ГЛАВА 47

Эрик влетел в комнату Анны с грохотом, будто сама буря пронеслась сквозь открытое окно. Он рухнул на кровать, лицо закрыл дрожащими руками, словно пытался спрятаться от всего мира. Его бледная кожа покрылась испариной, а в глазах стоял ужас. Волосы, слипшиеся от пота, приклеились ко лбу.

– Отец меня убьет! – простонал он, голос его дрожал, как струна перед тем, как оборваться.

Анна тихо присела на край кровати. Ее пальцы осторожно коснулись его волос, мягко отодвинули прядку, упавшую на глаза, сердце сжалось от боли и страха.

– Охотник на вампиров и начальник полиции были во дворе нашего замка. А я… Я засветился перед ними! Теперь все знают, что здесь гнездо вампиров!

– Охотник на вампиров? – у Анны удивленно распахнулись глаза.

Эрик резко сел, отшвырнул одеяло и уставился на нее. В его взгляде вспыхнула смесь злости и отчаяния.

– Будто ты не знала! – рявкнул парень. – Он же твой друг! Этот Виктор…

Имя охотника он выплюнул так, словно оно жгло ему язык.

– Виктор сказал, что он консультант, – возразила Анна и прикрыла рот рукой.

– Ага! Консультант по уничтожению вампиров! – Эрик горько усмехнулся. – Помогает комиссару поймать того, кто убил лесоруба. А теперь еще моим портретом завешан весь городок! Мне конец!

Анна застонала.

– Но ты ведь никого не убивал…

– Иди и расскажи это своему дружку! – фыркнул парень.

– Господин Ломач ведь видел тебя в участке… – начала размышлять девушка. – Он думает, что это был ты…

– Вот именно! Они приходили за мной! А Виктор… Он убьет нас всех.

Перед глазами Анны встал образ Виктора. Такого сильного, смелого, доброго. Он смотрел на нее с серьезным лицом, но глаза улыбались. Эрик ошибался. Виктор не погубит ее семью, он не причинит ей зла. Почему-то она была уверена, что сможет все исправить. Чувствовала… Сердцем…

– Не паникуй, – Анна схватила вампира за руку. – Завтра я поеду в город. Я объясню Виктору, что ты ни при чем. Может мне удастся его уговорить, чтобы он оставил нас в покое. Он меня послушает.

– А как быть с отцом? Рано или поздно до него дойдет информация, что меня разыскивают за убийство лесоруба. Он изгонит меня из клана!

В комнате повисла тишина. Только ветер монотонно шелестел занавесками на окне. Эрик нервничал, ковырял пальцем заусенец. Анна закусила нижнюю губу, задумалась.

– Мы поговорим с Марком и Эстер, – вдруг сказала Анна, поднимаясь. Ее голос стал твердым, как клинок. – Заставим их признаться, что это они убили лесоруба. Что это была их охота, а не твоя!

– Как же, признаются они! – фыркнул Эрик. – Эстер скорее выпьет мою кровь, чем расскажет правду.

– Тогда сами расскажем все, что узнали! – Анна шагнула к нему.

– Ты что? – Эрик замахал руками, будто отгоняя страшное видение. – Так нельзя! Тогда отец изгонит их!

– Предпочитаешь сам остаться на улице?

Анна хотела сказать еще что-то, но не успела. В этот момент внизу хлопнула дверь, и голос Бориса ворвался в тишину дома, как удар молнии.

– Вы рассекретили наше гнездо! – хозяин дома был в ярости.

Анна и Эрик, не сговариваясь, помчались вниз по лестнице, ступеньки скрипели под их ногами, будто предчувствуя беду.

В гостиной царила напряженная атмосфера, даже свечи потрескивали в раскаленном воздухе. Леди Мариза стояла у камина, безмятежно счищая с платья сухие травинки, будто только вернулась с прогулки.

– Это не я их сюда привела, – ухмыльнулась она.

Ее движения были медленными, почти гипнотическими. Казалось, ее нисколько не занимал назревающий скандал с будущим родственником.

– Вы устроили охоту на людей на нашей территории, подвергнув опасности всю семью!

Алекс, не мигая, смотрел в одну точку, игнорируя Стеллу, пытающуюся поймать его взгляд глазами. Дени внимательно наблюдал за происходящим, ловя каждое слово. Марк уставился в пол, теребил пальцами пуговицу на рубашке, так что в конечном итоге оторвал ее и теперь не знал куда деть дрожащие руки. Эстер горделиво восседала на своем кресле-троне, злорадно ухмыляясь. Виктория и Генриетта притихли, предпочитая не вмешиваться в спор.

– Я вам еще раз повторяю, это не я привела к вашему дому комиссара и охотника! – она повернулась на вбежавших в комнату Эрика и Анну и ткнула в них пальцем. – А вот они!

Все многозначительно посмотрели на них. Девушка почувствовала, как кровь отхлынула от лица, а молодой вампир попятился назад.

– Спросите у них, Борис, – хохотнула леди Мариза. – Уверена, они расскажут вам много интересного. Правда, деточка? – обратилась она к Анне.

Борис сжал кулаки, глаза его полыхали яростью.

– Я ведь говорила, что жить с человеком под одной крышей – плохая идея! – гаркнула Эстер со своего места. – Сколько волка ни корми, все в лес смотрит.

– Только волк теперь у вашего порога! – хохотнула Мариза.

Дариус поднялся с кресла и ухмыльнулся шутке сестры.

– Думаю, нам пора. А вам, Борис, есть что обсудить с вашей семьей, – он указал взглядом на младшего сына и падчерицу.

– Отец, – Стелла умоляюще смотрела на лорда Винтера. – Но ведь обряд не завершен…

– Успеется, – перебил он дочь. – Тем более, что мы еще не пришли с Борисом к общему мнению.

– Ты ведь обещал! – Стелла готова была заплакать.

– Я никогда не отказываюсь от своих обещаний. Но всегда есть условия… – развел руками древний вампир. – Всего хорошего!

Лорд Винтер пружинистой походкой направился к двери. Его сыновья тут же последовали за ним.

– Рада было знакомству! – Генриетта с виноватой улыбкой протянула руку Виктории.

Стелла бросилась к Алексу, который стоял, нахмурившись и сложив руки на груди.

– Прости… Я все улажу! – она заглянула в его глаза, но жених смотрел куда-то мимо нее. – Я все улажу…

– Эх… Такой шанс породниться со знатным семейством профукали! –подала голос Эстер, едва за семейством Винтеров захлопнулась дверь. – Хотя я так и знала, что ничего не получится. Вы все неудачники!

– Мама! – рявкнул Борис. – Помолчите!

Эстер обиженно отвернулась, губы ее превратились в тонкую алую полоску. Борис устало потер глаза и обвел взглядом семью.

– Я буду у себя в кабинете. Мне нужно серьезно поговорить с каждым из вас, – все дружно кивнули. – Алекс! Жду тебя через десять минут.

Борис вышел из гостиной. В комнате воцарилась мертвая тишина. Никто не решался произнести ни слова.