Покидая Королевство Авианов, Азраил ощущал лишь боль и разочарование.

Он шел по Черной Дороге, держа коня по уздцы, вместе с последними жителями Империи, что успели пройти через Синий Портал до того, как его поглотил Эфирный Шторм.

Всюду раздавались скрип колес и стук повозок о тенеритовую мостовую вперемешку со вздохами измученных невзгодами людей.

Рыцарь-капитан Сагакс отправил раненного Азраила сопровождать обоз, в котором везли пострадавших в бою рыцарей-парий. В стороне от гущи сражения он залечивал повреждения и восполнял силы, в то время как боеспособные рыцари продвигались по обочинам Черной Дороги в оборонительном построении.

Если бы не нужда защищать обоз с ранеными бойцами ордена, рыцарь-капитан Сагакс наверняка бы уже бросил отстающих имперских жителей, отчаянно стремившихся вернуться на родину живыми. По его мнению, жизни парий на чаше весов явно перевешивали людские.

Синие разряды молний пронзали сгущавшийся туман, что белесым покрывалом застилал древние руины вблизи стен Портального Перехода. Вглядываясь в призрачную дымку, Азраил заметил необычное серебристо-голубое мерцание, похожее на плескавшиеся волны энергии. Казалось, что они искажали окружающее пространство, то растягивая его, то вновь сужая.

Азраил удивился, так как наблюдал подобное явление впервые, что само по себе говорило о многом: прежде он десятки раз патрулировал древние руины в Портальном Переходе на юге Империи, где повидал немало странностей.

Иногда в развалинах вымершей цивилизации можно было встретить бесплотных низших демонов, что рыскали в поисках возможности вселиться в тела смертных, чтобы затем, управляя ими, как марионетками, охотиться на людей.

Эти существа являлись потерявшими физические оболочки эфирными порождениями или же дикими духами, что населяли Эфир и проникали в Мир Смертных через бреши в стенах Портального Перехода.

Однажды, во время патрулирования, Азраил вздрогнул от неожиданности, когда зависший перед ним в воздухе дух начал приобретать материальную форму под действием ауры парий.

Впрочем, это не помешало ему быстро расправиться с клыкастой тварью. Но не сделай он этого, жертвами бесплотного существа могли бы стать археологи или авантюристы, исследовавшие древние руины в поисках сокровищ.

Теперь же, когда разрушение Портального Перехода казалось неизбежным, в его развалинах можно было наткнуться на гораздо более опасных и жутких существ.

Время от времени из тумана доносились рык и рев вечно голодных тварей. А спустя несколько секунд эфирные порождения бросались в атаку, налетая на строй рыцарей-парий, точно волны прибоя на скалу.

Обстановка в Портальном Переходе была не такой напряженной как в Королевстве Авианов. Однако натиск эфирных порождений нарастал с каждой минутой.

Азраил подмечал, что многие рыцари дышали учащенно, а движения их стали небрежными. Исключением был лишь Кордел, без устали разивший врагов. Он сиял ярче прежнего, будто бы воодушевленный новообретенным статусом героя.

Азраил перевел взгляд на Марека. Кроме усталости, лицо громадного новобранца с щитом и молотом выражало горечь от потери друга и злобу на несправедливую судьбу.

Азраил уже не раз видел подобное выражение на лицах боевых братьев. Любой воин хотел прожить блистательную жизнь и уйти на пике своей славы, но ничто не имело меньшего значения для Богов, чем желания смертных.

Если мирозданием действительно правили некие высшие силы или Боги, как гласят догматы Церкви Спасения, Азраил хотел бы познакомить их надменные лица со своим кулаком.

Портальный Переход все чаще содрогался от сильных толчков. Подобно граду, сквозь искрящиеся облака с потолка сыпалась каменная крошка, а на Черной Дороге стали появляться трещины.

Ехать верхом на лошадях было слишком опасно из-за частых подземных толчков и буйства Эфира за пределами Черной Дороги. Все это едва не сводило жеребцов с ума. С трудом удавалось заставлять перепуганных и брыкавшихся скакунов тянуть вперед повозки с раненными.

Всякий раз, когда дрожь проносилась по циклопическому туннелю, Азраил морщился от боли. Прокол в боку перестал кровоточить, но все еще ныл, словно кто-то ковырялся в нем тупым ножом.

Вдруг за туманной пеленой, в руинах, проскользнула тень гигантского существа. За ней промелькнули еще несколько темных силуэтов поменьше.

Азраил нахмурился, ощущая скребущее демоническое присутствие. Его не удивляло, что за беглецами из Королевства Авианов продолжали вести охоту. Но тени промчались мимо них, после чего далеко впереди раздались вопли и грохот ломающихся повозок.

К тому моменту, как Азраил своими глазами узрел место бойни, от нападавших не осталось и следа. Черная Дорога окрасилась в багровый. Ее устилали части человеческих тел и детали повозок.

Демон и эфирные порождения атаковали переднюю часть колонны беженцев, которую охраняли обычные солдаты и наемники, пожрав не меньше сотни имперских граждан.

Неудивительно, что разумный враг избегал столкновения с крупным отрядом рыцарей-парий, особенно после того, как они одолели высшего демона у Синего Портала.

Когда они достигли середины Портального Перехода, нападения эфирных порождений почти прекратились, чего нельзя было сказать о судорогах, что все чаще охватывали гигантский туннель между Империей Фарос и Королевством Авианов.

Азраил воспользовался временным затишьем, чтобы осмыслить произошедшее. Он взглянул на лазурные потоки водопада, струившиеся под черным мостом, вспоминая слова герцога Карслоу.

Азраил слышал историю о том, как Ареф нашел мертвую женщину возле водопада, но не знал, что вместе с ней обнаружили и младенца. И, более того, он понятия не имел, что этим младенцем был он сам. Это объясняло, почему Ареф присматривал за ним с детства, а затем взял под свое крыло в ордене. Однако столько вопросов еще оставались без ответа.

Кем была его мать? Карслоу упомянул, что она происходила из Королевства Альбия, страны на северо-востоке континента Имманис. Это островное государство несколько веков упорно сопротивлялось попыткам вторжения со стороны Империи и в итоге отстояло свою независимость.

Подобное удавалось лишь Королевству Авианов, занимавшему гористые территории на северо-западе материка, и нации Тянькан, что расположилась на юго-западе континента. Некогда ей правила династия архимага Фан Шена.

Сообщение с Альбией было потеряно пятнадцать лет назад, когда Эфирный Шторм стер с лица земли Синие Порталы, что соединяли ее с Империей Фарос и Королевством Авианов.

Что заставило мать Азраила покинуть свой дом и пуститься в бега с младенцем? Кем были ее преследователи и почему желали ей смерти?

Герцог сказал, что она принадлежала к древнему роду, который называли Вестниками Смерти. Или же Ангелами… Смерти?

Азраил задумался, какой же силой обладали его предки, но его познаний явно не хватало, чтобы ответить на этот вопрос. Он мог лишь предполагать, что род, из которого он происходил, судя по названию, был связан с таинственной организацией, имевшей отношение к смерти. Неужели смерть это не только естественное явление, но и некая сущность?

«Вероятно, в этом кроется секрет не только моего происхождения, но и всех парий… Следивший за нами демон наверняка знал что-то о прошлом парий даже с учетом того, что утратил большую часть воспоминаний. Неизвестно, когда он объявится вновь, чтобы его можно было поймать и допросить», — Азраил нахмурился, осознав, как он далек от понимания устройства мира.

Герцог Карслоу погиб, а из тех, кто мог раскрыть ему истину, оставались только тяжело раненый Ареф и, возможно, лорд-инквизитор Эльман, который был подозрительно хорошо осведомлен о его прошлом.

«Быть может, Красс тоже что-то знает?» — с надеждой подумал Азраил, услышав разговор рыцаря-капитана Сагакса и мага Инквизиции.

— Лорд-инквизитор никогда не сообщает своим подчиненным больше, чем им необходимо знать. Мне приказали проследить, чтобы рыцарь-лейтенант Азраил встретился с герцогом Карслоу, но не объяснили зачем. Лорд-инквизитор сказал лишь, что герцог сам все поймет, — пожимая плечами, произнес Вергилий Красс, шедший рядом с Сагаксом.

Рыцарь-капитан не сводил глаз лица с краснощекого мага, изучая каждое движение его мимических мышц. Он обладал уникальным талантом отличать ложь от истины.

— Ясно. Что еще? — Сагакс кивнул. Похоже, он посчитал, что Красс говорит правду.

— После посещения Королевства Авианов я должен провести вас к месту следующего задания, о котором вам уже известно.

— Верно, — кратко ответил Сагакс, часто переводя взгляд с Красса на искрящийся туман на обочинах и обратно. — И зачем же лорду-инквизитору четыре отряда рыцарей-парий в самом защищенном месте во всей Империи? Впрочем, без толку спрашивать об этом вас...

Красс обиженно покачал головой, с неохотой подтверждая слова Сагакса. В отличие от рыцаря-капитана, Азраил не умел столь безупречно распознавать ложь, но даже ему стало понятно, что такой беспокойной человек, как Красс, не смог бы столь нагло врать им в лицо. Лорд-инквизитор, без сомнения, не посвящал его в свои тайны.

— Красс, вам под силу извлечь содержимое Кристалла Памяти, который мне дал герцог Карслоу? — спросил тучного мага Азраил.

Красс и рыцарь-капитан повернули к нему головы. Зрачки Сагакса расширились, выдавая его интерес.

— Это редкая реликвия... — задумался Красс, потупив взор. — Лишь единицы в Империи знают, как ей пользоваться. Однако вы найдете такого человека там, куда мы направляемся. Все полки в кабинете лорда-инквизитора заставлены предметами старины и книгами о древних изобретениях. Он обладает богатыми познаниями об артефактах и, вероятно, сможет вам помочь.

«Понятно. Значит все дороги ведут к лорду-инквизитору. Интересно, как он связан с Арефом?» — по пути размышлял Азраил.

Водопад и мост остались позади. Колонна приближалась к порталу в Империю. Эфирные порождения не появлялись на глаза уже несколько минут. Это вызывало у Азраила подозрение, что впереди их могла ждать засада.

Он внимательно следил за окружением, но пока что не ощущал демонического присутствия. Его по-прежнему терзало смутное чувство, что рыцарь-капитан Сагакс знает и понимает гораздо больше, чем говорит. Все-таки он оказался знаком с герцогом Карслоу.

Азраил задал рыцарю-капитана вопрос.

— Сэр, что связывает вас с герцогом Карслоу?

Тонкие губы Сагакса искривились:

— Иными словами юный Азраил спрашивает, известна ли мне история его происхождения?

Азраил качнул головой, но мгновение спустя его черные брови приподнялись от осознания.

«Не может быть… Я не ослышался?!» — его поразило, что Сагакс впервые обратился к нему по имени. Удивительно, что он вообще его помнил, учитывая, сколько времени ему понадобилось на то, чтобы выучить имена своих подчиненных.

— Восемнадцать лет назад в Королевстве Авианов разразилась гражданская война, и наш орден перебросили туда, где он зародился, — продолжил Сагакс. — Под командованием магистра Альсуна мы охраняли имперскую часть Портального Перехода и сражались на стороне законного наследника престола Королевства Авианов, который считался союзником Империи. Позднее он стал королем, но на тот момент, когда Ареф обнаружил тебя и твою мать, ситуация складывалась в пользу узурпатора, как называли другого претендента на трон. Его воины и преследователи из Королевства Альбия настигли твою мать у экватора Портального Перехода, возле водопада. Я прибыл на место на пару минут позже Арефа и увидел, что рядом с женщиной в черном плаще лежали двадцать убитых воинов. В одной руке она держала окровавленный клинок, а в другой колыбель с ребенком. Ареф быстро укрыл тебя от посторонних глаз, но я успел ощутить твою ауру. Я еще никогда не чувствовал, чтобы от парии исходила такая мощь.

Слушая рыцаря-капитана, Азраил испытывал противоречивые ощущения. Интерес к таинственной силе боролся в нем с признательностью и жалостью к матери, которой он никогда не знал.

Для парий в Империи не существовало понятия семьи. До шести лет они жили в изолированных приютах, после чего распределялись в лагеря специальной подготовки и заканчивали свой путь в рыцарских орденах. Так они и умирали — не ведая имен своих родителей.

Но теперь для Азраила все могло измениться. Пусть он не стал бы проливать слезы по той, кого никогда не знал, однако в нем пробудилось желание выяснить имя женщины, благодаря которой он появился на свет. Она защитила его ценой своей жизни, и это меньшее, чем он мог ей отплатить.

Азраил осознал, что уже около минуты молча шел с напряженным выражением лица, когда уловил на себе озадаченный взгляд Кордела, который двигался впереди по краю Черной Дороги.

Азраил вновь обернулся к рыцарю-капитану. Сагакс, что терпеливо дожидался его реакции, сразу же продолжил рассказ.

— Во время гражданской войны мы сражались с Карслоу на одной стороне. Он всегда чтил старые клятвы между Штормовыми Воронами и Королевством Авианов. В тот день он пытался помочь твоей матери, но не успел. В Королевстве Авианов за тобой охотились враги, поэтому Ареф решил укрыть тебя в Империи. Но твоя аура была слишком сильной, чтобы ты мог оставаться незамеченным Инквизицией. Тогда Карслоу подавил твою мощь с помощью Связывающего Душу артефакта. Однако мне не знакомы принципы его работы.

В этот момент Азраил подумал о красной и идеально круглой родинке у себя подмышкой. Была ли она меткой, оставленной артефактом, способным сдерживать силу парий?

— Это все, что мне известно, — закончил Сагакс. — Ареф и магистр Альсун взяли с меня обещание хранить тайну о том, что я видел в тот день, до тех пор, пока необходимость в этом не отпадет.

На мгновение Азраил испытал раздражение от того, что все это время его держали в неведении, но затем оно сменилось жаждой высвободить скрытую в нем силу. Он не знал, насколько она велика, но воображение уже уносило его за новые горизонты, что открывались перед его амбициозным взором.

С большей силой он мог бы спасти Арефа и защитить орден. Мог сделать так, чтобы на него и других парий больше никто не посмел бы взглянуть свысока. Или даже отыскал бы способ противостоять гибельной мощи Эфирного Шторма…

Азраил помотал головой, словно пытаясь вытряхнуть заполонившие разум нелепые фантазии о недостижимом. Впрочем, о меньшем он мечтать и не умел. А если бы и стал, то предпочел бы скорее сгинуть раз и навсегда…

Масштаб мечтаний роднил его с Корделом. Их взгляды отличались лишь тем, как они намеревались претворять их в жизнь. Возможно, это именно то, что делало их друзьями...

От неожиданного осознания Азраила отвлекла серия подземных толчков. Внезапная дрожь земли заставила лошадей испуганно ржать и бить копытами. Люди схватились за телеги, стараясь удержать равновесие, а раненые застонали еще громче.

Кое-что показалось ему странным. Толчки были слишком частыми и слабыми для волны разрушения, что часто проносилась по Портальному Переходу.

Сделав несколько шагов, он увидел вспышки золотого света, озарявшие туман. Ритмичность мерцания совпадала с частотой подземных толчков.

Сияние исходило со стороны древних руин, неподалеку от гигантского строения с наполовину обрушившимся лазурным куполом, едва заметным с Черной Дороги. Здание походило на старинный храм.

Вдруг земля содрогнулась от сильного удара, после чего тряска и вспышки света прекратились. Азраил ощущал ослабевающую ауру демона в густой дымке, однако оттуда веяло еще чьим-то присутствием. Оно казалось ему странно знакомым.

Источник буйства магических энергий находился в опасной близости от проезжавшей колонны. Чтобы исключить возможность засады, рыцарь-капитан отправил отряд Кордела на разведку.

Азраил уже чувствовал себя лучше и с позволения Сагакса отправился в неизвестность с Корделом, дав своему отряду сигнал оставаться на позициях.

Он обнажил оба клинка и осторожно приближался к развалинам древнего храма бок о бок с Корделом и его бойцами. Сверкавшие в тумане разряды угасали на пути парий. Вокруг рыцарей образовалась сфера из всполохов черного пламени, порожденная столкновением подавляющей ауры и потоков Эфира.

Белокаменное строение с дырявым куполом нависало над ними, подобно горе. Его изящные формы напоминали ему о монастыре, который стал новой крепостью их ордена.

Из мглы показались очертания пяти высоких башен.

Азраил нахмурился. Когда они направлялись в Королевство Авианов, он был уверен, что древний храм с куполом окружало на одну башню больше.

Уже через несколько секунд он понял в чем дело. Одна из башен лежала на боку, а рядом с ней валялась массивная туша существа, похожего на темного ската с множеством щупалец и глаз. Неподвижное тело медленно превращалось в прах. Он растворялся в воздухе, точно догоравший на ветру лист бумаги.

Азраил предположил, что кто-то убил рыскавшего в тумане демона, а башня обрушилась в результате ожесточенной схватки.

Внезапно раздался грохот взрыва, и через бреши в фундаменте башни вырвалась яркая вспышка света.

Азраил и Кордел переглянулись и тихо подошли к большой расщелине, которая оказалась спуском в зал с круглыми стенами. Заглянув внутрь, они приоткрыли рты от удивления.

— Ты?! — не веря своим глазам обратился к златовласому магу Азраил. — Что ты здесь делаешь?

Леоран повернулся к ним с улыбкой на лице, будто его ничуть не беспокоило разрушение Портального Перехода.

— А, это вы! Азраил, Кордел, не ожидал вас тут увидеть, — не успев договорить, Хранитель Империи вновь уставился на стену и продолжил увлеченно разглядывать тусклый барельеф. Будто он мгновенно забыл о присутствии рыцарей, имена которых узнал при отступлении из провинции Джануб.

Азраил спустился в зал. Его разозлило, что к нему отнеслись с таким пренебрежением и проигнорировали его вопрос. Кордел последовал за ним, приказав бойцам ждать наверху.

Земля содрогалась от мощных толчков каждые несколько секунд. Потолок осыпался, помещение заволокло облако серой пыли.

— Здесь должно быть что-то, ну же… — бормотал Леоран себе под нос.

— Ты не ответил на мой вопрос, — твердым тоном сказал Азраил, обратив внимание на выжженные магией кратеры на полу. Каменную поверхность пересекали несколько концентрических канавок разного диаметра, похожих на заключавшие друг друга солнца.

Не оборачиваясь, Леоран ответил:

— Я благодарен, что ты спас меня в провинции Джануб, но давай поговорим как-нибудь потом. Меня и так отвлек демон, а я еще должен понять, что скрывает это святилище.

Лицо Азраила ожесточилось.

— Ты сошел с ума?! Весь Портальный Переход скоро провалится в бездну. Нужно срочно отсюда выбираться, если не хочешь сгинуть вместе с ним!

Ответа не последовало. Леоран метался от одного участку стены к другому, пытаясь активировать какие-то символы.

Азраил цокнул языком, закипая от гнева.

— Эй, кем ты себя возомнил?!

Он пробудил всю мощь своей ауры. Всполохи черного пламени заплясали в воздухе. Леоран наконец обернулся, но тут случилось то, чего никто не ожидал.

Пол под ногами Азраила завибрировал, словно отвечая его силе, а затем начал рушиться. Азраил и Кордел отпрыгнули обратно к спуску, а Леоран взмыл в воздух возле стены.

Треск сменился грохотом осыпающегося камня, и на месте очерченного кругами пола разверзлась дыра. Из нее исходило тусклое голубое свечение.

Азраил пораженно уставился на края обрыва, в которых поблескивал черный и гладкий, будто обсидиан, камень.

Леоран издал протяжный звук, в котором смешались осознание и восхищение.

— Ну конечно, тенеритовый слой! Вот почему я не мог пробиться вниз! Вряд ли при открытии секретного прохода должен был провалиться пол, но это не имеет значения… — затем он перевел взгляд на Азраила и Кордела. — Вы определенно приносите мне удачу. Берегите себя до нашей следующей встречи.

С этими словами он, паря в воздухе, опустился в образовавшуюся дыру.

В отличие от Леорана, Азраил сомневался, что их следующая встреча когда-нибудь состоится, учитывая, что Портальный Переход мог разрушиться в любой момент. Ему было любопытно, что скрывалось в тайном помещении, но он был не настолько безумен, чтобы расставаться из-за этого со своей жизнью.

Он обратился к пожимавшему плечами Корделу и наблюдавшим за ними снаружи рыцарям.

— Возвращаемся. Впереди нас ждет дорога до летней резиденции проклятого императора.

***

Леоран оказался в большом замкнутом помещении. Его сердце барабанило в груди в предвкушении чудес, что могли таиться в древних залах, куда ранее не ступала нога человека.

Он мог бы провести здесь целую вечность, но частые толчки, сотрясавшие Портальный Переход, заставляли его торопиться.

Леоран прибыл сюда после того, как вытащил архимага Фан Шена из-под завалов и доставил его израненное тело в Университет Магии Монариса. Он доверил лечение архимага и пострадавших бойцов капитана Лация университетским мастерам школы Исцеления.

Вместе с собой они прихватили и пленного некроманта, который потерял сознание после того, как Леоран метнул его в скалу возле логова культа.

К сожалению, по прибытии в университет пришедший в себя маг Триумвирата начал стремительно истекать кровью и биться в судорогах под действием неизвестного проклятия. По всей видимости, на него были наложены смертельные чары, чтобы предотвратить утечку информации.

Леоран смог лишь ненадолго стабилизировать погибавшего в муках некроманта, пока архимаг Фабер Солитариус использовал заклинание, дабы проникнуть в разум культиста. Таким образом, им удалось извлечь лишь смутные обрывки информации, прежде чем некромант канул в небытие.

Архимаг узрел несколько деревень, где люди поклонялись Триумвирату. В них росли странные рощи белоснежно-красных деревьев. Они были связаны в единую сеть с гигантскими древами с багровыми плодами, источавшими сильную магию. Фабер Солитариус даже смог выяснить название одной из деревень — Оживени.

И последним, что узнал архимаг, была информация о том, что Триумвират каким-то образом планирует вмешаться в события, что вскоре должны развернуться в летней резиденции императора.

Леоран тут же попытался связаться с отцом через магическое зеркало, но не получил ответа. Однако ему удалось вступить в контакт с лордом-инквизитором. Леоран предупредил Эльмана о возможной опасности и передал ему полученные от пленного сведения.

Глава Инквизиции поблагодарил Избранника Аурана за ценную информацию и сообщил, что запросит поддержки у военного командования Империи и выделит несколько своих агентов на прочесывание обширных лесных массивов вокруг летней резиденции. Однако это было то же самое, что искать иголку в стоге сена.

Основные силы Инквизиции Эльман вынужден был направить на защиту императорской резиденции. Лорд-инквизитор ожидал скорого нападения мятежников, желавших свергнуть Сайруса III.

После этого состоялся серьезный разговор Леорана с капитаном Лацием, который немедленно раскаялся во всех грехах. По пути в университет он раскрыл Леорану правду о том, кто приказал ему привести двух архимагов в ловушку.

Для капитана имперской гвардии стало неожиданностью, что культисты каким-то образом прознали об этом и организовали собственную западню, учинив бойню в подземном храме.

Лаций был совестливым человеком и совершенно не умел врать. К тому же, он пошел на предательство ради спасения сына, поэтому Леоран не мог держать на него зла. Однако капитану и тем, кто стоит у него за спиной, рано или поздно придется ответить за содеянное.

Леоран изучил карту провинции Сильтум и отправил отряд капитана Лация по следу Триумвирата, в деревню Оживени. Так он надеялся заполучить больше информации об истинных намерениях культа.

Избранника Аурана по-прежнему обуревал гнев от одной мысли о том, что магу теней, главному виновнику кровопролития, удалось сбежать. Судя по цвету масок его последователей и магической силе, соответствующей магу высшего уровня, он был одним из лидеров Триумвирата, известным как Черная Маска.

По дороге в летнюю резиденцию императора Леоран приземлился на северо-западе провинции Сильтум, в городке возле Синего Портала, где и оставил грифона. Он не мог упустить последний шанс обнаружить тайник со знаниями древних и отказался от ночного сна, чтобы исследовать многообещающее святилище из заметок археолога Терциуса.

Пока что его авантюра развивалась как нельзя лучше. Хотя, в первую очередь, это заслуга неожиданно нагрянувших к нему рыцарей-парий. Их подавляющая аура вступила в резонанс с тенеритовым слоем, устилавшим пол храма, и обнажила скрытое под ногами хранилище.

Он планировал как можно скорее закончить изучение руин в Портальном Переходе и прибыть в летнюю резиденцию императора еще на рассвете, даже раньше, чем того просил лорд-инквизитор.

Леоран спешно изучал окружение, ступая по мягкой прослойке пыли на полу, словно по бархатному ковру. От спертого и грязного воздуха зудило в носу, отчего он постоянно чихал, а глаза его начали слезиться.

На уцелевшей части потолка золотым, красным и лазурным светом сияла изысканная фреска. На ней изображались созвездия. От каждого из них отходил луч, что резко обрывался в центре потолка, где зияла дыра с неровными краями.

Яркие стеклянные витражи стелились по закругленным стенам. Пестрые потоки света от них мозаикой ложились на пол. Витражи между собой разделяли десятки зеркал, отблески от которых превращали всю комнату в один большой калейдоскоп.

Рот Леорана невольно приоткрылся от восхищения. Однако его тут же привел в чувства мощный подземный толчок. Он осторожно шагнул вперед, обращая внимание на то, что вокруг не было ничего, хотя бы отдаленно напоминавшего двери или ворота.

«Если бы это помещение оказалось тупиком, то в нем не было бы никакого смысла», — подумал он про себя, вглядываясь в запыленные витражи и зеркала, откуда на него смотрели его собственные отражения.

Подошва его сапога смахнула пыль, оголив зеркало на полу. Он хмыкнул, придумав, как ускорить поиск потайных проходов.

Леоран окружил себя магическим барьером, чтобы не задохнуться, а затем применил базовое заклинание школы Воздуха. Мощный шквал ветра разметал по залу пыль.

Воздух стал мутным, точно разразилась песчаная буря, но потом, управляя потоками ветра, Леоран собрал всю пыль в одном углу, чтобы она ему не мешала, и наконец снял с себя магический барьер.

Теперь на полу можно было увидеть множество прозрачных зеркал. Он обходил каждое из них поочередно, пытаясь понять, как они соотносятся с переплетением разноцветных лучей от фрески и витражей.

Так продолжалась пару минут, пока Леоран не заметил, что одно из зеркал на полу отличается от остальных. Оно имело неоднородную, ячеистую структуру, как у Кристалла Карманного Измерения, а значит могло обладать сходными свойствами и реагировать на магию.

Леоран направил в необычное зеркало слабый луч магической энергии. В ответ ячеистая поверхность исказилась. Его отражение пропало, а вместо нее в зеркале появилось изображение комнаты, заполненной пожелтевшими статуями. Фигуры отличались друг от друга размерами и напоминали разных людей, стоявших в полный рост.

Стоило Леорану присмотреться внимательнее, его изумрудные глаза широко раскрылись, а брови приподнялись. Его только что осенило. Он уже увидел нечто похожее совсем недавно.

Головы статуй наподобие волос покрывали заряженные магией голубые кристаллы. Такие же были вставлены в глазные отверстия. Желтоватый материал, из которых состояли фигуры, почти наверняка был старой костью.

Посреди помещения по ту сторону ячеистого зеркала виднелась круглая платформа с начертанными на ней символами, что испускали голубой свет. Все это ужасно напоминало круг телепортации и костяные фигуры с магическими кристаллами, о которых Леоран узнал благодаря эксперименту Рейна и Адлара.

«Если бы только братья Берг были здесь… Сами того не зная, они раскрыли секрет технологии азуров», — улыбнулся своим мыслям Леоран.

Азуры — так люди называли расу древних, чьи опустевшие города занимали большую часть континента Имманис и Портальные Переходы. К моменту своего исчезновения, три сотни лет назад, они уже давно находились на грани вымирания.

Леоран изучал язык азуров в университете, что позволило ему прочитать множество из оставшихся от древних письменных источников. В некоторых из них упоминалось о некоем Катаклизме, что произошел около тысячи лет назад.

Катаклизм описывается, как период бедствий, когда границы между Эфиром и Миром Смертных стерлись или истончились настолько, что по землям континента и Портальным Перехода шествовали орды демонов.

Неизвестно, что стало его причиной, но последствия были ужасающими, так как многие города азуров опустели уже в те давние времена.

Однако Леорана больше смущало, что с тех пор не сохранилось ни одного документа, написанного рукой человека. Казалось крайне неправдоподобным, чтобы катастрофа столь грандиозного масштаба не нашла широкого отклика в исторических источниках предков. Он считал, что у этого могло быть лишь несколько причин.

«Азуры явно не были лишены чувства юмора», — Леоран усмехнулся, глядя на голубые кристаллы на головах костяных статуй.

Согласно сохранившимся описаниям, азуры имели цвет волос от бледно-голубого до темно-синего, а также отличались звездчатым глазным рисунком, заостренной формой ушей и славились искусством прорицания.

Некоторые представители имперской аристократии унаследовали отдельные черты внешности азуров, поскольку в их жилах текли остатки крови вымершей расы.

«Если есть один круг телепортации, значит должен быть и второй», — Леоран почесал затылок, уставившись в залитый разноцветными отблесками зал.

Через некоторое время, он заметил участок пола, где смешивалось больше всего прямых и отраженных от зеркал лучей. Из-за пестрой палитры цветов он не сразу разглядел замаскированный в этом месте круг телепортации. Очертания его стерлись и были едва различимы. Однако Леоран надеялся, что он по-прежнему работает исправно.

Он вернулся к ячеистому зеркалу и принялся выбирать подходящую ему костяную фигуру. Две статуи были примерно одного с ним роста, но Леоран сомневался в соответствии масс.

Он не мог проникнуть по ту сторону зеркала, но имел возможность воздействовать на находившиеся там объекты с помощью магии.

Леоран воспользовался телекинезом, поднимая обе статуи поочередно. По тонким различиям в расходе маны он оценил их массу и поставил соответствующую его весу костяную фигуру на круг телепортации.

После этого Леоран направил луч магии через зеркало. Он достиг уже наполненных магией голубых кристаллов на голове и в глазах статуи. Таким образом он передал ей малую часть своей маны и тем самым добился равенства магических энергий.

Когда все условия были соблюдены, Леоран встал на скрытый в лабиринте лучей круг телепортации. Для подстраховки он окружил свое тело защитным магическим слоем с помощью заклинания, хоть и не знал, защитит ли это его, если что-то пойдет не так.

Однако у него не было времени колебаться, а жажда открытий перевешивала страх за свою жизнь. Леоран применил универсальное заклинание активации магических механизмов.

После всплеска маны контуры ожившего круга телепортации вспыхнули холодным пламенем, а затем тело Леорана утонуло в облаке голубого света. Дыхание перехватило от мимолетного ощущения свободного падения, а уже через мгновение он понял, что стоит в помещении с костяными статуями.

Поначалу его голова кружилась, в поле зрения проскакивали искры, а волосы встали дыбом, но вскоре побочные эффекты телепортации развеялись.

«Интересно, Адлар чувствовал себя так же? Не удивлюсь, если от радости он даже не обратил внимания на подобные мелочи», — подумал Леоран и задрал голову. Вверху он увидел ячеистое зеркало и цветную фреску на потолке зала.

Зал с костяными фигурами, куда он попал, соединялся с коридором. Дойдя до его середины, Леоран заметил слева ступени лестницы, что поднималась во тьму верхних этажей. Он запомнил ее расположение, так как она могла вести к выходу. На тот случай, если он не сможет выбраться отсюда тем же способом, каким проник в потайную секцию храма.

С тех пор как Леоран воспользовался кругами телепортации, не раздалось ни одного подземного толчка. Потому он предположил, что попал в иное, карманное измерение намного большего масштаба нежели то, где он хранил посох и свои предметы. Это объясняло, почему здесь не ощущалось признаков разрушения Портального Перехода.

Как бы его ни восхищали подобные чудеса магической науки, Леоран не позволял себе забывать об опасности, что таила в себе сложившаяся ситуация. Стоит забыть о спешке, и он может легко остаться в секретном комплексе азуров навсегда. Теперь ему придется постоянно подгонять себя.

Леоран применил заклинание «Орсвеус». Золотистый шар осветил надпись на арке в конце коридора. С языка азуров она переводилась как «Воля Единого Бога». Леоран не понимал, про какого «Единого Бога» идет речь, но решил оставить рассуждения на потом и устремился вперед.

Перед ним предстало необъятное помещение, больше похожее на гигантский сад. С высокого потолка струился бледный холодный свет. Эта картина внезапно напомнила ему ночь, когда он смотрел на небо во дворе семейного поместья во время полнолуния.

Внимание на себя обращали десятки или даже сотни алмазных глыб. Они были расставлены вдоль заросших мхом и травой дорожек наподобие садовых камней.

Леоран огляделся и заметил купол единственного в округе строения. Оно выглядело, как большой каменный шатер. Не теряя ни секунды, он ворвался внутрь здания через распахнутые двери.

В прохладном воздухе витали частички многовековой пыли. На мгновение он почувствовал себя жутко, угодив в мрачный, давно заброшенный вестибюль. Ему показалось, будто он ощутил на своей коже дыхание призраков, древних хозяев этого места.

Однако все это резко утратило значение, как только Леоран заметил несколько проходов, что вели в один круговой зал со стеллажами. Он тотчас устремился к бесчисленным полкам с книгами, гонясь за шаром света.

Пока Леоран второпях исследовал богатства древней библиотеки, его глаза блестели от восторга. В то же время сердце обливалось кровью из-за того, что он не мог забрать с собой каждую частичку хранившихся здесь знаний.

Его взор остановился на одной секции. Между стеллажей стояли четыре мраморных постамента. Над ними вилось поле голубой энергии, в котором плавали три магических свитка и один гримуар.

Леоран быстро похватал их, переместив в Кристалл Карманного Измерения. Он не вдавался в подробности, но предположил, что забрал что-то ценное, раз оно хранилось в стазисном поле, замедляющем поток времени.

Магический свиток давал возможность моментально осваивать одно новое заклинание, если того позволял уровень способностей его владельца. Гримуары же содержали в себе теоретические и практические основы множества заклинаний, но их чтение не приводило к их мгновенному усвоению, а лишь ускоряло и упрощало процесс изучения магии.

Леоран побросал в карманное измерение еще несколько книг, что сохранились лучше остальных, и выбежал из здания.

На миг он растерялся, так как по ошибке вышел из библиотеки другим путем, но затем его взгляд привлекло странное зрелище.

Три серебристых саркофага поблескивали прямо посреди цветочной поляны, освещенной тусклым бело-голубым светом. Вокруг двух росли черные орхидеи, а рядом с третьим распустились синие розы.

Леоран моргнул и протер глаза, чтобы убедиться, что он не угодил в царство сновидений, как ему изначально показалось. Все происходило наяву.

«Нельзя оставаться здесь дольше… Ладно-ладно, уйду, как только проверю, что внутри», — торговался сам с собой Леоран, уже подбегая к ближайшему саркофагу.

К счастью, сверху на нем отчетливо выделялась зачарованная каменная панель, что позволило ему сэкономить время. Леоран приложил к ней ладонь и выпустил слабый поток маны. После короткого затишья саркофаг задрожал, а его крышка со скрежетом поползла в сторону.

В раскрывшемся гробу лежал скелет в роскошном одеянии. В костлявых руках мертвец держал длинный изящный меч с легким изгибом.

Леоран забрал магический клинок, при этом испытывая разочарование. Возможно, он просил о слишком многом, рассчитывая, что в стазисном поле мог сохраниться живой представитель расы азуров.

Внутри второго саркофага его ждал другой истлевший труп.

Пробираясь через поле синих роз, он подошел к третьему саркофагу и без лишних раздумий приложил ладонь к каменной панели. Однако, когда крышка начала медленно отодвигаться, Леоран удивленно охнул, широко раскрыв глаза.

Изнутри хлынул яркий золотой свет. Вместе с ним он ощутил, как каждую частичку его тела пронзает мощный поток маны. Его окатило волной жара, а сердце учащенно забилось в груди.

В саркофаге лежало самое прекрасное создание, что он когда-либо видел. Длинные серебристо-голубые волосы, молочная кожа, красивые черты лица и аккуратные заостренные уши — идеальный и невинный лик девушки мог бы принадлежать самой настоящей богине.

Ее руки прижимали к груди длинный зачарованный клинок. Тело закрывало облегающее бело-черное одеяние, по которому пробегали крохотные желтые и синие магические искры.

Внезапно глубокие синие глаза распахнулись. В отблесках золотого света в них можно было разглядеть звездчатый рисунок. Девушка потерянно взглянула на Леорана, отчего он рефлекторно протянул ей руку.

Когда незнакомка коснулась его ладони своей, его пронзил мощный разряд энергии. В месте прикосновения их рук закрутился магический вихрь, солнечными путами оплетая их тела и души.

Леоран испытал невероятное чувство родства с девушкой, что встретил впервые. На мгновение он проник в ее разум, видя себя ее глазами, ощутил ее растерянность и моментально возникшую привязанность к нему. В этот миг он осознал, что их души связали древние и могущественные чары, подобные клятве единства и беспрекословной верности.

Леоран помог девушке встать, когда раздался ее мягкий голос.

— Вознесенный, как твое имя?

Она говорила на языке азуров, но Леоран понимал ее с такой естественной легкостью, будто они общались на одном, известном только им двоим языке.

— Ты можешь называть меня Лео. Как тебя зовут?

Девушка отвела взгляд, а затем склонила голову на бок и непонимающе посмотрела ему в глаза.

— Мое имя… Как меня зовут? — переспросила она его.

Тогда Леоран осознал, что она не помнит даже этого.

— Как меня зовут? — прекрасная девушка вновь задала вопрос, но уже на фаросском языке.

Судя по всему, она моментально освоила его благодаря связи их душ и умов.

Леоран окинул взором поляну вокруг саркофага и произнес.

— Твое имя Сантори.

На языке азуров это слово означало синяя роза.