Глава 2: Несокрушимая Цитадель Лиам не сдавался. Его настойчивость была похожа на мягкий, но неутомимый поток воды, пытающийся сточить камень. Он изучил ее расписание, знал, какие книги она читает, даже замечал новые штрихи в ее рисунках. Он находил поводы для общения, не требовавшие от нее ответов. Он просто рассказывал о своих днях, о лекциях, о случайных мыслях. Иногда Эйра чувствовала его взгляд на себе, когда она была погружена в чтение, но не поднимала глаз. Однажды Лиам сел рядом с ней в парке, где она рисовала старое дерево. Он не пытался заговорить, просто молчал. Его молчание было иным – неудобным для нее, потому что оно не требовало ее отказа. Это было пассивное присутствие, которое раздражало ее своим невидимым упорством. "Зачем ты это делаешь?" — вдруг спросила Эйра, ее голос был низким и еле слышным, словно шорох листьев. Это были первые слова, которые она сказала ему. Лиам удивленно поднял бровь. "Что именно?" "Все это. Твое присутствие", — она махнула рукой в воздухе, указывая на его место рядом. Он улыбнулся, и в его глазах появилась искренность, которая немного смутила ее. "Я просто хочу понять тебя. Ты кажешься... другой". Эйра не ответила. Она вернулась к своему скетчбуку, но линии ее рисунка стали нервными, дрожащими. Этот разговор, такой короткий и незначительный, нарушил ее внутреннее спокойствие. Лиам был слишком близок, слишком настойчив в своем желании прорваться сквозь ее стены. Проходили недели. Он приглашал ее на выставки, предлагал помощь с проектами, просто сидел рядом во время обеда, хотя она никогда не разделяла с ним пищу. Его терпение было безграничным, а его желание сблизиться с ней – несокрушимым. Но каждый его шаг навстречу встречал невидимую, но непреклонную стену ее отчужденности. Она чувствовала, как ее привычный комфорт начинает колебаться. Эти попытки вывести ее из состояния безразличия вызывали у нее странное ощущение — не страха, а скорее раздражения от нарушения ее личных границ. Ей было комфортно в своем мире, и она не видела причины впускать кого-либо. Однажды вечером Лиам подошел к ней у выхода из университета, когда уже почти никого не было. В его руках был букет полевых цветов – простых, но нежных. "Эйра", — начал он, его голос был полон искреннего чувства. "Я знаю, ты отталкиваешь всех. Но я чувствую, что ты не такая, какой кажешься. Дай нам шанс. Один вечер. Просто пообщаться". Эйра смотрела на цветы, затем перевела взгляд на его глаза. Там была надежда. И это ее окончательно убедило. Она покачала головой. "Нет", — прозвучало четко, без тени колебаний, хоть и тихо. Она не взяла цветы, просто прошла мимо него, оставляя Лиама стоять одного в сумерках, с букетом, который больше никому не был нужен. Цитадель осталась несокрушимой.