Я распахнула глаза и огляделась. Не сразу поняла, где нахожусь, ожидая увидеть те самые стены, кровать с балдахином, глаза, горящие нехорошим огнём. Но реальность оказалась не лучше. События вчерашнего вечера окатили ледяной волной ужаса. Я уснула!

В гостиной, из-за плотных штор, было сумрачно. Поленья в камине давно прогорели и теперь стало прохладно. Кочерга лежала на моих коленях. Я не сразу поняла, что изменилось. А когда заметила, испугалась ещё больше. Дверь, что запер вчера Коул, оказалась приоткрыта. Я осторожно встала, не выпуская из рук свое временное оружие. Тело слушалось с трудом. Сказывались бессонные ночи накануне и неудобное положение в кресле. На цыпочках приблизилась к выходу, замирая, и втягивая голову в плечи от каждого шороха и скрипа. Услышала, как хлопнула входная дверь и бросилась туда. Если кто-то пришел, есть шанс проскочить, сбежать. И я почти успела! Почти.

Тяжело дыша, остановилась, когда увидела, как Коул с бумажными пакетами в руках, хромая, идёт мне навстречу. Внутри всё оборвалось. Что же делать? Металл в руке и дневной свет, льющийся из кухни, придал чуточку уверенности.

— Эми, — услышала я, когда мужчина меня, наконец, заметил.

— Не подходи, — прошипела я, удивляясь собственному голосу.

Коул остановился в нескольких шагах от меня. Тяжёлые пакеты оттягивали его руки. Выглядел он ужасно. Растрепанный, помятый, с воспаленными глазами и кровоподтёками на лице, но он уже не внушал того ужаса, что охватил меня вчера. Щетина покрывала подбородок и щеки. Бесконечная усталость отражалась во взгляде. Что с ним случилось?

— Как ты? Я обидел тебя вчера? Сделал больно? — спросил он, не двигаясь. – Я почти ничего не помню.

В его голосе звучала неподдельная тревога и я невольно опустила руку с кочергой.

— Что это было? Ты сильно меня напугал, — осторожно заметила я.

— Я не хотел этого, но могу заверить, что днём тебе нечего бояться. Такие приступы чаще всего возникают ночью.

Коул прошел на кухню. Поставил шелестящие пакеты на стол. Я молча направилась за ним. Окно здесь, как и в гостиной, было с решеткой. Дневной свет хорошо освещал помещение, и я заметила, что мужчина выглядит значительно хуже, чем показалось в коридоре.

— И что это за приступы? — спросила я.

– Это долгая история. Но я очень надеюсь, что такого больше не повторится.

– И всё же, что с тобой, Коул? Ты болен?

Господин Эртон вздохнул и повернулся ко мне.

– Я не болен, Эми. Это результат воздействия. Увы, твоя метка может сыграть подобную штуку и повлиять на тебя. А на меня влияет кое-что другое.

– Как всё сложно. Я могу узнать об этом сейчас? – спросила я, подходя ближе.

— Всему своё время, Эми. Давай поедим, я умираю с голоду. Ты умеешь готовить? Слуг я отпустил ещё вчера, так что придется справляться самим.

— Умею. Немного. Подожди, а откуда тогда продукты, раз слуг нет?

Я подошла к столу и заглянула в пакеты. Готовить раньше мне особо не приходилось.

— Приходил хозяин дома. Я попросил его об услуге. А он передал мою просьбу другим людям. Сам я пока не готов покидать дом. Нужно восстановиться.

Я представила Коула, гуляющего в таком виде. Да, это он правильно сделал, что никуда не пошел сам.

– Тебе помочь? Ты ужасно выглядишь, – поморщилась я.

– Нет, всё само пройдет, – ответил Коул и стал вытаскивать продукты.

— Прошлой ночью, — начала я, решив рассказать и о своем внезапном «приступе», если ту прогулку можно было назвать так. — Точнее, сутки назад, у меня сильно болело плечо. Острая, словно уколы боль, несколько раз пронзила руку, а затем я упала на пол в своей спальне. Очнулась через несколько часов в саду, перед рассветом. Я не знаю, что было со мной и как я там оказалась. Возможно, наши приступы как-то связаны и мой был похож на твой?

Мужчина, до этого стоявший ко мне спиной, повернулся. В холодных глазах мелькнуло что-то похожее на беспокойство. А может, мне просто показалось. В последнее время я слишком мнительна. Я ждала ответа, но Коул молчал. Потом и вовсе продолжил доставать продукты и раскладывать на столе. Я терпеливо подождала ещё некоторое время. Помогать ему желания не было. По крайней мере, пока не расскажет, что с ним не так, и как это связано со мной.

— С помощью этой метки Кейн может управлять тобой, — сообщил Коул неожиданно, устало вздохнув. — Ты не будешь помнить ничего из того, что он мог проделать. Он как бы завладевает твоим сознанием, подменивает его. Я не думал, что всё настолько серьезно…

Мужчина не поднимал головы. Достал деревянную доску, выложил на нее багет и булочки, от аромата которых у меня свело желудок. А может, это произошло от ужаса, что я испытала.

— Что значит завладевает сознанием? Мы точно говорим об одном и том же человеке? Ты уверен, что кто-то вообще способен на такое? Ерунда какая-то!

Я не верила. Вот просто не могла поверить. Моя семья отрицала любое проявление мистики в жизни. Только факты, только наука. Нет ничего необъяснимого, говорили родители. Максимум, с чем соглашался отец — это сила убеждения, самовнушение, гипноз. Но влияние на сознание другого человека посредством какой-то метки, да ещё и ее загадочное появление…

— Зачем ему это? И как с этим связан ты?

— Послушай, Эми. Я не знаю всех мотивов Кейна, могу лишь предполагать. Поэтому, не буду тебя обманывать своими домыслами. Знаю наверняка лишь то, что Кейн мстит, и не только мне.

— Кому он мстит? И при чем тут я? — нервно спросила я.

— Ты, скорее всего, просто случайная жертва. Я обязательно расскажу тебе всё, что знаю. Но не здесь.

Я потерла виски. Он прав, слишком много всего сразу ни к чему. Такую информацию нужно получать дозированно, чтобы успевать осмыслить.

– Ладно. Сколько мы здесь ещё пробудем? Неделю? Две? Как скоро ты восстановишься?

Господин Эртон пожал плечом.

– Думаю, сегодня уже двинемся дальше. Я довольно быстро выздоравливаю, – сказал он и добавил тише: – Если это можно так назвать.

Последнюю его фразу я почти пропустила мимо ушей. Как-то слишком много всего странного в одночасье появилось в моей жизни. Я подбежала к окну и распахнула его настежь. Казалось, я задыхаюсь. Животом упала на невысокий кухонный шкаф, жадно втягивая свежий, холодный воздух. За какие провинности мне всё это?

— Эми, что с тобой? — услышала рядом голос Коула.

Он не трогал меня, но я чувствовала его взгляд на себе. И мне было всё равно. Возможно, я уже сошла с ума.

— Мне нужно в уборную. И ещё мои вещи. Хочу переодеться, зубы почистить, – сказала я, лишь бы побыть немного наедине со своими мыслями.

Чтобы не дать истерике разрастись. Я хотела успокоиться, чтобы всё правильно воспринимать. Мне требовалась холодная голова, свободная от влияния эмоций.

Я услышала удаляющиеся шаги Коула. Сама же продолжала смотреть в окно, но почти ничего не видела. Заросли кустарников, ярко-голубое небо, пестрые ветви садовых деревьев.

— Эми, возьми что нужно, и я провожу тебя в ванную.

Я обернулась. На пороге стояли мои чемоданы. Стараясь дышать глубоко и медленно, отыскала всё необходимое и сложила в небольшую сумочку для ванной. Коул в это время занимался готовкой.

Просторная ванная комната располагалась на втором этаже. Мой муж (как странно это звучит!) покрутил какие-то краники, чтобы потекла теплая вода, и вышел, напоследок предупредив умеренно использовать воду, так как она здесь в дефиците.

Мда. Получается что-то из ряда фантастики. Или сцены неудачной комедии. Жена с подпорченной репутацией, муж-урод и некто, кто может управлять их жизнями. Лучше не придумаешь!

Я закрыла кран с теплой водой и включила холодную. Ледяной, бодрящий поток полился на руки. Я раз за разом прикладывала их к лицу и глазам, пытаясь заставить себя успокоиться. Наружу угрожающе рвался истерический смех. И слёзы. Когда, наконец, я сумела немного успокоиться, быстро приняла душ, привела себя в порядок. Ладно. Раз мы вынуждены плыть в одной лодке, то не должны топить друг друга. Я переоделась, взглянула напоследок в зеркало и, глубоко вздохнув, вышла из ванной.

Попутно осмотрелась, нет ли следов погрома после вчерашнего инцидента. Ничего не заметила. Ладно. Теперь нужно перекусить. Самое последнее — это морить себя голодом. В коридоре почувствовала запах еды. До чего же я, оказывается, была голодна! Ускорила шаг, чтобы быстрее оказаться на кухне.

— Ты как раз вовремя, — заметил Коул, раскладывая сочные куски мяса с овощами по тарелкам. — Только в следующий раз готовить придется тебе.

Оказывается, пока меня не было, он успел растопить небольшую печь, на которой было место для запекания или жарки.

Я убрала всё обратно в чемодан.

— А что, в твоем доме, куда мы направляемся, нет слуг? — удивилась я.

Коул оторвался от заваривания чая и посмотрел на меня. Улыбка играла на его губах. Я натянуто улыбнулась в ответ.

— Есть. Но я думал, что моя супруга захочет порадовать меня своей готовкой, – легко заметил он, продолжая улыбаться.

— Договорились, — кивнула я, делая мысленную пометку подружиться с его кухаркой и выведать секреты кулинарного дела. Если всё будет нормально, разумеется.

Сейчас, стоя перед накрытым столом, наблюдая за мужчиной, что заботливо раскладывал приборы, вытирал крошки, наполнял чашки крепким черным чаем, я почти могла поверить в то, что мы обычная супружеская пара, у которой всё впереди. Мне очень хотелось в это верить. Но мозг отказывался отключаться и настойчиво напоминал об опасности, что таилась в метке, приступах Коула и человеке по имени Кейн.

— Всё, больше не жду, — сказал Коул, приставляя два стула к столу и отодвигая один из них для меня.

Я заняла свое место, мой муж сел напротив. Для завтрака эта еда казалась слишком плотной. Но вот я взглянула на настенные часы. Уже обед! Оказывается, я проспала дольше, чем час или два.

Часы монотонно тикали, столовые приборы стучали о фарфор, листва за окном шумела, подпевая птичьим голосам. Я невольно наслаждалась едой, радуясь, что Коул умеет готовить. Мысли продолжали хаотично двигаться, переплетаться, преобразовываться в новые формы тревог и страхов. Вопросов ещё много, но несколько минут тишины не помешают нам обоим.

— Соберёмся и поедем. Надо скорее выбираться отсюда. Мы итак задержались, — произнес мужчина, когда тарелка отправилась в мойку, а сам он размешивал сахар в чашке.

Сдобрив мягкую булочку маслом и персиковым джемом, урожай которых в этом году был совсем скудным, отправил её в рот. Я последовала его примеру.

— Хорошо. Кажется, я готова, — кивнула, отпивая терпкий чай. — От моей семьи не было известий?

— Пока ты спала, я пообщался с нотариусом. Через неделю твой отец станет полностью независимым от семейства Форст. Он сможет открыть свое дело, занять новую, прибыльную нишу и надёжно там укрепиться. Об этом уже ходят слухи. Также я договорился, чтобы все публикации в местной прессе с твоим участием уничтожили. Теперь главная новость... Кгхм... Грядущая свадьба Эдди Форста и Рин Эвант.

Ложечка чуть не выпала из дрогнувших пальцев от сказанного, но я сильнее ее сжала. Я должна держать себя в руках. Пусть Эдди будет счастлив. Наверное.

— Это отличные новости! Особенно те, что связаны с папой. Благодарю тебя! — искреннее произнесла я, отгоняя прочь образы Рин в подвенечном платье и счастливую улыбку бывшего жениха.

Коул посмотрел на меня исподлобья, однако комментировать не стал. За это я тоже была благодарна.

— Сейчас, если ты не против, я приму душ, и начнем собираться. Здесь нам опасно оставаться.

Как хорошо, что я уже поела, а из чашки отпить не успела. Иначе бы подавилась. Внимание, которое временно переключалось на Эдди и его избранницу, вернулось на мои проблемы, возвращая тревогу.

— Что он может, этот Кейн? Кто он вообще?

— Расскажу по дороге, Эми. Чем дальше мы от него, тем безопаснее.