— Бл*дь! — молодой человек с грязными светлыми волосами разбрасывал пескок от гнева.

Его промасленные кожаные доспехи были покрыты грязью. Не прошло и секунды, как перед ним появилась огромная фигура мужчины, что преградил ему путь

— Господин Геральд, пожалуйста, успокойтесь.

— Думаешь я могу успокоиться? — выпалил в ответ Геральд, свирепо глядя на стоявшего перед ним мужчину.

Гнев Геральда поутих, но он по-прежнему выглядел готовым скосить любого, кто встанет у него на пути.

— Балсток! Зачем ты использовал свиток?

Балсток вздохнул. Свиток содержал заклинание «Побег», предназначенное для чрезвычайных ситуаций.

Свиток не мог перенести несколько сотен человек одновременно, но запросто справился бы со всеми, кто был достаточно близко. Геральд упрекал Балстока за то, что тот спас только его.

— В той ситуации... Просто не было возможности сбежать всем вместе, господин… то есть, Ваше Высочество.

— Мои братья скорее всего знают, что я повёл за собой солдат! Нельзя было их терять!

По мере того, как гнев Геральда остывал, до него начала доходить серьезность ситуации.

Хотя следовало ожидать, что Балсток поставит Геральда, своего господина, превыше всех остальных, эта преданность ввела принца в очень затруднительное положение.

Геральд понял, что винить Балстока тоже было бы неправильно... У него разболелась голова, он нахмурился и закрыл глаза. Принц прекрасно понимал бессмысленность этого разговора. На самом деле ему было стыдно за то, что Балстоку пришлось все это выслушивать. Но Геральд не мог смириться с тем фактом, что в последний момент все пошло наперекосяк.

— И вообще, что, чёрт возьми, это была за штука? — спросил Геральд.

— Я тоже никогда не видел подобного артефакта. Может ли «паразитический» или «независимый» артефакт сотворить такое? — сказал Балсток, слегка склонив голову набок.

— Ты ошибаешься, это артефакт не этих типов. Он был «симбиотическим».

— Я... никогда не слышал о чем-то подобном.

— Оно и неудивительно, — пробормотал Геральд с недоверчивым смешком.

К настоящему времени в подземельях были обнаружены десятки артефактов, но они были классифицированы с использованием очень простой системы. Основным критерием был характер взаимоотношений между артефактом и его владельцем.

Геральд начал объяснять:

— Чаще всего встречаются независимые артефакты, которыми владелец может пользоваться свободно, как простым оружием. Они самые простые в использовании. Паразитические артефакты более могущественны, но они умирают вместе с владельцем. Симбиотические же артефакты не похожи ни на те, ни на те.

Балстоку показалось, что он увидел, как глаза Геральда вспыхнули от гнева.

— Ты тоже это видел, не так ли? Он умер, но вернулся к жизни. Ни один обычный артефакт, даже паразитический, не может двигаться сам по себе, когда их владелец мертв, — сказал Геральд.

Балсток вспомнил, что он видел.

Если отношения между артефактом и его владельцем симбиотические – то артефакт мог воскрешать своего владельца после смерти... Хотя на Балстоке был комплект пластинчатых доспехов, он почувствовал, как по спине пробежал холодок.

Балсток покачал головой, словно пытаясь выбросить ненужные мысли.

— Я видел, как он вернулся к жизни, но каким бы мощным ни был артефакт, я не могу представить, чтобы кто-то выжил внутри разрушающегося подземелья. Наверняка он мертв.

Было неясно, каковы были способности артефакта, но… они были по меньшей мере в нескольких сотнях метров под землей. Выбраться из подземелья было бы все равно что подняться на вершину гору.

— Было бы здорово, будь всё так просто… — прошептал Геральд.

Он видел, как Стич вернулся к жизни, и его очень беспокоило, что он не мог убедиться, что тот умер наверняка.

У Геральда больше не было солдат. Но было достаточно денег, чтобы объявить Стича в розыск, на случай если тот выжил.

— Пока вернемся в столицу! Нужно придумать по пути оправдание для отца, — сказал Геральд, вставляя ногу в стремя и усаживаясь на своего коня. Он на мгновение задумался и выдал. — А ты пройдись по всем близлежащим деревням и назначить цену за голову Стича. Заяви, что он украл военные припасы, но не назначай слишком большую награду.

— Вы хотите, чтобы я расклеил объявления о розыске?

— Да. В нем не должно быть ничего слишком бросающегося в глаза. В конце концов, кто-нибудь поймет, что произошло, но мы ничего не выиграем, если сейчас дадим людям знать, что подземелье рухнуло.

Геральд пришел в это подземелье без разрешения. Если бы стало известно, что после этого ему не удалось заполучить артефакт в свои руки, последствия были бы печальные. Как внутри королевства, так и за его пределами.

Балсток кивнул.

— Да, Ваше Высочество!

***

В пещере была кромешная тьма, и из-под сталактитов доносился только слабый звук капающей воды.

Тук.

Что-то проплыло по подземной реке и зацепилось за выступающую скалу в центре. Что бы это ни было, оно было жестким, как доска. От столкновения оно закрутилось и начало медленно дрейфовать к берегу. Вскоре это достигло берега реки, где течение было слишком слабым, чтобы перенести его куда-либо ещё. Объект как раз собирался столкнуться с песком и гравием, когда открыл глаза.

— Кха-кха-кха! Угх! — Стич внезапно глубоко вздохнул, но боль, которая вскоре пронзила его, вызвала у него серию мучительного кашля.

Выплеснув огромное количество воды, он перевернулся на спину. Он был сбит с толку. Его глаза были открыты, но он ничего не мог видеть. Он схватился за землю и почувствовал, как влажный песок просачивается между его пальцами. Затем еще одна волна сильной боли пронзила все его тело. У него болело все тело, как будто он только что скатился с целой горы.

Стич еще долго не мог оправиться от своего замешательства после того, как проснулся.

— Ай!

Неужели он упал в воду? Издалека подул легкий ветерок, заставивший его задрожать от холода. Некоторое время он лежал животом на земле. А затем услышал звук капель воды, падающих со сталактитов. Это подсказало ему, что он в пещере.

«Как бы то ни было, здесь слишком темно...»

Внезапно из его левой руки вырвался луч света. На основание его среднего пальца было надето серебряное кольцо. На поверхности кольца была изящная гравировка, и именно она испускала призрачное зеленое свечение.

Стич был ошеломлен. Он ощупал начертанную надпись. Не было никаких сомнений в том, что это был артефакт из подземелья.

«Почему это кольцо у меня на пальце?»

Он ничего не мог вспомнить. После того, как этот ублюдок Геральд обманом заставил его прикоснуться к кольцу... Что произошло после этого? Не сознавая, что задерживает дыхание, он напряг свою память. Вскоре нахлынули воспоминания: боль от того, что тебя сжигают заживо, и ужас от того, что ты находишься на грани смерти.

«Я умер? Действительно?»

Отчаяние заставило его желудок сжаться.

Однажды он уже умер. Он вспомнил, как его тело содрогнулось от болезненного удара электрическим током и как его разум отключился. Так как же он сейчас остался жив? Он дрожал от холода.

— ...

Он решил подумать об этом позже.

Он не мог понять, почему артефакт, который Геральд должен был забрать, вместо этого оказался у него на пальце, или как он все еще был жив после того, что пережил. Преисполненный беспокойства, Стич покачал головой. Он активировал навык. Он найдет выход из этого места.

— Животный инстинкт.

[Я отказываюсь.]

— Да? А-а-а!

Бз-з-з!

После мгновения замешательства мощный электрический разряд пронзил все его тело. Хотя это было не то же самое, что шок, который он испытал, взяв в руки кольцо, все равно было очень больно. Человек мог не активировать навык по двум причинам: либо ему не хватало ресурсов для этого, либо он пытался использовать навык, который был за пределами его возможностей. Наказанием за последнее был удар током, и в кои-то веки вопросы, теснившиеся в его голове, отвлекли его внимание от боли.

«Я только что услышал слово "отказываюсь"?»

— Ч-что за чертовщина...

[СтичJ

— Ого! Что за! — аздрогнув, он вскочил на ноги, чувствуя боль во всем теле.

Голос, казалось, звучал прямо в его мозгу, а не в ушах. И это определенно не было галлюцинацией. Голос в его голове, казалось, не заметил его реакции.

Он продолжал говорить ровным тоном:

[Я использовал пассивное умение «Спасение души», чтобы оживить тебя. Кроме того, мне пришлось активировать пару других навыков, и это снизило характеристики твоего тела.]

— Уменьшил мои характеристики? Восстановление души?

Он никогда раньше не слышал об этом умении. И голос в его голове озадачил его. Итак, это таинственное существо вернуло его к жизни после смерти? Возможно, его неспособность активировать навыки была вызвана тем, что его характеристики были снижены, как только что сказал голос.

Голос внезапно утратил свой серьезный тон.

Он проревел:

[Проще говоря, я стал слабее из-за тебя, идиот! Возьми себя в руки уже.]

— К-кто ты такой, черт возьми? И почему ты у меня в голове?

[Я – Meменто Мортем.]

Хотя Стич слышал только голос, ему показалось, что он может представить это существо с высокомерной улыбкой на лице.

[Меня зовут Meменто Мортем, и теперь ты – мой владелец.]

Услышав слово «владелец», Стич автоматически взглянул на своё кольцо.

Кольцо просто ярко сверкало, возможно, не обращая внимания на мысли Стича.

Стич оставался сидеть на корточках на земле в течение нескольких минут. Затем он поднялся и огляделся вокруг, вытянув перед собой руку с кольцом.

После того как он начал работать исследователем, он гораздо чаще стал полагаться на свои навыки. Однако это не означало, что без них он ни с чем не мог справиться.

Стич предположил, что выход находится в направлении ветра, который дул вдоль течения реки. Используя кольцо в качестве источника света, он начал медленно идти. Поскольку большая часть снаряжения в его карманах и рюкзаке была испорчена, он немедленно выбросил все, что нельзя было вновь использовать.

Он волочил ноги в своих обожженных ботинках по полу пещеры, шагая с плотно сжатыми губами. Собравшись с мыслями, он заговорил:

— Значит, ты, голос в моей голове, и есть артефакт?

[Правильно.]

— Все ли другие артефакты разумны, как и ты?

[Конечно нет.] — ответ последовал незамедлительно.

— Хорошо... Итак, чего я могу добиться с тобой? Какими уникальными навыками ты обладаешь?

Поскольку у Стича не было способности к воскрешению, кольцо, вероятно, обладало уникальными навыками. И насколько ему было известно, любая часть снаряжения, обладающая хотя бы одним уникальным навыком, продавалась по астрономическим ценам. Если бы оказалось, что это кольцо обладает какими-то полезными навыками, он мог бы продать его за деньги, когда дела пойдут плохо.

Стич увидел свет, исходящий от выхода, и как раз забирался на камень, когда раздался голос.

[Предполагая, что все мои функции в норме, я думаю, что около сорока...]

— Что?! — Стич снова упал на землю.

Максимальное количество навыков или заклинаний, которые человек мог освоить за всю свою жизнь, составляло около десяти. Ношение как можно большего количества зачарованного снаряжения увеличило бы это число только до двадцати.

И все же этот артефакт утверждал, что у него их сорок. Стич понял, что это кольцо на его пальце, вероятно, было самым ценным предметом в мире. Он снова зацепился крюком за скалу перед собой и с глубоким вздохом подтянулся.

— Хорошо. Это огромное количество навыков. Но я не могу использовать ни один из них прямо сейчас, верно?

[Есть кое-что, что ты можешь использовать, но вся мана была израсходована на твое оживление. Мы сможем поговорить об этом после того, как восстановится мана.]

«Мана...»

Если подумать, то кольцо с самого начала говорило что-то о снижении характеристик. Этот артефакт, по-видимому, потреблял огромное количество маны только для выполнения своих основных функций.

«Может быть, мана полностью отличается от здоровья?»

Закончив карабкаться по скалам, он вытер капли пота с лица, глядя на выход из пещеры. Если выберется из неё, то сможет придумать дома планы на будущее. Более легким шагом Стич добрался до выхода. Голос в его голове заговорил снова:

[О, кстати. У тебя осталось всего двенадцать часов.J

— До чего?

[До смерти.]

Стич застыл на месте.