Магический свиток, найденный в тайном храме, просиял янтарным светом, когда Леоран усвоил новое заклинание. Он был настолько увлечен свершенным открытием, что не замечал, как колючий высотный ветер хлестал ему в лицо.

«Интересно... Возможно, я смогу придумать для него достойное применение», — качая головой, подумал он об изученном заклинании, объяснявшем необычный вид древнего хранилища азуров.

Леоран убрал свиток в седельную сумку к остальным находкам. Ему не терпелось приняться и за них, однако сейчас у него были проблемы посерьезнее.

Он оглянулся и тяжело вздохнул, до сих пор не веря своим глазам. Багряные лучи медленно утопающего за горизонтом солнца пронзали белые облака, точно свечи воск, освещая путь впереди.

Леоран отправился на поиски хранилища со знаниями в руины города азуров глубокой ночью и по собственным расчетам должен был вернуться в провинцию Сильтум еще до рассвета, однако к тому моменту, когда он прошел через Синий Портал вместе с Сантори, на мир уже опустились сумерки.

Он несколько раз недоуменно моргнул, сбитый с толку непредсказуемой сменой времени суток. Этого просто не могло быть. Неужели в карманном измерении, куда он попал через круги телепортации, время текло иначе?

Или же дело в странных серебристых полях энергии, которые, подобно пенистым гребням морских волн, витали в тумане древних руин? Были ли они признаком временного искажения в разрушающемся Портальном Переходе?

Леоран мог лишь строить предположения, однако объективным фактом оставалось то, что он опаздывал в летнюю резиденции императора.

Догадываясь о намерениях отца, Леоран беспокоился о том, что в его отсутствие случится непоправимое, поэтому спешил к месту, где на следующие сутки должна состояться церемония наречения наследника.

Его красногривый грифон, Рубио со всех сил махал длинными крыльями, пронзая тусклые небеса, точно стрела с горящим наконечником. Благо с их скоростью до летней резиденции императора оставалось не более четверти часа пути.

Серебристо-голубые волосы Сантори развевались в бурных воздушных потоках. Девушка сидела позади Леорана, обхватив его обеими руками. На красивом, словно высеченном из фарфора, лице Сантори застыло растерянно-сонное выражение.

Леоран по-прежнему почти ничего не знал о ней. Впрочем, как и она о себе.

Загадочная воительница с необычным для азуров цветом волос и зачарованным клинком. Сколько лет или веков она пребывала в глубоком сне, дожидаясь того, кто ее пробудит?

Одолеваемый любопытством Леоран спросил:

— Сантори, сразу после пробуждения ты назвала меня Вознесенным. Что означает это слово?

Девушка склонила голову набок, задумавшись, а затем ответила на фаросском языке.

— Не знаю… Я просто почувствовала, что должна так тебя называть, когда нас связали узы судьбы…

— Ты помнишь еще что-нибудь? Что такое узы судьбы?

Как только Леоран задал вопрос, сквозь него прошел невидимый сгусток магии. Он судорожно вздохнул и схватился рукой за голову, когда в сознании завертелся водоворот из обрывочных образов и слов.

«Я Марсия Видентис… Триумвират… Сразен… опасность… резиденция императора», — все, что смог разобрать Лео.

Перед мысленным взором мелькали гигантские багровые деревья с налитыми энергией плодами. Сила по их необъятной корневой системе струилась к одинокому городу вблизи императорской резиденции. В том же направлении, куда лежал его путь.

Поток видений прекратился, но волосы все еще стояли дыбом по всему телу. Возвращаясь к реальности, Леоран бросил взгляд на потиравшую лоб Сантори. Должно быть, она видела и слышала то же самое.

Он тут же принялся осмысливать произошедшее. То, что они испытали было похоже на телепатическое послание, и его явно передала Марсия Видентис.

Как и любой представитель аристократии, Леоран был прекрасно осведомлен о судьбе прославленного дома провидцев Видентис. Шокирующее известие об аресте его главы, Натаниэля Видентиса, было на слуху у всего высшего общества.

В детстве сестра Леорана, Эстелла, часто играла с Марсией Видентис, но их общение оборвалось после трагедии, что потрясла семью прорицателей.

Леоран не знал, почему вдруг получил ментальное послание от Марсии Видентис, но его взволновало увиденное. Из всего нагромождения образов он понял главное — опасность, исходившая от Триумвирата, влиятельного еретического культа, грозила Сразену, провинциальному городку неподалеку от летней резиденции императора.

Он прислушался к предупреждению и изменил курс, чтобы по пути к своему пункту назначения взглянуть на Сразен с высоты птичьего полета.

Через пять минут ему должен был открыться вид на аккуратные городские улицы, но вместо этого Леоран нахмурился, став свидетелем гораздо более мрачной картины.

Каменные дома и склон лесистого хребта, отделявший поселение от равнины, где находилась императорская резиденция, едва виднелись за туманом, накрывшим город, подобно смогу от пожара. Вокруг не было ни души.

Леоран крепко сжал поводья, когда заметил голубые искры, пронзавшие туман, словно разряды молний грозовое небо. Признаки Эфира посреди имперских территорий? Как это возможно?

Думая об этом, он вспомнил записи инквизитора Джуста Умбрана, озвученные учителем Фабером. В них упоминалось о связанном с апостолом культе, что проводил ритуалы с жертвоприношениями на окраине Империи и таким образом распространял Эфир по землям смертных.

Если в Сразене проводился похожий ритуал, происходящее там может представлять угрозу не только для местных жителей, но и для всех, кто находится в летней резиденции императора и ее окрестностях. Об этом Леорана предупреждали послание Марсии Видентис и здравый смысл. Потому он собирался узнать, что кроется за искрящимся туманом.

Рубио приземлился рядом с городом. Едва ступив на землю, Леоран ощутил течение магических потоков под ногами, а вскоре заметил, что из почвы проглядывали толстые пульсирующие корни.

Ему следовало проявлять осторожность. У него не было времени восстановить чары в посохе, а без этого он лишился возможности использовать два божественных заклинания, которые выручили его в битве с апостолом.

Леоран коснулся амулета на шее в виде изумрудного вихря, подарка сестры. Сейчас он мог рассчитывать только на зачарованное в нем заклинание и собственные силы.

Нет, был еще кое-кто…

Он достал из подсумка белоснежный шар, усыпанный синими и фиолетовыми кристаллами, и направил в него слабый поток маны. Шар нагрелся, а яркие камни на нем вспыхнули разными цветами.

Учитель сказал, что с помощью этого магического компаса они всегда смогут найти друг друга. Неизвестно, решился ли архимаг Фабер Солитариус покинуть стены университета магии после многих лет добровольного заточения, но Леоран все же дал ему знать о своем местоположении на случай непредвиденных обстоятельств.

Он шагнул к туманному лесу, окружавшему поселение, когда услышал шаги за спиной..

— Сантори, останься вместе с Рубио, — обратился он к девушке. — Так будет безопаснее.

— Вознесен… Лео, здесь опасно, — Сантори приложила руку к груди. —Я чувствую, что мое предназначение — защищать тебя.

От девушки исходила аура высшего мага, а на ее спине мерцал длинный зачарованный клинок.

Несмотря на то, что Леоран явственно ощущал ее силу, он все равно не хотел брать Сантори с собой. Сейчас было бы слишком жестоко и безответственно подвергать ее риску. Она недавно очнулась после долгого сна и по-прежнему выглядела потерянной.

— Все будет хорошо, — улыбнулся он Сантори. — Я скоро вернусь.

***

Лорд-инквизитор Эльман ожидал, что Совет Старейшин сделает свой ход, но не думал, что они будут действовать столь нагло.

10-тысячная армия под командованием заговорщиков приближалась к летней резиденции. Формально Арториас Деймунд и его сообщники заявляли, что привели войска для защиты императорской семьи. Однако этот предлог — не более чем дырявая ширма, через которую просачивались их истинные намерения.

И Сайрус III знал об этом лучше других. Правда заключалась в том, что владыка Фароса планировал выманить и разом уничтожить всех бунтовщиков с помощью Скипетра Первого Императора, а церемония наречения наследника была лишь удобным поводом, чтобы устроить чистку в рядах аристократии.

Лорд-инквизитор был вынужден участвовать в плане императора, хотя все время пытался отговорить его от открытого столкновения. Массовое кровопролитие последнее, что нужно и без того погибающей Империи.

К несчастью, монарх привык разбираться с угрозами решительными и безжалостными взмахами своего клинка, потому все доводы лорда-инквизитора потерпели крах.

Однако еще оставался способ разрешить кризис мирным путем. Эльман и его телохранители тайком покинули летнюю резиденции для секретных переговоров с Советом Старейшин.

Лорда-инквизитора беспокоило то, что никто из семи Хранителей Империи, за исключением принца Валериана, не принял их сторону в этом конфликте.

Леоран Деймунд не явился к месту встречи даже к наступлению вечера. Лорд-инквизитор рассчитывал, что он пожелает предупредить насилие и вразумить приемного отца, но, по всей видимости, ошибался.

Учитель Избранника Аурана, Фабер Солитариус, не принадлежал к Хранителям Империи, но тоже был высшим магом первого ранга, одним из сильнейших в Империи. К сожалению, архимаг Университета Магии Монариса также проигнорировал призыв лорда-инквизитора.

То же касалось нескольких отрядов имперской гвардии, которых не досчитались защитники летней резиденции, и большинства высших магов. Эльман не мог винить их за то, что они не собирались защищать императора, который на протяжении одиннадцати лет принуждал их жертвовать своими отпрысками в жестоких ритуалах.

Штормовые Вороны прибыли к блокпосту инквизиции вблизи императорской резиденции лишь недавно. Лорд-инквизитор ничего не знал о причине их задержки, как и том, удалось ли Азраилу пробудить скрытые силы, но вскоре надеялся встретиться с ним лицом к лицу.

Эльман отправил часть отряда Штормовых Воронов проверить расположение засадной армии под командованием главы императорской стражи Кустоса. Верный Клинок Императора должен был привести войско к Сразену, чтобы в подходящий момент нанести бунтовщикам удар во фланг, но так и не доложил о готовности совершить атакующий маневр. Это пробуждало в разуме лорда-инквизитора смутные подозрения.

На залитой багряным светом долине, подобно несокрушимому стальному кулаку, маршировало грозное войско. Лучи закатного солнца отражались от темно-серебристых доспехов пехоты и светло-золотой брони кавалерии, падая на землю веером ярких отблесков. Зеленая трава колыхалась из стороны в сторону под потоками переменчивого ветра.

Лорд-инквизитор остановился под сенью раскидистой сосны, наблюдая за движением армии Совета Старейшин. Пропитанный смолой воздух немного успокаивал его расшатанные нервы. Он вступил в должность всего месяц назад, однако за это время на его плечи обрушился неподъемный груз проблем.

Его предшественник сгорел заживо у себя дома вместе с целым архивом секретных документов, а инквизиция, бразды правления которой Эльман принял в самый трудный час, была слабее, чем когда-либо за всю историю своего существования. По этой причине ему приходилось полагаться на помощь ордена Штормовых Воронов и поспешно набирать новых членов организации.

В таких условиях его утешало, что рядом были телохранители, на которых он мог рассчитывать.

С коня спустилась Вульпес, пария с волосами цвета осенней листвы и бывший ассасин. С ее лица редко сходила ехидная ухмылка.

Благодаря полученным от нее сведениям Эльман разоблачил и арестовал тайную группу аристократов, которые годами пользовались услугами ассасинов для устранения политических конкурентов, а затем решили избавиться от своих инструментов, дабы замести следы собственных преступлений. Именно успеху этого громкого дела Эльман, иноземец из провинции Сива, обязан стремительному возвышению по карьерной лестнице инквизиции.

Снял шлем и харкнул в кусты Солан, мужчина с пепельными висками и дрянным нравом, единственный выживший из рыцарского ордена парий. Эльман предоставил ему особое место в инквизиции и пообещал разобраться с людьми из армейского командования, бросившими его боевых братьев на убой.

Под шелест травы и хруст веток из сосновой рощи показались три совершенно разных фигуры верхом на лошадях.

В центре был златовласый мужчина средних лет с сиреневыми глазами. Под его пурпурной мантией поблескивала золоченая кираса. Справа от него держалась седовласая женщина с воинственным выражением лица в плаще с гербом Империи Фарос, окрашенном в оттенки четырех стихий.

Слева от них ехал широкоплечий гигант со светло-лиловой кожей, расписанной темными татуировками, клыками, черной копной волос и толстыми рогами на голове. Он дерзко ухмылялся и не сводил бирюзовых глаз с рыжеволосой парии.

Лидер заговорщиков и двое Хранителей Империи слезли с коней и подошли к лорд-инквизитору и его телохранителям.

Сначала Эльман обменялся рукопожатием с Арториасом Деймундом, главой Совета Старейшин, а затем с Матильдой Элесто, руководительницей Коллегии Имперских Магов и повелительницей четырех стихий.

Прежде чем очередь дошла до следующего участника переговоров, его руку со всей силы сдавила огромная ладонь Кедэрна Черногривого, предводителя обитающей в лесах расы сильветтов и могущественного друида.

Эльман стиснул зубы, чтобы не вскрикнуть от боли, и выдержал на себе испытующий взгляд мускулистого сильветта.

После рукопожатия Кедэрн шагнул к Вульпес и принялся ее обнюхивать.

— Ты пахнешь, как та, с кем можно весело провести время, — рыча от возбуждения, протянул он. — У меня еще никогда не было парий, но мне не терпится попробовать.

Друид потянулся рукой к ее нагрудному доспеху, но Вульпес с щелчком отбила его руку и в мгновение ока приставила кинжал к горлу Хранителя Империи.

— Лучше не вылезай из леса, блохастый, от тебя воняет дерьмом, — с жесткой насмешкой ответила пария.

В звериных глазах Кедэрна полыхало пламя страсти и ярости. Однако холодный клинок Солана, коснувшийся бычьей шеи сзади, остудил нрав друида.

— Пес ***, мешок с ***, ***сос, — безудержный поток ругательств вырвался из уст воина с седыми висками.

Матильда Элесто собиралась вмешаться в перепалку, но замерла с ошеломленным видом. Ее рот приоткрылся, а брови Арториаса Деймунда удивленно приподнялись. Вероятно, они впервые слышали такой шквал бранных слов.

Эльман вцепился в массивное плечо друида. Он презирал этого выродка всей душой.

Кедэрн Черногривый стал лидером народа сильветтов, когда его клан Серебряной Луны вырезал всех остальных конкурентов на место правителя. Но это далеко не единственная причина, почему он заслужил дурную славу по всему Фаросу.

Для Кедэрна не существовало принципа взаимного согласия. Он признавал лишь силу. Потому, чтобы пересчитать его детей, разбросанных по разным уголкам Империи, не хватило бы вместе взятых пальцев на руках и ногах.

Его приняли в ряды Хранителей Империи только по одной причине — дабы прийти к компромиссу между людьми и сильветтами и избежать партизанской войны с обитателями лесов, издавна недовольных человеческой экспансией.

— Вздумали побороться со мной, человечки?! Хорошо — достойная добыча не дается легко!

С безумным азартом в глазах Кедэрн начал пробуждать свою мощь. Дрожь пробежала по телу Эльмана, но он и его телохранители не отступили ни на шаг. Мышцы друида стремительно росли и уплотнялись. Лорд-инквизитор собирался подавить Кедэрна своей гравитационной магией, но Арториас Деймунд его опередил.

Вихрь сиреневой энергии поглотил участников конфликта, сдерживая их движения и мешая высвобождению магии. Такова сила Усмиряющего Вихря — магии рода Деймунд.

— Хватит! — повысил голос глава Совета Старейшин. — Кедэрн, мы здесь не за этим. Отступи немедленно или считай, что наш договор расторгнут!

Матильда Элесто сделала шаг вперед, окружив себя яркой огненной аурой. Лорд-инквизитор моментально покрылся потом. Жар охватил все его тело. Казалось, сама земля застонала от невыносимого зноя.

— Если вы сейчас же не прекратите, я превращу вас всех в горстку пепла, — угрожающим тоном произнесла Матильда Элесто.

Никто из присутствующих не сомневался, что она действительно на это способна. Не даром все высшее имперской общество ставило ее в один ряд по магической силе с Леораном и самим владыкой Фароса.

Кедэрн и Эльман подавили магию, а парии убрали оружие в ножны. Собравшиеся встали друг напротив друга.

— Жду не дождусь нашей следующей встречи, — Кедэрн вызывающе посмотрел на парий, но отвел взор, как только уловил на себе убийственный взгляд Матильды Элесто.

— Только покажись мне еще раз, *************.

Солан не мог пропустить подобную провокацию мимо ушей и разразился гневной тирадой. Лорд-инквизитор хлопнул его по плечу.

— Замолчи.

За время совместной службы у него сложилось впечатление, что его телохранитель не умеет изъясняться без шквала ругательств.

Накал страстей угас, и Эльман перешел к тому, ради чего сюда явился.

— Арториас, вы явно работали не покладая рук, чтобы заручиться поддержкой стольких союзников, — сказал лорд-инквизитор, указывая на марширующую вдалеке армию.

Глава Совета Старейшин, стоявший напротив него, с легкой досадой в голосе ответил:

— Это не моя заслуга. Наша сплоченность и многочисленность — результат действий императора. Эфирный Шторм пожирает Империю извне, а император разрушает ее изнутри. Дабы получить возможность противостоять внешнему врагу, сперва мы должны избавиться от внутреннего.

Раз Арториас Деймунд отбросил формальности и перестал утаивать свои намерения, лорд-инквизитор тоже решил говорить прямо. Он уважал собеседника за выдающиеся управленческие способности и рассудительность. Увы, они оказались по разные стороны баррикад.

Эльман привел свой довод:

— Мы оба хотим лучшего для Империи. Однако вы ошибаетесь, считая, что страна, которая веками склонялась только перед величием династии Махейрон, переживет исчезновение императора. Каким бы ни был правитель, он остается для народа солнцем, что дарит надежду в ночи и испепеляет зло при свете дня. Без императора все земли погрузятся в хаос.

Смотря ему в глаза, Арториас Деймунд без колебаний ответил.

— Ваши слова отчасти правдивы, но вы недооцениваете влияние Совета Старейшин. Мы сможем заместить императора, чей обжигающий свет давно стал проклятием для его подданных. За прошедшие одиннадцать лет Сайрус III провел пять ритуалов. Он загубил девяносто девять детей, каждый из которых со временем стал бы высшим магом, опорой и надеждой погибающей Империи, возможно, ее спасением. Выжил только один — мой приемный сын Леоран. Но даже он с трудом оправился от пережитого кошмара и так и не обрел силы открыть Черный Портал. Столько пролитой крови и страданий и все тщетно… — голос Арториса наполнился гневом и сожалением. — А теперь император хочет провести новый ритуал и подвергнуть мучениям моего младшего сына. Я положу конец этому безумию.

Раздался грубый голос Кедэрна Черногривого.

— Я не буду притворяться, что меня волнуют жизни людишек. Вы и так расплодились, как крысы. Но я пойду за Деймундом, потому что он пообещал мне, что мой народ сможет покинуть резервации и жить по своим законам.

Следом заговорила Матильда Элесто.

— Каждый ритуал подрывает боевой потенциал Империи, разобщает знать. Накопленное недовольство выливается в восстания аристократии, которые приводят к новым жертвам. Пришло время разорвать этот порочный цикл.

Эльман покачал головой и привычным ему холодным тоном произнес.

— Вы потерпите поражение и сами станете частью этого цикла. Войска императора не уступают вам в численности. Вы заявили, что пришли защищать императорскую семью во время церемонии. Еще не поздно сделать ложь правдой. Рассредоточьте войска по периметру летней резиденции в качестве сил обороны, откажитесь от намерений свергнуть императора, а я постараюсь убедить Его Величество, что вы на его стороне. У вас и ваших людей нет шанса против Скипетра Первого Императора. Или вы хотите повторить ошибку, которую допустил младший брат императора?

Кедэрн никак не отреагировал на последние слова лорда-инквизитора. Однако в глазах Арториаса Деймунда и Матильды Элесто на мгновение отразился ужас, всплывший из глубин прошлого.

Как и Эльман, тогда еще молодой маг инквизиции, они участвовали в подавлении мятежа, что разгорелся двадцать один год назад в Торрентисе, столице провинции Ривус. Региону, процветающему благодаря торговле и речному транспорту.

Восстание поднял младший брат нынешнего императора, желавший побороться за корону Империи. Он собрал внушительное число сторонников и даже насильно взял в заложники Севилу, дочь губернатора провинции, с которой был обручен Сайрус III. Впрочем, это его не спасло.

Разрушительная мощь Скипетра Первого Императора окрасила небеса в цвет крови, прежде чем стереть с лица земли младшего брата императора и львиную долю его армии.

После пугающей демонстрации силы бунтовщики больше не отваживались выступать против императора в открытую.

Арториас Деймунд нарушил затянувшееся молчание:

— Скипетр Первого Императора нас не остановит.

«В чем причина такой уверенности?» — с беспокойством задумался Эльман.

Неужели Совет Старейшин нашел способ противостоять главному козырю императора?

— У меня ответное предложение, — произнес Арториас, — лорд-инквизитор, Эльман, переходите на нашу сторону. Совет Старейшин сделает все возможное для укрепления инквизиции и защиты Империи.

— К сожалению, наши взгляды на будущее расходятся. Я отказываюсь.

Арториас Деймунд нахмурился и кивнул. После чего его сиреневые глаза просияли решимостью.

— Жаль. Тогда слова нам больше не помогут.

Обе стороны покинули место неудавшихся переговоров. Лорд-инквизитор и его телохранители направлялись к летней резиденции через сосновый лес. В голове Эльмана роились тревожные мысли о грядущем сражении.

Он обратился к телохранительнице.

— Высока вероятность, что бунтовщики попытаются похитить членов императорской семьи, чтобы упрочить свое будущее правление. Вульпес, когда мы вернемся в летнюю резиденцию, обеспечь безопасность принцессы Катарины. Принц Валериан не нуждается в нашей опеке. В бою его будет сопровождать императорская стража.

— Куда запропастился Валериан?! — раздраженно спросил император у слуг, стоя на крепостной стене летней резиденции.

В ответ его поданные испуганно потупили головы.

— Ваше Величество, принца нигде нет. Он пропал вместе со своим помощником и охранявшими его рыцарями из императорской стражи.

Владыка Фароса развернулся и взмахнул рукой, едва не сбив с ног подчиненных.

— Проклятье! Найдите его, сейчас же!

Лорд-инквизитор, наблюдавший за этой сценой со стороны, нахмурился.

«Я допустил ошибку… Неужели бунтовщикам удалось выкрасть принца прямо из-под носа у императорской стражи? Это невозможно, если только...»

Поток его мыслей прервала зеленая вспышка, сверкнувшая в мрачных небесах над летней резиденцией.

Эльман и его телохранитель Солан обменялись озадаченным взглядами. Затем лорд-инквизитор перевел взор на неподвижную армию мятежников. Войско Совета Старейшин построилось в поле, вдалеке от главных ворот летней резиденции.

Император заподозрил неладное и поспешил сделать ход первым.

Императорская стража в багровых доспехах подала ему золотой реликварий, украшенный барельефом в виде грифона и короны. Сайрус III достал из него Скипетр Первого Императора и с выступа широкой крепостной стены направил его на армию мятежников.

Ячеистый красный кристалл в навершии загорелся ярким светом и… за этим ничего не последовало.

Император недоуменно провел рукой по древку скипетра, после чего его лицо задрожало.

— Подделка?!

Он повернулся к стражам, который принесли скипетр из хранилища. В его голубых глазах бушевала неописуемая ярость.

— Кто посмел…

Не успел император договорить, как падающая звезда озарила темное небо багряным сиянием.

Эльман задрал голову и увидел среди облаков двух улетающих грифонов с наездниками. Крылатые животные несли что-то вроде контейнера с открытой крышкой.

Глаза лорда-инквизитора широко раскрылись.

«Оружие?» — промелькнула мысль в его голове.

Присмотревшись, он понял, что на них летит вовсе не звезда, а горящий в полутьме кристалл. Лишь один минерал испускал столь насыщенное красное свечение — легко воспламеняющийся фрагорит.

— Бегите! — прокричал он и выступил вперед, извлекая посох из кристалла Карманного Измерения.

Гравитационная магия остановила крупный фрагоритовый осколок в воздухе перед тем, как тот обрушился на стену. Однако прежде чем Эльман успел отбросить его подальше от летней резиденции, пылающий кристалл взорвался.

Солан схватил лорда-инквизитора и бросился вместе с ним в ближайшую башню, возвышавшуюся над крепостной стеной. Все вокруг задрожало от ударной волны. В башню с ревом пытались забраться буйные потоки пламени.

Через несколько секунд Эльман открыл глаза и с поддержкой Солана поднялся на ноги. Телохранитель что-то ему говорил, но он не слышал ничего кроме звона и гула в ушах.

Вдыхая жаркий воздух и утирая со лба пот, лорд-инквизитор вышел из башни и тут же закашлялся. Сквозь удушающий дым виднелся опаленный, словно черное стекло, камень некогда белой стены. А чуть дальше зиял глубокий обрыв. Несмотря на то, что фрагорит не достиг поверхности, от южного участка крепостной стены почти ничего не осталось.

В следующий миг небо окрасилось в цвет крови. В густых облаках засверкали разряды красных молний, похожих на оставленные ножом резаные раны.

Эльман видел такие же небеса в Торрентисе, когда Сайрус III использовал Скипетр Первого Император против войск своего брата. Неужели реликвия династии Махейрон сработала с опозданием?

Оглядевшись, он понял, что багровая пелена нависла не только над полем, где построилась армия Совета Старейшин, но и над всей летней резиденцией. Даже императорский скипетр не должен обладать такой мощью…

Слух медленно возвращался к лорду-инквизитору и первым, что он услышал, были ругательства его телохранителя.

— Что за ***?! — выпалил Солан в тот момент, когда гигантские красные молний начали бить по земле.

Разряды обрушивались с высоты птичьего полета, сея абсолютное разрушение. Здания разлетались на осколки, словно игрушечные домики, земля взрывалась, покрываясь воронками, а людская плоть обугливалась и обращалась в прах.

Одновременно с тем, как человеческие души взмывали к багровым небесам, на землю в красных лучах света проникали жуткие твари из потустороннего измерения — эфирные порождения и демоны, которые тут же бросались на пораженных солдат.

Далеко в поле Матильда Элесто призвала огромного водного элементаля для защиты от тварей из Эфира, а затем раздавила изрыгающих пламя гончих Марбала двумя пластами земли.

Кедэрн Черногривый принял облик гигантского черного волка с рогами и принялся рвать в клочья двух демонов. Арториас Деймунд прикрывал воинов защитными полями из вихрящихся потоков сиреневой энергии и командовал войскам отступать.

Лорд-инквизитор крепко сжал древко посоха и обратился к своему телохранителю. Когда Эфир снизошел на землю, он чувствовал себя гораздо спокойнее рядом с парией.

— Нам нужно найти императора и его семью, а затем встретиться со Штормовыми Воронами у собора, — произнес Эльман и устремился вперед по крепостной стене, освещенной вспышками красных молний.