Часть 4. Игра в прятки со смертью

Письмо было пустым. Но Ален знал такие уловки — поднёс к пламени свечи. На пергаменте проступили строки: «Полночь. Склеп Сен-Клер. Приди один, если хочешь узнать, кто отравил твою мать».

Он рассмеялся. Примитивная ловушка. Но слишком личное, чтобы игнорировать.

Ночью, обойдя спящую охрану, Ален проник в фамильный склеп. Луна освещала статую ангела с завязанными глазами — символом слепой веры. У её подножия лежала шкатулка с аукциона.

— Доброй ночи, кузен, — раздался за спиной голос Бена. Из тени вышли близнецы. Камила держала кинжал, её улыбка блестела, как лезвие.

— Папа будет счастлив, что ты сам полез в могилу. Скажем, ты хотел осквернить прах матери?

Ален шагнул к шкатулке. Рубиновые глаза кролика светились в темноте.

— Знаешь, Бен, вы всегда были тупы, — он повернул ключ, найденный в кабинете. Механизм щёлкнул, крышка отскочила, выпустив облако белого порошка.

Бен закашлялся, падая на колени. Камила закричала, закрывая лицо — её кожа покрывалась язвами.

— Мама называла это «правдой ангела», — холодно произнёс Ален, надевая перчатки. — Прелесть в том, что яд не убивает только её кровь. А вы, ублюдки, ведь не родные?

Он поднял из шкатулки миниатюрный портрет — женщина с его серыми глазами. На обороте: «Прости, что оставила тебя с ними. Ищи меня там, где правят кролики».

Склеп замолчал. Ален вышел, оставив близнецов корчиться в агонии. Утром отец получит письмо о их «несчастном случае». А он... Он нашёл новую цель.