Слово «рейд» повисло в воздухе, пахнущем дождем и грозой. Оно звучало куда серьезнее, чем «патруль» или «терапия». Я молча достал телефон, перевел его в беззвучный режим и сунул в глухой карман штанов.

— Я все, — сказал я, проверяя посадку кастетов.

— Я тоже, — кивнула Лилия, накидывая капюшон поверх маски. — Пошли уже. Потихоньку, но уверенно.

Мы шли не как подростки, вышедшие погулять. Мы шли как отряд. Молча, прислушиваясь к темноте. Она вела, я следовал.

Вот мы и на месте. Информатор — какой информатор?! — скинул ей адрес. Мы стояли напротив огромного, мрачного здания заброшенной радиостанции. Когда-то, наверное, отсюда вещали о мире и музыке. Теперь это был темный, зияющий пустотами бетонный скелет. По виду — лет тридцать заброшенности, не меньше.

— Ну что, стоим? — спросила Лилия, глядя на меня. В ее глазах, видных над маской, горел тот самый фанатичный огонек. — В этом здании, по данным, собираются разные «нелюди». Торговцы, насильники, может, похуже. Мы же должны зайти и… навести порядок.

На словах это звучало как сюжет плохого боевика. Но здесь, в холодной реальности, глядя на темные провалы окон, я почувствовал первый, настоящий укол страха. Не страха боли. Страха неизвестности.

— Что-то на словах это звучит не так страшно, — пробормотал я, не отрывая взгляда от заброшки.

Лилия что-то достала из своего рюкзака и протянула мне. Это был пистолет. Настоящий. Тяжелый, с характерным запахом оружейной смазки.

— Это на безвыходный случай, — сказала она тихо, но четко. — Не используй его без крайней необходимости. Он… для защиты. Когда все остальное не работает.

Я взял его. Холодная сталь прилипла к ладони. Вес был совсем другим. Окончательным.

— Понял.

Глядя на пистолет, я не знал, к чему это приведет. Но назад пути уже не было.

— Еще одна вещь, — сказала Лилия. — Нужны прозвища. Оперативные. Для скрытности и… для нового «я».

Я понял сразу. Чтобы отделить того, кто будет творить здесь, от Дэвида.

— Зови меня Trigger, — сказал я, и имя вырвалось само, будто ждало этого момента. Моя улыбка под маской, наверное, была страшной.

— Прикольное имя ты себе взял, — одобрительно кивнула Лилия. — А ты зови меня просто бит. Коротко и ясно.

— Окей, — я положил руку ей на плечо, чувствуя напряженные мышцы под тканью. — Погнали, напарница.

Мы вошли в зияющий черный провал бывшего главного входа. Ожидая чего угодно: криков, света, нападения.

Но внутри была только пустота. Гробовая тишина, нарушаемая шорохом наших шагов по битому стеклу и хрустом под ногами. Запах плесени, пыли и чего-то кислого.

— Что за…? — прошептал я, озираясь. Гигантское пустое фойе, заваленное мусором, уходило в темноту. Ни души.

— Trigger, — голос Лилии прозвучал напряженно, она тяжело дышала. — Это… Это засада.

И как будто в ответ на ее слова, из темноты, с верхнего этажа, где когда-то был балкон, раздался громкий, насмешливый крик, ударившийся эхом по бетонным стенам:

— ОКРУЖАЕМ!

Ледяная волна прокатилась по спине. Мы поняли. Мы крупно встряли.