Леоран сидел на скамье в тени вишневого дерева со старой книгой в руках. По небу взбиралось янтарное солнце, рядом, точно невесты, благоухали яблони в белых нарядах, а вдоль кристально-чистого ручейка на колючих кустах росли бархатные розы.

Внутренний двор библиотеки Этеронского Университета Магии окружали высокие стены из светлого камня, в которых виднелись четыре прохода и панорамные окна.

Багряный переплет увесистой книги наполовину стерся, и название уже было не разобрать. Текст на пожелтевших страницах побледнел, но это не мешало Леорану жадно впиваться взглядом в каждую строчку в поисках нужной информации.

Когда глаза Леорана наткнулись на одно единственное слово, перед его мысленным взором возникли леденящие кровь видения: тысячи обреченных на гибель людей с криками исчезают в объятьях Эфирного Шторма, пока существо невероятной мощи щурит четыре глаза в безмолвной ухмылке.

Затем недавние события сменились в его сознании более ранними и туманными образами. Он будто смотрел на себя самого посреди развалин горящей деревни, а в следующий миг вдруг оказался внутри какой-то крепости. Брызги крови на темных стенах, изувеченные тела, чьи лица выглядели как мутные пятна, грохот взрывов и хруст костей, что разносился по длинным коридорам жутким эхом.

Внезапно на его холодный лоб легла горячая рука. Придя в себя, Леоран поднял удивленные изумрудные глаза на встревоженное лицо сестры. Он был настолько погружен в себя, что не заметил ее приближения.

— Лео, что с тобой? — спросила Эстелла. Жар от ее прикосновения разливался по его телу живительным теплом.

— Ничего страшного, Стелла, просто задумался, со мной такое бывает, — произнес он, потянувшись.

Леоран не хотел расстраивать сестру тем, что в последнее время его все чаще тревожат кошмары. Раньше они изредка посещали его во сне, но сейчас он испытал их и наяву. События в провинции Джануб явно наложили на него свой зловещий отпечаток.

В конце битвы с апостолом за ним вернулся рыцарь-пария по имени Азраил, каким-то чудом сумевший привести с собой грифона Рубио. В лагере беженцев Леоран восстановил часть маны и залечил ссадины с помощью зелий магии и исцеления, хранившихся в седельной сумке грифона.

На заре Леоран отправил весточку о своем местонахождении родным в столицу из штаба южного гарнизона провинции Ривус. Хотя он не был силен в магии восстановления, следующие два дня Избранник Аурана помогал раненым, пользуясь простейшими заклинаниями школы восстановления.

Кроме того, Леоран разделил большую, неиспользованную часть флакона с зельем исцеления между тяжело больными. Одна столовая ложка этого целебного отвара стоила как целый загородный дом.

Рано утром, на третьи сутки, Леорана нашла Матильда Элесто, его коллега из отряда Хранителей Империи, сопровождавшая императора в поездке в провинцию Джануб. Эта суровая седовласая женщина убедила его вернуться в столицу по распоряжению Совета Старейшин, важнейшего органа управления страной после императора, где заседали двенадцать самых влиятельных аристократических семей.

Матильда Элесто возглавляла Имперскую Коллегию Магов, организацию, которая вела строгий учет магов по всей Империи, устанавливала для них свод неукоснительных правил, а также занималась их образованием и финансированием магических исследований.

Древний род Элесто обладал даром, позволявшим им повелевал сразу четырьмя основными стихиями. Неудивительно, что более остальных Богов они почитали Ортана — Владыку стихий.

Главенствующая по всей Империи Церковь Спасения издавна считала семью Элесто, так называемым «аспектным родом». Это означало, что сильнейшего и достойнейшего представителя их семьи в каждом поколении нарекали аспектом, земным воплощением воли Бога Ортана. В настоящее время таковой признавали Матильду Элесто.

По этой причине Церковь Спасения и народ ожидали, что среди потомков дома Элесто родится божественный маг, способный пробудить Черный Портал. Но, ко всеобщему разочарованию, за четыре столетия их существования этого так и не произошло.

Ныне взгляды жителей Империи Фарос были почти всецело обращены на Леорана. Еще в десятилетнем возрасте Церковь объявила его аспектом Бога-Спасителя Аурана, повелителя солнечного и звездного света.

Уже больше века никто не удостаивался подобной чести, так как за всю историю Империя знавала всего четверых магов света уровня Леорана, количество маны которых определяли во время специального ритуала «Пылающих Вод».

С подачи Церкви Спасения, стремившейся разжечь тусклое пламя надежды среди народа, это громкое событие было воспринято, как проявление божественной воли. Бесчисленные проповедники доносили до своей паствы, что Боги их не оставили, и Ауран-Спаситель ниспослал на землю живое воплощение своей воли, способное избавить Мир Смертных от ужасов Эфирного Шторма.

Пусть сам Избранник Аурана скептически относился к этим россказням, ему приходилось подыгрывать Церкви Спасения, дабы Империя не рухнула в бездну хаоса.

Леоран прилетел на грифоне в столицу лишь поздним вечером. Мельком обсудив пережитые события с сестрой, он провалился в самозабвенный сон.

Едва на горизонте забрезжил рассвет, Леоран направился в крупнейшую библиотеку во всей Империи, где занялся тем, что умеет лучше всего — поиском ответов. К тому времени он уже полностью восстановил растраченный запас маны.

— Ты меня напугал, — Эстелла села на скамейку рядом с Леораном, глядя на болезненную бледность на лице брата, а потом мягко добавила. — То, что произошло в провинции Джануб — не твоя вина. Если бы ты не оказался поблизости в тот момент, не выжил бы никто.

Леоран хмуро кивнул. Все, что сказала Эстелла, вероятно, было правдой, но это лишь половина истории. Если бы люди узнали, насколько он, один из сильнейших магов Империи, был ничтожен по сравнению с апостолом, ими наверняка овладела бы паника.

Даже лицо непоколебимой Матильды Элесто побелело, когда она услышала все подробности его схватки с крылатым демоном.

Леорану не хватило силы и знаний о враге, чтобы одолеть апостола и спасти застрявших в ловушке жителей провинции. Чтобы не допустить новой трагедии, он намеревался восполнить этот недостаток.

— Не волнуйся, я не собираюсь переживать о том, чего уже не изменить, — успокоил сестру Леоран.

Эстелла взглянула на мешки под его глазами:

— Для начала тебе нужно выспаться как следует.

— Раз уж я нашел здесь то, что искал, пожалуй, выспаться — лучшая идея, до которой способен додуматься человеческий разум, — Леоран свернулся калачиком на скамейке и начал укладываться к сестре на колени, как вдруг вспомнил кое о чем важном, и уселся обратно. — Перед тем как в провинции Джануб пробудился Эфирный Шторм, я задремал в руинах подземного города и мне приснился странный сон.

— Один из твоих кошмаров? — заинтересовалась Эстелла.

— Нет, на этот раз — что-то новое. Как будто со мной говорила некая сущность, но давалась ей это с огромными усилиями, а от каждого слова, произнесенного безжизненным голосом, меня пронизывало холодом.

Эстелла провела пальцами по своим золотым волосам.

— Странно… — задумчиво произнесла девушка. — Может быть, с тобой пытался связаться телепат или онейромант? Нет, вряд ли… Тех, кто имеет хоть какой-то шанс проникнуть в твой разум, можно пересчитать по пальцам. Да и кому бы это могло понадобиться.

Леоран покачал головой:

— Если со мной действительно кто-то разговаривал, то уж точно не человек.

— И что же сказал этот таинственный голос?

Леоран озвучил послание загадочной сущности: «Черный портал должен быть открыт… Истина скрыта в городе Вечного Света… Путь Вознесения приведет к судьбе… Ключ в памяти…».

Сестра нахмурилась, задумавшись над его смыслом.

— Это похоже на обрывочную инструкцию, — начал упорядочивать мысли Леоран. — Любой священник Церкви Спасения с особым рвением поведает о том, что единственный способ остановить Эфирный Шторм заключается в том, чтобы открыть Черный Портал и достичь города Вечного Света, где Бог Ауран, глава Священного Пантеона, дарует смертным спасение. Так гласит пророчество «О Божественном Спасении». Но на самом деле никто понятия не имеет, что такое город Вечного Света, о каком «спасении» идет речь и почему никто из божественных магов, прошедших в через Черный Портал в прошлом, так и не достиг заветной цели… Ладно, вернемся к посланию загадочной сущности. Стелла, ты помнишь, что такое Путь Вознесения?

Эстелла подперла подбородок рукой:

— Что-то знакомое… А, точно! Ты как-то рассказывал, что в древних руинах находили скрижали и свитки, в которых не раз упоминалось то ли о Пути Возвышения, то ли Вознесения.

— Точно, — Леоран закинул ногу на ногу. — Судя по посланию, Город Вечного Света и Путь Вознесения могут быть последовательными пунктами одного маршрута. И кто-то явно хочет, чтобы я до них добрался. Наконец, голос сказал: «Ключ в памяти». Это может значить, что в некой информации из прошлого содержится разгадка к тому, как открыть Черный Портал. Или же… имелось в виду восстановление моих воспоминаний.

В выразительных сиреневых глазах Эстеллы блеснул огонек.

— Ты ведь аспект Аурана, Бога солнечного и звездного света, защитника смертных. К кому ему еще обращаться, как ни к тебе! Несомненно, это Его слова, и Он хочет, чтобы ты вспомнил свое прошлое!

Леоран вздохнул:

— Мы не знаем этого наверняка. Избранником Аурана меня нарекли люди.

Эстелла не сдавалась.

— Во сне к тебе с посланием обратился таинственный богоподобный голос. Сколько еще нужно совпадений? Все сходится — это божественное провидение! Это судьба!

Леоран терпеть не мог это слово, но промолчал, не желая в очередной раз спорить с сестрой. Всю жизнь ему твердили, что его ведет судьба, но он всегда хотел идти лишь собственным путем.

Эстелла пылко смотрела на него, вдохновленная снизошедшим на них, по ее мнению, божественным откровением:

— Божья воля приведет нас к спасению. А для этого мы должны во что бы то ни стало найти способ вернуть твои воспоминания.

Леоран нахмурился.

— Мы уже все перепробовали. Даже учитель не смог ничего придумать, а ему изобретательности не занимать. Отец вообще считает, что лечение амнезии не принесет никакой пользы. Когда он принял меня в вашу семью, то уже рассказал мне все, что знал о моем прошлом.

— Из твоей памяти выпало целое десятилетие жизни, а отцу известна лишь малая часть из него. Неужели ты сам не хочешь выяснить, что происходило с тобой за это время?

В воздухе повисло молчание. В тот момент, когда Леоран задумался над вопросом Эстеллы, на ее длинные волосы упал луч света.

Она опомнилась и расстегнула застежку на зеленом, расшитом узорами шелковом плаще. Застежка имела вид родового герба Деймундов — миндалевидного щита, из которого вырываются вихревые магические потоки. На ее шее висело зачарованное аметистовое ожерелье в золотой оправе. Под плащом она носила богато-украшенный матово-белый жакет, из кармана которого достала конверт с обсидиановой печатью.

— Совсем забыла. Отец просил передать тебе поручение Совета Старейшин. Я пыталась объяснить ему, что тебе нужен отдых, но он настаивает на том, что это серьезно.

Леоран приложил большой палец к магической печати на конверте. Она засияла желтым светом и треснула. Развернув сложенный лист бумаги, Леоран прочитал письмо и тяжело вздохнул. Подробностями оно не изобиловало. В нем содержались лишь краткое описание задания и требование отца явиться к нему для разъяснения деталей.

По долгу службы он не мог так просто отказаться от возложенной на него миссии, но сейчас у него были дела поважнее, например, продолжить поиск тайников со знаниями о Черном Портале и выяснить больше о чудовище, которое, судя по всему, стоит за уничтожением целой имперской провинции.

Он все еще не мог выкинуть из головы слова апостола о том, что погибель всего сущего родится в империи. Как это возможно? И почему демон утверждал, что Леоран не человек?

Что бы это ни значило, именно видение грядущего побудило апостола к действию, и он явно собирался довершить начатое, стерев Империю Фарос с лица земли.

Леоран отложил неразрешенные вопросы на потом и поднялся со скамейки, раздумывая над тем, как переубедить отца поручить задание Совета Старейшин кому-то другому.

— Мы недалеко от дома, дорога пешком займет немногим больше времени, чем на карете, а ты выглядишь так, будто бы тебе не помешало развеяться, — предложила Эстелла, вставая. — Как на счет того, чтобы прогуляться?

Леоран охотно согласился. Его всегда восхищала проницательность сестры. Эстелла умела практически безошибочно читать его мысли, хоть и не была телепатом.

Он застегнул пуговицы на распахнутой алой куртке, расшитой золотыми узорами, поправил висевший на шее инкрустированный изумрудом амулет в виде сходящегося к центру вихря.

Амулет под названием «Спасительный вихрь» уменьшал расход магии при чтении заклинаний, ускорял регенерацию маны и обладал особыми чарами, способными при их активации защитить своего обладателя и уничтожить врагов поблизости.

Леоран получил амулет три года назад в подарок от сестры на совершеннолетие, а создал магическое украшение его учитель, архимаг Фабер Солитариус.

Плечи и спину Леорана покрывал синий плащ с сиреневым оттенком, на нем золотым цветом был вышит герб империи Фарос: Этеронский Маяк, также известный как Башня Света, от которого под углом в обе стороны вздымались крылья грифона, а сверху и с краев его вершину окружало оформленное в виде узора сияние.

Леоран носил темно-синие, почти черные, брюки, сапоги и пояс с прикрепленным к нему маленьким подсумком, где лежал Кристалл Карманного Измерения, в котором хранился его посох.

Прежде чем выйти за пределы университета магии, Леоран провел рукой перед собой и сестрой, мысленно сотворив заклинание. Он представил, как их богатые аристократические одеяния превращаются в неказистую одежду обычных горожан, прикрытую темными плащами. В глубине разума возник узор, состоявший из переплетения разноцветных магических линий, колебавшихся с различной частотой.

— Лучше не привлекать лишнего внимания, — прокомментировал Леоран, когда их дорогая одежда приобрела неприметный вид.

— Не помешало бы и мне выучить это заклинание, — выходя с братом на оживленную улицу, произнесла с улыбкой Эстелла, — Особенно, если оно может поменять твою одежду на любую, какую только пожелаешь.

— С этим ты отлично справляешься и без заклинаний.

Они шли по тротуару рядом с десятками и сотнями других горожан. Мужчины носили кафтаны, рубашки, штаны из грубой ткани и реже дублеты. Женщины были одеты в длинные платья и плащи. Среди и тех, и других популярностью пользовались разнообразного фасона шляпы.

По мощеной дороге проезжали запряженные лошадьми повозки и роскошные кареты со знатными особами. За редкими исключениями, именно имперская аристократия обучалась в столичном университете магии.

Даже в самом безопасности месте Империи тут и там не умолкали тревожные голоса, обсуждавшие несчастных жителей провинции Джануб, чьи души поглотил Эфирный Шторм. Время от времени раздавались и недовольные перешептывания о десятках тысяч беженцев, с которыми теперь придется делить кусок хлеба.

Леоран погрузился в свои мысли, а Эстелла не переставала замечать бесчисленные женские взгляды, направленные в их сторону, испытывая смесь гордости и ревности.

Даже в неприметной одежде и со слегка небрежной прической, которой брат уделял столь же мало внимания, сколь и модным нарядам, Леоран был необычайно красив. Он напоминал украшенную двумя изумрудами безупречную скульптуру, слепленную непревзойденным гением.

Впрочем, и сама Эстелла была одной из самых желанных незамужних дам в Империи. Она лично подбирала старшему брату одежду и аксессуары, чтобы он всегда соответствовал своему исключительному положению в обществе, но знала, что Леоран предпочитает совершенно другие подарки.

— Лео, угадай, какой сувенир я тебе привезла из поездки? — Эстелла подтолкнула Леорана локтем, ехидно ухмыляясь.

Трое суток она гостила у родственников в горной провинции Монарис к северу от столицы и вернулась в Этерон, когда узнала о катастрофе на юге Империи. За время путешествия Эстелла приобрела то, о чем давно мечтал ее старший брат.

Леоран недоуменно почесал затылок, но уже через мгновение в его голове зародилась догадка, и он заметно оживился:

— Только не говорил мне, что ты на самом деле его раздобыла?

Эстелла самодовольно покачала головой:

— Я заглянула на аукцион рядом с домом тети. Оказалось, что у них был один экземпляр сборника трудов Терциуса.

Глаза Леорана заблестели, будто изнутри наружу через них проливался свет. Он непроизвольно издал восхищенный вздох. Эстелла улыбнулась еще шире. Она была бесконечно рада, что ей наконец удалось приободрить брата.

Терциус был легендарным археологом, гением своей эпохи, который жил полторы сотни лет назад. Он исследовал множество древних городов и обнаружил рекордное количество хранилищ с артефактами.

Сейчас вышедшие из-под его пера книги и их копии были столь же редкими и ценными, как и бесчисленные сокровища, которые Терциус нашел за время своей плодотворной карьеры.

Леоран взял сестру за плечи и начал легонько трясти ее от нетерпения:

— Книга у тебя с собой?

— Она будет у тебя в руках, когда мы доберемся до дома, а сейчас давай насладимся прогулкой.

В последние годы они виделись редко, и Эстелла скучала по временам, когда она почти все время проводила вместе с братом.

Они устремились к центру столицы, сливаясь с бесконечными людскими потоками.

Этерон был городом светлого камня, янтарных крыш и зеленых террас. Городом, где на каждом углу можно было наткнуться на собор Церкви Спасения, со всех сторон окруженный кабаками и гостиницами. Городом высоких башен, грандиозных сооружений и величественных монументов.

Сейчас в столице проживали шестьсот тысяч человек, но в годы процветания и величия империи Фарос, в прошлом занимавшей большую часть материка Имманис, число его горожан превышало два миллиона.

Этерон распростерся посреди Великой равнины, между двумя большими озерами, прозванными Очами Церены, богини природы из Священного Пантеона. Город огибала широкая судоходная река Кандор.

Леоран и Эстелла свернули в узкий переулок, сокращая путь. Из продуктовой лавки вышла сгорбленная старушка. Она запнулась и рассыпала яблоки, которые несла в плетеной корзине. Женщина расстроенно пожала плечами и начала тихо причитать.

Леоран с помощью телекинеза поднял и собрал в кучу все яблоки, а затем вызвал в воображении образ другого заклинания. По фруктам пробежала волна магии, очистив их от грязи и положив обратно в корзину.

Изумленная старушка раскланялась, выражая почтение благородным магам. В благодарность она хотела вручить своим спасителям по яблоку, но Леоран поспешил углубиться в переулок, не дожидаясь даров пожилой женщины. Он так торопился, будто кто-то все время его подгонял. Сестра старалась от него не отставать.

— Как прошли твои изыскания в библиотеке? — поинтересовалась она.

— Я пытался найти хоть какую-то информацию об апостоле, — Эстелла понимала, что речь идет о демоне, с которым сражался Леоран. — Надо признать — для самой большой библиотеки во всей Империи в ней содержится ничтожно мало сведений об этих созданиях. Единственный источник, где упоминалось об апостоле, — это «Хроника основания Империи Фарос». Но ее тяжело назвать историческим документом. Скорее, это сборник легенд о том, как четыреста двенадцать лет назад Аргус Махейрон обрел дар божественного мага, поверг могущественного демона, апостола, и основал на развалинах вражеского города столицу своей будущей Империи, Этерон. Так он стал первым императором, а уже через три года передал трон наследнику и прошел через Черный Портал. Его дальнейшая судьба остается загадкой уже более четырех веков.

— Звучит не слишком-то радужно для нас всех, — отметила Эстелла. — В хронике еще что-то упоминается об апостоле?

— Только то, что он служил Владыке Эфира завоеваний и господства Марбалу. Исходя из этого можно выдвинуть несколько предположений. Первое, это был не тот апостол, с которым сражался я. Демон из провинции Джануб был слугой владычицы лжи и иллюзий Авестары. Второе, у каждого шести Владык Эфира могут быть свои апостолы. И третье, как и любого другого демона, апостола можно одолеть. Вопрос лишь как...

Эстелла сдвинула золотые брови:

— Да уж, совсем не густо. Странно, что нам так мало известно о тех, кто представляет для нас такую угрозу.

— Если кто-то и знает о нашем главном враге больше остальных, то это учитель Фабер. Я собирался отправиться к нему сегодня, но, похоже, у Совета Старейшин есть свое мнение на этот счет, — с досадой произнес Леоран.

Они вновь вышли на многолюдную улицу. Два торговых квартала разделял парк, зеленевший по обе стороны от дороги. По нему пробегала маленькая речка, чье журчанье заглушала какофония неумолкающих голосов.

Над цветами в парке склонился парень с кучерявыми волосами. Из его посоха струился зеленый свет, от которого побеги росли и созревали на глазах, превращаясь в белые лилии.

Оценив количество маны молодого человека, Леоран предположил, что тот является магом низшего уровня. Всего три процента населения обладали магическими способностями и две трети из них были низшими магами, слишком слабыми для использования их в бою, но полезными в разных ремеслах, строительстве и сельском хозяйстве.

Леоран и Эстелла остановились на перекрестке, выжидая, пока мимо пройдет процессия людей в черно-белых мантиях с золотой окантовкой. Они несли кадила, из которых вылетал едкий сладкий дым. Раздражающий аромат благовоний вызвал зуд в носу Леорана, и он чихнул.

— Похоже, у меня уже развилась аллергия на Церковь Спасения. Сколько раз они отрывали меня от исследований своими бесполезным проповедями? — брюзжал, как вредный старик, Леоран, что было для Эстеллы привычным зрелищем. — Его Святейшество, санктор Фортус, найдет меня даже на краю света лишь бы выставить перед своей фанатичной паствой, как цирковое животное. Такая трата времени… И это при том, что в поисках пути к спасению, мы бегаем, как крысы по бесконечному лабиринту. Каждый поворот за угол, что выглядит, как отгадка, становится новым тупиком…

Вдруг из-за дома спереди раздался грохот, который сопровождался протяжными криками. Леоран и Эстелла забежали в закоулок и стали свидетелями того, как струя пламени вылетает из магазина зелий, ломая витрину вдребезги.

Перепуганный продавец упал на тротуар, отползая подальше от огня. Пошатываясь, в дверном проеме показался мужчина в дублете с грязной черной бородой и блуждающим взглядом. В его руке полыхал огненный шар.

— Я имперский… маг, а этот... жулик хочет содрать с меня втридорога… — сбивчиво проговорил пьяный мужчина. — Бездарный простолюдин… ты бы заплатил своей жизнью… если бы она чего-то... стоила.

— Неважно, владеешь ты магией или нет. Каждая жизнь обладает равной ценностью с рождения, — вмешался Леоран, по уровню маны осознав, что имеет дело с боевым магом среднего уровня.

— Вряд ли тебя способен понять тот, кто едва стоит на ногах, — взглянула на брата Эстелла.

— Зря ты так думаешь. В подобном состоянии и ведутся самые жаркие философские дискуссии.

Леоран вытянул вперед руку и вызвал из памяти образ нужного заклинания. Магические серебряные путы сковали смутьяна по рукам и ногам. Нарушитель спокойствия потерял равновесие и беспомощно рухнул на бок возле разбитой витрины, что-то невнятно бормоча.

Двое стражников в начищенных до блеска доспехах прибежали на шум, растерянно смотря то на буйного мага, то на Леорана и Эстеллу. Вдруг какая-то дама из толпы зевак закричала:

— Это же Леоран Деймунд! Хвала избраннику Аурана, хвала Хранителю Империи!

Ее тут же поддержали другие горожане. Их возгласы побудили Леорана убраться отсюда поскорее, однако перед этим он обратился к склонившимся перед ним городским стражникам.

— Передайте его инквизиции, их дело разбираться с магическим преступлениями, — Леоран указал страже на обездвиженного мага и стал пробираться через скопление людей вместе с Эстеллой.

Петляя по переулкам, дабы укрыться от любопытных глаз, Леоран сказал:

— В следующий раз нужно менять не только одежду.

— Ты явно недооценил свою популярность, — ответила сестра.

Через пару минут они вышли на огромное открытое пространство, мощеное белыми и янтарными плитами — Дворцовую площадь. По ней курсировали толпы горожан, патрули стражников и множество священников в черно-бело-золотых мантиях.

Над Леораном и Эстеллой нависали громадные белоснежные стены и позолоченные шпили собора Божественного Провидения, архитектурного шедевра, куда санктор Фортус, глава Церкви Спасения, каждую неделю пытался заманить Леорана, где тот должен был выступить перед почитавшими его прихожанами.

Слева от собора виднелся изящный фасад Имперского Дворца, а еще дальше к небесам устремлялось самое грандиозное сооружение во всей империи — Башня Света. Ее также называли Этеронским Маяком. На его вершине солнечным светом сияло древнее устройство, «Сердце Аурана», оберегавшее мир смертных от Эфирного Шторма и его порождений.

Вместе с другими маяками Башня Света образовывала защитную сеть по всей Империи, которая, однако, со временем приходила в негодность. Даже свет крупнейшего Этеронского Маяка медленно угасал. Леоран еще никогда не видел его настолько блеклым, как сейчас, что не могло не вызывать беспокойства.

Белокаменную поверхность Этеронского Маяка украшала сложная мозаика из лазури и золота, а в обе стороны от колоссального строения расходились массивные контрфорсы в виде вонзавшихся в землю крыльев грифона. В Имперском Дворце заседал Совет Старейшин, окруженный армией чиновников, а из Башни Света своими владениями правил сам император.

Они уже покидали шумную Дворцовую площадь, направляясь к тщательно охраняемым вратам в Высокий Квартал, где проживала магическая аристократия, когда Леоран ощутил приближение мощного источника маны. Он тотчас осознал, что встреча с человеком, от которого исходила эта магическая энергия, не сулила для него ничего хорошего.

Высокий парень в богатой черно-золотой куртке с развевавшимся за спиной бордовым плащом выпрыгнул из роскошной кареты и быстрыми шагами устремился к Леорану и его сестре.

Молодого аристократа с угольно-черными волосами сопровождала личная стража в багровых доспехах и шлемах с золотым плюмажем. За ними пытались угнаться слуги в ливреях цвета плаща своего господина и двое важных советников.

«Этого еще мне не хватало», — подумал Леоран, обменявшись с Эстеллой хмурыми взглядами. Он вернул их одежде прежний богатый вид. Неприлично было бы предстать перед членом самого влиятельного имперского рода в обличье простолюдина.

— Леоран и Эстелла Деймунд, — раздался повелительный голос.

Его обладатель лишь из вежливости одарил Эстеллу беглым взглядом. Его внимание всецело занимал златовласый маг одного с ним роста и возраста.

Леоран и Эстелла поклонились:

— Принц Валериан.

Принц Валериан был вторым сыном императора Сайруса III. После преждевременной кончины своего старшего брата, именно Валериан должен был стать наследником императора.

— Леоран Деймунд, какое ты имеешь право уклоняться от моего вызова на дуэль?!

Голубые глаза Валериана смотрели на Леорана так, будто хотели прожечь в нем дыру. Реакция принца показалась ему, мягко говоря, неподобающей. Кого волнуют дуэли, когда твой старший брат недавно погиб, а империя лишилась целой провинции?

Тем не менее Леоран не мог не испытывать облегчения от того, что никто не пытался возложить на него вину за гибель наследного принца Августа. В день катастрофы он находился в провинции Джануб, но не пришел императору на помощь, и тем самым не уберег его наследника. По всей видимости, от гнева монарха Леорана спасли два обстоятельства.

Во-первых, он проводил на юге свободное от обязанностей время и на тот момент не состоял в императорской свите. Более того, Леоран даже не знал точного местонахождения императора.

А во-вторых, на следующий день после катастрофы Церковь Спасения объявила, что почти четверть населения провинции Джануб, чуть более пятидесяти тысяч человек, выбралась из смертельной ловушки Эфирного Шторма только благодаря усилиям Избранника Аурана, который якобы оказался на месте трагедии исключительно по божьей воле. Это делало его в глазах народа героем и оберегало от возможной немилости императора.

Леоран испытывал отвращение от того, что все заслуги по спасению мирных жителей приписали ему одному, а про вклад рыцарей-парий из ордена Штормовых Воронов или обычных солдат никто не замолвил и слова. Ни в одном официальном заявлении не упоминалось и об апостоле.

Он понимал причину утаивания информации, пусть и не одобрял подобных методов.

Церковь Спасения и власти империи всеми силами пытались сохранить веру и дух народа в трудный час, дабы избежать паники и мятежей. При этом надежду в людей должен был вселять Леоран, который годился на роль всеобщего любимца гораздо больше безымянного солдата и уж тем более парий, согласно учению Церкви Спасения, отвергнутых богами бездушных созданий.

— Принц Валериан, мы приносим вам наши соболезнования. Смерть наследного принца Августа — тяжелая утрата для всех нас, — сочувственно произнесла Эстелла.

Леоран склонил голову вслед за сестрой, выражая скорбь. Однако за его маской покорности скрывалось раздражение от неуместных разборок с Валерианом, которого, казалось, нисколько не волновала гибель своего старшего брата.

После короткого молчания Леоран ответил на обвинение принца.

— Все свое время я посвящаю научным изысканиям, пытаясь найти путь к нашему общему спасению, поэтому ваш крайне важный вызов на дуэль мог ускользнуть от моего внимания.

Валериан раздраженно фыркнул:

— Из Хранителей Империи мне осталось одержать победу в дуэли лишь над тобой и Матильдой Элесто. Каждый император обязан быть сильнее своих подданных.

Леоран подумал, что для правителя есть множество других качеств важнее, чем сила магических способностей, но не стал произносить этого в слух, чтобы не усугублять ситуацию.

— Принц Валериан, сейчас не лучшее время для дуэли. Я получил срочное поручение от Совета Старейшин…

— Совет Старейшин подчиняется императорской власти! — возмутился принц и начал разминаться, отдавая указания страже разогнать всех горожан поблизости.

Пока воины в темно-красной броне исполняли приказ, Валериан вымолвил:

— Если у вас есть время разгуливать по площади, то найдется и на дуэль со мной. Обойдемся без секундантов. Чтобы не затягивать, проведем ее прямо здесь.

Леоран уловил на себе встревоженный взгляд Эстеллы, гадавшей не сошел ли принц с ума. Вокруг поднялся шум. Двое советников подскочили к Валериану, пытаясь отговорить его от этой безумной затеи.

Попытки стражей принца разогнать толпу только усиливали любопытство народа. Обычные горожане, охранявшие общественный порядок патрульные, нарядные аристократы, священники и даже некоторые чиновники стягивались к месту будущей дуэли.

— Ваш отец непременно разгневается, — убеждали советники принца. От этих слов Валериан скривил рот. В его глазах проскользнула тень сомнения. Он начал озираться по сторонам, будто только что осознал какой переполох устроил.

Принц перешел черту. Он не мог творить все, что ему заблагорассудится. Дуэль в центре Империи, в многолюдном месте, не сошла бы с рук даже ему, а перспектива вывести из себя императора в условиях, когда государство столкнулось с беспрецедентным кризисом, заставляла Валериана колебаться, но отказаться от своих намерений, озвученных прилюдно, сейчас было бы для него унизительно.

Леоран понимал, что словами уже ничего не решить, но у него созрела идея, как вызволить себя и принца из ловушки, в которую тот загнал их обоих.

Он шепнул сестре:

— Зажмурь глаза, когда я соберусь кое-что показать принцу.

Ей понадобилось несколько секунд, чтобы уловить задумку брата. Затем она кивнула и отошла на безопасное расстояние от дуэлянтов.

Валериан приготовился, пробуждая в себе магические силы. Леоран ответил тем же. Над его головой, подобно нимбу, появился магический круг солнечной энергии.

Магический круг принца имел насыщенно-красный цвет. Императорский род владел магией Абсолютного Разрушения. Ее обладатели не знали себе равных в способности уничтожать все, что стоит у них на пути. За счет высочайшей концентрации энергетического потока, выходившего из магических кругов, они могли рушить даже толстые крепостные стены.

Принц открыл рот, чтобы объявить о начале поединка, но Леоран внезапно перебил своего оппонента. От внезапной дерзости Валериан застыл в недоумении.

— Принц Валериан, спасибо, что удовлетворили мою просьбу и, несмотря на свою занятость, любезно показали мне новое заклинание. Теперь моя очередь продемонстрировать вам свое.

Леоран применил быстрое и крайне простое заклинание «Орсвеус», которое неоднократно заставало его соперников врасплох. Из маленького магического круга в его ладони вырвался крохотный шар света и быстро взмыл между дуэлянтами.

К тому времени, как огонек превратился в ослепительную белую вспышку, Леоран уже добрался до зажмурившейся сестры, подхватил ее на руки и сделал несколько молниеносных рывков, оставляя за собой луч желтого света. Заклинание «Сальтерро» всегда служило ему безотказным способом побега. Не подвело оно его и в этот раз.

Сделав финальный рывок, Леоран оказался возле поместья семьи Деймунд и опустил Эстеллу на ноги.

— Думаешь, принц на этом успокоится? — обеспокоенно спросила сестра.

Они направились к воротам своего дома. Охрана на посту уважительно поприветствовала их.

— Валериан вспыльчивый и горделивый, но не дурак и не лишен чувства самосохранения, поэтому гостей сегодня ждать не стоит.

Принц затаил на него обиду с тех пор, как Леоран победил его в дуэли на глазах у императорской семьи. Леорана не интересовали магические поединки среди знати, но иногда даже у него не получалось от них уклониться.

— Боюсь, что скоро нам опять придется столкнуться с принцем, — Леоран повел бровью в ответ на слова сестры. — Через три дня в своей летней резиденции император назовет нового наследника. Разумеется, мы обязаны там присутствовать.

Леоран подумал, что желание утвердиться в статусе наследника наверняка толкает Валериана на необдуманные поступки не меньше старых обид.

Они прошли через двор, где цвела сирень и гордо возвышались украшенные драгоценными камнями статуи героев из рода Деймунд, и переступили через порог дома. Через прозрачную крышу атриума проникали лучи солнечного цвета, наполняя блеском переливающуюся воду в чашах фонтанов.

Леоран и Эстелла попали во внутренние покои, куда допускались только члены семьи и самые доверенные слуги. Эта часть поместья была защищена от проникновения незваных гостей сильными чарами.

Они сняли обувь и прошли по просторной гостиной, обставленной различными произведениями искусства и мягкими диванами. Ноги утопали в пушистых коврах, точно в нежной луговой траве. Эстелла наконец-то вручила Леорану обещанный сборник трудов Терциуса, отчего озадаченное лицо ее старшего брата вновь обрело выражение восхищенного мальчишки.

Дверь в кабинет отца оказалась захлопнутой не до конца. Через тонкую щель доносился едва уловимый, но хорошо знакомый Леорану голос:

— Трагедия на юге чудовищна, но она не должна поколебать нашу решимость. Мы свершим задуманное... Слишком поздно отказываться от наших намерений. Ваш сын Мартин, мои внуки и другие дети... уже достигли... возраста. Если мы будем сидеть сложа руки, то всех нас принудят провести... ритуал.

— Я уже обо всем позаботился, — раздался серьезный голос отца. — Мы лишим… его главного козыря. Новое оружие ждет своего...

Леорана заинтриговало и одновременно насторожило услышанное, но от размышлений его отвлек шуршащий звук приближающихся шагов.

— Лео, Стелла, вы к отцу? — из соседней комнаты показался Мартин, их десятилетний брат.

Не успели они открыть рот, как Мартин с искрой в глазах произнес:

— Лео, пойдем я покажу тебе, какой свиток с заклинанием мне сегодня подарил отец. Он настолько древний, что, уверен, даже ты не знаешь, что за магия в нем скрыта.

Леоран виновато потупил голову:

— Прости, пока я должен заниматься очень важными вещами, но, когда все успокоиться, я бы с радостью на него взглянул. А до того времени я буду сгорать от любопытства.

Эстелла демонстративно надула губы, глядя на младшего брата:

— А как же я? Или ты забыл, что у тебя есть еще и сестра?

Мартин смутился и уже собирался начать перед ней оправдываться, как тяжелые металлические двери с гербом семьи Деймунд открылись. На пороге стоял отец, кажется, удивленный и обеспокоенный тем, что двери все это время не были захлопнуты.

— Вы давно здесь ждете? — спросил он.

Получив отрицательный ответ, отец пригласил Леорана и Эстеллу пройти в кабинет, а последовавшего за ними Мартина попросил остаться снаружи. Замок с щелчком захлопнулся за ними.

Войдя внутрь, Леоран заметил у камина человека, с которым предпочел бы видеться гораздо реже, чем ему приходилось.

Огромный рост, широкие плечи, густые седые волосы и желтые глаза придавали мужчине сходство с вставшим на задние лапы белым медведем, что некогда бродили по северу континента Имманис. В центре его белоснежной мантии, подобно солнечному затмению, темнело символическое изображение Черного Портала, из которого наружу пробивались золотые лучи света.

— Рада вас видеть, Ваше Святейшество, — Эстелла склонила голову и сложила пальцы на обеих руках под углом крест накрест — жест, что означал единство с судьбой, божественной волей.

Глава Церкви Спасения, санктор Фортус ответил ей тем же и одарил ее старшего брата радушной улыбкой. Леоран ограничился формальным приветствием.

Четверо присутствующих расселись в мягкие алые кресла. Между ними и камином стоял стол, на котором лежала карта того огрызка земель, что остался от некогда великой империи Фарос. Из-под нее торчал край чертежа, подписанного как «Фрагоритовая бо...». Заметив любопытный взгляд Леорана, отец быстро задвинул схему неизвестного устройства под карту.

Как и члены старинного дома Деймунд, за исключением Леорана, Максимиллиан Фортус был высшим магом второго ранга. Однако глава церкви происходил из молодого аристократического семейства, которому до сих пор удавалось держать свою родовую магию в секрете. Никто не знал истинной природы их способностей, хотя на этот счет ходили разные слухи.

— Сейчас я говорю как канцлер Совета Старейшин, — обратился к своему приемному сыну Арториас Деймунд, мужчина средних лет с сиреневыми глазами и аккуратно подстриженным золотистыми волосами. — Леоран, я так понимаю, что Эстелла передала тебе поручение?

Леоран кивнул.

— Я думаю, не стоит объяснять тебе, что это миссия высокого приоритета, потому мы и доверили ее Хранителям Империи.

Из поручения Леоран узнал, что должен отправиться на штурм недавно обнаруженного убежища Триумвирата. За последние семь лет известия об активности этого еретического культа, отвернувшегося от Богов Священного Пантеона, все чаще всплывали во время тревожных разговоров в высших кругах.

Триумвират заработал себе дурную славу на северо-западе Империи, но до сих пор оставалось загадкой, каким Владыкам Эфира поклонялись его члены. За прошедшие годы ни Инквизиция, ни военные так и не смогли добиться успеха в искоренении вездесущего культа. Его последователи таинственном образом всякий раз ускользали из рук правосудия, будто знали о развитии событий наперед. Поэтому Леорану показалось удивительным, что кому-то наконец удалось найти одно из убежищ культа.

Из редких столкновений с культистами стало известно, что члены Триумвирата носят маски красного, белого и черного цветов. Каждый цвет связан с прозвищем лидеров культа: Красной Госпожой, Белой Маской и Черной Маской.

Предполагается, что предводители культа являются высшими магами. Подобный уровень владения магией почти не встречается среди простолюдинов, потому власти считают, что верхушка иерархии Триумвирата может происходить из имперской аристократии.

Вместе с Леораном в в облаве на логово Триумвирата будут участвовать его коллега из отряда высших магов первого ранга, именуемых Хранителями Империи, и отряд поддержки.

Триумвират, безусловно, был важной угрозой, но он ни в какое сравнение ни шел с опасностью, исходившей от апостола, с которым Леоран столкнулся в провинции Джануб. Это он и пытался донести до отца, чтобы тот освободил его от участия в миссии.

— С культистами разберутся и без меня. Я должен заняться поиском информации об апостоле. Враг в любой момент может нанести повторный удар по Империи. И нам нечего ему противопоставить. Даже объединенная сила семерых Хранителей Империи не ровня апостолу. Если мы не найдем эффективных методов противодействия, новой трагедии не миновать, — подвел итог он.

Все, что сказал Леоран было правдой. Однако им двигало отнюдь не только чувство долга, но и чистое любопытство. Он жаждал узнать больше о могущественном демоне, даже если эта информация не имела бы никакой практической ценности. К тому же, Леоран не любил участвовать в сражениях, которые влекли за собой миссии Совета Старейшин, и мечтал всецело посвятить себя исследованиям.

Отец сложил пальцы домиком и убедительным тоном произнес:

— Ты прав — сведения об апостоле жизненно необходимы для обеспечения государственной безопасности. Поэтому я уже направил десятки людей по всей Империи на ее поиски. Как и ты, они обладают достаточной квалификацией, чтобы ее найти, но, в отличие от тебя, им не по силу противостоять опасным культистам, в рядах которых нередко встречаются и сверхъестественные создания вроде вампиров. Леоран, мне прекрасно известно, что ты человек множества талантов, но это не отменяет того, что ты самый одаренный маг во всей Империи. И сейчас, во время тяжелого кризиса, нам как никогда нужна твоя сила.

Леоран запустил руку в волосы и тяжело вздохнул, когда осознал, что отец не намерен уступать. Вместо словесных баталий, в которых ему не одолеть более опытных оппонентов, он решил прямо выразить накипевшее недовольство.

— Если бы Совет Старейшин и Его Святейшество постоянно не отвлекали меня от изучения Черного Портала и магических дисциплин незначительными поручениями и бесполезными проповедями, то, возможно, мы бы уже отыскали путь к спасению.

В последние два месяца Леоран редко бывал дома, как и в лаборатории учителя. Лишь в исключительный момент спокойствия он выкроил время на посещение древних руин в провинции Джануб. Будто его умышленно дергали по всяким мелочам. Доходило даже до того, что ему приходилось помогать с зачисткой убежищ обычных разбойников и появляться перед верующими в самых разных уголках Империи.

— Расскажите, чем вы сегодня занимались, наш дорогой Машиар, — воцарившуюся тишину развеял санктор Фортус. Басистый голос гиганта в церковной мантии равномерно разливался по дорого обставленному кабинету, а губы его сложились в хитрую улыбку.

Леорану не нравилось, когда его называли этим старым церковным термином, означавшим «Избранник Божий».

— Все утро до обеда я провел в библиотеке Этеронского Университета Магии. А после того как Эстелла передала мне волю Совета Старейшин, мы направились сюда.

Леоран намеренно опустил часть про обсуждение таинственного голоса у него в голове, не желая слышать ничего о божественном провидении. Уж точно не от этого человека.

— По пути мы помогли одной старушке собрать рассыпанные яблоки, усмирили пьяного мага в магазине зелий и… — он подбирал нужные слова, избегая упоминания о принце, — предотвратили скандал с участием аристократии в самом центре Этерона. В общем, не произошло ничего стоящего внимания.

Фортус гулко рассмеялся, покачиваясь в кресле:

— То есть за одно единственное утро вы уберегли несчастную старушку от тяжких усилий и, вполне возможно, голода, предотвратили порчу ценных товаров, защитили горожан от опасного преступника и не допустили конфликта между аристократами, грозившего подорвать устои нашего многострадального общества?

«Без сомнения, сила слова — вот в чем заключается истинное могущество главы Церкви Спасения», — подметил Леоран.

— И после этого вы хотите сказать, что все ваши деяния, помимо изучения демонов и Черного Портала, незначительны? — вопросил санктор. — Согласятся ли с этим люди, которым вы помогли? Разве не важны верующие, которые благодаря вам обретают надежду по всей Империи? Разве не важны жизни, которых наши доблестные воины могут лишиться при штурме убежища изуверского культа, если вас не будет вместе с ними? Леоран, вы наш Машиар. Каждый ваш шаг предписан Божьей волею и ведет нас к спасению. В действиях Избранника Аурана не может быть ничего «незначительного». Все мы едины с судьбой, и вы — в первую очередь.

Леоран едва удержался, чтобы не закатить глаза от явной манипуляции со стороны санктора, и бросил взгляд на отца, сжимавшего подлокотники кресла.

Арториас Деймунд был погружен в свою невидимую, внутреннюю борьбу. В чертогах его разума, казалось, неистовствовала буря, но уже через мгновение он изменился в лице. Его взор обрел решимость второго после императора человека в государстве.

На миг в глазах санктора, устремленных на канцлера Совета Старейшин, промелькнуло беспокойство. Но когда отец нарушил молчание, Фортус едва заметно расслабился.

— Совет Старейшин понимает, что тебе необходим отдых, поэтому ты отправишься на задание завтра.

«Это хорошие новости, значит сегодня я полечу к учителю, как и планировал», — обрадовался было Леоран, но его тут же постигло жестокое разочарование.

— Сегодня же я попрошу тебя остаться в Этероне, — приказным тоном добавил отец. — Днем ты присоединишься к заседанию Совета Старейшин и лично изложишь все, что произошло в провинции Джануб, а вечером тебе предстоит принять участие в богослужении в соборе Божественного Провидения, которое будет проводить санктор Фортус.

Леоран проигнорировал очередную адресованную ему лидером церкви улыбку, угрюмо уставившись в пустоту. Однако, когда отец поставил резную фигуру на участок карты, где располагалось убежище культа, уголки губ его приемного сына приподнялись.

Оно находилось на севере-западе Империи, в предгорьях хребта Секурус. Эта цепь высоких гор к северу от столицы пересекала материк с запада на восток до самого океана. Среди ее заснеженных вершин горделиво восседал Университет Магии Монариса, куда Леорану так не терпелось попасть.

Их разделяло немалое расстояние, но если он вылетит из столицы завтра на рассвете, то еще до выполнения задания Совета Старейшин успеет навестить своего учителя, архимага Фабера Солитариуса.

— Я исполню ваше поручение, — успокоившись, произнес он.

Леоран посчитал такой исход приемлемым и без дальнейших препирательств принял условия Совета Старейшин. Он надеялся, что встреча с учителем поможет ему пролить свет на сгущавшуюся над Империей пелену тайн.

Примечание.

Санктор (от лат. sanctus - святой) — высшая должность в Церкви Спасения.

Уровни магических способностей.

Божественный уровень.

Высший уровень.

1 ранг - Хранители Империи (7 магов, включая Леорана, Валериана и Матильду Элесто) и 4 других магов (император и др.).

2 ранг - семья Деймунд, санктор Фортус, Натаниэль Видентис и др.

3 ранг - Марсия Видентис и др. Самый распространенный ранг магических способностей среди аристократии.

Средний уровень (большая часть боевых магов империи, включая имперскую гвардию).

1 ранг.

2 ранг.

3 ранг.

Низший уровень (большинство магов империи).

1 ранг.

2 ранг.

3 ранг.

В империи Фарос всего 3% населения обладают магическими способностями. 60% из них - маги низшего уровня. 35% - маги среднего уровня. 5% - высшие маги.