Когда Анна, медленно придя в себя, поспешила за мужчиной, тот уже огибал лестничную площадку и поднимался по ступеням. Девушка запрокинула голову, глядя на него снизу вверх. Слегка волнистые чёрные волосы выглядели то ли просто растрёпанными, то ли это была такая причёска. Под тёмными волосами виднелись глубоко посаженные светлые глаза и, в противовес им, прямой, резко очерченный нос. Каждое его движение – от небрежных широких шагов по лестнице, до кисти руки, полностью засунутой в карман – не оставляло ни малейшего намека на этикет.

— Ваша Светлость, – Катрин поспешно окликнула мужчину, однако маркиз, казалось, даже и не слышал её голоса, из-за чего никак не отреагировал, а Анна направилась за ним, почти взбегая по лестнице, но была не в силах угнаться ни за маркизом, ни хотя бы за теми четырьмя мужчинами, что шли следом. Их шаги казались такими широкими, темп быстрым, а движения  настолько бесцеремонными, что даже официант, сопровождавший делегацию, был вынужден просто бежать позади. Казалось, мужчинам было абсолютно всё равно и на Катрин, и на Анну, спешивших вслед за ними, придерживая подолы платьев. И, более того, как только они вошли в коридор, присутствие официанта стало излишним: помощник герцога уже стоял у двери, будучи в полном смятении.

Безудержный шаг маркиза остановился в нескольких шагах от двери. Четверо мужчин, следовавших за Оскаром, тоже остановились, словно по команде. Помощник герцога, увидев маркиза, побледнел как мел, и вид у него был такой, что ещё немного, и тот точно потеряет сознание. Однако, не только он один: когда все громкие шаги разом стихли, наступившая глухая тишина ощущалась почти что на физическом уровне, и сквозь неё начали просачиваться некие неловкие звуки.

— А-ах… Мн!..

— Приятно? Настолько хорошо, что ты вся течёшь?

— М-м-мн, да, да, Ваше Высочество…

— Ещё, ещё… Соси сильнее…

Казалось, сцена, происходящая за дверью, была видна как ладони. Маркиз усмехнулся, словно это его действительно крайне забавляло. Оскар какое-то время тихо посмеивался, а затем, проведя рукой по лицу, обратился к помощнику герцога.

— Поторопитесь и откройте дверь.

— В-ваша Светлость…

— Откройте дверь. – От внезапно ужесточившегося тона испуганный помощник уставился на Катрин, стоявшую поодаль, словно та пыталась ухватиться за последнюю соломинку. Тогда женщина поспешно толкнула Анну в спину: как говорится, лучше опасаться ближнего кулака, чем далёкого владыки. Это был Фельпе, и помощник герцога стоял явно ближе, чем молодой маркиз Люксена. Анна, которую так неловко вытолкнули вперёд, оказалась между четырьмя мужчинами, что следовали за лордом Оскаром. Маркиз, до этого смотревший только перед собой, обернулся и обратился к хозяйке «Аман Роуз», многолетней куртизанке.

— Есть ключ? – Катрин, да и сама Анна, стоявшая вблизи, лишь беззвучно шевелили губами, словно им перекрыли дыхание. Тогда мужчина вновь усмехнулся. Быть может, его свободно ниспадающие чёрные волосы были просто созданы для этой улыбки? Глубоко посаженные выразительные глаза были удивительного светло-голубого оттенка, а под изящно изогнутыми губами виднелась маленькая ямочка. Эта невинная лёгкая улыбка делала зрелого мужчину похожим на мальчишку, и на мгновение заставляла окружающих забыть обо всех опасностях, исходящих от него. Маркиз Райнахарт медленно кивнул, застав всех окружающих врасплох. – Хорошо. – Мужчина вновь сосредоточил взгляд прямо перед собой. Анна и все, кто собрался там, затаили дыхание, словно стояли на острие ножа.

— А-агх, ха, Ваше, Ваше Высочество-о-о!.. – Проблема заключалась в том, что те, кто находился по ту сторону двери и уже должны были почувствовать витающее в воздухе напряжение, были полностью опьянены наслаждением. Оскар неторопливо подошёл к дверям комнаты, из которой доносились отвратительные звуки. Мужчина уставился на неё, в последний раз обдумывая последствия своих действий и все возможные издержки. Размышления его, впрочем, были недолгими. Резко сунув руки в карманы, маркиз подал знак мужчинам, что стояли позади, и те, словно только и ждали этого момента, подошли к плотно закрытой двери и…

С характерным звуком та распахнулась с поразительной лёгкостью. За ней, при каждом движении округлых бёдер взад-вперёд, гнусавые стоны становились всё откровеннее. Мужчина сильно сжал грудь, словно желая её оторвать, а женщина сильнее прижалась к нему и активно тёрлась промежностью, обхватившей мужской член.

— Ха… Ещё, ещё… Двигайся ещё… – Повинуясь команде мужчины, движения лежащей под ним женщины стали куда более интенсивными.

— Да, хорошо, как приятно, Ваше Высочество! – Тем временем ещё одна женщина, сидевшая напротив герцога Баденского, приподнялась, вылив сгущённое молоко, приготовленное для клубники, себе на грудь. Вязкая кремовая жидкость стекала по пышному бюсту, образуя круглые капли на кончиках сосков: этот аппетитный вид отразился в глазах мужчины, которые уже помутнели от страсти. Он жадно рассматривал дарованное ему зрелище, в то время как сама женщина поднесла свою грудь к его губам.

— Ваше Высочество, это «Аман Роуз». – Показалась круглая белоснежная грудь, молочная жидкость, «рассыпанная» по розовым, как лепестки розы, ореолам. Герцог, словно забыв своё положение и занимаемую должность, высунул язык и принялся жадно лизать её. Не обращая внимания на сладость, что перепачкала его лицо, мужчина обхватил пышную женскую грудь обеими руками, неистово вылизывая её под сладострастные стоны.

— Ха-а… Аха… Как приятно. – Куртизанка осмелилась погладить Великого Герцога по голове и приказала: – Сосите же… – Словно тот только этого и ждал, герцог Баденский принялся безудержно сосать грудь так, что его щёки буквально вваливались. Тем временем, другая куртизанка, чьё лоно было прижато к его паху, принялась уже лизать грудь герцога.

— Ха-а, а, а-а… – Пока мужчина тяжело дышал, достигая пика наслаждения, рядом с ним разворачивалась другая оргия. Непристойные звуки соприкасающихся влажных тел и громкие похотливые стоны раскаляли воздух в помещении. Бархатные диваны, выглядящие как произведения искусства, давно были испачканы и пропитаны неясными телесными жидкостями. Одежды высокопоставленных господ, которые так старательно изображали из себя джентльменов, валялись на полу как тряпки, а дорогое вино, стоимостью в сотни керте за каплю, передавалось изо рта в рот и неминуемо проливалось. Сейчас, в этом номере, в котором утекали астрономические суммы, не было ни одного здравомыслящего человека. Именно поэтому, хотя дверь и распахнулась с таким грохотом, никто даже и не попытался оценить ситуацию.

Оскар фон Райнхарт со смешком наблюдал за теми, кто, наплевав на приличия, одежду и даже рассудок, совокуплялись, словно собаки. Отмахнувшись от пытавшихся последовать за ним, маркиз неторопливо вошёл в эту комнату разврата, а слуга поспешно закрыл дверь. Оскар уселся напротив герцога, который тяжело дышал, отдаваясь двум куртизанкам. Пока он прикуривал сигарету, помощник отчаянно пытался привести своего господина в чувство.

— Ваше Высочество, Ваше Высочество! – Герцог, продолжавший свои фрикции на пике наслаждения, раздражённо дёрнулся от неожиданного прикосновения к спине.

— Что за чёрт?!

— Ваше Высочество, прошу Вас…

— Кто посмел войти без разрешения?! – Помощник, уже чуть не плача, указал вперёд, и в этот самый момент взгляд герцога, а также всех его гостей, последовал за его пальцем.

На одно мгновение в помещении все смолкли.

В том направлении, куда указал помощник, сидел мужчина, закинув ногу на ногу, и расслабленно курил сигарету. Оскар усмехнулся воцарившейся в комнате тишине и обратился к герцогу.

— Продолжайте. Я могу и подождать. – Едва низкий, полный насмешки голос умолк, и герцог поспешно вынул свой пенис из лона куртизанки. В тот же миг с кончика налитого кровью органа хлынула мутная струя спермы. Куртизанки, до этого предававшиеся всевозможным утехам, раздвинув ноги, поспешно поднялись, а гости, участвовавшие в оргии, впопыхах принялись собирать разбросанное нижнее бельё. Во всей этой суматохе стол был опрокинут, и бокалы, находящиеся на нём, разбились. – Я же сказал, не торопитесь. – Так, равнодушно выпущенный дым, шутливый тон и высокомерное выражение лица, определённо улыбающееся, но оттого лишь кажущееся ещё более холодным.

Движения герцога Баденского, что торопливо пытался надеть нижнее бельё, которое спешно подал ему помощник, резко прекратились. Словно что-то быстро сообразив, мужчина швырнул исподнее бельё на пол и выпрямился.

— Все вон. – Процедил сквозь зубы герцог, не отрывая взгляда от маркиза, который всё так же спокойно курил. По его приказу все гости и куртизанки, словно только этого и ждали, резко засуетились. Пока они толпой покидали комнату, едва прикрыв свою наготу, герцог лишь грубо схватил за руку женщину, которая до этого была под ним.

— В-ваше Высочество?

— Ты, сядь и давай наливай. – После этого он тяжело опустился на диван, где только что предавался страстным утехам, набросив на голое тело один лишь халат. Отклонившись назад, мужчина поманил пальцем своего помощника, и тот поспешно протянул ему сигарету. Пока герцог, принявший такую же небрежную позу, как и Оскар, сидевший напротив его, глубоко затягивался, помощник быстро прошептал своему господину на ухо то, что ещё не успел доложить.