FIAS HOMO INSOMNIA LABORANS ET DEINDE OBDORMISCES Ты человек, страдающий от бессоницы, а потом засыпающий.

Четыре утра. Время, когда мир вымирает, а твоя собственная башка превращается в перегруженный процессор, который не может закрыть ни одного окна. Ты лежишь и слышишь тишину. Она не тихая. Она гудит. Глухой, настойчивый гул в ушах — может, кровь, может, ток в проводах, а может, это звенит сама пустота.

За стеной — стук. Раз в три минуты. Капля из крана падает в раковину из нержавейки. Точный, как метроном. Ненавижу ее ироничную регулярность. Я уже считал до тысячи, ворочался, пил теплую воду, читал инструкцию к старому фену — лишь бы занять глаза чем-то унылым и бессмысленным. Бесполезно.

Подушка нагрелась до температуры тела и стала мокрой от моего дыхания. Перевернул ее на другую сторону — холодную, это на две минуты отвлечет. Мысли — это самое поганое. Они не уходят. Они как пьяный знакомый, который тычет тебе в ухо свое: «А помнишь, ты сказал…» или «А что, если завтра…». Мозг, отвались. Просто отвались.

Отчаяние подползает тихо. Не драматично, а по-бытовому, как запах затхлой тряпки. Еще одна ночь в мусорку. Еще один день, который начнется с ощущения, что тебя переехали.

А потом… ничего. Я не борюсь. Просто сдаюсь. Смотрю, как по потолку плывет оранжевый отсвет фар от редкой машины. Он проплывает, растягивается, как капля масла, и тает в углу.

И мое сознание делает то же самое. Оно не выключается. оно просто растекается. Мысли теряют острые границы, превращаются в бред, в обрывки картинок: лицо без черт, лес из проводов, звук капель, который уже не раздражает, а становится ритмом.

Я не засыпаю. Я проваливаюсь. Куда-то мягкое и тёплое. Без сновидений, без мыслей. Просто проваливаюсь самую густую часть этой ночной тишины, и она наконец-то меня ловит.