Окно Системы Пожирателя Первоначала Имя: Мо Цзун Уровень: 3 Культивация: Закалка ци 3 слоя (3) Раса: Демонический Дракон, Симбиоз Завершен, Фаза 1 Характеристики: Сила: 110 Ловкость: 45 Интеллект: 30 Харизма: 1 Здоровье: 400 из 400 Мана: 150 из 150 Навыки: Пожиратель Первоначала, Контроль Формы, Жажда Битвы Статус: Скрытность активна, Концентрация Прогресс до 4 слоя: 85 процентов Золотой купол над Железной Заставой гудел, издавая низкий, вибрирующий звук, от которого ныли зубы. Воздух в переулке мгновенно стал сухим и тяжелым, словно город накрыли гигантской медной крышкой и поставили на медленный огонь. Запах озона, резкий и кислый, забивался в легкие, смешиваясь с привычной вонью помоев и конского навоза. Мо Цзун вжался в холодную, покрытую склизким мхом кирпичную стену. Его правый глаз, скрытый в глубокой тени капюшона, пульсировал багровым светом. Демоническая кровь внутри него билась о стенки сосудов, реагируя на давление праведной формации. Массив Секты Лазурного Облака был создан не просто для того, чтобы запереть двери. Это была огромная давящая печать, выискивающая любую скверну. Праведники всегда так предсказуемы, с мрачной усмешкой подумал юноша, чувствуя, как по виску скатывается холодная капля пота. Они думают, что если залить мир ослепительным светом, то в нем не останется места для теней. Глупцы. Чем ярче их искусственное солнце, тем гуще и острее тени, в которых можно спрятать клинок. Топот окованных железом сапог приближался. Стража Секты в синих доспехах двигалась по главной улице, методично оттесняя наемников и торговцев к стенам. Желтые вспышки зеркал резонанса выхватывали из толпы каждого, кто имел хоть каплю духовной Ци. Раздавались возмущенные крики, звон бросаемого на брусчатку оружия и глухие удары древков копий по спинам тех, кто смел спорить. Сто десять единиц силы напрягли мышцы Мо Цзуна, превращая его тело в сжатую пружину. Он мог бы выскочить прямо сейчас, разорвать глотки этим троим патрульным, используя когти Пламени Бездны, и прорубить кровавую просеку к городским воротам. Восемьдесят пять процентов прогресса до четвертого слоя умоляли его напиться свежей энергии. Но за воротами его ждал бы сам Старейшина Ван, практик с Золотой Пилюлей. А за спиной, в дрянной гостинице, сидела его сестра, чья жизнь зависела от его способности контролировать внутреннего зверя. Истинное Дао хищника — это не бездумная бойня, мысленно произнес Мо Цзун, заставляя гибридную энергию сжаться в плотный ком на самом дне даньтяня. Истинное Дао — это умение перегрызть глотку гордыне, когда того требует выживание. Он отлепился от стены и скользнул вглубь переулка, уходя от света факелов. Сорок пять единиц ловкости делали его шаги абсолютно бесшумными. Он двигался как призрак, перетекая от одной бочки с тухлой рыбой к другой, перепрыгивая через спящих в лужах пьяниц и огибая патрули. Чтобы скрыть тепло своего тела от поисковых артефактов, он позволил ледяной энергии дракона тонкой пленкой покрыть свою кожу под плащом. Холод обжигал его собственную плоть, но маскировал ауру до состояния температуры окружающего камня. Улицы Железной Заставы превратились в муравейник, в который ткнули палкой. Везде слышался плач, ругань и треск ломаемых дверей. Секта Лазурного Облака не церемонилась с жителями приграничья. Для них эти люди были лишь пылью под ногами идущих к бессмертию. Спустя четверть часа непрерывного скольжения по теням Мо Цзун добрался до своей гостиницы. Здание выглядело еще более убогим, чем днем. На первом этаже уже слышались грубые голоса и звон бьющейся посуды. Стража добралась сюда быстрее, чем он рассчитывал. Идти через главную дверь было самоубийством. Юноша обогнул здание, выйдя на глухой задний двор, заваленный гниющими досками и пустыми бочонками. Он посмотрел на узкое окно третьего этажа, под самой крышей. Мо Цзун стянул грубые кожаные перчатки, сунул их за пояс и высвободил когти на правой руке. Металлического лязга не было, только тихий хруст изменяющейся плоти. Черные, изогнутые как серпы когти вонзились в трухлявое дерево стены так же легко, как в теплую грязь. Он пополз вверх по отвесной стене с проворством гигантского паука, подтягивая свое тяжелое тело одними лишь мышцами спины и плеч. Дерево под его когтями жалобно стонало, грозя обвалиться, но юноша двигался без остановок, пока не достиг карниза. Он бесшумно выдавил старую деревянную раму и проскользнул в темную комнату. В нос ударил запах пыли, сухой соломы и животного страха. Мо Лин сидела в самом темном углу, забившись между кроватью и стеной, плотно укутанная в серый плащ. Она сжимала руками колени, и ее плечи крупно дрожали. Брат, раздался ее едва слышный шепот, полный отчаяния. Тише, выдохнул Мо Цзун, опускаясь перед ней на корточки и кладя тяжелую ладонь на ее вздрагивающее плечо. Я здесь. Слышишь их шаги на лестнице. Они ищут нас. Девочка подняла на него глаза. В полумраке ее лицо казалось неестественно бледным. Пилюля Сокрытия Небес работала безупречно, стирая ее духовный след из этого мира. Но зеркала резонанса могли не уловить ее ауру, а вот глаза стражников увидят маленькую девочку, спрятанную в комнате подозрительного наемника. Это вызовет вопросы. Вопросы приведут к допросу. Допрос приведет к Старейшине Вану. Мо Цзун быстро соображал. В его поясном кошеле лежал бронзовый жетон мертвого наемника Шэна и контракт на зачистку Плачущих Копей от скорпионов. Это было его единственным алиби. В коридоре раздался грохот. Выбивали дверь соседней комнаты. Послышался крик какого-то торговца, глухой удар и звук падающего тела. Праведники не отличались вежливостью, когда дело касалось их собственных интересов. Слушай меня внимательно, Лин, произнес Мо Цзун, и в его голосе зазвучал металл, не терпящий возражений. Ты не моя сестра. Ты немая рабыня, которую я купил вчера на южном рынке за три медные монеты, чтобы она таскала мои вещи и чистила сапоги. Я наемник по имени Гуй. Мы идем на север, в копи. Поняла. Смотри в пол. Дрожи. Будь тем мусором, которым они нас считают. Мо Лин судорожно кивнула, еще глубже зарываясь в свой безразмерный серый плащ. В этот момент дверь их комнаты содрогнулась от мощного удара кованого сапога. Хлипкий засов разлетелся в щепки, и створка с грохотом ударилась о стену. В комнату ввалились двое стражников в синих доспехах. В руках переднего мерзко светилось желтым светом круглое бронзовое зеркало, испещренное рунами. Воздух мгновенно наполнился запахом их благовоний, смешанным с потом от долгого бега по лестницам. Лицом к стене, руки за голову, рявкнул первый стражник, направляя зеркало прямо в грудь Мо Цзуну. Юноша медленно, демонстрируя покорность, поднялся с колен. Он ссутулился, делая себя визуально меньше, и слегка опустил голову, чтобы капюшон скрывал его разноцветные глаза. Он не стал поднимать руки за голову, вместо этого он нарочито медленным движением сунул руку за пазуху. Стоять, взревел второй стражник, выхватывая меч из ножен. Звон стали резанул по ушам. Одно неверное движение, и я отрублю тебе руку. Успокойся, господин, прохрипел Мо Цзун. Он специально сделал свой голос сиплым, словно его горло было пересушено дешевым пойлом. Я просто достаю свой жетон. Не нужно портить мою единственную куртку. Он извлек бронзовый жетон с волчьей головой и мятый пергамент контракта, бросив их на застеленную соломой кровать. Стражник с зеркалом шагнул вперед, переводя артефакт с жетона на самого Мо Цзуна. Зеркало завибрировало, втягивая в себя частицы ауры юноши. Это был критический момент. Если зеркало почувствует Пламя Бездны или Лед Дракона, городские ворота закроются для него навсегда. Мо Цзун позволил крошечной капле той грязной, провонявшей страхом маны, которую он недавно поглотил из мертвого Шэна, подняться к самой поверхности кожи. Он не использовал свою гибридную мощь. Он просто выдавил из меридианов остатки чужой, низкосортной энергии, заставляя ее фонить вокруг своего тела. Зеркало вспыхнуло тусклым, грязновато-желтым светом и успокоилось. Третий слой Закалки Ци, разочарованно сплюнул стражник с артефактом, опуская зеркало. Энергия мутная, как болотная вода. Очередной бродяга. Он посмотрел на пергамент. Наемник Гуй. Контракт на каменных скорпионов. Какого демона ты сидишь здесь, когда город закрыт, а. Отдыхаю перед выходом в копи, господин, ответил Мо Цзун, не поднимая глаз. Твари сильные, нужен ясный ум. Второй стражник, тот, что был с мечом, вдруг шагнул в сторону, заметив сжавшийся в углу серый комок. Он ткнул Мо Лин острием меча в плечо. Девочка тихо пискнула, но не подняла головы, в точности выполняя приказ брата. А это еще что за кусок грязи, брезгливо спросил стражник. Зеркало на нее молчит. Смертная. Рабыня, безразлично пожал плечами Мо Цзун, мысленно представляя, как он ломает этому ублюдку шею и вырывает его позвоночник вместе с черепом. Купил за копейки. Моя спина уже не та, чтобы таскать панцири скорпионов из шахты. Она немая, господин. Толку от нее мало, но жрет еще меньше. Стражник брезгливо поморщился, убирая меч в ножны. Очередное доказательство убогости этих наемников, усмехнулся он своему товарищу. Покупают калек, чтобы сэкономить пару медных монет. Пошли отсюда, тут воняет неудачей. Старейшина Ван ждет отчета с западного квартала. Они развернулись и вышли, даже не потрудившись закрыть за собой разбитую дверь. Их тяжелые шаги стали удаляться по коридору, смешиваясь со стонами избитых постояльцев. Мо Цзун стоял неподвижно еще несколько минут, вслушиваясь в звуки затихающей гостиницы. Гнев, холодный и расчетливый, медленно заполнял пустоту внутри него. Праведники. Они смели называть себя защитниками этого мира, при этом относясь к обычным людям как к скоту. Если это и было Небесное Дао, то он собирался разорвать эти небеса на куски. Он подошел к сестре и бережно поднял ее на ноги. Ее била крупная дрожь. Они ушли, тихо сказал он, снимая свой плащ и набрасывая его ей на плечи поверх ее собственной накидки. Ты справилась, Лин. Ты была идеальна. Нам нужно уходить, прошептала она, цепляясь ледяными пальцами за его рукав. Этот старейшина... он перевернет каждый камень. Знаю, кивнул Мо Цзун. И мы уйдем. Прямо сейчас. Через парадные ворота нас не выпустят, формация активирована на полную мощность. Но у каждого великого массива есть слепая зона. Место, куда праведники боятся заглядывать, чтобы не испачкать свои белые одежды. Он вспомнил запах, который уловил на заднем дворе гостиницы, когда лез по стене. Там, под слоем гниющих досок, пахло застоявшейся водой, старым железом и тысячелетней плесенью. Городская канализация. Древние стоки, построенные задолго до того, как Железная Застава стала перевалочным пунктом. Контрабандисты наверняка использовали их для обхода таможни, а значит, система туннелей должна была выходить за пределы золотого купола. Юноша выглянул в разбитую дверь. Коридор был пуст. Трактирщик внизу причитал над разбитыми кувшинами. Идем, скомандовал Мо Цзун. Они спустились по черной лестнице для слуг и выскользнули обратно во внутренний двор. Золотой купол в небе пульсировал, заливая город тревожным, неестественным светом. Мо Цзун подошел к куче гнилого дерева и одним пинком, вложив в него десятую часть своей чудовищной силы, разбросал доски в стороны. Под ними обнаружилась тяжелая, покрытая толстым слоем ржавчины железная решетка. Она была вмурована в камень и заперта на массивный амбарный замок. Ключа у него не было. Но тому, у кого есть сила пробить камень, ключи не нужны. Он присел на корточки, ухватился за толстые прутья обеими руками и закрыл глаза. Жажда Битвы послушно откликнулась на его безмолвный приказ. Мышцы на руках вздулись, сухожилия натянулись, как стальные канаты. Сто десять единиц физической силы встретились с сопротивлением старого железа. Раздался противный скрежет. Ржавый замок жалобно хрустнул, его дужка лопнула, не выдержав давления. Мо Цзун с глухим рычанием отшвырнул решетку в сторону. Из темного провала пахнуло таким зловонием, что Мо Лин пришлось зажать рот руками, чтобы не закричать от подступившей тошноты. Держись за меня, сказал юноша, первым спускаясь в кромешную тьму. Внутри было влажно и холодно. Их ноги по щиколотку погрузились в вязкую, зловонную жижу. Туннель был узким, Мо Цзуну приходилось пригибаться, чтобы не удариться головой о покрытый слизью кирпичный свод. Они шли в абсолютной темноте. Для человека это было бы испытанием на грани безумия, но левый глаз Мо Цзуна, унаследовавший природу Ледяного Дракона, прекрасно видел в темноте, окрашивая подземелье в бледные синеватые тона. Крысы, размером с хорошую кошку, в панике разбегались от их шагов. Гибридная аура юноши, даже подавленная, внушала мелким животным первобытный ужас. Мы идем под городской стеной, тихо произнес Мо Цзун спустя полчаса изнурительного хода по зловонному лабиринту. Я чувствую, как давление купола начинает слабеть. Эта вода течет прямо в реку, которая уходит на север. Мы на правильном пути. Он обернулся, чтобы проверить сестру, и в этот момент в его сознании вспыхнули ледяные строки интерфейса Системы Пожирателя Первоначала. Внимание. Обнаружен источник плотной Иньской энергии. Анализ среды завершен. Опасность: Высокая. Обнаружены следы существа второго ранга с мутацией плоти. Прогресс до 4 слоя Закалки Ци: 85 процентов. Желаете начать охоту. Мо Цзун резко остановился, подняв руку, приказывая Лин замереть. Звук падающих капель воды внезапно показался оглушительно громким. Впереди, в синеватом мраке туннеля, где сточные воды образовывали небольшое подземное озеро, вода медленно начала закипать. На поверхность всплыли пузыри густой, маслянистой слизи. Запах крысиного помета сменился тошнотворно-сладким ароматом разлагающихся цветов и старой крови. Что-то массивное, состоящее из переплетенных щупалец и бледной, раздутой плоти, медленно поднималось из воды, преграждая им единственный путь к свободе. Праведники заперли город сверху, подумал Мо Цзун, чувствуя, как его губы растягиваются в хищной, безумной улыбке. А внизу меня ждет ужин, который сам пришел на разделочную доску. Его правая рука вспыхнула невидимым во мраке Пламенем Бездны. Охота продолжалась.