Тут изночальна должен был быть другой мем, но за мной следят и собирают компромат. Так что видимо без него)

Текст:

После Наташиных рассказов про скорую помощь меня потянуло на глубокую философию. Я снова запрыгнул на подоконник. За стеклом, как по расписанию, сидели те же два голубя и пытались склевать шляпку от самореза на отливе. Самый разгар интеллектуального кризиса.

Я постучал лапой по стеклу, привлекая внимание этих пернатых мыслителей. — Эй, узники воли! — крикнул я им. — Вот вы вчера орали про свою свободу и рок-н-ролл. А вы задумывались, в чём конечная цель вашего бытия? Каков ваш высший замысел?

Первый голубь перестал долбить саморез, скосил на меня мутный глаз и курлыкнул: — Замысел прост, волосатый. Летишь — видишь памятник — совершаешь акт искусства. Видишь чистую машину после мойки — выражаешь гражданскую позицию. Мир — наш холст!

Второй голубь важно раздул зоб: — Да! В этом и есть истинная свобода — сеять хаос без всякой отчётности и бланков!

Я вздохнул, вспомнив Наташины ночные разговоры, и снисходительно улыбнулся: — Дети природы... Ваша «свобода» — это просто отсутствие системного мышления. Вы сеете хаос хаотично! А вот у нас в квартире — абсолютный детерминизм. Каждое моё утреннее безумие чётко скоординировано с Домовым и ведёт к гарантированному открытию паштета. Мой хаос монетизирован! А ваш? Что вы получили за обгаженный капот того мерседеса во дворе? Экзистенциальную пустоту и пинок от дворника?

Голуби замерли. В их крошечных мозгах явно начался сложный процесс дефрагментации. Они переглянулись, потом посмотрели на мою миску, в которой ещё блестели остатки утреннего тунца, полученного за молчание. Тут из-за шторы бесшумно показался Домовой и приставил к стеклу Наташин стетоскоп, как бы намекая, что мы прослушиваем их интеллектуальный тупик.

Голуби не выдержали такого напора метафизики, синхронно курлыкнули и с позором улетели в сторону помойки. — Слабый пошёл оппонент, — заметил Домовой, убирая прибор. — Никакой базы.

— И не говори, — согласился я, устраиваясь поудобнее. — На словах ты Лев Толстой, а на деле — голубь, который не может обосновать свой тыгыдык. Пойду посплю на новом шкафу, а то от этих дискуссий аж в лоток захотелось.