи.

— Как бы сказать? С самого своего рождения я никогда не интересовалась стрельбой из лука. Вот почему мне любопытно узнать, какие печальные обстоятельства подтолкнули тебя к ней.

Похоже, Харука считает, что решение вступить в клуб лучников было ошибкой.

Ну, это не особенно потрясающий вид спорта, но лично мне он интересен. Но, полагаю, довольно много студентов никогда не держали в руках лук.

— Да, если подумать, почему стрельба из лука? Не то, чтобы эта школа славилась этим или что-то в этом роде, верно? — прислушиваясь к их разговору, задал вопрос и Кейсей.

— В средней школе старшеклассник, который приглядывал за мной, состоял в клубе стрельбы из лука. Вот почему я подумал, что тоже хотел бы заниматься этим. Вот и все, никаких особых причин.

— Мотивация, чтобы начать чем-то заниматься. Полагаю, он послужил этим для тебя. — Айри осторожно присоединилась к разговору.

Я все чаще вижу это в последние дни, и это приятное зрелище. Никто не удивляется и не подшучивает над ней из-за того, что Айри также способна естественно вступить в разговор.

— У Айри есть своя цифровая камера, верно? Кажется, это популярно в наше время. Думаю, это мне более понятно.

— Инстаграм. Уникальное для девушек хобби, хах? Это действительно трудно понять.

Вероятно, Кейсей не в состоянии понять этого, поскольку говорит об этом в довольно негативном ключе.

— Эй, это дискриминация по половому признаку. Знаешь ли, в наше время множество парней тоже увлекается этим.

— ...Правда? Хотя я и не думаю, что распространять личную информацию о себе это хорошая идея.

— Я тоже этого не понимаю. Что насчет тебя, Киётака? Ты тоже этим увлекаешься?

— Нет. Я не очень хорошо осведомлен о подобных вещах.

Поскольку эта школа запрещает любые контакты с внешним миром, то такие сервисы, как соцсети и мессенджеры, будут объединять друг с другом только самих учеников внутри школы. Но даже если тебя это не устраивает, то возмущения все равно бессмысленны.

— Киёпон не особо-то похож на того, кто станет заниматься подобными вещами. Наоборот, если бы ты пользовался Инстаграмом, то это было бы как-то отстойно. Ты когда-нибудь ходил на вечеринку в ночном бассейне с мороженым в руках и выглядел мило... мм?

— Нет.

Я сразу же открестился от этого. Будет проблематично, если в итоге она станет меня видеть в таком свете.

— А что насчет тебя, ты им пользуешься? Инстаграмом, я имею в виду.

— Совсем нет. Это лишь лишнее беспокойство, и я не очень люблю показывать себя другим.

— Полностью согласен.

Кейсей кивнул, соглашаясь со словами Харуки. Услышав это, Айри осталась безмолвна, но, кажется, она только что получила критический урон от этого удара. Вроде сейчас она перестала делать это, но раньше в качестве хобби она делала селфи и загружала их в соцсети.

— Это довольно популярно сейчас, так что это не похоже на что-то странное.

Я прикрыл ее. Нет смысла в том, чтобы Айри впадала в депрессию из-за такого пустяка. Она, вероятно, намеревалась скрывать это, но стоит взглянуть на нее, то становится совершенно очевидно, что ее беспокоят прозвучавшие слова.

Айри всякий раз эмоционально реагирует даже на такие вещи, так что Харука и остальные сразу же это поняли.

— Я знаю, что я действительно не современная и не модная, так что я не могу и в самом деле высказываться против подобного. Я приношу извинения всем, кому нравится Инстаграм.

Харука подняла руки вверх и извинилась.

— Просто потому, что лично мне это не нравится, бездумно отвергать что-то популярное, безусловно, глупо. Я не подумал об этом.

И Кейсей тоже извинился. В основном перед Айри. Та, положив руку на грудь, с облегчением вздохнула.

— Простите, что меняю тему, но мне кое-что любопытно. — Акито вмешался, когда напряжение немного спало.

Он казался чем-то раздраженным и говорил, уставившись взглядом в окружающее пространство:

— Разве класс C не выглядит странно?

— Класс C? Они всегда странные. Что именно ты имеешь в виду?

Харука с любопытством наклонилась вперед с широко открытыми глазами. Я знал, о чем говорит Акито.

Он имел в виду тех людей, что следят за нами последние несколько дней. Похоже, Акито тоже это заметил. Даже сейчас тут был парень, который прятался и наблюдал на нами. Это Комия, студент класса C и один из прихвостней Рьюена. Нет почти никаких сомнений, что он должен следить за нашей компанией.

Но между нами довольно большая дистанция, и, даже если прямо спросим его, у нас нет никаких доказательств того, что он действительно следит. Если он станет настаивать на том, что это всего лишь совпадение, то этого хватит, чтобы наши претензии выглядели необоснованными.

Напротив, есть риск того, что мы могли бы стать «плохими парнями» за то, что подняли шумиху по такому поводу. Причина, по которой Акито не сказал об этом вслух, вероятно, заключается в том, что у него до сих пор нет веских доказательств.

Что важнее, есть и другая проблема – другой человек, не из класса C, тоже наблюдает за нашей компанией. Акито не заметил его присутствия.

— Во время занятия нашей учебной группы те ребята из класса C подходили к нам, верно?

Это было, когда мы проводили занятие учебной группы, чтобы подготовиться к письменному экзамену под названием «Бумажная лотерея». Студенты из класса C появились в кафетерии и неожиданно подошли к нашему столику. С тех пор и до сегодняшнего дня они не отставали и следили за нами.

— Ты имеешь в виду Рьюен-куна и Шиину-сан, верно? Может ли быть, что и сейчас они стоят за этим?

— Ага. Хотя на этот раз действуют другие люди. Сегодня Ишизаки и Комия появились в клубе лучников. Сказали, что пришли посмотреть, так что старшеклассники разрешили им остаться, но они все время смотрели на меня, и мне было затруднительно что-либо делать.

Ясно. Другими словами, Комия все время следил за Акито. Вероятно, Ишизаки здесь нет, потому что он не способен следить за большим количеством людей.

Похоже, что Акито больше всех обеспокоен действиями Рьюена.

— Разве они не просто заинтересовались клубом? — Айри, не понимающая хода мыслей Рьюена, предложила самую простую версию.

— Если бы это было так, то было бы здорово. Но мне так не кажется.

Как будто пытаясь сказать нам, что его плечи напряжены, Акито покрутил руками. Каждый день Рьюен постоянно давит на него, и сила этого давления лишь только увеличивается.

Не то, чтобы я разговаривал с ним напрямую, но я буквально слышу дерзкий смех Рьюена. «Я тебя выслежу». Я чувствую его решимость.

— Они что-нибудь делали? Смеялись над тобой или чихали, когда ты собирался выпустить стрелу, чтобы помешать тебе? Или, может быть, бросались в тебя камешками?

— Конечно же, они ничего не могут сделать на глазах инструкторов и старшеклассников. Когда тренировка закончилась, они просто ушли.

Очевидно, что хотя я больше и не выделялся своими действиями, но с того самого дня они приметили меня. Я должен предположить, что они также обратили внимание и на Каруизаву.

Вероятно, Рьюен уже сузил список своих целей до нескольких человек, в число которых вхожу и я. Если сделаю еще что-либо необычное, то, думаю, он может даже сузить свой список до меня одного. Человек, который уже сделал это что-то необычное – это Каруизава Кей.

Но тот факт, что он не действует беспечно, является доказательством того, что он тщательно все планирует. Даже если он попытается спросить Каруизаву обо мне, подобные действия «в лоб» его никуда не приведут.

Интересно, что Рьюен собирается делать с последним недостающим элементом этого паззла. Учитывая характер его предыдущих действий, это не так уж сложно представить.

Вопрос лишь в том, когда это произойдет. Пока я думал об этом, Акито и остальные продолжали разговор. Затем Кейсей сделал свой вывод о том, почему же класс С беспокоил нас.

— Не думаете, что это как-то связано с ростом класса D? Вскоре после поступления мы остались с 0 баллов, а сейчас мы достаточно близки, буквально дышим классу C в затылок. Учитывая результаты «Бумажной лотереи», мы фактически сами можем стать классом C к тому моменту наступления третьего семестра. Они, должно быть, в панике.

Кейсей пытался дать логичное обоснование действиям класса С.

— Теперь, когда ты сказал это, мне кажется, что так и есть. Их вот-вот опередят те самые люди, над которыми они смеялись...

— Но... мы ведь их не обгоним, верно? — спросила Айри, вспоминая объявление о баллах, и Кейсей ответил:

— Ага. Классные очки, объявленные в начале декабря, были равны 262 для класса D и 542 для класса C. Между нами был разрыв в 280 очков.

Во время «Бумажной лотереи» мы соревновались с классом C и одержали победу. В результате нам удалось значительно увеличить свои классные очки. Класс D получил 100 очков от класса C, и в общей сложности, мы получили 200 очков.

Разрыв теперь составляет жалкие 80 очков.

Тем не менее, на данном этапе класс C все еще лидирует. Однако... с классом C произошел инцидент, совершенно не связанный с экзаменами.

— Похоже, класс С серьезно нарушил правила. Школа не разглашала деталей произошедшего, но вынесла им серьезный штраф – у них отняли 100 очков.

Насколько я помню, несколько дней назад администрация школы заявляла о чем-то подобном, но только в общих чертах.

— Интересно, что именно они сделали, чтобы поднять такой шум. Хотя это и действительно в стиле класса C. — Харука говорила раздраженно.

К сожалению, класс D не может позволить себе смеяться над другими классами. Несмотря на этот экзамен, мы не должны забывать, как потеряли 1000 классных очков за месяц после поступления.

— Независимо от причин, эффект этого их саморазрушения значительный. Если все пойдет именно так, то велика вероятность, что после зимних каникул нас повысят до класса С. — пришел к такому выводу Кейсей, но в его голосе не было особой гордости за свой класс.

— Именно поэтому они пристали к Миятчи?

— Ну, нет ни единого аргумента, указывающего на иное.

С точки зрения Рьюена, который руководит классом C, понижение не будет чем-то забавным и незначительным. Найти какое-либо слабое место класса D, чтобы сохранить свое положение – вот, что он пытается сделать сейчас. Если дело обстоит так, то его действия выглядят понятными.

Все присутствующие, кроме меня, пришли к этому выводу.

— Смена классов – это то, чего эта школа не может полностью избежать, но я думаю, что это случается нечасто. В таком случае успехи класса D после его значительного падения должен быть достаточной причиной для того, чтобы класс C запаниковал и, естественно, попытался выяснить причину произошедшего.

— Хоть Рьюен-кун и ведет себя властно и надменно, он все равно остается лидером. Он определенно потеряет свое лицо в такой ситуации.

— Ясно. В таком случае, я полагаю, их отчаяние понятно.

Акито, вероятно, чувствовал удовлетворение, представляя себе отчаявшегося Рьюена с его гордостью, разорванной в клочья, и поэтому согласился с этим.

— Но мы ведь не так сильно изменились, верно? Кажется, что к тому времени, когда мы осознали необходимость этого, наш разрыв уже сократился. Почему? Просто из-за того, что класс С споткнулся на ровном месте и получил штраф?

Большинство учеников в нашем классе не знают о сражениях, которые происходят за кулисами, и просто сдают экзамены. Понятно, что они не смогут понять, почему разрыв сократился.

— Если говорить только о классе D – мы одержали победу над другими классами во время экзамена на острове. Рьюен одолел нас во время экзамена c зодиаками, но недавно мы выиграли в «Бумажной лотерее». По сравнению с этим, класс С не особенно-то обращает внимание на свои классные очки, разве нет?

— Даже на острове они быстро израсходовали все отведенные им очки.

— Другими словами... класс С саморазрушается?

— Ну, можно сказать и так. Даже их нарушение правил на этот раз оказалось довольно самоубийственным.

Специальный экзамен проводился на необитаемом острове в начале летних каникул. Каждому классу выделяется 300 очков для использования на протяжении всего времени, и мы должны сдать экзамен, используя их в течение одной недели. Остаток будет добавлен к очкам нашего класса. Все классы, включая D, делали все возможное, чтобы сохранить как можно больше очков, но, как и сказала Харука, класс C быстро израсходовал все 300 очков.

— Разве не поэтому наш класс смог преодолеть этот разрыв?

На нашем пути были различные неприятности, но классу D удалось сохранить 225 очков.

— Верно, но мы не знаем, смогли ли они как-то компенсировать это или нет. Несмотря на все свои расходы, класс С, похоже, наслаждался отдыхом. Я немного завидую тому, что им не пришлось проходить через все те трудности.

— Ерунда. Это вечное безрассудство Рьюена... нет, он думает, что делать то, что нормальные люди делать не станут, делает его крутым. Вот почему для него ничего не значит проигрыш его класса.

Чтобы подняться до класса А, необходимо накапливать классные очки. С точки зрения Кейсея, который обладает твердой волей, вот так лишаться очков может показаться абсурдным.

Но это не значит, что Рьюен просто безо всякой пользы тратил очки, выделенные ему на острове.

На самом деле, несмотря на то, что он израсходовал все свои очки, он передал оставшиеся предметы, такие как туалет и палатки, классу А. Я не могу себе представить, чтобы он сделал это бесплатно.

Другими словами, он, должно быть, получил что-то взамен. Конечно, он бы ни за что не согласился на нечто нематериальное, такое как доверие или дружба. Что-то, что он мог получить в обмен на классные очки. Это должны быть личные очки. Есть всего несколько студентов, которые знают об этом; Кейсей же, кажется, этого не понимает.

— Вам-то, парни, конечно, было легко. Ты тоже так считаешь, Айри?

— Д-да. Верно. У многих девушек были с этим трудности. Думаю, еще немного, и у меня тоже могли бы возникнуть проблемы...

Айри сказала это, покраснев. Экзамен на острове в определенной степени учитывал факт наличия среди нас девушек, но даже так я уверен, что им пришлось гораздо труднее, чем парням.

— Почему у тебя были бы неприятности, будь это чуть позже?

Кейсей, который не понял, о чем она говорит, посмотрел странным взглядом на Айри.

— Э-это...

Айри, не в силах сказать ему, что речь идет о месячных, отвела взгляд. Поняв ситуацию, Харука несколько резко ответила Кейсею:

— Как тебе сказать, Юкиму. Эта твоя невежественность может быть милой, но когда дело доходит до таких вещей, тебе нужно улавливать настроение. Что-то вроде того.

— ...Что ты имеешь в виду?

Не став разбираться, отсутствует ли у него такт или же он и в самом деле не имеет ни малейшего представления, Акито мягко похлопал Кейсея по плечу.

— У всех людей есть свои проблемы, вот что это значит.

— Я ничего не понял. Что ты подразумеваешь под «своими проблемами»?

Кейсей, не в силах уловить всеобщее настроение, попытался еще глубже вникнуть в тему проблем девушек. И тогда Акито сменил тему.

— Класс D победил, потому что Хорикита насквозь видела рискованную стратегию Рьюена, верно? Если бы никто этого не понял, то был бы хороший шанс, что личность лидера класса D раскроют, так ведь?

Я кивнул и дал честный ответ Акито, который пытался удостовериться, что понимает происходящее:

— Если бы это случилось, то нынешняя ситуация попросту не сложилась бы.

— Они прохлаждались все это время, но все же хотели заполучить приз в итоге, ха? Они сделали вид, что весь класс сдался. Но почему именно Рьюен-кун должен был остаться на острове? Он лидер класса C. Разве не лучше было бы оставить кого-то менее заметного?

Слова Харуки не были полностью ошибочны. Тем не менее, это справедливо по отношению ко всем классам. Тех, кто в повседневной жизни выделяется в качестве лидеров, остальные должны были рассмотреть в первую очередь, но, поскольку буквально любой может быть назначен лидером, то естественно, что в конечном итоге все начнут сомневаться в этом. Во-первых, никто не сможет быть уверенным, что Рьюен – лидер, если не будет абсолютно точно знать, что он остался на острове.

И даже если как-то узнать об этом, вероятность того, что укажут на него, все еще очень мала. Потому что какой-либо неприметный ученик класса С все еще мог прятаться. Эту возможность нельзя исключать.

На этом экзамене цена ошибки намного выше, чем награда за правильный ответ. В конечном счете, пока нет веских доказательств, никто не будет указывать на кого-то.

— Эй, Киётака. Почему бы тебе не рассказать нам информацию, которую ты получил от Хорикиты? —Кейсей спросил это с серьезным выражением лица.

— Что ты имеешь в виду?

— Я хотел бы знать, о чем думает Рьюен и что он планирует делать. Учитывая то, что произошло на спортивном фестивале и во время «Бумажной лотереи», нашему классу нужно быть единым.

— Мне противно, что Ишизаки и ему подобные прилипли ко мне. Я тоже согласен с этим.

Похоже, они начинают понимать, что сейчас сотрудничество стало более важным, чем когда-либо. Даже Акито и Харука, которые не уделяют много внимания проблемам класса, по-видимому, разделяют это мнение.

— Я знаю об этом с чужих слов, но...

Прежде чем я предложил позвонить Хориките, Кейсей произнес:

— Все в порядке. Пожалуйста, расскажи нам.

Все четверо одновременно обернулись ко мне. Я почувствовал на себе странное давление.

— Хорошо. Но я не буду ручаться, что все так на самом деле и было.

Добавив это, я рассказал группе о всех событиях с самого начала на необитаемом острове, через которые прошли мы с Хорикитой. Конечно, все это было моими собственными действиями, но по официальной версии Хорикита додумалась до всего этого сама.

О том, как Рьюен, скрываясь на острове, использовал рации, чтобы общаться со шпионом. Что Ибуки не единственная, и в других классах тоже могли быть шпионы. И затем о том, как Рьюен стал зациклен на Хориките с момента экзамена на корабле. Я также рассказал им о том, как Рьюен нашел способ сдать экзамен на корабле.

Конечно, очевидно, я не стал рассказывать им, что Рьюен планировал сокрушить Хорикиту во время спортивного фестиваля, а также промолчал о предательстве Кушиды.

— Полагаю, такова суть произошедшего. О многом из этого вы уже и сами знали, Кейсей.

Получив новую информацию, Кейсей скрестил руки, по-видимому, глубоко задумавшись.

— Как и сказала Харука, вопрос заключается в том, почему Рьюен изо всех сил старался остаться на острове?

— По словам Хорикиты, потому, что он никому не доверяет. Это кажется наиболее вероятным. Собирать информацию о других классах и делать выводы из этого кажется непосильной ношей для любого другого ученика.

Способность контролировать шпиона и делать выводы. Выносливость и сила, чтобы продержаться на острове как минимум несколько дней, не имея ничего, кроме самого необходимого. Я не буду говорить этого вслух, но этот человек также должен быть тем, кто связан с классом А и способен работать с ними.

Учитывая все это, не будет преувеличением сказать, что Рьюен единственный, кто мог реализовать эту стратегию.

Если бы называть лидеров нужно было лишь после того, как все студенты соберутся вместе, то он не выбрал бы эту стратегию. Однако, мы должны были сделать это после переклички в предпоследний день экзамена. Другими словами, до того, как все классы соберутся вместе.

Это должно быть причиной, почему он выбрал эту стратегию.

— Как и следовало ожидать от Хорикиты... Я бы не смог просчитать все так далеко вперед. Я отказался от попыток определить лидеров других классов и также перестал пытаться разобраться в ситуации.

Кейсей и остальные размышляли над этим.

— Это вполне объяснимо. Проблемы с едой и гигиеной, руководство сгорело, а белье было украдено. Класс D был полностью разрушен. Мы не могли позволить себе думать о других классах.

Акито вспомнил события, которые произошли на острове. Кейсей также вернулся к неприятным воспоминаниям.

— Сейчас, оглядываясь назад – нам действительно пришлось тяжело.

— Но Хорикита-сан потрясающая. Подумать только, что она смогла понять все это во время экзамена. — Айри похвалила Хорикиту, словно искренне восхищаясь ею.

— Я могу понять, почему они обратили внимание на Хорикиту-сан. В конце концов, она насквозь видела стратегию Рьюен-куна.

— На самом деле, кажется, они не дают нам покоя даже сейчас.

Я не должен был отрицать этого, а, скорее, должен был рассказать им правду. Поэтому и добавил следующее:

— Даже во время экзамена с зодиаками была какая-то ссора между людьми, которые были в одной группе.

— Я могу понять экзамены на острове и корабле, но почему Рьюен и его люди в последнее время начали обращать такое пристальное внимание на других учеников класса D? Они даже пришли в клуб лучников, чтобы понаблюдать за мной. Это ведь ненормально, ведь так?

Понятно, что подобные вопросы возникнут, если все убедились, что именно Хорикита является их целью.

— Возможно, они пытаются выявить слабые места класса D. У Хорикиты нет слабостей вообще, поэтому вместо этого они могут попытаться разрушить ее окружение.

— Ясно. Это тоже возможно...

Интересно, значит ли это, что Кейсею и другим удалось понять причину действий Рьюена.

— Как и следовало ожидать от девушки Киёпона.

Харука, несмотря на то, что была впечатлена, решила подразнить меня.

— Не называй ее вот так просто моей девушкой ни с того ни с сего.

— В-верно. Мне кажется, это грубо по отношению к Киётаке-куну.

— А-ха-ха. Простите, простите.

Это также грубо и по отношению к Хориките. Сводить ее с кем-то вроде меня.

Даже если это просто недопонимание, Судо может рассердиться, если услышит об этом.

— Даже если она не твоя девушка, она ведь тебе нравится, не так ли? Или, может быть, ты уже встречаешься с другой девушкой?

— Мне она не нравится, и у меня нет девушки.

— Ясно. Тогда это означает, что мы все будем одиноки в этом году.

— Одиноки?

— Оглянись. Уже почти Рождество. — прошептала Харука, сидя на скамейке перед рестораном в торговом центре Кёяки.

Конечно, все эти украшения вокруг заставляют думать, что это какое-то особенное место, а не просто один из объектов школы. Время от времени мимо проходили студенты, которые выглядели как парочки.

— Это не такой уж особенный день, разве нет? Обычный день, как и любой другой.

— Для тебя это, может быть, и так, Юки-иму~ Но для нас, девушек, это на удивление важная вещь.

— М-могут возникнуть слухи...

— Да, да. Например, кто с кем встречается, а кто с кем не встречается. Кто провел ночь вместе, а кто остался один? И даже если ты одинок, потому что предпочитаешь одиночество, они в конечном итоге будут смотреть на тебя с жалостью.

— ...Мы первогодки старшей школы. Учеба – вот наша главная задача.

— Но ты ведь фантазировал об этом? Ты покраснел.

— Замолкни.

— В любом случае, этот сок манго слишком сладкий. Хватит с меня.

Акито сделал жест, что его вот-вот вырвет, и отставил свою чашку.

— Но это же вкусно?

Харука выглядела искренне шокированной, словно не могла поверить ему.

— Кстати, лично я думаю, что на зимних каникулах с классом D произойдет много разных вещей.

— Это... ты имеешь в виду, кто с кем начнет встречаться? — Айри с любопытством спросила об этом Харуку.

— Возможно. Если будут парни и девушки, которые начнут встречаться друг с другом, то также будут и парочки, которые расстанутся. Ведь на Рождество происходит много всего.

Харука кивала, словно видела множество таких случаев раньше.

— Давайте оставим в стороне тех, кто начнет свои отношения. Как думаете, будут ли расставания? На данный момент единственная пара класса D – это Хирата и Каруизава, верно? — сказал Акито, держась за горло.

Наверное, сладость сока манго все еще беспокоила его. К слову, прямо сейчас я тоже пью сок манго, и он до абсурдного сладкий.

— Не обязательно именно так. Неожиданные пары могут существовать и без твоего ведома, Миятчи. Романтика не ограничивается рамками нашего класса. Если есть девушка, которая тебе нравится, то ты должен действовать прежде, чем кто-либо другой украдет ее у тебя.

— К сожалению, стрельба из лука – единственная любовь, в которой я нуждаюсь.

— Ну и отстой. Ты ведь даже не так уж и сильно этим увлечен. Не круууууто...

— ...Заткнись.

Акито застенчиво отвел взгляд, словно был немного смущен этим. Неужели? Рождество уже совсем близко, так ведь? Поскольку я абсолютно со всем этим не знаком, для меня это звучит как нечто, происходящее в другом мире.

— В любом случае, у меня есть клуб. Я не буду отдыхать на зимних каникулах. Другое дело, будь у меня девушка, но сейчас я не собираюсь ее заводить.

— Под этим ты подразумеваешь, что вообще хотел бы завести?

В стиле настоящего репортера, словно держа микрофон в руке, Харука допрашивала Акито.

— Я не собираюсь поднимать из-за этого шум, как Ике и остальные, но это обычное желание как парней, так и девушек, верно?

Не так уж много людей, которые на самом деле не заинтересованы в романтике – кажется, он пытается сказать именно это.

— ...Ну, я не собираюсь отрицать это, поскольку и сама жду своего идеального мужчину. Юкиму, кажется, отвергает саму романтику, но что ты будешь делать, если встретишь девушку, которая тебя полюбит, а, Юкиму?

— Что я сделаю... это будет зависеть от отношений между мной и этим человеком. Что-то вроде того.

— Хмм. Значит, ты не будешь встречаться с ней лишь только потому, что она милая. Ясно, ясно. Ты серьезный парень.

— Замолкни.

Теперь двое парней пострадали от дразнящейся Харуки.

— Киётака-кун, а у т-тебя есть какие-нибудь планы на Рождество? —внезапно спросила меня сидевшая рядом Айри.

— Ого. Зовешь Киёпона на свидание, Айри? Как сме-ело.

— Н-нет, я не это имела в виду! Это не то, что я имела в виду, ясно?!

— Разве дело не в этом? Киёпон только что сказал, что у него нет девушки.

— Это не так, я просто хочу знать, что вы планируете делать. Мне интересно, чем вы занимаетесь, когда проводите Рождество в одиночестве.

Парочка наверняка пойдет на свидание или даже на два. Но мне любопытно, как одинокий человек проведет этот день.

— Ясно, и в самом деле любопытно. У Миятчи есть его клуб, а вот что Юкиму собирается делать?

— Я буду учиться. Если мы станем классом C к третьему семестру, то мы будем не просто догонять другой класс, а должны будем удерживать свою позицию. Пока в нашем классе много не особенно выдающихся учеников, и я хотел бы быть уверен в том, что мы впереди, даже если это просто баллы экзаменов.

Нужный человек в нужном месте. Кажется, он хочет внести свой вклад в сфере, в которой блистает ярче всего. Похоже, он стал увереннее в себе, помогая Харуке и Акито в учебе.

— Не думаю, что смогу приложить столько усилий для учебы. Оставлю это на тебя, Кейсей.

— Вы можете оставить это на меня, но даже если мы выпустимся как класс А, то вы все равно будете лишь разрушать себя сами, если не приложите усилий в том направлении, что выберете для себя.

Таким образом Кейсей хотел сказать, что одного лишь повышения до класса А будет недостаточно.

— Ты прав, я полагаю. Если не стану стараться стать лучше, то просто рухну вниз сразу после окончания школы.

Но разве это не уменьшает ценность выпуска в составе класса А?

Несмотря на то, что он понимал необходимость самосовершенствования, это все равно вызывало у Акито определенное недовольство. Если мы сумеем выпуститься как класс А, то к тому времени все в его составе уже будут обладать навыками, соответствующими этому званию. Интересно, не на это ли и надеется школа, установив такую необычную систему обучения?

Пока я ничего не могу об этом сказать.

— А что насчет Киёпона, который интересует Айри? Собираешься провести Рождество в одиночестве?

— Верно. Нет никаких особых планов. Думаю, буду просто сидеть взаперти в своей комнате.

— Рождество просто очередной праздник, так?

Церемония закрытия будет 22 декабря. Рождество не за горами.

— Хе... хе-хе.

Наблюдая за нами, Айри почему-то начала тихо смеяться. Она отчаянно пыталась подавить свой смех, но ей это не удавалось.

— Что-то не так?

— П-прости. Нет, я просто... счастлива, поэтому и засмеялась.

— Счастлива, поэтому и засмеялась?

Харука и остальные склонили головы набок, словно не совсем понимая. К тому времени, когда я понял, что происходит, в глазах Айри уже появились слезы.

— Мне никогда не было так весело раньше. Прямо сейчас я очень счастлива. — Айри выразила свои искренние чувства, которые она сдерживала в себе.

— Это ведь просто бессмысленная болтовня.

— Все в порядке. Потому что я хотела именно так и говорить со всеми вами.

— Я не совсем понимаю, но, наверное, тогда все нормально. Мне тоже весело. — Харука закончила этим обсуждение.

Затем тема разговора вновь изменилась.

— Раз мы уже здесь, почему бы нам не поужинать вместе?

Возражений не последовало, и мы выдвинулись всей группой. Затем я сказал всем:

— Я отлучусь в уборную. А вы пока идите вперед, ребята.

— Тогда мы подождем тебя здесь.

— Нет, сейчас там наверняка будет полно народу. Будет лучше пойти и занять очередь. Займите мне место, хорошо?

Все казались убежденными, и затем они направились в ресторан торгового центра Кёяки. Это ситуация стала возможной только потому, что теперь Айри способна действовать без меня.

Сделав вывод, что я направляюсь в туалет, Комия последовал за Акито и остальными.

Проводив группу и Комию взглядом, я направился в направлении, противоположном расположению туалета. Я подошел к одинокой девушке, которая сидела неподалеку от места, где мы только что болтали.

— Найдется минутка?

Я окликнул девушку, в одиночестве сидящую на стуле. Камуро из класса A. Она возилась со своим телефоном и, казалось, не замечала моего присутствия, оставаясь неподвижной.

— Я разговариваю с тобой. — заговорил я с ней вновь.

— ...Со мной? Что?

Подняв взгляд, она сделала вид, что только что заметила мое присутствие. Я сделал несколько шагов вперед и уселся на другой стул. Между нами возникло напряжение.

— Ты следишь за мной с недавних пор. У тебя есть какое-то дело ко мне?

— Хах? Что, черт побери, ты несешь?

— На обратном пути после занятий вчера. Торговый центр Кёяки два дня назад. Торговый центр Кёяки четыре дня назад. На обратном пути шесть дней назад. На обратном пути семь дней назад. Довольно много совпадений, не правда ли?

Я развернул экран своего телефона в сторону девушки и пролистал несколько фотографий.

— Но когда...

Я тайно фотографировал ее, следящую за мной.

— Поскольку ты следишь за мной, то не можешь позволить себе смотреть на меня, когда я поворачиваюсь в твоем направлении. Понятно, что ты не заметишь, если я стану фотографировать тебя в этот момент.

— Ну и что, что я слежу за тобой? Какие-то проблемы с этим?

— Не особенно. Это не доставляет мне неприятности или что-то в этом роде. Я не собираюсь просить тебя прекратить.

— Вот именно. Это просто совпадение.

— Но как ты думаешь, что подумает твой босс, если узнает об этом?

— Босс? О чем, черт возьми, ты говоришь? Фильмов пересмотрел?

— Тогда, полагаю, я сообщу об этом Сакаянаги. Что ты не особенно хороша в слежке.

— ...Подожди минутку. — остановила меня Камуро, стоило мне положить руки на подлокотники и сделать попытку встать.

Только по одному этому ее поведению я могу сказать, что она не особенно рада сложившейся ситуации.

— Ты довольно сильно предана Сакаянаги. День за днем тебя заставляют следить за мной в течение долгого времени, и ты все еще как следует делаешь свою работу. Вы двое, должно быть, близки.

— Ты, должно быть, шутишь. Я бы ни за что не стала по собственному желанию повиноваться такому человеку.

— Не нужно лгать. На самом деле ты тратишь время своей драгоценной студенческой жизни, занимаясь чем-то таким скучным, как слежка за кем-то. Ты стала бы заниматься этим только потому, что доверяешь и уважаешь Сакаянаги.

— Ошибаешься. Я бы разорвала все связи с ней, если бы могла. —выплевывающая эти слова Камуро казалась раздраженной.

— Тогда почему ты подчиняешься Сакаянаги?

— Неважно, почему, ведь так?

— Если ты делаешь это не по своей воле, значит, она управляет тобой, зная твое слабое место.

— ...Что ты пытаешься этим сказать?

— Я расскажу Сакаянаги о неуклюжести твоей слежки. Если я сделаю это, то твоя неспособность быть ее руками и ногами будет разоблачена, и эта твоя слабость, за которую она ухватилась, может негативно сказаться на тебе.

— Так ты мне угрожаешь. Ты тоже мне угрожаешь.

«Тоже», хах? Похоже, что Сакаянаги не просто использует Камуро, она крепко держит ее на привязи. Я просто задал ей наводящий вопрос, но кто бы мог подумать, что она так глубоко заглотит наживку.

— Что с тобой не так? Разве не странно, что Сакаянаги преследует тебя?

— Не знаю. Понятия не имею.

Похоже, Камуро не знает об истинных намерениях Сакаянаги. Я получил, по крайней мере, один ответ:

— Ты – студент класса D, которого ищет Рьюен, верно? Это единственное, что приходит на ум.

— И что ты тогда будешь делать?

Я не стал отрицать этого. Поскольку Сакаянаги знает о моем прошлом, то бессмысленно пытаться скрывать его.

— Ты угрожаешь мне, но если я вдруг захочу, то могу дать Рьюену подсказку.

— Я думал, что буду угрожать тебе, но вместо этого ты сама угрожаешь мне, хах? Тогда давай поступим так.

Я выдвинул Камуро предложение:

— Не стесняйся и следи за мной в любое время. Я не стану рассказывать другим об этом. И не стану сообщать Сакаянаги. В обмен на это ты, допустим, не станешь рассказывать обо мне никому, кроме Сакаянаги.

— Взаимные уступки?

— Я не думаю, что это плохое предложение.

— ...Это уж точно. Меня не интересует Рьюен.

Кажется, Камуро согласилась, она кивнула и после чего встала.

— Я возвращаюсь к себе. Я устала. — сказав это, Камуро направилась к выходу из торгового центра Кёяки.

Должно быть, эта слабость, из-за которой она в подчинении, может доставить ей много проблем.

Но, благодаря этому, неосторожных вмешательств с ее стороны больше не будет.

Полагаю, на данный момент я должен удовлетвориться этим. Теперь я могу не беспокоиться, что этот таинственный наблюдатель сообщит Рьюену о моей личности.