Родившись крошечной и беззащитной, в корнях древнего леса, кроны которого окутывали землю непроглядным мраком, маленькая белая змейка, глаза которой скрывали в себе непроглядное ночное небо, ползками изучала этот мир. Он был опасным, так как любое движение могло стать угрозой. Но в нем было что-то завораживающее. Так змейка боролась, цепляясь за любой шанс на выживание. Каждый шорох и тени становились шансом на выживание или верную смерть.
Все вокруг казалось ей чуждым. Страх заставлял учиться быть скрытной, внимательной, осторожной настолько, что она могла найти опасность там, где другие не заметили бы даже тени. Со временем, окрепнув, научившись всему что могла даровать природа этих мест змейка устала от обыденной жизни в лесу. Ей нужны были перемены. Так, в один из дней она наткнулась на врата древнего храма, поросшие мхом. Слабое мерцание пугало и манило одновременно. Прошмыгнув в узкое отверстие из которого исходил свет, змейка почувствовала сильное давление. Что то тянуло её, сжимало каждую клеточку её маленького тельца, что она была готова умереть. Что же это было? Великие врата Реманги почувствовали достойного….

В многих сказаниях описывались волшебные врата, которые находят скитальцы в поисках желаемого. Кто-то ищет силы, иных же ведет жажда знаний. «Счастье для всех, даром, и пусть никто не уйдёт обиженный» - гласят надписи на барельефах врат. На разных языках, но слова всегда одни.

Змейку метало сквозь метафизическое пространство портала. Мышечная, костная, нервная система проходила ужасные изменения. Каждая клетка тела вопила от боли, готовясь к гибели либо ужасному превращению. От старой сущности оставалось немного. Все больше образ напоминал человечий, лишь бледная кожа, с зеркальными чешуйками на плечах и шее, а также длинные резцы напоминали о змеином происхождения. Она в последний раз издала истошный вскрик и потеряла сознание.

Очнувшись, не змея и не человек, оказавшись в большом мире, чуждом и жестоком, нужно было вновь бороться с надвигающимися опасностями. В поисках своего счастья лишь звезды предсказывали путь. Он был тернист, полон убийств, бессмысленный жертв, невиданных преград. Но бывали и минуты счастья, встречи с новыми товарищами, а также маленькие радости жизни. Так маленькое дитя стало ЗмейкойНянДзян, что сама пишет свою судьбу.

Ступив через ворота города, внутри которого кипела жизнь, бесконечные разговоры, споры, союзы, войны гильдий и неизбежность конца всего сущего.. она вошла туда тихо, словно тень среди чужих голосов. Читала древние свитки историй, в которых переплетались судьбы великих искателей и поверженных страдальцев, а затем исчезала, не оставляя после себя имени. Ей не нужен был знак принадлежности и не нужен был символ, под которым её могли бы узнать. Она лишь наблюдала.

Однако любой город рано или поздно начинает узнавать тех, кто слишком часто возвращается к его стенам.

Со временем она начала замечать детали, которые раньше ускользали от её внимания. На площадях обсуждений постоянно происходили столкновения гильдий. Одни защищали свои вкусы и убеждения, другие пытались расширить влияние, третьи просто наслаждались самой возможностью спорить и сражаться. Иногда эти битвы напоминали шумные перепалки, но порой они были похожи на настоящие осады, когда десятки жителей сталкивались друг с другом, пытаясь доказать свою правоту.

Именно тогда она впервые поняла, что это был не просто безымянный город, куда скапливались все люди?¿

Это был мир. Мир со своими правилами, запретами и бурями. Одним из таких явлений было то, что старожилы называли Великим Молчанием. В один момент привычный шум голосов мог исчезнуть: обсуждения внезапно обрывались, а некоторые жители будто растворялись во тьме. Для тех, кто наблюдал со стороны, это выглядело как обычные наложенные чары или ограничения. Но для тех, кто находился внутри, всё ощущалось иначе, словно над городом на время опускался тяжёлый занавес тишины.

Когда она уходила, жизнь возвращалась. Однако иногда не все голоса возвращались вместе с ней. Оболочка оставалась, но разум и взгляд пустели, становясь похожими на бездушный предмет. Некоторые странники отправлялись в изгнание. Их путь лежал на далёкие острова, которые жители с иронией называли Мальдивами. Там время текло иначе, а возвращение зависело от воли тех, кто следил за порядком в этом мире.

Змейка тоже была знакома с этим местом. Несколько раз судьба отправляла её туда, и каждый раз это ощущалось как короткое исчезновение из привычной реальности.
Но даже изгнание не означало конец пути.

Годы шли, и вместе с ними менялся сам город. Появлялись новые гильдии, старые распадались или уходили в тень.

Некоторые из её соратников, с которыми когда-то были пройдены споры, поиски и долгие годы странствий, постепенно исчезали. Кто-то отправлялся исследовать другие миры, кто-то просто растворялся в бесконечных дорогах созвездий.
Иногда это происходило без прощаний, и всё же путь продолжался.

Она скиталась между залами историй, как змея, которая уже привыкла к этому миру, но всё ещё не считает себя его хозяином. Она наблюдала за новыми битвами, за тем, как молодые жители вступают в споры с той же страстью, с какой когда-то это делали их предшественники. Она видела, как меняется атмосфера города, как одни эпохи заканчиваются, уступая место другим. Иногда ей казалось, что этот мир похож на огромный лабиринт.

Каждый, кто входит в него, выбирает свою дорогу. Одни быстро находят то, что искали, и уходят. Другие блуждают годами, сталкиваясь с неожиданными препятствиями и врагами. А некоторые остаются настолько долго, что сами становятся частью этого лабиринта.