Я жила в ветхой лачуге в богом забытой деревеньке. Единственное, в чём мне повезло — своего избранника я выбрала сама, а не как это было обычно принято у нас, когда приходилось жить с тем, кто попадётся. Жили мы бедно, постоянно отказывая себе во всём. Как и все женщины в деревне, я горбатилась, чтобы прокормить семью. Я помогала приезжим обустроиться на ночь. Многие из них меня пугали. Я видела их пустые глаза и слышала их бормотание о каких-то "вратах", но старалась не придавать этому особое значение.

‎Избранник мой хоть и был человеком трудящим, но часто искал приключения на свою (да и мою) голову. То с работы выгонят, то сам уйдёт, если кто-то ответит не так, как ему нравится, то притащит домой животину с просьбой оставить. Как-то я видела, как он заговорился с одним из приезжих, который рассказывал о загадочных вратах.

Жизнь для меня была хоть и плохой, но привычной. Пока мой избранник не начал пропадать. То на день, то на три, то на неделю. Каждый раз, когда я спрашивала, куда он уходит, не могла получить вразумительный ответ. Казалось, что этот человек и сам не знает, куда он пропадал. Мне становилось всё страшнее, я переставала узнавать человека, с которым провела последние 5 лет своей жизни. Я замечала, как по ночам он смотрит в угол и шепчется с пустотой. Он говорил про какие-то карты... И отрицал всё на утро.

Я очень хорошо помню тот день. День, когда изменилось всё. Он предложил показать мне врата.

‎
‎Мы вышли из деревни и долго шли. Казалось, кроме дороги не было больше ничего. Никаких деревьев, никаких камней. В какой-то момент пропала даже дорога. Я уже стала сомневаться, а не сошёл ли он с ума, но вдруг разглядела вдали ворота. Сначала я подумала, что рядом с нашей деревней появилось новое поселение. Но открыв врата, я попала... В доселе неведомое для себя место. Сказать по правде, я даже и подумать не могла, что такое существует. В этом мире всё казалось таким настоящим и ненастоящим одновременно.

Мне было тяжело понять этот мир. Как я потом узнала, он назывался Ремангой. Сюда сбегались люди со всего мира, чтобы почитать здешние Истории. Только тут было собрано такое количество Историй на любой вкус. Но я долго пыталась принять, что больше всего сюда тянуло местных из-за Карт. Для здешних это были самые ценные артефакты. Чтобы обзавестись Картой, достаточно было выполнить задание от Царя этого мира. Люди настолько были не в себе от них, что готовы были на что угодно. Видела я, как один делал вид, что меняется ценным артефактом, а сам всучивал мусор. Другие уничтожали Карты создателей, чтобы сделать свои. А кто-то запрашивал кучу мусора, пряча среди него редкость, — и ловил простаков на жадность.

Сама того не заметив, я начала сбегать со своим избранником в этот мир всё чаще и чаще. То, что раньше мне казалось диким, начало становиться частью моей жизни. Однажды я осознала, что стала такой же зависимой, как и местные. Я начала собирать эти артефакты. И чем больше их было, тем больше становилась моя жажда. Я изменилась, ведь теперь и я была готова на низкие поступки ради получения ещё одной Карты. Я пользовалась тем, что некоторые Карты появлялись у меня из-за случайных ошибок. Я врала и скрывала их, лишь бы их не забрали. Если я долго не получала новый артефакт, меня начинала бить дрожь. Ломка скручивала тело, в глазах темнело. Мне снились Карты по ночам. Я просыпалась и первым делом всегда проверяла свою коллекцию. 

Иногда я думала о том, что, если убью своего избранника, все его Карты станут моими. Я представляла, как это сделаю. Нож. Тёмный переулок Реманги. Или просто толкнуть, когда он будет смотреть очередную историю, замечтавшись.

Чтобы выживать в этом месте было проще, люди делились на группы. Такие группы было принято называть Гильдиями. Как оказалось, мой избранник уже являлся частью одной из Гильдий, и он хотел, чтобы ей стала и я. Я спрашивала, что это вообще за место, на что получила ответ:

‎— Подобие культа.

‎— А поклоняются кому?

‎— Самым опасным существам этого мира, — он ненадолго прервался, — котикам.

Глава этих людей вызывала искреннее уважение — терпеть такое количество сумасшедших способен не каждый. А ещё — не каждый способен убить любого, кто посмеет тронуть кого-то из нас. В этом месте я познакомилась с человеком со странным прозвищем Говняша, местной любительницей развести вакханалию. Торговкой Эни, о которой ходили слухи, что продаёт она не только артефакты, но ещё и органы. Белкой, целью которой, как оказалось, являлось не только собрать побольше людей в эту гильдию, но и организовать себе гарем (частью которого я сама чуть не стала). С Травкой, которая дурманит умы участников гильдии и пощупать которую мечтают многие. С Злодеем-симулянтом, что с утра до ночи думает только об одном — как заманить в свои игры какого-нибудь беднягу. Любителем сочинять и рассказывать истории, чтобы окончательно не впасть в отчаяние, — человеком с горящим зонтом. А также со многими другими.

Они спросили, как же величать меня. И, чтобы точно вписаться в эту компанию, ведь эти люди могли как и принять меня, так и убить, не подавая виду, что я пришла из другого мира, я сказала первое, что пришло в голову — чакушкой. Никто не был удивлён, ведь в этом месте все называли себя так, как душе угодно.

Я оглянулась на того, кто привел меня сюда. На того, с кем я провела последние 5 лет своей жизни. Он стоял в стороне, в тени, и улыбался. Той самой улыбкой, которой улыбаются люди, глядя на завершённую работу.

Свет от факелов упал на его лицо, и я впервые заметила то, чего не видела раньше. Кожа на скулах будто бы светилась тусклой красной чешуей. А может, мне просто показалось. В Реманге всё время что-то кажется.

— Красно-серый дракон, — прошептала я.

Наваждение исчезло. Снова передо мной стоял мой избранник. Но теперь я знала: в этом мире люди становятся теми, кем себя называют. Я назвалась чакушкой, и мне было тяжело это объяснить. Мера? Сосуд? Уже неважно. Теперь я не человек, а ёмкость для тьмы этого мира.