Ночь знает его по пальцам: ботинки, пачка бумаги,

лампа на столе — маяк в океане кухонного света.

Он шепчет миру строки, что никому не сгодятся,

складывает их в коробки, как редкие марки.

Его имя — гравий под кроссовками времени,

почерк — карта забытых, но нужных дорог.

Он приглашает к себе героев, которых никто не ждал,

учит молчание говорить голосом, что дрожит.

Письма не доходят до адресатов — тают на стекле,

как отпечатки пальцев на перевернутом листе.

В шкафу, под старой чашкой, дрожат целые романы,

которым еще не хватило упрямой любви судьбы.

И вот утром прохожий, случайно задевая витрину,

читает строчку — и узнает в ней свое одиночество.