Навязчивые мысли роились в голове. Николай не мог сосредоточиться, поэтому уже битый час пытался вникнуть в суть первого предложения документа. Он, как и полагает Судье Государства, должен был ознакомиться с целой стопкой таких же полных текста листов, но все, о чем он мог думать – это страшное предание мудреца. Светлицкий бросил документ на стол, а сам откинулся в своем кресле, устало закрыв лицо ладонью. Мужчина уже не спал несколько ночей, ища способ изменить судьбу сына, предотвратить не только собственную смерть, но и своей любимой жены. Любой придуманный им вариант оказывался пустышкой, Николай тонул в отчаянии. Он обладал и силой, и безграничной властью, но ничем не мог помочь людям, которыми искренне дорожит. Раздался тихий стук в дверь. Мужчина знал, кому он принадлежит, поэтому быстро протер слезящиеся глаза, а затем взял в руки тот самый многострадальческий документ. Расправив плечи, Светлицкий сделал глубокий вдох, произнеся спокойное:

– Заходи. – в кабинет вошла светловолосая женщина. Темные круги под ее уставшими глазами выдавали не одну бессонную ночь, которую она разделила вместе с мужем. От статной фигуры не осталось и следа, кожа на худощавых руках серая, а платье бесформенно висит на узких плечах. Николай поднялся, пройдя к жене на встречу. Он заключил ее в свои объятья, позволяя женщине облегченно выдохнуть в его сильных руках.

– Ты уже ужинала? – тихо спросил Николай.

– Я не голодна. – с трудом подняв голову на мужа ответила Светлицкая.

– Нельзя же вообще ничего не есть. – продолжал мужчина, но в ответ услышал лишь тишину. Переубедить жену казалось невозможным, та слишком сильно нервничала, чтобы желать чего-то такого простого, как пища, и Светлицкий ее прекрасно понимал.

– Уже два месяца прошло, мы ничего не можем сделать. – отчаяние четко слышалось в голосе Малены, с каждым новым днем бороться за сына становилось все труднее.

– Я что-нибудь придумаю. – стоял на своем Николай, пытаясь внушить жене, что у него все под контролем, просто нужно немного больше времени. А может быть таким образом он пытался успокоить себя?

– Где же этот умник, когда он так нужен? – ненавистно прошипела Малена, говоря о мудреце. – Обещал же помочь.

– Он уехал на пару дней в Сибирь, сказал, там есть что-то, что в силах нам помочь.

– У нас мало времени. – начала Светлицкая. – Я видела сон: вокруг толпа осматривает наши головы, что висят на воротах дворца, они хлопают в ладоши и веселятся, подкидывая свежего мяса Белому тигру, что лежит впереди нас. Мы умрем, Николай. – затем она не могла возвысить голос от страха, продолжив полушепотом: – Что-то точно должно произойти из-за чего Александр убьет нас.

– Не думай об этом. – мужчина отодвинул Малену от себя, держа ее за плечи. Заглянув в глаза жены, он четко произнес: – Я все решу, просто дай мне еще времени. Сейчас он младенец - ничего сделать не сможет.

– А если в народе узнают? Точно жди беды. – будто не слыша Николая, продолжала Светлицкая.

– Мы же объявили им ложное предание, все поверили - и это сыграло нам на руку. – мужчина стоял на своем, чувствуя, как все внутри закипает, но он не подавал вида.

– Я видела, как перешептываются служанки, они точно что-то знают… Их нужно убрать, пока не поздно.

– Малена, хватит! – взорвался Николай, тряхнув женщину за плечи. Она уставилась на мужа в шоке, тут же замолчав. Светлицкий тяжело дышал, пытаясь успокоить эмоции, что бурлили в нем, все так же не отпуская жену из своей хватки. Его голос прогремел от стен достаточно громко, чтобы пара Охотников-сторожил за дверью услышали его. Привлекать лишнего внимания было нельзя, поэтому мужчина наклонился ближе к лицу Малены, гневно прошептав: – Ты сама провоцируешь их распространять слухи. Ты к кровати Саши не подходишь, на руки его не берешь, – он вновь встряхнул тело женщины. – Ты даже кормить его отказываешься, находя более “важные” дела вместо того, чтобы быть рядом с новорожденным ребенком. Это ли не странно? Возьми себя в руки, Малена, иди поешь сама и позаботься о нашем сыне, я сделаю все остальное.

После этих слов Судья протяжно выдохнул и подтолкнул женщину к двери, а сам вновь сел за стол. Когда жена вышла из кабинета, Николай не сумел сдержаться, в порыве ярости скинув со стола стопку документов, сражаясь с противоречивыми мыслями в голове. Ему сейчас было так тяжело решать проблемы Государства и свои собственные, что вся эта ситуация казалась ему совершенно безысходной. Теперь казалось, что единственное, что может принести ему счастье – это слова мудреца о том, что предание действительно изменилось, и маленький наследник вырастет самым счастливым ребенком в этом дворце.

Но этому не суждено было сбыться, Николай понял это в тот момент, когда услышал истошный крик Малены не так далеко от кабинета. Сердце забилось в бешеном темпе, мужчина никогда так быстро не срывался с места. Светлицкий был готов к чему угодно, но только не увидеть опустевшую колыбель сына. Малена в ужасе застыла рядом, но Николай не собирался терять время.

— Собрать мне всех Охотников! Найти изменника! — скомандовал мужчина, устремившись в погоню за похитителем, но Малена успела схватить его за руку, остановив буквально на секунду.

— Оставь. — прошептала она. — Может быть это и к лучшему.

Мужчина обомлел от шока, он не мог поверить в сказанное женой. Нахмурив брови, Светлицкий махнул рукой, освобождаясь от хватки Малены.

— Чтобы я больше такого не слышал. — прошипел сквозь зубы Николай, выбежав вон из комнаты.

Охотники и их дружина хаотично бежали по коридорам, минуя лестницы, заглядывали в каждую комнату и проверяли потайные выходы из дворца. На улице поднялся весь патруль, пробуя выяснить, видел ли кто-нибудь подозрительного человека, а может и группу людей, но это не дало результатов. Не было найдено ни одного следа похитителя, он будто растворился в воздухе, скрывшись в свете закатного солнца. День подошел к концу, но на улицах шумно - ищут наследника. Люди спешили в свои дома, чтобы не попасть под подозрения, ведь слух о пропаже первенца двух Судей разлетелся по Столице за считанные часы. Охотники проверяли не только случайных зевак, но и важных персон, которые возвращались с вечернего променада в свои теплые просторные квартиры. Поиски не прекращались неделями, даже мудрец не мог сказать, кто совершил подобное.

— Ведений на этот счёт не было. Я не собака-ищейка, и тем более не волшебник. Для меня невозможно отследить наследника. — повторял он, совсем не утешающие прогнозы отчаявшимся родителям.

Судьба забрала ребенка у одной семьи и вернула другой. После торопливого стука в железную дверь, ее отворила женщина в черном. На ее лице был заметен отпечаток печали, опухшие глаза и мокрые дорожки от слез на щеках. Осмотрев старый подъезд, она не заметила никого; стук в дверь ей точно не показался, поэтому в груди кольнула обида за человека, который нашел в себе силы пошутить над семьей в трауре, все соседи знали, что сегодня они похоронили ребенка. На этаже неприятно пахло кошачьей мочой и, несмотря на самый разгар жаркого августа, неделя выдалась холодной и дождливой, так что женщине хотелось поскорее закрыть дверь. Но не успела она взяться за ручку, как услышала плач младенца. Широко распахнув глаза, она вышла в коридор прямо в домашних тапочках, торопливо озираясь по сторонам. Хныканье не прекращалось, так что женщина прислушалась, а затем закрыла дверь, найдя за ней ребенка, что был неряшливо завернут в одеяло.

— Господи! Сережа! Иди сюда! — взвизгнула женщина своему мужу, быстро подняв с пола младенца. Он совсем лёгкий, худощавый, но плачет так громко, что покраснел от напряжения. Начиная раскачивать младенца в своих объятьях, женщина пыталась его успокоить, а затем подошла к лестнице, чтобы проверить не ушел ли еще человек, оставивший его. На лестничных пролетах была тишина, лишь мальчик громко плакал не в силах успокоиться. Присмотревшись к его лицу, женщина заметила под головкой свёрток бумаги: «Александр. 01.06.2005».